Архив рубрики: Персона

Команда TVi: У нас есть все возможности для успеха

 

Алла Дацышина, собственник компании TVi:

– Мы стартовали в очень сложное время, в канун пандемии и локдауна, когда на медиарынке фактически произошёл коллапс. Шок от приостановки деятельности компаний по противоэпидемическим причинам немедленно сказался на работе большинства творческих и журналистских коллективов. Ведь хорошо известно, что первое, что режут в бюджетах коммерческие структуры, –  расходы на рекламу и маркетинг. В это время мы достраивали структуру, формировали команду и приходили к пониманию того, какие компетенции TVi станут ключевыми на медиарынке, что будет нашим конкурентным преимуществом. К тому моменту, как произошло восстановление экономики, мы были полностью готовы предложить нашим партнёрам и клиентам свои услуги.

Сейчас наши ключевые компетенции можно сформулировать так. TVi –  российская продакшен компания, обладающая большим опытом в видеомаркетинге и продвижении на самых разнообразных медиаплощадках – от социальных сетей до уличных экранов, позволяющая создавать и размещать видеоконтент везде, где это возможно.

Что позволяет нам делать такие амбициозные заявления. Несколько факторов. В нашей команде работают представители федеральных, национальных и зарубежных каналов. А оснащение компании передовой техникой и аппаратурой делает TVi обладателем арсенала уникальных функциональных возможностей. Например, мы можем осуществить онлайн–трансляцию мероприятия в любую точку планеты.  У нас работают режиссёры, видеоинженеры, операторы, звукорежиссёры, обеспечивающие её качество. Спикеры мероприятия могут онлайн спокойно участвовать в дискуссиях друг с другом и аудиторией. После окончания мы предоставляем запись.

Кстати, замечу, что мы уже успешно это делаем для медицинских и косметологических форумов. В 2020-м, 2021-м и 2022 годах TVi транслировал Балтийский конгресс по пластической хирургии и косметологии из Калининграда и Черноморский конгресс по косметологии и пластической хирургии. Наша команда транслирует хирургические манипуляции даже из операционных для участников конгрессов. Трансляция спортивных мероприятий, концертов, фестивалей – тоже не проблема для TVi, мы с удовольствием это делаем и намерены продолжать.

Это только часть наших возможностей, которые можно назвать неограниченными по производству видео- и аудиоконтента. Мы также обладаем мобильной предметной видеостудией, студией звукозаписи, уникальным аппаратно-студийным комплексом, LED-экраном площадью до 70 квадратных метров с установкой в любом крытом помещении. Подробнее об уникальных производственных опциях TVi расскажут мои коллеги.

Но главное, что я бы хотела подчеркнуть. Никогда не бывает достаточно только техники, «железа», как говорят иногда о техническом оснащении. Вся, даже самая передовая  аппаратура, не станет работать сама по себе, а железо останется просто железом. «Оживить» его, эффективно использовать могут только профессионалы, команда профессионалов, которой мы, без сомнения, обладаем. Больше скажу, наша команда способна реализовать любые самые смелые идеи в сфере нашей компетенции. Думаю, это позволяет рассчитывать на то, что компания  TVi займёт своё место на калининградском медиарынке, и это место будет в числе лидеров.

Кристина Минжулина, генеральный директор компании TVi ООО «Мобильное телевидение»:

– Как уже было сказано, мы не ограничиваемся только региональными проектами, для того чтобы расти, развиваться, действительно быть первыми в Калининграде, мы не боимся браться и за мероприятия федерального уровня. Подтверждением тому являются крупные культурные форумы, конференции, которые мы технически обеспечиваем. Нужно понимать, что такие мероприятия подразумевают под собой ещё и сложные организационные моменты. Это не только логистика, когда необходимо доставить большое количество техники в нужную точку страны, но и формирование профессиональной команды проекта: продюсеры, режиссёры, видео- и звукоинженеры, видеооператоры. Именно от их компетенций будет зависеть качество трансляции, проще говоря, звук, видео, а также итоговая эфирная запись, с которой мы также работаем – делаем постмонтаж материалов либо создаём отчетный фильм или ролик.

Ещё один из долгоиграющих проектов TVi, которым мы гордимся, – регулярные прямые эфиры из хирургических и косметологических операционных для конгрессов. Ход операций транслируется в прямом эфире на экран в конференц-залах, где собираются лучшие врачи отрасли. Туда же подключают специалистов из Москвы, из-за рубежа и сводят все эти видеопотоки в единый эфир. Таким образом участники получают уникальную возможность наблюдать за процессом, обмениваться опытом, получать новые знания, давать какие-то рекомендации онлайн. Это действительно масштабный и важный проект в области красоты и здоровья. В этом году уже в третий раз будем оказывать техническую поддержку и делать прямые трансляции сессий Балтийского культурного форума.

Чтобы браться за такие крупные проекты, мы скрупулёзно подходим к формированию своей команды. TVi нанимает на работу сотрудников только по рекомендациям, профессиональным качествам и опыту работы: при знакомстве мы обязательно учитываем портфолио кандидата. Поэтому в штате – только профессионалы, любящие свою работу, близкие по духу люди.

– Все наши сотрудники – многозадачные. Могут заместить отсутствующее звено, и работа не остановится. Мы – молодой коллектив, у нас много сил, желания работать и творческих идей, –  говорит Кристина Минжулина. –  TVi сотрудничает с крупными компаниями и с государственными структурами, например, снимали фильм для регионального Фонда поддержки предпринимательства, реализовали большой видеопроект с интерактивными картами для «Залесского фермера».

Здесь любят снимать художественные видеоролики, и когда реклама выполнена на таком уровне, что больше похожа на художественную короткометражку: с грамотным сценарием, предпродакшеном, постановкой, игрой актёров, специально подобранной или написанной композитором музыкой. Над 20-секундным роликом трудятся режиссёры, сценаристы, звукорежиссёр, операторы, костюмеры, гримёры, актеры, продюсеры.

Чем TVi отличается от маленьких студий, работающих в городе? Многофункциональностью прежде всего и высокой технической оснащённостью.

– TVi владеет собственным зданием и большим разнообразием новой, отвечающей сложным запросам техники, –  рассказывает Минжулина. – У нас полноценный продакшн, где всё продумано, каждое помещение постоянно задействовано под определённую функцию. Это и студия звукозаписи с дополнительной возможностью съёмки на три камеры, телевизионная студия с профессиональным хромакеем, где можно создать абсолютно любую реальность. У нас есть циклорама – конструкция с плавным переходом между горизонтальными и вертикальными плоскостями, позволяющая создать бесконечный однотонный фон. Такой нет ни у кого в Калининграде. Виртуальная студия тоже в нашем арсенале. В ней мы можем снимать целые программы, не выезжая на локацию.

Елена Блюман, заместитель генерального директора компании TVi, ведущая радио «Монте-Карло»12+:

– Целевая аудитория TVi – это люди и компании, которые хотят широко заявить о себе. И тут без нашей помощи им не обойтись. Ведь мы являемся телерадиокомпанией нового поколения в Калининграде.

Елена Блюман как играющий тренер участвует в процессе руководства компанией и одновременно занимается творчеством. Она – ведущая в калининградском эфире радиостанции «Монте-Карло», одном из подразделений TVi. Елена окончила школу телевидения при ГТРК, имеет опыт телевизионной работы и создания телепродукта. На радио «Монте-Карло» выпускает «Новости без политики», создала и ведёт свои авторские передачи, берёт интервью у представителей из мира искусства, моды, творчества и бизнеса.

–  В программе «Тонкие настройки» мы рассказываем в основном о тех, кто занимается бизнесом. Вторая передача называется «Мир прекрасного» –  о культуре, музыке, искусстве. Ко мне в эфир приходят люди из этой среды и рассказывают о мероприятиях в сфере культуры, своих творческих проектах.

Радио «Монте-Карло» называют премиальной радиостанцией. Переключаясь на 100.9 FM, можно услышать лучшие иностранные композиции со всего мира. И, более того, это единственное в своём роде премиум-радио, чей стиль – изысканность и утончённость. «Монте-Карло» отличается от других FM-станций тем, что в эфире не звучит политических и экономических тем, это радио для отдыха.

– Почти каждый, кто приходит ко мне на запись интервью, говорит, что любит нашу волну, она помогает отключиться от действительности. Здесь хорошая, качественная музыка, золотые хиты, мировая классика. А ещё мы делаем заказные авторские программы для наших клиентов, но обязательно в стилистике «Монте-Карло». Стараемся не перегружать эфир рекламой и стилизуем её под общую концепцию «Монте-Карло», чтобы рекламные ролики не выделялись на фоне основного эфира, их было приятно слушать и не раздражаться.

Елена Блюман рассказала, что звукозаписывающая студия TVi также предоставляет возможность записывать музыкальные произведения восходящих звёзд, молодых вокалистов. Тут снимают музыкальные клипы, активно используя для этого мультимедийный светодиодный экран, способный создать любую атмосферу. Кроме того, здесь же есть весь инструментарий для записи аудиогидов, чем активно пользуются музеи и туристические компании.

–  TVi предлагает уникальные возможности для Калининграда, включающие весь спектр медиауслуг в одном месте на столь высоком уровне, –  резюмирует Елена Блюман.

LdtCK8iQy 

Ювелирная уникальность


Руководитель салонов украшений LORAGOLD Ксения Пелипас о бизнесе, маркетинге и планах на будущее


 

– Ювелирный салон и девушка – это, на первый взгляд, органичное сочетание. Но управлять любым бизнесом непросто. Как чувствуете себя в роли руководителя компании?

–  Очень комфортно. Конечно, сложности есть у всех. Но без них было бы неинтересно. Ювелирный бизнес – наше семейное дело, начавшееся еще в Казахстане, его основала моя мама. Передо мной всегда был достойный пример, и теперь – уже в Калининграде – я руковожу сетью ювелирных салонов LORAGOLD. Красота на витринах – далеко не всё из того, что составляет ювелирный бизнес, внутри скрыты сложные бизнес-процессы, стратегии, планирование и ежедневный труд. Мне это нравится. Сейчас я осознаю, что знаний, которые у меня уже есть, не хватает. Учиться, развиваться и совершенствоваться нужно постоянно. Поэтому в сентябре я планирую получить очередное высшее образование, оно поможет глубже погрузиться в специфику ювелирного бизнеса.

– Как вы охарактеризуете ювелирную отрасль в Калининградской области? И насколько сильная здесь конкуренция?

– На калининградском ювелирном рынке, кроме местных, работают крупные федеральные сети. Они всячески выталкивают малый бизнес. Но я не могу сказать, что эти сети являются нашими прямыми конкурентами. С нами больше конкурируют калининградские ювелирные компании, которые работают здесь более десяти, а то и двадцати лет. Наша задача в таких условиях показать совсем другой ювелирный рынок, который будет значительно отличаться. В ювелирных салонах LORAGOLD представлено всего пять процентов изделий с янтарём из всего ассортимента. Поэтому с производителями украшений из янтаря мы также не конкурируем. Но если у нас появится потребность расширять товарную матрицу изделиями с янтарём, то это будет не масс-маркет, а золотые и серебряные изделия эксклюзивного производства.

– Чтобы быть конкурентоспособными, нужно выгодно отличаться. В чём ключевое преимущество вашей сети салонов?

– Мы стараемся идти на шаг впереди, опережая схожие с нами сети. Если с предыдущей выставки Junwex12+ мы привезли изделия десяти ювелирных заводов в свои магазины, то с последней выставки уже пятнадцати. Всего у нас в салонах представлены пятьдесят ювелирных заводов, хотя ещё совсем недавно их было тридцать. Уверена, что к лету наш ассортимент пополнят еще 10-15 заводов-изготовителей ювелирных украшений. При этом главное – не количество компаний, представленных на витринах. Важно, что именно среди них мы находим те уникальные коллекции, которые нам не стыдно привезти в Калининград. Именно они занимают лучшие места на наших полках. Мы точно знаем, что многие из этих коллекций выпущены в единственном экземпляре и они есть только у нас. Например, уникальные модели завода RoseGrace из лимонного золота с бриллиантами или украшения из серебра с рутиловым кварцем торгового дома Kabarovski. Они представлены только в ювелирных салонах LORAGOLD, и больше нигде в России.

Ещё одно из наших преимуществ – сертификаты на украшения с драгоценными и полудрагоценными камнями. Этого тоже никто больше не делает.

– Привозить что-то новое и дорогостоящее – всегда риск. Не было страшно, что не попадёте в целевую аудиторию?

– Риск есть всегда, но мы формируем вкус у наших покупателей и задаём тренды. Ювелирный дом LORAGOLD открыт в Калининграде, в первую очередь, чтобы закрывать потребность в ювелирных украшениях у местных жителей. Хотя мы всегда рады гостям из других городов и стран. Многие посетители, например из Москвы, удивляются, что в столице не видели ничего подобного. Конечно, ведь это всё сделано в единичном экземпляре.

Однако уникальные украшения – не основная товарная категория салонов LORAGOLD, а лишь 15 процентов ассортимента магазинов. Остальные украшения предназначены для широкого потребления, при этом тоже оставаясь уникальными. Мы тщательно выбираем модели, стиль изделий. Наши покупатели – это уверенные в себе люди, точно знающие, что хотят, им больше 30 лет, у многих есть семьи. Они готовы получить качественную услугу по выбору украшения. А наши продавцы-консультанты умеют помочь сделать правильный выбор, потому что их работа своего рода вид искусства, которому они учатся и постоянно его совершенствуют.

–  У любой компании есть стратегия. Какую вы выбрали для вашего бизнеса?

– Первая часть ключевой стратегии – расширение и развитие. В этом году планируем открыть ювелирные магазины в разных районах Калининграда и области. Мы развиваемся, идём в ногу со временем и не боимся меняться.

Вторая часть стратегии – оптимизация. Первое, что мы сделали, провели ребрендинг в салоне LORASILVER. Теперь это компактный модный ювелирный шоурум LORAGOLD, где представлены изделия из серебра и золота. В нём поменялась архитектура, цвет стен, витрины, выкладка, он стал максимально удобным и привлекательным. Мы стремимся все наши салоны привести к единому узнаваемому стилю, при этом каждому добавляем особые элементы декора, не похожие друг на друга, или особые техники выкладки ювелирных украшений, чтобы следовать современным трендам не только розничной сети, но и дизайнерских решений.

Третья часть ключевой стратегии – работаем  на усиление бренда. В год мы тратим внушительные деньги на рекламу и продвижение. Находимся на этапе выбора агентства.

Но во главе всего – индекс лояльности покупателей (NPS). Работа над тем, насколько клиенты удовлетворены, красной нитью проходит через все этапы, начиная от выбора того, что будет представлено в ювелирных салонах, дизайна магазинов, рекламы,  заканчивая вежливым и профессиональным сервисом. Кстати, с апреля вводим программу дисконтных карт. Они будут многоуровневые, в зависимости от суммы накоплений. Бонусами по этим картам можно будет оплатить часть покупки в наших ювелирных салонах.

В фокусе колаборации – сов­местные проекты с магазинами большого трафика, топовыми ресторанами города. Мы это успешно делали в прошлом году, приятно и результативно сотрудничая с рестораном Hoffmann и гостиницей Cristal House, собираемся продолжать.

–  Можно ли сказать, что вы сама являетесь лицом своей компании? И почему это важно для LORAGOLD?

–  Развитие личного бренда сейчас максимально важно. Поэтому я придерживаюсь того, что все наши гости, читатели и подписчики должны знать лицо ювелирных салонов LORAGOLD. Я сама рассказываю об изделиях, показываю новинки, снимаюсь в рекламе наших украшений. Потому что я – гарант качества. Это помогает людям доверять нашим ювелирным изделиям, нашим услугам. Это своего рода прямое общение с потенциальными покупателями.

–  В этом году ювелирную отрасль настиг очередной кризис – переход с УСН на общее налогообложение с НДС. Как вы пережили первые месяцы? Удалось ли сохранить цены?

–  Переход на ОСНО приведёт к увеличению налогов и других расходов, что в первую очередь ляжет на плечи потребителя. Закупки прошлого года у нас были без НДС, поэтому подорожание товаров неизбежно случилось. Относительно декабря прошлого года цены выросли, но незначительно, на 10-15 процентов. Так как мы совершили большие закупки в прошлом году, в январе и феврале они нивелировали финансовую ситуацию.

–  Как в сложное время вам удаётся расширяться и открывать новые магазины?

–  Это трудно. Ведь изначально все магазины сети в Калининграде были открыты за счёт собственных средств. Для этого нужно взять прибыль одного магазина, чтобы открыть другой, что непросто, ведь развитие каждого салона происходит непрерывно. Тем не менее у нас есть прирост прибыли на 20 процентов в каждом магазине по сравнению с предыдущим годом. Это отличный показатель в сложившейся на ювелирном рынке ситуации, потому что покупательская способность продолжает снижаться, а ювелирные изделия не являются товарами первой необходимости. Продолжать развиваться – большой риск, потому что набирает силу онлайн-торговля. Ювелирные украшения на электронных площадках теперь покупают очень охотно, хотя ещё недавно их нельзя было купить в интернете, в отличие от одежды и обуви. Мы же продолжаем открывать офлайн-магазины. Причём наши локации располагаются не в давно открытых торговых центрах, а во вновь открывающихся. Получается, мы развиваемся вместе с торговыми центрами, что удваивает риск. Но кто не рискует, тот не бывает успешен. Ведь мы знаем, что для многих наших покупателей по-прежнему важно общение с продавцом-консультантом и примерка драгоценных изделий. Тактильный контакт остаётся важной составляющей при покупке украшений, особенно не массового ценового диапазона. Поэтому в начале марта распахнул двери наш новый салон LORAGOLD на улице Карамзина в торговом центре «Балтийский пассаж» в Калининграде.

Сеть ювелирных
салонов LORAGOLD:

    • 50 ювелирных заводов России

      в одном пространстве;

    • безупречный сервис;

    • сертификат качества на все украшения с драгоценными камнями;

    • уникальные золотые и серебряные украшения различной ценовой категории;

    • сервис по уходу за драгоценными украшениями;

    • профессиональный подбор украшений для любого клиента;

Реклама. ИП Пелипас Ксения Олеговна 

LdtCKVBeV

Грех чревоугодия отменяется


Автор кухни Зеленоградского ресторана OBLAKA Вячеслав Вьюник рассказал, что позволило ему стать известным в России шеф-поваром


Винегрет стал первым блюдом, которое приготовил Вячеслав Вьюник, когда ему было семь лет. Бабушка научила. На рыбалке с дедушкой они вместе варили уху или запекали рыбу на костре в глине. К пятому классу Слава уже знал, кем хочет стать. А на третьем курсе колледжа Вьюник получил первую практику в ресторане.

– Я оказался на кухне одного из самых популярных ресторанов моего родного города Щучинск в Северном Казахстане. Работал в адских условиях, без профессионального оборудования. На кухне стояли обычные домашние газовые плиты на баллонах. Но получил железную закалку, на ногах проводил по 14 часов, ведь работали круглосуточно и на ночь оставался один дежурный повар. Ложишься спать прямо на кухне, если повезло, часик поспал, если есть заказ, будит официант, просыпаешься, готовишь, отдаёшь гостю. Параллельно я успевал подрабатывать в только открывшемся пятизвёздочном отеле Rixos. Там познакомился с иностранными поварами, от них получил новые знания и опыт.

В 18 лет Вьюник окончил колледж и уехал в один из больших городов Казахстана – Павлодар. Через неделю работы простым поваром в небольшом армянском ресторанчике стал шефом.

– Как это возможно? Я сразу предложил обновить меню, поменял некоторые процессы на кухне. Владелец увидел во мне потенциал.

– Наверняка у вас в подчинении оказались повара старше и опытнее. Как они отнеслись к молодому начальнику?

– Это был серьёзный момент, его стоило пережить и перебороть, научиться ставить себя с персоналом. На претензии насчёт малого опыта и молодости отвечал так: «Если ты работаешь 40 лет в столовой и каждое утро варишь детям кашу – идеальнейшую кашу, но ты при этом только повар и больше ничего не умеешь. А я успел поработать во многих заведениях, познакомился с массой людей, многому у них научился, знаю разные кухни и техники, могу приготовить любое блюдо». На этом споры заканчивались.

 

– В Калининграде оказались благодаря супруге?

– Да, Лиза нашла меня на hh.ru. Она вообще-то не собиралась замуж выходить. Пригласила меня работать шефом в свой ресторан на 500 посадочных мест на берегу Балтийского моря. Я был уже четвёртым претендентом, предыдущие не нравились, а открытие заведения приближалось. У нас с Лизой с первого дня началась эстафета идей, мы оба не боялись придумывать что-то необычное и на этой почве нашли друг друга не только как работодатель и нанятый шеф, но и как супруги.

В апреле 2019 года перед самым открытием ресторана случился пожар. Сгорела вся кухня вместе с оборудованием. Огромный ущерб, отсутствие страховки, долги. Любой другой приглашённый шеф-повар посочувствовал бы и уехал восвояси. Вячеслав остался и три месяца работал бесплатно. Клиннинг был не по карману, пришлось вручную отмывать от пожара кухню. Потом торговали шашлыком на улице, в праздничные дни прямо на променаде ставили казан с пловом, и, как только появлялись деньги, заново вкладывали в ресторан. За год сумели восстановить утраченное.

– Вячеслав, как происходит разработка меню?

– Меню у нас меняется каждые три-четыре месяца. Как перфекционист и творческая личность, никогда не бываю на 100% удовлетворён результатом, поэтому меню постоянно дополняется и изменяется. Однако есть потребности гостей. OBLAKA – в первую очередь семейный ресторан, поэтому мы стараемся угодить всем.

Я разбираю меню по сегментам и подгруппам. В каждую подгруппу закидываю примерно по 10-12 вариантов блюд, чтобы было мясо, рыба, птица, сыры, овощи. Делаю несколько разработок каждого продукта. Методом бракеража, приготовления, дегустаций отсеиваем часть и оставляем примерно пять позиций. По возможности использую сезонные продукты, езжу на рынок, выбираю фермерские сыры, сезонные ягоды, дикоросы, смотрю, пробую – это моё любимое занятие.

Сейчас в работе гастросеты. Один по мотивам «Адского шефа»: это топовые блюда, высоко оценённые жюри. «Балтийский сет», понятно, клопсы, строганина, немецкая рулька. Всё это в сов­ременной интерпретации, с техникой молекулярной кухни, с идеями оформления и подачи.

– Откуда берутся идеи новых блюд? Они вам снятся, вы их подсматриваете в интернете, у коллег?

– Это игра вкуса и воображения. Стараюсь сделать блюдо в разных плоскостях вкуса. Допустим, бефстроганов – одноплоскостное блюдо, любой вкус, за исключением солёных огурцов, которые подаются отдельно, в нём плоский. Я любою многоуровневые блюда, чтобы в одной тарелке была собрана большая палит­ра вкусов. Например, камбала, имеющая свой рыбный вкус. Её филе приготовлено с ароматом дымка на открытом огне. Подаётся на веточке розмарина, поэтому имеет лёгкий хвойный аромат. Рядом – сладковатый крем из зелёной спаржи и брокколи с оттенком сыра дорблю. Плюс свежие томаты с розмарином и чесноком – это освежающий холодный элемент к горячей камбале, температурная игра. В этой же тарелке тёплые, обжаренные сырные шарики, дающие текстуру хруста. И последний элемент – мочёный во фруктовом уксусе свежий молодой горох. В итоге человек получает вкус от сладкого через солёное к кислому и в конце немножко остренького.

Часто вижу, как гости закрывают глаза и пытаются понять игру вкуса в наших блюдах. Мы действительно хотим их удивить, создаём эмоции, не просто еду. У нас много постоянных гостей, они следят за обновлениями меню. Кухня ресторанов OBLAKA – мой авторский проект, но с поправкой на гостя. Мы топим за своё и немного даже воспитываем посетителя, который разбирается, понимает. Для этого устраиваем гастроужины, приглашаем сомелье и сами кайфуем от процесса.

– Какой повар готовит лучше, сытый или голодный?

– Повара никогда не бывают сыты. Повар – это человек, которому предоставляют бесплатное питание, но не дают времени поесть. Во время работы на кухне я постоянно пробую, питаюсь запахами, обманывая свой организм, провоцируя выделение кишечного сока, поэтому профессиональные заболевания поваров, как ни странно, – гастрит и язва.

– Сложно подобрать команду?

– Мы активно приглашаем поваров из других городов, они приезжают на полгода, на сезон, кто-то остаётся. Делаем совместные гастрособытия с известными шефами, кондитерами. В команду подбираем людей, принимающими нашу философию. С нами работают, хорошо себя чувствуют и хорошо зарабатывают только фанатики. Если это выпускник колледжа и он реально хочет у нас работать, возьму. Но молодёжь хочет работать со звёздным шефом, чтобы сразу много зарабатывать, а поначалу чистить картошку не хочет. Чтобы быть допущенным к приготовлению блюд, нужно выучить наши рецепты, устно и на практике сдать экзамены по технологическим картам. Даже опытные повара каждый месяц тянут билетик и готовят выпавшее им блюдо от начала до сервировки. Таким образом подтверждая квалификацию. На кухне у нас есть коллекция кулинарных книг, каждый их может брать и читать. Важно, чтобы и сотрудники, работающие в зале, читали профессиональную литературу, были подписаны на паблики топовых ресторанов, шефов, интересовались сферой.

– Принимаете чужие предложения что-то поменять?

– У нас демократичная команда, мы в режиме «открытого микрофона» друг с другом. Но чаще, когда я собираюсь вводить что-то новое, ребята боятся, многие просто не успевают за мной и моей супругой и директором Лизой. Мы с ней 24 часа в сутки обсуждаем работу. Хотя для нас это уже не работа, а образ жизни. Она считает меня художником. И как любому художнику, мне нужно постоянно быть во что-то или в кого-то влюблённым, нужна смена обстановки, новые впечатления. Раз в месяц мы делаем вылазку, чтобы зарядиться новыми эмоциями и новыми вкусами. Дома мы вообще не готовим и не едим. При этом я веду свой блог, рассказываю, как можно просто и быстро произвести вау-эффект дома.

– Микс балтийской и русской кухни, на котором специализируется ресторан OBLAKA, – в чём его суть?

– По-моему, русская кухня – это нечто мифическое. Россия слишком большая, продукты от Камчатки до Калининграда настолько разнообразны, сезонность настолько разная, что это поразительно. На «Адском шефе» я придумал блюдо, символизирующее размах России, – чебурек с крабом. Сам чебурек – это Казань, географически она находится примерно в центре, начинка из краба и креветки – Дальний Восток. С самого Запада – гарнир к чебуреку. Это спаржа, которая растёт в Калининградской области, и щучья икра. И все это под соусом на основе жареного лука.

В OBLAKA даже известные блюда из русской кухни – с балтийским акцентом. Мы стараемся использовать больше локальных продуктов. Например, оливье с копчёным угрём вместо мяса. Салат, хоть и французский, но давно стал русским. Ещё я любою классические вкусы готовить в современной манере. Например, ростбиф под соусом «вителло тонато» на основе сливок и консервированного тунца. Я заменил несвойственного для Балтики консервированного тунца на печень трески.

Нужно сказать, Калининград хорошо самообеспечен продуктами. Меня поразило обилие скотоводческих хозяйств, тут хорошая свинина, птица, крупнорогатый скот. Сейчас увлёкся грибной темой, жду весны, общаюсь с лесниками, возможно, сделаем какой-то гастроужин на тему грибов. Весной планируем выездные экспедиции в лес и буквально собираем то, что под ногами: съедобные корни растений, дикую ежевику, малину, облепиху, голубику. Мы должны отдать дань уважения этим дарам нашей природы.

– За последнее время вы победили в нескольких престижных поварских конкурсах – «Молодые ножи», «Адский шеф», заняли второе место на олимпийских играх для поваров «Легенда», на калининградском «Пумперникеле» в 2021 году стали лучшим шефом Калининграда. Зачем шеф-повара принимают участие в конкурсах? Что это им даёт, кроме титулов?

– Если молодой повар идёт на конкурс и показывает там результат, он потом с лёгкостью может устроиться на работу в хорошее заведение. Если занимает второе место среди всех российских участников от Якутии до Калининграда, это показатель профессионализма. Победы в конкурсах – своеобразные звёздочки на поварские погоны, развитие, знакомства. Правда, конкурсы – это крайне затратно, требует много денег и времени.

«Пумперникель» занимает особое место в моём послужном списке. Награждение в этом конкурсе проходило в один день с церемонией вручения звёзд Мишлен в Москве. Можно сказать, это наш «Балтийский Мишлен». Калининград – развивающаяся площадка гастрономии, и хочется сделать его заметной точкой на карте России, чтобы посещение наших ресторанов стало поводом для поездки. Приятно, что после моей победы на «Адском шефе» в новогодние праздники многие гости приезжали специально, заранее бронировали места.

– Что вам доставляет больше удовольствия: готовить, есть или смотреть, как другие люди едят то, что вы приготовили?

– Готовить и смотреть, как едят. Когда готовишь, отдаёшь часть себя, потом сервируешь блюдо, украшаешь и в этот момент уже получаешь эстетическое удовольствие от того, что создаёшь красивую композицию. Для меня есть два типа еды. Первый – та, которой набивают желудок, не чувствуя вкуса, просто потому что утоляют голод. Второй – еда, приносящая удовольствие, когда смакуешь вкус, игру и смысл. И я стараюсь сделать не просто композицию на тарелке, я придаю ей геометрию, цвет, высоту. Когда я вижу эмоции и пустые тарелки, это даёт энергию и желание творить дальше.

– Учитывая, что чревоугодие – один из десяти грехов, вы настоящий змей-искуситель.

– Давно пора вычеркнуть чревоугодие из списка грехов! Его туда включил человек, сидящий на диете. Разве то, что приносит нам удовольствие и не вредит другим, может быть грехом?

Реклама. ООО Круиз

LdtCKdWoe

Инвестиции в улыбку


Системe клиник «Эдкар» – 30 лет. Её учредитель Эдуард Карлецкий рассказал, как маленький частный стоматологический кабинет превратился в систему, которая три десятка лет держит высокую планку качества оказания медицинских услуг, внедряет передовые технологии и привлекает классных врачей.


– Эдуард Артурович, вы открыли свой первый кабинет в 1992 году – в сложное время, когда одна эпоха в стране завершилась, а другая лишь начиналась. С какими мыслями вы это делали? Хотели поймать удачу за хвост в правильный момент или поняли, что государственная стоматология не справляется?

– Мне было 35. В этом возрасте хотелось и людям что-то дать, и о себе подумать: семью обеспечить, машину купить, жене – дублёнку и сапоги. И, наверное, чувство авантюризма направило меня в новое по тем временам направление. Я начинал в кооперативе при государственной поликлинике, в которой работал. Врачам дали возможность после работы арендовать отдельный кабинетик и вести в нем частный приём. Я помню первую свою зарплату, она превышала основную в четыре–пять раз! И хотя цены на наши услуги были уже коммерческими, спрос оказался такой, что в работе можно было утонуть – государственная поликлиника оставила нам огромное наследие невылеченных, непротезированных пациентов. В то время на рынке не было большого потребительского предложения, а деньги были. Многие вкладывали их в решение насущных проблем здоровья. Пациенты были счастливы! Я до сих пор не могу забыть их восторг: вложили деньги в шикарный товар в виде зубов и улыбки. Приносили подарки, продукты, всё, что у нас принято нести врачам.

Спустя время у меня появился собственный маленький кабинет в конце Московского проспекта. Правда, общественный транспорт ходил туда нерегулярно и лишь до улицы Ялтинской. Дальше нужно было идти пешком, без освещения, темень стояла кромешная. Мне пришлось договориться с Горсветом, заказать вышку, купить огромные уличные лампы, чтобы осветить участок дороги для пациентов и троих сотрудников.

– Уже наработали клиентскую базу?

– Клиентская база нужна, когда есть конкуренция. А конкуренции ещё не было. Мы дали первую рекламу, и очередь из пациентов выстроилась чуть не до Закхаймских ворот. Запись на полгода вперед, даже во сне продолжал работать. Помню, ехал в автобусе, попросили передать на билет. Постучал женщину по плечу и вместо «Передайте за проезд!» сказал «Отройте рот!»

– То есть когда стали появляться другие клиники, вы уже не боялись конкуренции?

– Мы очень долгие годы её не боялись и сейчас относительно не боимся. Потому что клиентская база и доброе имя работают на нас. Как говорят студенты: первые два года работаешь на зачётку, потом зачётка работает на тебя. В прошлые годы, когда покупал какой-то аппарат, которого ни у кого нет, или, например, импортные имплантаты, делал рывок, был лидером. У нас появилась первая итальянская стоматологическая установка, ортопантомограф. В 1996 году купили первый цифровой рентген – вот это были прорывы. Сейчас передовая техника вполне доступна. Кредиты или лизинг дают с удовольствием, потому что стоматологический бизнес очень рентабельный, есть возможность взять оборудование и комфортно за него расплатиться. Уровень стоматологии сегодня высокий, и явных лидеров в этой сфере нет.

– Какие выходы вам удалось найти в нынешние непростые времена в плане закупки импортного оборудования и расходных материалов?

 

– Клиник «Эдкар» много, они разбросаны по городу, и потому ещё много лет назад мы создали собственный торговый отдел, погрузились в этот бизнес. Поэтому ситуация с поставками расходников нас врасплох не застала. По законам бизнеса мы должны иметь на складе минимум трёхмесячный запас материалов. Когда грянул гром, мы поняли, что можем продержаться на старых запасах.

Сейчас, конечно, приходится закупать материалы дороже, поставщики подняли цены и не опускают. Но катастрофы нет. Цемент для стоматологии и для стройки – это разные материалы, наши расходники не под санкциями. Но мы вынуждены были отменить скидки и подняли цены на 15%, хотя материалы подорожали более чем на 50%. Мы пожертвовали своей прибылью. Огорчает логистика и сроки поставок оборудования. Если раньше установка или аппарат КТ шёл месяц, то теперь мы уже четыре месяца ждём. Спасибо, что хоть приходит. У коллег, я знаю, просто застревает где-то на границах дорогущее высокотехнологичное оборудование.

– Какие технологии и аппаратура применяются в системе клиник «Эдкар»?

– Мы с первого дня нацелены на повышение квалификации всех сотрудников и внедрение инноваций. Занимаемся этим все 30 лет. Сегодня во всех наших маленьких клиниках есть микроскопы, помогающие качественно вылечить каналы, цифровые ортопантомографы. В крупных клиниках – компьютерные томографы. Мы активно внедряем цифровизацию. В каждой клинике, где есть ортопеды и ортодонты, сканируем зубы и передаём изображения в зуботехническую лабораторию, которая моделирует протезы и отправляет на фрезерный станок.

– Сегодня «Эдкар» – это одиннадцать клиник. Где вы находите врачей? По каким критериям ведёте отбор специалистов?

– Я смотрю на женщин. Хорошеньких берём сразу! Но если серьёзно, поначалу я сам выбирал людей, полагаясь на интуицию. Ведь у каждого человека есть своё биополе, и в беседе всё равно чувствуешь, родственная ли это душа или вражина. Первое впечатление о человеке всегда самое правильное и надёжное. Понравились взгляд, улыбка, манера говорить… сканируешь всё это и принимаешь решение – это человек твоей команды или нет.

Но когда нанимаешь 40, 50-го сотрудника, появляется отдел кадров, а затем и целый отдел по управлению персоналом. Теперь мы делаем всё по науке. Получаем резюме, проводим телефонное интервью, потом происходит выстроенная специальным образом беседа, тестирование, просим специалиста предоставить фотографии выполненных им работ. Затем человек проходит стажировку в клинике, где демонстрирует свои профессиональные знания, получает возможность проявить себя, решая небольшие кейсы. Увольнять приходится редко, за 30 лет мы уволили лишь двух врачей.

Конечно, теперь я уже не знаю всех врачей в лицо. Однажды пошёл делать себе панорамный снимок челюсти. А у рентгенолога накануне была ситуация, когда кто-то из пациентов не заплатил. Меня в лицо она или не видела, или подзабыла, и после процедуры взяла меня за руку и повела в регистратуру, чтобы я уж точно заплатил и не убежал. В регистратуре улыбнулись и успокоили, мол, что знают этого пациента.

– Врачу недостаточно однажды окончить институт, он ведь всю жизнь учится?

– Конечно! Всеми новыми технологиями, которые осваивают наши врачи, они делятся с коллегами. У нас каждую неделю проходят обязательные внутриклинические занятия, где каждый врач может поделиться своими успехами или рассказать о сложных ситуациях в лечении пациентов. Можно ли было сохранить зуб? Правильную ли стратегию лечения я выбрал? У пациента обнаружилась физиологическая аномалия. В этом случае положено назначить такой препарат, но есть уже более эффективный – мне необходимо мнение коллег. Кураторы общаются со своими вновь принятыми подопечными, новыми врачами. Все наши медики, как положено, ежегодно повышают квалификацию, они должны пройти аккредитацию. Чтобы замотивировать сотрудников, внутри будем проводить аттестацию, для чего разрабатываем компетенции, которые описывают, каких показателей должен достичь сотрудник. Вся эта работа не видна, но без неё медицина не может.

– Почему вы решили не останавливаться на стоматологии, а открыть ещё и клиники общей медицины?

– Мы все люди, болеющие и смертные, и подумали, почему бы не попробовать. Но это очень сложный бизнес, финансово более затратный, он не похож на стоматологию. В общей медицине сложнее с кадрами. Поэтому мы остановились на одной клинике. В стоматологии 89 врачей, работающих на постоянной основе, они практикуют внутреннее совместительство. А в общей медицине так не получится, загрузка меньше: у человека в идеале 32 зуба, но всего два глаза, один нос, одно сердце, и такого большого потока пациентов, конечно, нет.

Наша клиника работает в тандеме со стоматологией. Постоянные врачи «Эдкар», которые работают в общей медицине у нас на постоянной основе, очень тесно по взаимодействуют со стоматологами. Те знают проявление некоторых заболеваний в полости рта и направляют людей с выявленными проблемами в общую медицину. В свою очередь специалисты тех областей медицинских знаний, которые связаны со стоматологией – гастроэнтерологи, лоры, также могут направить пациентов решить проблемы в стоматологии, а потом уже разобраться с более глобальными вопросами здоровья. Сегодня в общей медицине на постоянной основе и по совместительству трудятся 75 специалистов. А всего более 400 сотрудников врачей, медицинских сестер, младшего медицинского персонала, инженеров трудятся во благо нашего здоровья.

– Детское направление – ещё одно направление развития системы клиник. Работа с детьми – это ведь всегда очень хлопотно и затратно. Вас это не остановило?

– Детьми вообще мало, кто хочет заниматься. Маленькие пациенты кричат, пальцы кусают, сказать ничего не могут. Когда у нас первый доктор повысила квалификацию в Москве именно по детской стоматологии и получила сертификат, без которого вообще к детям нельзя приближаться, вот тогда у нас родилась целая философия. Чем раньше родители будут обращать внимание на состояние молочных зубов, тем лучше. Молочные зубы надо лечить, ведь кариес может перейти на постоянные зубы. Их нельзя удалять раньше времени, они должны сохранить место для постоянных, чтобы потом не надо было обращаться к ортодонтам. Всё это потребовало больших усилий от нашего первого детского стоматолога. Надо было расположить родителей к тому, чтобы они приводили малышей, а детей – успокоить и заинтересовать.

Сейчас работают две детских клиники «Эдкарик», 23 детских стоматолога и ортодонта. К нам пришёл неравнодушный детский доктор Сергей Рубанов, который первым в городе внедрил лечение под закисью азота – это веселящий газ, который расслабляет детей. Он же был пионером в организации лечения детей под общим наркозом, это касается деток до трёх лет и старше.

На проблемы с зубами нанизываются болезни лор-органов – не дышит нос, аденоиды, заложены ушки. Поэтому рядом со стоматологией у нас формируется и общий детский приём. Мы купили эндоскопы, исследуем и лечим носы, горло и уши. Появились ультразвуковые приборы, принудительно впрыскивающие в гланды необходимые препараты. Очень востребованы сейчас детские ортопеды, ведь от нарушений позвоночника страдает и зубочелюстная система: десять ортодонтов очень загружены.

– А ваши дети: пошли по вашим стопам или они нашли себя в другой сфере?

– У меня очень творческая семья. Сын Александр проучился два года на стоматологическом факультете в Питере и решил, что хочет быть… поваром. Ему понравилось кондитерское дело, он получил высшее образование во Франции, работал в Париже, затем в Питере в пятизвездочном отеле Seasons. А теперь они с сестрой, моей дочерью Ксенией, живут на Бали. Дочь окончила Санкт-Петербургскую государственную художественно-промышленную академию имени Штиглица, она дизайнер одежды. На Бали она отшивает свою коллекцию, там есть доступ к эксклюзивным тканям.

– Эдуард Артурович, вы сами-то сейчас практикуете?

– Я уже лет 15 в рот не заглядывал. Конечно, вначале скучал… Профессия стоматолога очень интересная, творческая. Ты понимаешь проблему, начинаешь её решать, видишь плоды своего труда. Пациент берёт зеркало и оценивает картинку «было – стало», улыбается, и всё преображается! Эта эмоция охватывает и пациента, и врача. Конечно, это очень приятные ощущения, но нельзя усидеть на двух стульях: половину дня работать возле кресла, а другую половину заниматься поставками, менеджментом, финансами. Но бывших стоматологов не бывает. Я всегда, когда общаюсь с людьми, первым делом смотрю на улыбку, вижу недостатки и плюсы. Профессиональный взгляд остался. Однако теперь мне уже хочется других впечатлений и эмоций, хочется восторгаться не улыбками, а красивой природой.

– Ваша мечта – пожить в Непале, побывать в кругосветке, объехать всю Россию. Что из этого уже осуществилось, а что ещё предстоит?

– В кругосветке я не был. Но участвовал в гонке под парусами на «Крузенштерне», мы шли четыре дня от Стокгольма до Свиноустья. Тогда понял, что это не моё: ты в замкнутом пространстве и если не участвуешь в парусной движухе, скучновато. Лучше по земле: горы, реки, леса, водопады – это более притягательно для меня. Я был в Антарктиде и дважды – в Гренландии, в Непале, наверное, раза четыре. Мечтаю посетить остров Пасхи – самый отдалённый от цивилизации остров в Тихом океане. Довелось совершить кору, то есть трехдневный обход вокруг горы Кайлас. Эта вершина считается энергетическим центром всей планеты. Познавая природу, познаёшь себя. А горные путешествия – это преодоление. Когда каждая клеточка организма говорит тебе: «Остановись! Спустись вниз! Там внизу пиво, тёплое море», а разум говорит: «Нет, тебе нужно дойти, подняться на вершину!». Это даёт возможность и в бизнесе доходить до совершенства и добиваться результата.

Главный – пациент

 

Генеральный директор U_MED Нина Стешич рассказывает о своём пути в бизнесе, о возможностях клиники и об ответственности перед пациентами.

– Вашим первым проектом в бьюти-сфере была студия шугаринга Epil39, известная не только в Калининграде, но и за его пределами. Расскажите, как вы начинали бизнес.  

– Я начала работать в восемнадцать лет, в двадцать один год открыла первый бизнес – небольшой продуктовый магазин за городом. Долгое время была наёмным сотрудником в компании, занимающейся импортом товаров. У меня экономическое образование и развитая интуиция: хорошо чувствую людей, умею с ними работать – это стало хорошим подспорьем. Когда подрос сын, снова захотелось чем-то заняться – я не отношусь к тем женщинам, кому нескучно сидеть дома. Но возвращаться в прежние проекты было уже неинтересно, хотелось найти дело для души. Тогда я решила попробовать силы в бьюти-сфере. У меня две дочери, одна из них к тому времени уже была взрослой – это тоже повлияло на выбор.

– Почему занялись шугарингом?

– Потому что процедура безопасна, я точно знала, что никому не наврежу. Новое дело довольно быстро меня затянуло: буквально через четыре месяца начала преподавать, а через полгода стала одним из самых востребованных преподавателей в России. Я обладала знаниями и понимала, как их правильно донести до аудитории. На обучение ко мне прилетали специалисты из стран СНГ и Европы. В 2016 году мы открыли студию. Параллельно запустили ютуб-канал, он быстро набирал обороты. В то время индустрия эпиляции, особенно шугаринга, активно развивалась, но всё ещё находилась на низком уровне. Я старалась научить мастеров работать не только качественно, но и красиво.  

– Студия предлагала только услуги эпиляции?

– Первое время да, мы работали как моностудия. Впоследствии перечень услуг стал шире. В какой-то момент моя старшая дочь захотела найти подработку. А кем может подрабатывать студент? Опыт работы официантом она получила ещё в девятом классе во время каникул. Поэтому она отучилась на визажиста, а мы ввели дополнительные услуги – макияж и архитектуру бровей. Затем внедрили ногтевой сервис, это направление довольно долго просуществовало. Так студия начала вырастать в салон.  

Постепенно пришло понимание, что одного шугаринга недостаточно. Появились новые идеи, встал вопрос о покупке оборудования для электро- и лазерной эпиляции – эти услуги решили бы большое количество проблем, с которыми сталкиваются наши пациенты. Я сразу понимала, что будем работать только на дорогих, сертифицированных аппаратах, прошедших соответствующие клинические исследования. Тогда мы начали формировать команду, потому что на аппаратах такого высокого уровня могут работать только специалисты с медицинским образованием.

– Клиника красоты U_MED начала работать в октябре 2020-го, когда никто не понимал, надолго ли эпидемиологические ограничения, как они изменят экономику и какие ценности останутся у потребителей. Вам было страшно?

– Открытие клиники, оснащённой ультрасовременным оборудованием, было такой идеей, которая не даёт спать по ночам. Поэтому страха не было. К тому времени, когда мы решились на открытие, уже работал минимальный штат врачей, был найден замечательный врач-косметолог Юлия Григорьевна Яровая – это добавляло уверенности. Мне, как и многим женщинам, требуется спектр косметологических услуг, и чем дальше, тем шире. Хотелось быть на сто процентов уверенной в квалификации специалиста, которому я доверяю своё здоровье, поэтому легче было самой набрать команду и обучить. Мне так спокойнее.

– Ошибусь, если предположу, что вы из тех, кто следует принципу: если хочешь сделать хорошо, сделай это сам?

– Скорее, я считаю, что лучше не делать совсем, чем сделать плохо. Когда берусь за какую-то задачу, прилагаю все усилия для того, чтобы выполнить её максимально хорошо. Или сразу делегирую тем, кто справится лучше. Поэтому у U_MED такое стремительное развитие. У нашей команды получилось сделать за два года то, к чему другие идут на протяжении десяти лет. Единственная сложность была связана с тем, что мне хотелось самое эффективное и безопасное оборудование, которое только есть на мировом рынке, а это требовало внушительных инвестиций. Но муж дал согласие.   

– В какой момент супруг начал участвовать в ваших проектах?

– С самого начала, с того момента, когда я поделилась с ним идеей пойти учиться на мастера по шугарингу. Помню, что он улыбнулся и сказал: «Идея так себе, но если тебе хочется, почему бы и нет». Тогда мы ещё не понимали, во что это выльется (улыбается). К тому же в то время в Калининграде не было профессиональной продукции для шугаринга, найти качественную косметику удалось только у бренда «Глория». Муж из каждой командировки в Москву привозил их продукцию, а когда ему надоело, предложил покупать оптом и стать официальным дистрибьютором бренда. Арнольд тоже предприниматель, и хотя для него это дело было чем-то мелким, он видел, насколько оно важно для меня, и поэтому всецело поддерживал.

 


«Клиника Красоты U_MED»

На рынке с 2020 года. За это время более 3 000 довольных пациентов и свыше 1 000 положительных отзывов.

Услуги: фотоомоложение BBL, смас-лифтинг ULTRAFORMER III, Candela CO2RE, инъекционная косметология, дерматология, коррекция фигуры ENDOSPHERES THERAPY, лазерная эпиляция Candela, электроэпиляция Apilus, шугаринг, подология.


  

– Получается, U_MED вы открывали уже вместе?

– Конечно. Он присоединился к бизнесу, когда Epil39 перерос в салон, в штате было человек семь. Арнольд сначала дал нам своих специалистов – бухгалтера и юриста, а затем взял на себя часть задач. Получилось так, что на мне – стратегия развития проекта и управление командой, на нём – технические и финансовые задачи.

– Первыми пациентами клиники стали клиенты салона?

– Не только. Благодаря социальным сетям, развитию которых я уделяю большое внимание, о нас быстро узнали в городе – всем ведь интересно попробовать что-то новое. Наши пациенты – активные пользователи соцсетей, они используют их по тому же принципу, что и сарафанное радио. Поэтому с 2015 года я вкладываю много ресурсов в аккаунты клиники. И хотя сейчас у меня есть помощники, по-прежнему курирую это направление сама. Во время пандемии, к примеру, мы перенесли в онлайн всю коммуникацию: знакомили подписчиков с нашими специалистами, рассказывали о возможностях клиники и дальнейших планах.  

– Что помогло завоевать доверие? Почему они выбирают именно U_MED?

– Задачей номер один было оснащение клиники новейшим парком оборудования. Подобным масштабом может похвастать редкая клиника, может быть, в Москве найдётся около десяти медицинских учреждений с похожим набором аппаратов. Мы первые в Калининграде предложили пациентам процедуры на аппарате BBL – это самая совершенная фотосистема на мировом рынке. В арсенале клиники есть всемирно известный ULTRAFORMER III для смас-лифтинга, высокотехнологичное лазерное оборудование от Candela. Осенью ждём поставку ещё одного фракционного лазера, CO2RE.

Я убеждена в том, что вопрос технического оснащения первостепенен, когда мы говорим о современной косметологии. Главная тенденция сегодня – сохранение индивидуальности и регулярная забота о красоте и здоровье. Добиться хороших результатов в этом невозможно одними инъекциями, необходимы инновационные аппаратные технологии. Время сегодня – самый ценный ресурс, мы видим у пациентов запрос на максимальную эффективность и минимальный реабилитационный период. Подбирая врачей в нашу команду, я ищу тех, кто умеет совмещать несколько процедур за один приём, кто развивается и работает профессионально. Вакансия четвёртого врача-косметолога открыта уже год, но мы скорее продолжим и дальше справляться с растущей нагрузкой своими силами, чем возьмём человека, не разделяющего наши ценности. Если вы спросите любого из наших сотрудников о том, кто главный в клинике, каждый ответит: «Пациент».

–  Что ещё для вас важно при выборе сотрудников?

– Я очень люблю молодых, скромных, не распиаренных специалистов. До дрожи люблю «ботаников», они жадные до новых знаний. Когда мы познакомились с нашим главным врачом Юлией Яровой, я сразу же поняла, что она из тех, кто не останавливается на достигнутом. Она комбинирует разные процедуры, создаёт авторские техники. Это было бы невозможно без глубокого знания физиологии и безупречного владения всеми существующими техниками.

Трансформация из маленькой студии в современную, конкурентоспособную клинику стала большим скачком вперёд. Кто-то оказался не готов к таким изменениям и ушёл. Поэтому готовность меняться и работать в ускоряющемся темпе не менее важна.

– Врачи клиники преподают?

– Да. Юлия Яровая обучает инъекционной косметологии, Ольга Акинина – шугарингу. Но если шугарингу у нас может учиться любой желающий, то потенциальные слушатели курса Юлии Григорьевны проходят жёсткий отбор. Мы готовы обучать только специалистов с соответствующим дипломом. Те, кто получил среднее медицинское образование, учатся в определённых рамках. Мы считаем такой подход правильным.

– Как будет развиваться клиника?

– До конца года мы укомплектуем штат врачей. Если появятся новые препараты, однозначно, изучим их, и, если не останется сомнений в качестве, приобретём. Продолжим заниматься самосовершенствованием, в медицине всегда есть куда расти. Стараемся выбирать нестандартные, узкоспециализированные программы. Юлия Яровая в этом году уже ездила на два обу­чения: изучала новейшие протоколы по борьбе с пигментацией по системе BBL, посещала школу по лечению рубцов. Об этом не рассказывают на мероприятиях, собирающих тысячи слушателей, большинство из которых – начинающие врачи. Константин Дорофеев в этом году посетил конгресс по нитевым технологиям в Санкт-Петербурге, в сентябре вместе с Юлией Мышковской он будет участвовать в Балтийском конгрессе по пластической хирургии и косметологии. Само собой, продолжим регулярно проводить техническое обслуживание нашего оборудования и улучшать сервис для наших пациентов. Результаты работы наших врачей получают высокую оценку как у пациентов, так и в профессиональном кругу. Коллеги из Москвы и Санкт-Петербурга нередко рекомендуют U_MED своим пациентам, кому удобно сов­местить визит к врачу-косметологу с путешествием в Калининград – это всегда приятно.

– Почему вы не стали использовать имеющийся бренд, а назвали клинику U_MED?

– Предыдущее название было с приставкой «от Нины Стешич». Но успешный бизнес – это всегда результат командной работы, а не только усилий руководителя. Да, я как руководитель принимаю большинство решений, вкладываю средства в развитие проекта и несу ответственность, но безупречная репутация и довольные пациенты, с нашей помощью улучшающие здоровье и качество жизни, – результат работы всей команды. Именно поэтому мы каждый день смотрим на то, какими мы были вчера, и становимся лучше.

Реклама. ИП Стешич Арнольд Фахраддинович