Калининградская область живёт в режиме постоянных ограничений: логистика нестабильна, себестоимость растёт, а дефицит кадров ощущается даже при миграционном приросте. Шеф-редактор Инга Фиронова разбирается, попал ли регион в экономический капкан и что помогает ему не захлопнуться
Когда мы с мужем шесть лет назад выбирали, куда ехать — в Калининград или Питер, — решили выбрать маленький уютный город с приятным, после суровых казахских степей, климатом. Но главная причина была в другом. В небольшом городе легче привыкнуть к новой валюте и не растратить все накопления сразу. В целом так и было. Ровно до тех пор, пока наш уютный эксклав, который мы теперь ни за что не променяем на Питер, не угодил, как нам кажется, в экономический капкан. Попробую разобраться: капкан ли это и как в нём выживает экономика.
Логистика
Добраться до Калининграда — и людям, и товарам — всегда было непросто. Дополнительные границы стабильно делали петербургские, да и даже московские ценники ниже калининградских. Ситуация не ухудшилась, но и не улучшилась. Она застряла комом в горле и последние два года не меняется. Стабильная стагнация.
«За прошлый год ничего нового не произошло. Работал один пункт пропуска для большегрузов «Чернышевское», через который вывозились несанкционные грузы. Железная дорога по квотам, установленным Литовской Республикой, перевозила туда и обратно тоже несанкционные грузы. А вся “санкционка» шла и идёт морем», — объясняет президент Союза «Калининградская торгово-промышленная палата» Феликс Лапин.
Основные проблемы для бизнеса:
• сокращение числа грузовиков;
• рост количества морских перевозок;
• отказ российских компаний предоставлять вагоны.
«Про автомобильный транспорт, думаю, даже объяснять не нужно — владельцы не крепостные. Они спокойно работают там, где стабильный грузопоток», — отмечает Лапин, подразумевая, что стабильного грузопотока в/из Калининграда больше не существует. Сегодня через единственный погранпереход «Чернышевское» Литва пропускает 60–75 фур в сутки вместо четырёхсот в лучшие времена.
«Создает ли это сложности? Конечно, к примеру, с ноября 2024 года «Залесский фермер» прекратил поставки скоропортящейся продукции на остальную таможенную территорию России, хотя это груз несанкционный и мог бы доставляться по суше. Дело в том, что сроки доставки стали непредсказуемы из-за сложностей с пересечением границы», — отмечает Лапин. С железной дорогой не лучше. Литва блокирует вагоны, связанные с санкционными грузами, даже пустые, а это отпугивает операторов.
В качестве альтернативы развивается морская доставка, растёт контейнеризация и значение авиаперевозок. Несмотря на сложности с генеральными грузами, «работа организована чётко», — подчёркивает Лапин. Но на стоимость перевозки по-прежнему влияют сроки, морское плечо и другие осложнения. Проблему частично решает субсидирование. В 2025 году субсидию увеличили до 4 млрд рублей. Губернатор Алексей Беспрозванных пообещал, что при необходимости денег добавят. «Но по опыту прошлых лет известно, что заканчиваются они быстро. Потребность составляет около 17 млрд рублей», — сказал Феликс Лапин 23 апреля на выездном заседании палаты с участием губернатора.
В 2024 году 4,6 млрд рублей субсидии распределяли между 16 компаниями. В 2025 году 4 млрд рублей приходятся уже на 41 предприятие.
Логистика подорожала, но несущественно. Предприятия везут сырьё из России, перерабатывают и отправляют обратно. «Экономически это неразумно. Производства должны быть ближе либо к сырью, либо к рынку, — комментирует Лапин. — Решение напрашивается одно: субсидировать доставку в Калининград всех грузов, независимо от санкционности».
Таможня
На первый взгляд, таможенная статистика спокойная. Среднее время выпуска товаров составляет 2 часа 24 минуты, в 2024 году было 2 часа 12 минут. Доля отказов небольшая — 0,9% против 0,8% годом ранее. Причины тоже не меняются. Отсутствие денег на уплату пошлины, неполный пакет документов, неуточнённые сведения, сообщили «Королевским воротам» в калининградской таможне.
Участников внешнеэкономической деятельности (ВЭД), вопреки ожиданиям, значительно меньше не стало. В 2024 году зарегистрировано 2 025 компаний, в 2023 году их было 2 129. Из них 66 экспортёров (было 74), 1 859 импортёров. 100 компаний совмещают экспорт и импорт.
А вот фискальная нагрузка выросла. В 2024 году калининградская таможня перечислила в бюджет 28,49 млрд рублей (в 2023 году — 24,61 млрд). Часть статистики не публикуется из-за ограничений на обнародование информации.
«Наибольшие трудности вызывает подтверждение статуса товаров ЕАЭС при вывозе морем или по воздуху. Процедура затратная и медленная, — поясняет Светлана Фёдорова, ведущий эксперт по таможенному регулированию. — Действует приказ Минфина № 55н: 100% досмотр товаров во вскрытой упаковке. Мы предлагаем пересмотреть подход о проведении 100% контроля таких товаров, ограничившись документальной проверкой, а осмотр проводить только в отдельных случаях. Для этого нужно разработать критерии».
Инфляция
«Продовольственная инфляция либо идёт в унисон с общей, либо её опережает и бьёт по кошелькам. В 2023 году на питание уходило 40% расходов, у малообеспеченных граждан до 50%», — говорит кандидат экономических наук Владимир Кузин.
В Калининградской области инфляция традиционно выше, чем по России и Северо-Западу. Причина и в логистике, и во внутренних издержках. С июля 2024 года газ подорожал на 11,2%, электроэнергия — на 9,1%. Что не может не влиять на себестоимость любых товаров, от булки хлеба до станка.
Максимальный индекс роста коммунальных услуг составил 15,8%. Больше всего страдают одинокие пенсионеры с большими квартирами. Индикатором стали цены на сливочное масло. В декабре 2024 масло стоило на 21,5% дороже, чем год назад.
Кстати, ещё в декабре прошлого года президент Калининградского союза промышленников и предпринимателей, глава агропромышленного холдинга «Залесье» Андрей Романов говорил «Королевским воротам», что на мировой молочной бирже стоимость масла за год увеличилась на 42, 9% в долларах.
«Поэтому когда мы говорим на этом фоне о росте цены масла на 20-30% в рублях, что называется, почувствуйте разницу», — отметил тогда Романов.
Кадры
Кадровый дефицит несколько лет подряд серьёзно триггерит экономику. Каждое туристическое лето происходит резкий всплеск спроса на кадры в сфере услуг. Но за пределами сезона продолжается системная нехватка работников. «Нет ни одной сферы деятельности, где бы не жаловались на нехватку людей», — говорит Феликс Лапин.
В средних специальных и высших учебных заведениях Калининградской области обучаются около 48,5 тыс. человек — это около 8,7% всей рабочей силы. Ежегодно выпускается 1,5 тыс. человек — это кадровый резерв для предприятий.
Катастрофически мало. Причём, стоит полагать, что не каждый выпустившийся студент сразу станет квалифицированным работником.
Проблема не только у бизнеса. Особенно остро она ощущается в восточных муниципалитетах. 23 апреля губернатор Алексей Беспрозванных заявил о необходимости объединения усилий властей и бизнеса для решения проблемы жилья в удалённых районах. По его словам, Калининградской области требуется около 300 педагогов и около 1 300 специалистов в здравоохранении. Основной дефицит наблюдается именно на востоке области, где, как отметил губернатор, «в некоторых муниципалитетах вообще жилья нет». Схожую позицию озвучил глава Калининградской торгово-промышленной палаты Феликс Лапин. Он отметил, что без комфортных условий для жизни в восточных районах области невозможно рассчитывать на новые кадры. И предложил заранее выделять участки под строительство жилья, которое могло бы соответствовать ожиданиям приглашённых специалистов. Он подчеркнул, что без системного подхода проблемы будут сохраняться.
В ответ губернатор сообщил, что регион уже формирует программу по возведению дополнительного жилья в муниципалитетах. Власти готовы не только обсуждать совместные проекты с бизнесом при совпадении интересов, но даже призывают к сотрудничеству в этом вопросе.
По данным Калининградстата, уровень безработицы среди населения старше 15 лет составил 3,1% в 2022 году и 3,0% в 2023-м.
Всё большую роль играет трудовая миграция: в 2022 году в регион приехало 19 233 иностранных работника, в 2023-м — уже 20 283.
Свободных кадров почти нет, а новые специалисты приезжают неохотно — не из-за дефицита рабочих мест, а из-за проблем с качеством жизни и инфраструктурой. Эти барьеры властям и бизнесу нужно преодолевать вместе.
Особая экономическая зона
От поправок в закон № 16-ФЗ бизнес ждёт снижения бюрократии при вывозе товаров из ОЭЗ на остальную территорию ЕАЭС. «Хотим меньше бумаг при поставках», — от лица предпринимателей высказывается Лапин. Предложения лежат в Госдуме.
Но даже сейчас режим ОЭЗ остаётся привлекательным: налоговые и таможенные льготы, технопарки. «Ограничения сами по себе не мешают. Больше мешает разрушение логистики, — подчёркивает Лапин. — Мы адаптируемся. Но бизнесу нужны не компенсации, а нормальные, предсказуемые условия».
Переориентация на Африку, Ближний Восток вместо Европы практически завершена. Новые производства сразу учитывают геополитические риски.
Видение большой России
Дмитрий Семёнов, федеральный эксперт, спикер Евразийского экономического форума, Российского форума биотехнологий OpenBio, прокомментировал некоторые особенности бизнеса в Калининградской области.
— Санкции ЕС и напряжённые отношения с соседними странами по-прежнему осложняют поставки из Калининградской области. Морская и авиационная логистика обходится дорого, что вынуждает местных поставщиков повышать цены. Полного прекращения транзита через Прибалтику не ожидается: этого не допустят ни ЕС, ни международное право. Перспективы связаны с возможным смягчением санкций и дипломатической работой на международных площадках. Цены в регионе растут вслед за общефедеральной тенденцией. Основные драйверы — рост затрат на хранение, логистику и энергоресурсы. Продовольствие, услуги и товары повседневного спроса дорожают в среднем на 5–8%, по отдельным позициям — до 12%. Особенно чувствительно это в сфере логистики. Предприятия—резиденты ОЭЗ привлекают сотрудников за счёт программ геолокации и компенсации переезда. Калининград остаётся интересным для инвесторов, особенно в агросекторе, туризме и фармацевтике. Последняя может стать драйвером роста при переходе на полный производственный цикл. Экономика региона развивается умеренно. Ожидаемый рост в ключевых отраслях доходит до 4%. Прогноз сдержанный, но устойчивый, без завышенных ожиданий.
Что предлагает губернатор
Алексей Беспрозванных видит выход в кооперации с бизнесом. «У нас есть заводы, люди, технологии. Но каждый сам по себе. Надо связать усилия», —
говорит губернатор. План на ближайшее время такой.
• Создать промышленную карту
• Наладить постоянные рабочие
встречи бизнеса и властей
• Выделить отдельную команду по кооперации
Вывод
Калининградская область, несмотря на стратегическое положение и уникальный статус, оказалась в условиях, близких к изоляции. Санкции, логистические сложности, рост себестоимости и кадровый голод сжимаются, как тиски. Это не резкий кризис, а затяжное напряжение во всех сферах — от импорта продуктов до экспорта готовой продукции, от тарифов на газ до нехватки врачей. Но при всей сложности это не тупик. Бизнес адаптируется, идёт постоянный поиск решений.
Некоторые этапы:
• морская логистика развивается
• субсидии не всегда покрывают реальную потребность,
но поддержка есть
• обсуждаются законодательные изменения
• ОЭЗ сохраняет инвестиционную привлекательность
Возможно, нам действительно жизненно важно перейти от «точечной адаптации» к системной кооперации. Не просто доживать в условиях ограничений, а объединять предприятия, ресурсы, логистику и человеческий капитал — чтобы выстраивать собственный, автономный, но жизнеспособный экономический контур. Иначе Калининград рискует остаться «эксклавом на дотациях». Но если связать то, что уже есть, можно справиться с вызовами устойчивым локальным ростом.