Архив автора: Кит Стрекачинский

Госпожа министр

текст: Павел Голубев
фото: Егор Сачко

Напросились

Знакомство с министром экономики Калининградской области Анастасией Кузнецовой началось для меня, как ни странно, еще до нашей личной встречи. В ожидании главы министерства я стал свидетелем, казалось бы, малозначимой, но вместе с тем говорящей о многом сцены в приемной министра

Девушка из канцелярии принесла пачку бумаг с пуд весом для госпожи Кузнецовой, на что секретарь разразилась замечанием: «Они же сшиты! Не надо нашему министру такие неподъемные вещи давать», — и принялась расшивать кипу, аккуратно деля документы на небольшие и уже вполне себе подъемные стопки. Понятно, что не женское это дело — таскать тяжести, но то внимание, которое придала этому обстоятельству секретарь министра, родило во мне две теории — министр тиран и все ее боятся либо команда Анастасии Кузнецовой похожа на семью, а подчиненные в ней — уже выросшие, но послушные и заботливые дети. Однако, войдя в кабинет и увидев молодую женщину в то ли бирюзовом, то ли в изумрудном платье (по причине частичного дальтонизма точнее сказать не могу), я понял, что если передо мной и тиран, то крайне обаятельный.
Во время приветственного кофе с конфетками от все того же внимательного секретаря я успел рассмотреть кабинет, который, словно кабинет Штирлица, не говорил мне ни о чем. Его хозяином мог быть любой человек. Отсутствие каких-либо личных вещей и атрибутов свидетельствовало о том, что Анастасия Кузнецова не зря является одним из самых опытных обитателей здания на Дмитрия Донского, 1: «я здесь работаю» — вот о чем говорил кабинет.

Напросились

— Я заметил, что вы добираетесь до работы, используя служебный автомобиль. Чем заняты ваши мысли по дороге на работу?
— Все зависит от того, какое было утро. У меня будильник стоит на 6.45, еще 15 минут я пытаюсь не просыпаться. Поскольку я соня и не могу вставать рано, то время, которое должно уходить на завтрак, я использую для сна. Пока машина стоит в пробке до Куйбышева, тоже могу поспать. Но если нет, то начинаю смотреть предстоящий график на телефоне, какие-то документы по самым ранним утренним мероприятиям, ну или просто пролистываю фейсбук и читаю новости.

Напросились

— Ваш стиль управления? Как наказываете провинившихся?
— Зависит от степени вины. Я вообще считаю, что, во‑первых, людям надо доверять, во‑вторых — редко бывает, что они ошибаются сознательно. Обычно это бывает по незнанию, по непониманию. Считаю, что если подчиненный меня не понял, это, скорее, моя проблема. Потому что результат нашей работы — моя забота. С другой стороны, у меня, конечно, как у любого руководителя, большая мечта, чтобы мои сотрудники все знали сами, все делали сами, по собственной инициативе и желательно приносили в клювике готовый результат. Так получается редко. Поэтому мне сложно сказать, какой у меня стиль управления, но я, например, в отличие от многих, почти не провожу планерок.
— По какой причине? Не считаете эффективными?
— Дело в том, что у меня дверь всегда открыта, предпочитаю все решать в текущем режиме. Планерки у меня бывают, когда я вижу, что подрасслабились и нужно всех собрать, чтобы задать какой-то ритм.

Напросились

— Что в течение рабочего дня или недели является для вас дамокловым мечом?
— Иногда бывают такие моменты, когда лежит на столе вопрос и ты пообещал кому-нибудь посмотреть, решить, помочь, понимаешь, что надо это сделать, но, по сути, это не совсем твое и не совсем срочно и не так важно, но просто из чувства долга, из-за того, что обещал надо делать. Вот, наверное, такие вещи.
— Если бы не экономика и впоследствии министерская работа, кем бы вы себя видели?
— В детстве хотела быть учителем. Хотя в советское время кем еще можно было мечтать стать? Потом хотела быть переводчиком. Когда оканчивала школу, собиралась пойти в Борисовское училище на факультет вооружения, но не взяли. В тот год они прекратили прием девчонок. А я ведь очень хотела пойти в пограничную службу.

Напросились

— Легко ли получается выйти из рабочего процесса?
— Я за два с половиной года уже практически научилась как-то отключаться от работы. Потому что первые год-полтора брала домой огромную кипу бумаг. Сейчас стараюсь так уже не делать, а если беру, то обычно редко смотрю, если честно. Стараюсь выкроить для себя время.
Сразу после полудня министр экономики должна была посетить с выездной ревизией в «Информационно-расчетный центр», организованный для оформления субсидий калининградским предприятиям, который откроет двери 1 апреля 2016 года. Во время инспекции сотрудница Центра представила презентацию, которая мне показалась некой обязательной формальностью, но только не для госпожи Кузнецовой, которая успевала не только отвечать на звонки, но и вносила правки и уточнения в презентацию. Столь неформальный подход, вероятно, заставляет работающих с министром людей беспокоиться за свою работу, так как осведомленность этой женщины в бирюзовом или изумрудном платье может либо восхищать, как меня, либо напрягать, если вы ее подчиненный.

Напросились

— Сегодня у вас два или три мероприятия запланированы. Для вас это некая обязаловка или, напротив, перезагрузка от кабинетной работы?
— У меня получается, что я больше времени провожу не в кабинете. Обычно крутишься по коллегам, по кабинетам, по совещаниям. Наверное, для того чтобы не терять ощущения реальности. Потому что все равно есть вещи, которые желательно видеть своими глазами, и я очень сильно опираюсь на свое видение, фактическое восприятие. Не очень люблю судить по фотографиям и картинкам, мне проще доехать и глянуть самой.
Ближе к концу рабочего дня мы отправляемся в ресторан «Геркулес», где проходит семинар для предпринимателей по вопросам распределения субсидий на поддержку рынка труда. Министр уже немного устала, но виду не подает. А когда выходит на сцену с приветственной речью от уже прошедших восьми рабочих часов не остается и следа. Опять-таки, довольно формальная часть в исполнении министра экономики совершенно не кажется формальной, а, напротив, задающей ритм мероприятию.
Возвращаясь в правительство вместе с министром, вспоминаю, что не успел сегодня пообедать, как, впрочем, и госпожа Кузнецова.

Девушка с характером

текст: Михаил Яновский
фото: Егор Сачко

Тест-драйв

 

В канун 8 Марта мы напросились на свидание с одной из самых женственных моделей в классе — Mazda 6

НАШ ЭК­С­ПЕРТ:
Тест-драйвАндрей Го­ря­и­нов
Перед сменой поколения мы решили предоставить нынешнему Volkswagen Tiguan последнее слово

Редкая иномарка не обрела себе на просторах нашей страны какое-нибудь прозвище, но моделям Mazda в этом смысле повезло едва ли не больше других. Никаких издевок и обидных искажений: Mazda 3 стала Матрешкой, а Mazda 6 — Машкой, Машей и даже Масей. Это можно считать таким же верным признаком настоящей народной любви, как и стабильно высокий спрос на японскую красавицу. Из первой тройки бестселлеров в своем классе ее не смогли выбить ни прошлый кризис, ни нынешний. Похоже, красота и правда однажды спасет мир: опросы владельцев Mazda показывают, что в первую очередь на решение о покупке повлиял выразительный дизайн будущей машины.

Lady in Red*
Официальным цветом Mazda 6 третьего поколения стал страстный Soul Red**. В этом огненном платье машина представлена и на рекламных фотосессиях, и на стоянках дилеров. Пасмурная погода, увы, не позволила нам оценить всю глубину фирменного окраса, но не помешала в деталях разглядеть плоды прошлогоднего рестайлинга, после которого в глазах нашей героини появился хищный прищур и холодный блеск.
В домашнем хозяйстве «шестерки» теперь тоже полный порядок. Предыдущая версия интерьера, а точнее, передней панели, столь же массовых восторгов, сколько экстерьер, у аудитории не собрала. В руководстве «Мазды» это не оставили без внимания. Да, сейчас тоже немудрено догадаться, что муза посетила японских интерьерщиков в тот момент, когда они ехали в одной из моделей BMW. Но, во‑первых, это точно не самый плохой образец для подражания, а во‑вторых, маздовцы в исполнении чужой мелодии не сфальшивили, добавив в нее толику азиатских мотивов. Опционально Mazda внедрила даже более привычную для премиальных авто проекцию показаний приборов, хотя средств пока хватило только на то, чтобы изображение появлялось на откидном пластиковом дисплее, а не на самом лобовом стекле.
Сказать, что на алтарь красоты инженеры положили простор в салоне, нельзя, однако жирную галочку за этот показатель мы «шестерке» все же не поставим. Пусть задние пассажиры коленками до спинок передних сидений не достают и потолок сверху не прессует (этим особенно страдала еще одна записная красавица — Opel Insignia), но у некоторых конкурентов при схожих внешних габаритах хоромы будут попросторнее.
Багажник «шестерки» тоже один из самых скромных среди одноклассников. Хотя… Вы часто встречали настоящих леди с хозяйственной сумкой на плече? Нет? Вот то-то и оно.

*леди в красном ** красный соул

 

 

Mazda 6 2.5 Skyactiv

ГАБАРИТЫ:
Длина — 4870 мм
Ширина — 1840 мм
Высота — 1450 мм
Объем багажника — 429 л
ДВИГАТЕЛЬ:
объем — 2,5 л
мощность — 192 л. с.
крутящий момент — 256 Нм
Разгон 0-100 км/ч — 7,8 с
Макс. скорость — 223 км/ч

13 к одному
В фильме «Не называй меня малышкой» героиня Памелы Андерсон доказала всем местным мужикам, что и смазливые девчонки могут при необходимости навалять по полной программе. Нечто подобное готова продемонстрировать сомневающимся и «шестерка». По крайней мере, если под ее капотом вы найдете 2,5‑литровый атмосферный мотор серии Skyactiv. Вся соль агрегата — в небывало высокой для гражданских двигателей степени сжатия 13:1. На практике эти цифры, больше напоминающие ставку на тотализаторе, тоже оказываются выигрышными. Mazda не кажется ленивой на малых оборотах, а стоит покрепче припечатать педаль газа — и японка вознаградит вас сочным рычащим ускорением. Шутка ли — в своем сегменте российского рынка среди всех моделей с моторами мощностью до 200 лошадей именно Машке пока принадлежит лучший результат разгона до сотни. Конечно, до конца излечить степенью сжатия присущую атмосферным двигателям размеренность не удалось — самая горячая фаза ускорения наступает не в начале, как у турбо, а в районе 60-70 км/ч. Зато с этого момента несущая тебя волна превращается в цунами.
При спокойной езде шестиступенчатый автомат «Мазды» с фанатичной настойчивостью стремится уйти на передачу-другую повыше, из-за чего на городских скоростях обороты мотора держатся где-то на тысяче с хвостиком. В ручном режиме самовольные переключения полностью исключены, а чтобы пользоваться подрулевыми лепестками, селектор не обязательно переводить в Manual (если лепестки после нескольких щелчков не трогать, коробка сама вернется в Drive). Перебрав ради интереса все эти комбинации, мы быстро о них забыли — трансмиссия всегда остается адекватной и по умолчанию.
От машины с псевдоспортивным имиджем невольно ждешь жесткого хода, и проезд первых же шумовых полос создал у нас именно такое впечатление. Но дальше произошли удивительные метаморфозы. Убитый грузовиками участок улицы Дзержинского Mazda проскочила без единого предательского тычка, а когда мы раз за разом пересекали грунтовую полосу, отделяющую плиты старой «берлинки» от нынешнего шоссе, японка и не думала брыкаться. И это — на экстремально низкой резине на дисках 19‑го диаметра!
Держать прямую и быстро проходить повороты Mazda 6 тоже умеет мастерски, и только электрический усилитель самую малость скрадывает чистоту ощущений искусственной вязью в околонулевой зоне.

 

 

Стресс-тест
Среди электронных помощников, которые доступны для Mazda 6, нас больше всего заинтересовала работа системы автоматического безопасного торможения в городе. Однако настройки у этого априори полезного приспособления оказались не для слабонервных. Первые пару раз даже наш закаленный в гоночных баталиях эксперт не выдерживал и жал на тормоз раньше, чем в дело вступала невидимая подстраховка. Да и как иначе, если корма впереди идущей машины уже ныряет под кромку длинного красного капота «Мазды», а та словно и не думает останавливаться? Дамы, конечно, частенько заставляют мужчин ждать, но тут и за сердце впору хвататься. А ведь так и было задумано. В этом мы убедились, все-таки доведя дело до логичного завершения. За мгновение до того, когда мы уже ожидали услышать хруст сминаемого переднего бампера, педаль тормоза сама ушла в пол, заставив «шестерку» вжаться в асфальт. Доза адреналина, но — ни единой царапины. Хэппи-энд.

На сладкое

текст: Ольга Антонюк
фото: Егор Сачко

Хрупкая песочная основа, нежнейший лаймовый чизкейк и сочное, солнечное манго — всегда выигрышное сочетание

Еда

Ольга Антонюк,
кулинарный блогер:
Современное кондитерское искусство — это игра текстур и вкусов, порой неожиданных, но гармоничных. Наш десерт отвечает всем модным тенденциям, при этом совсем не сложен. Его можно приготовить заранее. Печенье может храниться в жестяной коробке, не теряя своих свойств, а чизкейк — замороженным до трех дней.

Чизкейк с манго

1. Яйца (2 шт.) сварить, отделить желтки и протереть их через мелкое сито. Муку с разрыхлителем просеять в миску, добавить нарезанное мелкими кубиками или натертое на терке холодное сливочное масло. Перетереть смесь в крошку. Добавить сахарную пудру (50 г), желтки, миндальную муку и соль. Собрать тесто в комок, если потребуется — добавить пару ложек холодной воды. Завернуть в пленку и убрать в холодильник на час.

2. Раскатать тесто толщиной 0,5 см, вырезать кружки или выложить тесто в формочки для тарталеток. Наколоть вилкой и печь при температуре 180 градусов около 10 минут до светло-золотистого цвета.

3. Приготовьте 4 силиконовые формочки. Замочите желатин в холодной воде (1 стол. ложка). Оставьте набухнуть. Выжмите сок из лайма и нагрейте его, добавьте замоченный желатин и размешайте до растворения. Со­едините сливочный сыр, сливки, сахарную пудру (80 г), желток и яйцо. Добавьте сахар, цедру и крахмал. Аккуратно перемешайте, чтобы не было комков. Влейте лаймовый сок. Выложите массу в силиконовые формочки и поставьте в духовку на 40-50 минут при температуре 100 градусов. Дайте остыть. Уберите в морозильник на 1 час.

4. Манго порежьте кубиками. Половину можно размять вилкой в пюре, половину оставить кубиками. На кружок песочного печенья выложить замороженный чизкейк. Выдержать десерт в холодильнике, чтобы он оттаял. Перед подачей сверху полить соусом и украсить лаймовой цедрой.

 

Еда

ВСЕ ПРОДУКТЫ ДЛЯ ПРИГОТОВЛЕНИЯ ЛЮБЕЗНО ПРЕДОСТАВЛЕНЫ СПОНСОРОМ РУБРИКИ

Музыка из сна

текст: Софья Сараева
фото: Бока Су

Гость

 

Вокалистка, пианистка и композитор Мэла Уолдрон о джазе, который окружает ее с детства

Mala Waldron
Дочь знаменитого джазового пианиста и композитора Мэла Уолдрона, обладавшего уникальным стилем. Профессионально выступает с 15 лет. Первый альбом Little Love выпустила в составе группы, играющей Rhythm’n’Blues.
Сольный альбом Мэлы Always There вошел в топ-20 лучших джазовых альбомов 2006 года.
Активно гастролирует по всему миру, неоднократно выступала в России.
Принимала участие в крупнейших музыкальных фестивалях: Hennessy-Moet Asian Jazz Tour, the Catania Jazz Fest, Corinaldo Jazz Fest and Farfa Voice Fest, Annual Diet Coke Women in Jazz Festival (JALC)

Знаю о вашем интересе к психологии. Если смотреть на музыку с точки зрения этой науки, как можно описать ее влияние на человека?
— Ого, новости быстро расходятся (смеется). Психология способна помочь нам найти себя, свой путь, свой смысл, то, к чему мы все стремимся. Она дает возможность вернуться на путь поиска, если мы с него свернем. Музыка делает то же самое. Если я чувствую себя расстроенной из-за чего-то, всегда сажусь за пианино. Это определенно лучше, чем терапия.
— В одном из интервью вы говорили, что также увлекаетесь интерпретацией снов.
— Мне кажется, это особенность моего характера, я всегда была очень любознательной. Я верю, что все наши сны имеют значение. Они могут стать сообщением для нас, если мы готовы слышать. Верю, что чем больше мы думаем о своих снах, тем больше маленьких деталей можем вспомнить. Сны подсказывают нам, какая связь есть между этими деталями. Ведь это наше подсознание, которое замечает все.
— Есть история о том, что ученый Дмитрий Менделеев увидел во сне периодическую таблицу химических элементов. О том, что открытия им снились, говорили и Фридрих Кекуле, и Элиас Хоу, и Нильс Бор. Снится ли музыка музыкантам?
— Все время. Я часто слышу от других музыкантов: мол, одна из лучших песен пришла к ним во сне. Такое действительно происходит. Помню, однажды я проснулась посреди ночи и побежала к пианино. Моя мама, которая была дома, спросила: «Что ты играешь? Это так замечательно». Я ответила, что не знаю, ведь это только что мне приснилось.

Гость

— Джаз — музыка, которую нужно чувствовать. Что помогает усилить чувственное восприятие?
— Скажу о собственном опыте. Он уникален — мои родители исполняли джаз, а бабушка играла на пианино. Еще до того, как я научилась говорить, слышала джаз в нашем доме. Поэтому он мне так близок. Чтобы продолжить заниматься музыкой, нужно слушать. Все, что только можно услышать: будь то новые альбомы, или звуки самой жизни. Только так можно усилить чувственное восприятие и пополнить свой музыкальный словарь.
Когда я была ребенком, еще до того, как точно знала, что стану музыкантом, мне казалось, что это неправильный вопрос. У меня было чувство, что если я скажу, что стану музыкантом, мне ответят, что у меня не получится. — Поэтому я говорила, что буду учителем для глухих детей. Я знала глухую девочку, учила язык глухонемых и думала, что у меня получится. Но потом я присоединилась к группе.
— Какой главный профессиональный совет вам дали родители?
— Мои родители были супердисциплинированными. Поэтому, когда пришло время интенсивно работать, они сказали мне: делай свою работу, хорошо готовься и всегда приходи вовремя.
— С чем связано то, что многие успешные музыканты испытывают желание не только исполнять музыку, но и преподавать ее?
— С тем, что мы не хотим потерять то, что делаем, если мы не будем преподавать, не сможем передавать наш опыт молодым музыкантам. Нет ничего неправильного в том, чтобы продолжать традиции.
— 22 апреля у вас выходит новый альбом Deep Resonance. Расскажите о нем.
— Записывая новый альбом, я ушла от того, что делала прежде. Я сделала серию дуэтов с музыкальными инструментами, например, с виолончелью, что для меня новое. Звучание на новом альбоме получилось гораздо глубже, чем в моих предыдущих работах. Отсюда и его название — глубокий резонанс.

Лечение гриппа путем строительства поликлиники

текст: Екатерина Вострилова
иллюстрации: Анастасия Айрапетянц, Маргарита Миронова

Дензнаки

Центробанк обслуживает госбюджет, а монетарная политика отправлена в бессрочный отпуск, считает кандидат экономических наук, сотрудник финансовой компании Павел Голубев

Авторская колонка

В феврале глава Центрального банка России Эльвира Набиуллина заявила о том, что для борьбы с текущей волатильностью рубля необходимо провести диверсификацию экономики, а еще лучше — ее модернизацию. Слова насколько правильные, настолько же и абсурдные. Правильные с точки зрения эволюции любой системы и совершенно абсурдные в плане решения нынешних проблем. По сути, глава Банка России расписалась в том, что регулятор не в состоянии повлиять на ситуацию с рублем.
Прежде всего нужно понимать, что никакой волатильности рубля нет. Можно сколько угодно строить хорошую мину при плохой игре, но хрен морковкой не станет. Волатильность — это разнонаправленное изменение стоимости чего-либо от среднего значения за анализируемый период времени. Курс рубля не скачет вверх и вниз от своего среднего значения — он медленно и верно падает. Если рубль в течение недели может выбрать себе один день для роста, но по итогам всей недели сократится по отношению к предыдущей, это не волатильность, это снижение, падение, обвал, называйте как хотите.
Исходя из этого слова главы ЦБ РФ о диверсификации экономики как панацеи от дальнейшего обвала рубля (до 130 рублей за доллар) звучат как отказ от выполнения своих прямых обязанностей. Неужели настолько опустились руки у главного банка страны, что вверенная институту монетарная политика отправлена в бессрочный отпуск? Вряд ли. Дело в том, что если Центробанк судорожно начнет спасать рубль при текущих ценах на нефть — федеральный бюджет просто не будет исполнен. В бюджете России на 2016 год средняя стоимость нефти равна 50 долларам — цифра, которая сейчас уже кажется фантазией самого оптимистичного мечтателя. Для того чтобы выполнять социальные обязательства, правительству страны выгоден обвал рубля. При продаже нефти за доллары и платежах внутри страны рублями высокий курс доллара — единственный способ свести концы с концами. Поэтому спасать рубль — значит, рубить сук, на котором сидишь. Если чуда на мировом рынке нефти не случится, то рублю стакан воды в предсмертных судорогах никто не подаст. Скорее, наоборот.
Если же очень постараться и воспринять призыв к диверсификации экономики серьезно, то возникает вопрос: а понимают ли там, в ЦБ РФ, Минфине и Минэкономразвития, что такое пресловутая диверсификация экономики? Понимают ли, что острый грипп не лечат строительством поликлиники? Больной просто помрет, пока ее построят. Понимают ли там, что модернизация экономики — это не Сколково‑2? Ведь вместо поликлиники в лучшем случае выроют огромный котлован, в котором снова похоронят пару железнодорожных составов, под завязку забитых купюрами с изображением Хабаровска. Диверсифицировать экономику имело смысл, когда нефть стоила 120 долларов за баррель, когда не было санкций, когда стабфонд трещал по швам от золотовалютных накоплений. А сейчас призывать к диверсификации — ну простите… На что? На какие шиши?

Дензнаки

«

Курс рубля не скачет вверх и вниз от своего среднего значения — он медленно и верно падает. Если рубль в течение недели может выбрать себе один день для роста, но по итогам всей недели сократится по отношению к предыдущей, это не волатильность, это снижение, падение, обвал, называйте как хотите»

     Однако списывать Банк России с поля валютного регулирования все же не стоит. В 2017 году России предстоит выплатить свыше 60 млрд долларов в счет погашения государственного долга, и вот тогда, примерно за месяц до транша, Центробанк временно подтянет рубль, чтобы провести операции по обмену собранных с нас с вами в бюджет страны рублей на доллары, которыми и расплатится. Однако после такой манипуляции российского регулятора на рынке случится валютный дефицит, который приведет к отскоку доллара выше потерянных перед «операцией» позиций. По сути, последние два года и следующие несколько лет Банк России будет исключительно обслуживать федеральный бюджет. Кредитная функция регулятора в эпоху санкций попросту невозможна ввиду отсутствия денег, о чем говорит высокая ставка рефинансирования.
Однако вешать всех собак на один лишь Центробанк не нужно. Регулятор и так в положении бухгалтера, ведущего финансы конторы, которая очень давно и упорно мошенничает. Министерство финансов, возглавляемое не хватающим звезд с неба Антоном Силуановым, и вовсе занимает позицию страуса, прячущего голову в песок. Причем в прямом смысле слова — стоит вспомнить постоянные «ноги» господина Силуанова, которые он делает, когда журналисты пытаются задать ему вопрос по сути, а не по заданию. Вообще, человек, который с 1985 года работает в Министерстве финансов, по мне, так должен знать, что делать в периоды спада. Работая с Павловым, Гайдаром, Лившицем, Задорновым, Кудриным наконец, уж можно было чему-то научиться?
Не отстает и Министерство экономического развития, возглавляемое бывшим редактором журнала «Коммунист» Алексеем Улюкаевым. Глава МЭР может смело начинать писать кандидатскую по филологии на тему «Тысяча и один способ рассказать о достижении дна разными словами и оборотами». Ходит байка о том, что, встречаясь с одним из бывших членов правительства, Алексей Улюкаев получил от него в подарок юбилейное 50‑е издание пьесы Горького «На дне». Может, это был Кудрин?
Вообще, все, что предлагают в правительстве и ЦБ РФ, вызывает неистребимое ощущение того, что все это мог бы предложить и случайно выбранный студент экфака любого из вузов страны, в том числе коммерческого. Таскать из стабфонда деньги, повышать налоги, поднимать пенсионный возраст, приватизировать (распродавать) государственные предприятия, диверсифицировать и модернизировать экономику, отказаться от нефти и так далее.
По существу, между нами, платящими за все и всегда, и президентом страны, который занимается восстановлением России в статусе державы (пока только в политическом и милитаристском аспекте), — нет никого. Вакуум. И этот вакуум в который уже раз предлагает заняться чем-то общим, размытым, пространным и долгосрочным, результаты чего уж точно спросят не с него (не с них).
Не хотелось бы заканчивать на грустной ноте, поэтому поделюсь мнением о том, что решать нынешние проблемы России нужно именно так, как они создавались — нефтью и политикой. Заключенный в середине февраля договор с рядом членов ОПЕК о замораживании объемов добычи нефти — уже неплохо. Осталось «уломать» Иран, который, освободившись от санкций, хочет залить весь мир своей нефтью. На этом фоне контракт с Тегераном на поставку оружия на 8 млрд долларов может стать аргументом. Кроме того, наши военные достижения в Сирии и дружба с Оманом и Ираном тоже могут сыграть роль политических рычагов в сложных переговорах с саудитами о будущем рынка нефти. Если уж мы пошли по геополитическому пути развития империализма, то все собранные за время похода трофеи должны приносить хотя бы какие-то плоды. Иначе — зачем все это было?