Архив рубрики: Без рубрики

Восполняя пробелы

Известный калининградский предприниматель, живущий сейчас за пределами России, Борис Овчинников в переписке с главным редактором «Королевских ворот» Любовью Антоновой ответил на вопрос: а что вы читаете, Борис Алексеевич?

Авторская колонка

Книги сейчас занимают довольно значительное место в моей жизни. Почти не читаю новинки, для меня главный интерес представляет, как это ни странно звучит, советская литература. Никак не могу вычеркнуть из жизни «советский проект». Когда-то Мария Розанова, а ее трудно заподозрить в любви к советской власти, написала: «Советская власть делала много отвратительных дел, но говорила при этом удивительно правильные слова, которые воспитывали удивительно правильных людей». Я не могу с ней не согласиться. Если нам и было, чем гордиться в то время, то литературой, кино и театром. Правда, приходится признать, что гордиться прежде всего тем, в чем советское трудно разглядеть.
     В советской литературе открываю для себя не только непрочитанные книги, но и новых для меня авторов. Только недавно прочитал книги Ивана Катаева. Растрелянный в 35 лет, он успел написать немного, но то, что написал, говорит об огромном писательском потенциале. А ведь он продолжал писать в черные для советской литературы 30‑е годы, когда Бабель и Олеша уже прекратили заниматься литературой, что, впрочем, не спасло Бабеля от расстрела. А Олеша спасся тем, что ударился в беспробудное пьянство. Кто-то тогда уходил в детскую литературу, как Валентин Катаев, Гайдар и обэриуты, поэты занимались переводами, тот же Пастернак.
     Познакомился с творчеством Анатолия Мариенгофа. Слышал о нем, как о близком друге Есенина, идеологе имажинизма, но с его прозой знаком не был, а ведь «Циники», «Роман без вранья» — прекрасные вещи. Прочитав «Факультет ненужных вещей», заново открыл для себя Юрия Домбровского. Прочитал все, что ему разрешили опубликовать в советское время. Не могу понять, почему раньше не читал книг Георгия Семенова, ведь его никто не запрещал. Прекрасный стилист, мастер слова, мне кажется, он очень недооценен. Почти не публикуется и сейчас, исключение — выпущенные недавно «Прохладные тени». Пришлось собрать все, что продавалось из старых изданий на Озоне. Об Андрее Соболе и его повести «Салон-вагон» как-то упоминал. Кстати, в советское время не смог прочитать «Уже написан Вертер» Валентина Катаева, сделал это недавно. До сих пор удивляюсь, каким образом удалось Катаеву опубликовать — хотя бы в журнальном варианте — эту антисоветскую повесть.
     Если уж вспомнил Валентина Катаева, то скажу, что перечитал все, написанное в «мовизме», по-моему, это гениально. Помню, какую сенсацию произвел «Алмазный мой венец» в 1978 году. Тогда мы собирались с моими читающими друзьями, чтобы совместно «вычислить», кто из поэтов и писателей скрыт под тем или иным псевдонимом, а сейчас большинство из упомянутых Катаевым не представляют для меня загадки. Мне уже довелось читать стихи и «вьюна» Крученых, и даже «колченогого» Нарбута. Литературу 20‑х трудно представить без «Серапионовых братьев», поэтому прочитал Льва Лунца, с его творчеством совсем не был знаком. Считал, что знаю всего Олешу, но оказалось, не читал его лучший, на мой взгляд, роман «Зависть». Открытием для меня была проза Мандельштама и Цветаевой.
     В прошлом году вышла книга «Я шагаю по Москве», наверное, наиболее полное издание Геннадия Шпаликова. К своему стыду, только недавно полностью прочитал Константина Воробьева. Совсем не читаю признанных советских военных писателей Бондарева, Бакланова, Казакевича, Симонова. Из признанных тогда сейчас можно читать Гранина «Мой лейтенант», но он писал роман, когда возраст уже брал свое. Трудно говорить о творческих силах, если человеку за девяносто, это сказалось на качестве текстов. Самым сильным романом о войне считаю «Прокляты и убиты» Астафьева, но он ведь писал его уже в 90‑е годы, когда можно было не оглядываться на цензуру. А Константин Воробьев будто не замечал ни цензуры, ни идеологического пресса. Удивительно, но «Это мы, Господи» он написал в 43‑м, когда был в партизанах. И жил совсем рядом — в Литве, и умер в 75‑м. Я ведь мог его увидеть, встретить. Не довелось.
     С советских времен моими любимыми писателями были Юрий Казаков и Юрий Нагибин, таковыми остаются и сейчас. Казакова собрал все, что можно было собрать, включая наброски, заметки, письма. Вот уж в ком не было ничего советского, его можно читать во все времена. Как же жалко, что его архив, о котором писал в своем «Дневнике» Нагибин, уничтожен какими-то скотами. Нагибин, слава Богу, успел написать свои последние книги в 90‑е. Прочитал и «Дафнис и Хлою», и «Тещу», и «Тьму в конце туннеля», а его «Дневник» могу открыть и читать с любого места. В прошлом году вышла прекрасно изданная книга о Нагибине «Родом с Чистых прудов». Мне кажется, я могу провести по переулкам, по которым он ходил в школу: Армянский, Сверчков, Архангельский (бывший Телеграфный), могу показать дом, где он родился, назвать всех его жен. Всегда хотел узнать, как выглядела его первая жена «Хлоя», — нашел в книге о Нагибине фото Марии Асмус.
     Многое из советской литературы скинул со своей полки, но не выкинешь же повести Юрия Трифонова, вошедшие в «Городской цикл». И сейчас можно читать рассказы Юрия Шима и прекрасный роман «Нескучный сад» Амлинского, Альберта Лиханова, Радия Погодина, Жуховицкого. В 60‑е состоялся какой-то невероятный всплеск интереса к поэзии, потом интерес как-то поугас, в том числе у меня. В последнее время очень близок мне Николай Заболоцкий, c удовольствием читаю стихи Николая Рубцова, Вероники Тушновой и, можно сказать, открываю для себя Александра Кушнера.
     Вторая моя тема — литература Серебряного века. В наше время мы очень мало были знакомы с поэзией и прозой этого периода. Например, о Леониде Андрееве я знал благодаря знаменитому портрету кисти Репина, о Мережковском и Гиппиус, как о семейной паре врагов советской власти и пособниках фашистов, о Ремизове и Тэффи вообще не слышал. Пришлось восполнять пробелы. Лучше дело обстояло с поэзией. Мы уже читали Волошина, Ахматову, позже Цветаеву, конечно, Блока, знали революционное стихотворение «Каменщик» Брюсова. Чтобы сразить знакомых девушек, в студенческие годы читал им наизусть «Шампанский полонез» и «Это было у моря, где ажурная пена, где встречается редко городской экипаж…» тогда малоизвестного Игоря Северянина. Но о Гумилеве, Кузмине, Городецком мы не знали ничего, что уж говорить о цинике и талантливом подонке Александре Тинякове. Чтобы разобраться с российскими «символистами», пришлось прочитать тех, кто был их предтечей: Бодлера, Верлена, Рембо. Кстати, Рембо был на Кипре, возможно, приплыл на своем «Пьяном корабле». Он здесь строил в горах Троодоса резиденцию для английского губернатора (сейчас там летняя резиденция президента Кипра).

Мария Розанова, которую трудно заподозрить в любви к советской власти, писала: «Советская власть делала много отвратительных дел, но говорила при этом удивительно правильные слова, которые воспитывали удивительно правильных людей». Я не могу с ней не согласиться

     Не очень давно позвонил мой «волейбольный» друг из Питера, сказал в шутку, что у него есть билеты на полуфинальную игру чемпионата России по волейболу. Я ему ответил, что со мной шутить не надо, и мы с женой полетели в Питер. Надо сказать, я уже много лет в России, кроме Калининграда, нигде не бываю: мне там тяжело дышится. В день игры c утра пошли с женой в Русский музей. На обратном пути, когда выходили с площади Искусств, увидел, что пересекаем Итальянскую улицу. Вспомнил, что на ней находилось святое для Серебряного века место — кафе-кабаре «Бродячая собака», хотя дозволительно ли называть святым вертеп. А ведь, в принципе, можно: «Святым вертепом Ш» называли пещеру, в которой родился Христос. Подвал, где была «Бродячая собака», вполне может сойти за пещеру. Я уже слышал, что в нулевые кабаре, сейчас просто кафе, открыли вновь, и быстро его нашел. Не знаю, насколько точно удалось восстановить интерьер. Ясно, что росписи Судейкина не сохранились.      Не мог не вспомнить стихи Ахматовой, написанные здесь:
     Все мы бражники здесь, блудницы,
     Как невесело вместе нам!
     На стенах цветы и птицы
     Томятся по облакам.
     Ты куришь черную трубку,
     Так странен дымок над ней.
     Я надела узкую юбку,
     Чтоб казаться еще стройней.
     Навсегда забиты окошки:
     Что там, изморозь или гроза?
     На глаза осторожной кошки
     Похожи твои глаза.
     О, как сердце мое тоскует!
     Не смертного ль часа жду?
     А та, что сейчас танцует,
     Непременно будет в аду.

     Через несколько лет уже не только Ольга Судейкина, а вся Россия горела в аду. И как-то так все сошлось, что я не мог не вспомнить «Поэму без героя» Ахматовой. Все герои поэмы, вернее не герои, присутствовали здесь, в «Бродячей собаке» — и Судейкина, и Кузмин, и сама Ахматова. Захотелось вернуться в Русский музей, там есть картина, где изображена Ольга Судейкина в образе «Путаницы». Ее фигура меня заинтересовала, сейчас ищу книгу Элиан Мок-Бикер «Коломбина десятых годов».
     Разгадать многие загадки «Поэмы без героя» помогла мне «Вторая книга» Надежды Мандельштам. C огромным почтением отношусь к этой героической женщине. Кстати, из ее книги узнал об АРА. Она описывает то, как они с Мандельштамом стояли в одной очереди с Брюсовым за посылками АРА. Мне стало интересно, что это за посылки такие, благодаря которым, по утверждению Мандельштам, им удалось выжить в голодном 21‑м, унесшем несколько миллионов жизней. И почему в одной очереди оказались и вечный изгой Осип Мандельштам, и обласканный советской властью Валерий Брюсов. Когда ознакомился с этим вопросом, подумал, что если бы мы подобное сотворили для США, то трубили бы во все пропагандистские колокола и возмущались отсутствием памятников нам на площадях главных городов Америки. Ну вот, очередное отступление, уводящее от темы, в духе Лоренса Стерна: после того, как познакомился с его прозой, валю все на него. Стерна прочитал потому, что хотел познакомиться с тем, кто оказал серьезное влияние на русскую литературу конца XVIII — начала XIX века, в том числе на наше все — Александра Сергеевича. Удивительно, но юмор XVIII века оказался мне близок и понятен.
     К сожалению, а может быть, к счастью, каждая новая книга часто требует чтения других, незапланированных. Вот пример. Сравнительно недавно прочитал «Праздник, который всегда с тобой» Хемингуэя, в молодости книга меня не заинтересовала, тогда я читал его африканские рассказы, романы о войне и фиесте. Стало интересно, почему такие титаны, как Хемингуэй и Скотт Фицджеральд, так ценили Гертруду Стайн, почему она сумела оказать на них такое влияние. Пришлось заказывать и читать ее книги.
     Из современных авторов слежу только за Дмитрием Быковым, прочитал все его главные романы — «ЖД», «Оправдание» и последний — «Июнь». C огромным раздражением читал «Оправдание», проклинал Быкова и все время порывался прекратить чтение, едва дотянул до конца, чтобы на последней странице понять смысл «оправдания», а ведь кто-то мог и не дотянуть. Очень неплохо отношусь и к его поэзии, запомнилось стихотворение «Мост». Написано довольно давно, найдите в интернете. Берега же все дальше расходятся, а мосты уже сожжены.
(Письмо в сокращенном виде публикуется с разрешения автора.)

Иллюстрация Маргариты Мироновой

На гребне волны:
потребительские тренды 2018 года

Если история развивается по спирали, то динамика потребительских трендов зачастую напоминает рельеф типичного проселка. О том, куда он ведет и почему именно туда, на примере разных событий анализирует консультант по брендингу Александр Пронин

Авторская колонка

На протяжении нескольких лет разнообразные эксперты анонсируют скорейшую всеобщую дигитализацию и наступление диктата поколения Z. В отличие от экспертов, рядовой потребитель до сих пор испытывает необъяснимый трепет перед достижениями прогресса и, например, видя информацию о приостановлении банковских лицензий, копит не в биткоинах, а под подушкой. Да и представители новой волны верят в свою миссию по изменению мира ровно до того момента, пока розовая мечта о стартапах, коворкингах и свободе творчества не разбивается о серую действительность офисных будней в режиме с 8 до 17 и 5/2 с ипотечной однушкой и кредитным Фокусом.

     Экономика, политика и повседневный быт вносят свои коррективы. Реальность, презирая прямые пути, затягивает наступление технологической сингулярности. Ни дополненная реальность как таковая, ни легкие развлечения вроде анимоджи, ни возможность блеснуть своими помидорами на весь мир не смогли тронуть тайных струн души рядового россиянина. Прорыв в этом направлении, как ни странно, обеспечивает человеческая любовь к обмену жалобами и сплетнями. Отзывы и комментарии, призывы и проклятья — рукотворный контент, на 80 процентов состоящий из негодования и пламенных призывов «никогда больше», стал реальной силой, с которой следует считаться.

     На этом фоне вторую жизнь получили некогда обязательные для печатных медиа полезные советы и прочие неэкспертные заключения. Ютьюб, довольно долгое время остававшийся прибежищем тех, кому до, обретает популярность у тех, кому за. Строительство трехэтажного дома из пластиковых бутылок, выращивание секвойи на подоконнике и разведение в ванне крокодилов на сапоги становится темой очередного популярного видео. А еще наука и искусство, рукоделие и бизнес-помощники для всех, кто готов учиться и в 30, и в 60. Все больше людей утром к кофе предпочитают свой личный канал на мобильном вместо Первого по телевизору.

     С другой стороны, пока активное большинство радуется возможностям онлайна в развлечениях и шопинге, более высокий сегмент печатает новые бумажные каталоги. На дизайнерском картоне, с вкладками из фольги, инкрустацией из дерева и кожи и прочими необычными задумками почти ручной работы. В моду возвращаются люди и все, что они могут делать сами. И уже владелица «Бахетле» жалуется на домашние торты, отнявшие у нее деньги сладкоежек. Налоговая присылает декларации самозанятым гражданам с самослепленными товарами ограниченного спроса. Пока гиганты индустрии борются за снижение цен и качества вопреки здравому смыслу и стратегической целесообразности, ремесленники возвращают себе рынок. Революция крафта во всех его обличьях почти свершилась. И вместе с ней обратно приходит все, что, в отличие от цифры, можно пощупать, помять и понюхать.

Революция крафта во всех его обличьях почти свершилась. И вместе с ней обратно приходит все, что, в отличие от цифры, можно пощупать, помять и понюхать

     Вместе с осязанием и обонянием к гражданам возвращается потребность в непосредственном личном общении. Даже отпетые интроверты вдруг ощутили нужду в дружеском плече и отринули онлайн в качестве единственного способа контакта с себе подобными. Люди выходят на улицы. И даже самоорганизуются. Не важно, для чего — уборки мусора или его создания. Ивенты, еще вчера требовавшие лишь стабильного пинга, собирают на площади девочек и мальчиков, вдруг осознавших свою реальность. С ними вместе на свет выползают как реликты ушедших эпох, так и слегка замшелые, но вполне дееспособные экземпляры хомо эректус. Даже возросшая активность различных мошенников на доверии говорит об одном — потребность в живом общении офлайн пересиливает все преимущества онлайн-коммуникаций.

     Эволюция человекообразных — вообще вещь сложная. Неоднозначная и уж точно не линейная. В отличие от развития того же машинного интеллекта. При всей способности к эмпатии и предиктивности человеческого разума нужно признать, что безэмоциональность и холодный интеллектуальный анализ плюс статистика при решении текущих задач имеют преимущество. Возможности big data используются пока лишь крупнейшими компаниями — при прогнозировании логистики и заказе ассортимента, коррекции цен на туры и планировании сезонной занятости. Где-то программа принимает устные заказы, где-то — их реализует на основе анализа, например, системы питания хозяина и забитости его холодильника. Пока еще не так много потребителей активно пользуются преимуществами искусственного интеллекта, но потребность сбросить с себя бытовую текучку рано или поздно приведет к этому большинство. Стирка и закупка продуктов — отнюдь не те функции, которые хотелось бы пожизненно закрепить за собой любому живому человеку.

     Кстати, несмотря на всю актуальность темы ЗОЖ и правильного питания, еда становится все более эклектичной. Декларируемое единообразие и выверенность каждой порции разбивается о волны разноцветного сумасшествия в социальных сетях и ресторанах. Текстуры и цвета, ингредиенты и способы обработки — все смешалось в одной тарелке. Вслед за едой границы стран и континентов, традиций и привычек размывают и другие товары. Италия перестает ассоциироваться с оливками и пиццей, Франция — с сыром и вином, Германия — с авто и пивом, и единственным критерием принятия решения о покупке или поездке становятся не традиционные представления, а личный опыт, метод проб и ошибок, своих и чужих. Китай — уже не синоним ужасного качества ширпотреба, а Япония — не законодатель моды в электронике. Агрессивный маркетинг еще имеет местами национальный колорит, но любые рамки стремительно рушатся. Любые — значит, и рамки возраста, половой принадлежности или ценовой сегментации. Мир объединился и вновь раскололся на еще более мелкие группы.

     Вслед за этим популярность обретают микроблогеры. В пылу борьбы за объединение и равенство унификация стала проклятьем, а не достижением. Среди граждан одного возраста, пола и социального уровня количество микрогрупп и подкатегорий может быть примерно равно количеству самих представителей. Глобализация перестала быть пряником, а совершенно чужой опыт — привлекательным. Люди ищут общности в мелочах. И находят на страницах людей, чья аудитория мизерна, но философия максимально коррелирует с их потребностями.
     Такая страница может и не быть личной. Философия бренда может стать объединяющим элементом, как в книге: «Чтобы всех отыскать, воедино созвать / И единою черною волей сковать…» Впрочем, как и в истории с кольцами, главная ценность всего — люди. Лояльная и активная аудитория обеспечивает не только успешный выход на вершину, но и страховку на случай взрывной реакции при косяках того или иного рода. С точки же зрения клиента, выбирающего марку сердцем и прочими органами, польза от общения с единоверцами гораздо выше, чем бонусы при попытках нести свет любви к товару в менее дружественной среде.

     В целом люди остаются людьми. При всей скорости изменений окружающего ландшафта его наполнение неизменно. Смена форм может создать ощущение новизны, но практика и опыт все равно покажут: не цифра или мощное железо, а человеческое общение — главная ценность наступающей эпохи.

Иллюстрации из архива редакции

Крадущийся премьер, затаившийся финансист

В России, как и в Советском Союзе 80‑х годов, уже давно назрела перестройка. Тогда она носила тотальный характер, сейчас же достаточно перестройки экономической с уклоном в сторону регулирования финансовых рынков, считает Павел Голубев

Авторская колонка

Еще два-три года назад, когда стало понятно, что плана «Б» у правительства нет и санкции, несмотря на хорошую мину при плохой игре, сильно и больно бьют по отечественным инвестиционным программам, я предположил, что следующим главой кабмина станет Алексей Кудрин. А если и не главой правительства, то министром или вице-премьером, который будет отвечать за экономическое развитие РФ. Напомню, что после инаугурации президента слухи о втором пришествии Алексея Кудрина заметно усилились. Более того, ему даже сватали новую спецдолжность в аппарате правительства, должность, которая имела бы прямой контакт со своим создателем и протеже — главой государства. Но подобным ожиданиям, — а для кого-то и надеждам, — не суждено было сбыться — правительство, по сути, осталось тем же, а риторика — «майской». Хотелось бы сказать «эта песня хороша, начинай сначала», но, по правде, песня эта, мягко говоря, так себе, а слушать ее с начала — времени уже нет.
     Если вы думаете, что котировки экс-министра финансов и главы центра стратегических разработок упали, то вы с большой долей вероятности ошиблись. Да, автор идеи создания резервного фонда получил, казалось бы, неочевидную должность главы Счетной палаты РФ, ввиду чего многие недальновидные эксперты уже поспешили назвать это «брошенной костью» и заявить о назначении Кудрина главным счетоводом или бухгалтером страны. Но… Во‑первых, в России, как и в США, не должность красит человека, а человек должность, поэтому роль и влияние Счетной палаты на деятельность правительства была сильно преуменьшена во времена Татьяны Голиковой. Теперь же Алексей Кудрин взял с места в карьер и принялся использовать весь доступный его ведомству инструментарий и все рычаги давления, в том числе и на кабинет министров. Будьте уверены — при Кудрине в Счетной палате нынешнему составу правительства спокойная жизнь будет только сниться. И не только правительству…
     Госкомпании, которые привыкли самостоятельно распределять прибыль и формировать отчетность, уже попали на карандаш Алексею Леонидовичу. Новый глава Счетной палаты нашел огромную дыру в бюджете, размеров в 43 млрд рублей, появившуюся благодаря мягкой и крайне несогласованной дивидендной политике. Дело в том, что при расчете объема доходов в бюджет страны от дивидендов на акции госкомпаний Минфин не учел прогноз Росимущества. Но это полбеды: новое-старое правительство так и не приняло норматив о 50‑процентной норме выплат дивидендов, поэтому бюджет рискует выглядеть худосочным, а госкомпании — жадными, толстыми и нехорошими. Речь прежде всего о «Газпроме», «Транснефти» и «Роснефтегазе». В любом случае, Алексей Кудрин уже выполняет свою работу, несмотря на таблички с именами на дверях ведомств. Глава Счетной палаты обладает колоссальным авторитетом в Кремле, и становится понятным, что заискивать он ни перед кем не будет. Этим летом Кудрин вошел в тройку представителей руководства страны, к которым вопросов нет.
     Во‑вторых, сейчас еще не до всех дошло понимание того, что пенсионный возраст все-таки поднимут, и не на три, а сразу на пять и восемь лет. Отмечу, что, судя по опросам общественного мнения, 53 % населения считает текущий возраст выхода на пенсию (60 и 55 лет) наиболее разумным, еще 36 % считает, что его можно сократить до 56 и 50 лет. Получается, что повышение возраста выхода на пенсию до 65 и 63 лет крайне непопулярная мера. Дальше — больше… За ширмой повышения пенсионного возраста народ не заметил слона — повышение ставки НДС с 18 до 20 %, а это, между прочим, и повышение розничных цен, и разгон инфляции. Столь непопулярные среди населения меры, а точнее, негативный фон от них кто-то должен впитать, словно губка. Желательно кто-то конкретный. И здесь на авансцену выходит новый-старый состав правительства во главе с премьер-министром. Если губку удастся промыть и дальше ею пользоваться, то Кудрину придется засидеться в Счетной палате года на три-четыре, если же волна негатива окажется шквалистой и с длинным шлейфом, то правительство уйдет, забрав с собой весь негатив. И вот здесь уже Алексей Кудрин на относительно белом коне въезжает в зал заседаний российского правительства в качестве его председателя.

Не более трех процентов населения сегодня знают имя человека, благодаря которому мы смогли пережить обвал нефти и рубля, введение санкций, Олимпийские игры, чемпионат мира по футболу, а также Крым и Керченский мост

     Ирония судьбы в том, что именно Дмитрий Медведев более семи лет назад указал Кудрину на дверь после его предложения секвестировать бюджет на оборону. Дело было, конечно, не только в бюджете.
     Однако нельзя не учесть, что у Алексея Кудрина крайне слабая поддержка и авторитет у населения. Даже сложно сказать, у кого рейтинг ниже, — у Кудрина или у Медведева. Возможно, что в данной временной точке у них паритет, но впереди повышение пенсионного возраста и рост налоговой нагрузки. Очки после подобных реформ, как правило, теряют все. Просто сидеть и считать цифры Алексею Кудрину будет недостаточно, ему, как минимум, придется держать в тонусе правительство и стараться быть как можно более публичной фигурой.
     Что касается заслуг и регалий, то здесь у Кудрина колоссальный резерв. Не более трех процентов населения сегодня знают имя человека, благодаря которому мы смогли пережить обвал нефти и рубля, введение санкций, Олимпийские игры, чемпионат мира по футболу, а также Крым и Керченский мост. Не подсмотри Кудрин у норвежцев структуру Резервного фонда, Фонда благосостояния, Фонда будущих поколений — называйте, как хотите, — не быть нам важной геополитической силой с большими амбициями. Глава государства в эти три процента, несомненно, входит, поэтому ощущение, что карьера Кудрина в большой политике еще не закончена, есть.
     Что касается философии нового главы Счетной палаты, то она носит довольно прозападный характер, что скорее хорошо, нежели плохо, ведь таких понятий, как самобытность и «свой путь» в экономике не существует. Есть экономическая изоляция и санкционный режим, но и здесь именно Кудрин, как никто, может нивелировать потери за счет умения находить общий язык с внешними долговыми рынками. Мы уже выяснили, благодаря кому и чему мы смогли не уйти в ил дна за последние пять лет, но стоит вспомнить и о том, как легко и под какие разумные проценты Россия занимала извне в бытность Кудрина министром финансов. Если мой прогноз относительно будущего состава правительства и главы Счетной палаты сбудется, то лично для меня это станет очередным подтверждением политического кредо президента — удивлять, просчитывая все на десять шагов вперед.

Иллюстрации из архива редакции

Финансист, смотрящий в будущее

Совладелец Академии контроллинга из Мюнхена Дитмар Пачер о том, кто такие контроллеры и что они могут дать компании и ее собственнику

8 июня в Музее Мирового океана прошла XI международная ежегодная конференция по контроллингу. Конференция, которую проект USENKOV.PRO проводит в Калининграде уже одиннадцать лет подряд, — яркое событие для регионального делового сообщества.
Тема конференции в 2018 году — «Конкуренция в бизнесе: не друг и не враг». Каждый из спикеров с разных точек зрения рассматривал конкуренцию как технологию, способную при верном подходе привести предпринимателей к успеху.
Одним из самых впечатляющих стало футуристическое выступление хедлайнера конференции — мировой легенды контроллинга, совладельца мюнхенской CA controller akademie Дитмара Пачера. Создатель проекта USENKOV.PRO Валентин Усенков поговорил с Дитмаром Пачером о феномене контроллинга.

— Каждый раз, когда меня просят представиться, я говорю, что я — контроллер или учу контроллингу. И меня тут же спрашивают: а что это? Дитмар, расскажи вкратце, что такое контроллинг с твоей точки зрения.
— Не имею ни малейшего представления (смеется). Если серьезно, контроллинг — управленческий процесс. Формулирование целей, составление плана по их достижению и контроль движения в верном направлении. Это три главных шага: определить цели и согласиться, что они верны; составить план, а затем идти верным путем. Шаг вправо, шаг влево — нужно возвращаться обратно. И не спускать глаз с ваших целей.

     — Примерно так объясняю и я. Но тогда возникает встречный вопрос: чем же контроллинг отличается от менеджмента? На нашей конференции по контроллингу пять лет назад один из участников спросил, что поменяется, если в названии поменять «контроллинг» на «менеджмент»?
     — В целом он не так уж неправ: контроллинг — процесс управления, менеджмента. Но если вы посмотрите на многих менеджеров, то обнаружите, что они зачастую забывают фиксировать четкие и измеримые цели своей работы. Нередко им не хватает внятного плана действий, они руководствуются скорее интуицией, чем строгими схемами. И даже если план есть, они далеко не всегда ему следуют.
     Важно понимать: контроллинг как процесс не может существовать без контроллеров. Без людей, которые следят за тем, как менеджеры определяют цели и задачи для различных подразделений компании, составляют планы для каждого из них. Планов же может быть много: план производства, план продаж, планы инвестиций, планы покупок… И каждый из них должен быть частью большой схемы, сложного процесса, который в конечном итоге должен привести к реализации глобальной цели.

Валентин Усенков и Дитмар Пачер

— В Европе я слышал такое определение контроллинга: это «финансовая совесть» компании. Почему контроллинг так тесно связан с экономикой и финансами?
— Контроллинг намного больше, чем финансы. Это выбор и реализация стратегических, качественных, операционных и финансовых целей и задач. На самом деле большинство контроллеров имеют дело именно с финансово‑экономическими показателями компаний, с которыми работают. Причина, как мне кажется, в том, что обычным менеджерам в бизнесе попросту не хватает экономических познаний. Да, они могут быть хороши в маркетинге или в продажах, но когда дело касается денежных потоков, отчетов о прибылях и убытках, они опускают руки. Вот тут на помощь приходят контроллеры, специалисты с высоким уровнем экономических знаний.

— Контроллинг — сравнительно новая профессия. Как она появилась и почему получила такое широкое распространение в немецкоязычных странах?
— Как профессия контроллинг появился в 70‑х годах прошлого века. Благодарить за это стоит доктора Альбрехта Дайле, создавшего в 1971 году Академию контроллинга. Он был настоящим визионером: создал академию до того, как появилась профессия. Были бухгалтеры, финансисты, контроллеров и контроллинга не существовало. Но Дайле был уверен: в компаниях необходимы люди, сведущие в бухгалтерии и финансах, не занимающиеся лишь составлением отчетов о том, что случилось, а смотрящие вперед, в будущее. Первыми слушателями нашей академии были топ-менеджеры, но почти сразу компании стали присылать на семинары бухгалтеров и финансистов. Возможно, это тоже причина финансово‑экономического характера контроллинга в его нынешнем виде.

— Ключевая аудитория проекта USENKOV.PRO — собственники компаний. И главное для них — результат. Говоря на языке предпринимателей, языке результатов, как ты можешь описать необходимость наличия в штате контроллера?
— Далеко не всегда контроллер должен быть частью команды. Все зависит от размера компании, — когда она небольшая, контролировать реализацию планов и стратегий может сам собственник. Но с ростом бизнеса следить за тем, чтобы поставленные в начале года цели достигались к его завершению, становится сложнее. Менеджеры погружены в проблематику своих отделов и не могут видеть картину в комплексе, а вот контроллер может следить еженедельно, ежемесячно, ежеквартально за тем, каким путем движется вся компания и соответствует ли это движение тем задачам, которые ставит перед ней владелец.

     — Ну и, наконец, самый практический вопрос: если собственник бизнеса решил воспитать контроллера в своем коллективе, к примеру, отправив его к нам на обучение, какие критерии должны быть ключевыми?
     — Этот вопрос мне задают очень часто, и у меня есть простой и конкретный рецепт. Возьмите двух-трех сотрудников, лучше всего разбирающихся в финансах, тех, кто на самом деле понимает, как работают денежные потоки, каково значение отчета о прибылях и убытках, что на что влияет и что с чем связано в экономике бизнеса, и отправьте их всех к руководителю коммерческого отдела. Но не предупреждайте его о происходящем; пусть он думает, что они хотят получить должности в сфере продаж, и пусть коммерческий директор выберет того из них, кто, по его мнению, лучше всех сможет продавать ваш продукт.
     Контроллер должен не только полностью понимать экономику компании, но и уметь продавать. Продавать цифры, продавать данные топ-менеджерам, не стесняться идти к руководителям подразделений с многолетним опытом и доносить до них идеи о том, как изменить работу для увеличения денежного потока, маржи и, как следствие, повышения благосостояния собственника. Именно в этом его наивысшая цель.
     Ну и конечно, будущие контроллеры должны получить исчерпывающие практические навыки в области экономики, финансов и управления. Я очень рад, что ваш проект USENKOV.PRO в Калининграде дает возможность учиться этому как собственникам, так и будущим контроллерам — это напоминает мне о том, как начиналась наша CA controller akademie в Мюнхене.

Тел. +7 (911) 469-98-05
www.usenkov.pro
project@usenkov.pro

Алексей Милованов
Фотографии предоставлены компанией

Дмитрий Подпорин:
Иногда и боги горшки обжигают

Генеральный директор компании БалтКерамика об объединении с предприятием ЖБИ-1, перспективах развития строительной отрасли и умении не делать резких движений

БалтКерамика

Компания предлагает керамические кирпичи и керамические блоки более 30 видов
Площадь завода БалтКерамика – 41 000 кв. м, работают два карьера: глиняный и песчаный

Этапы развития предприятия:

2004 год – начало реализации проекта по строительству завода
12 октября 2007 года – запущена производственная линия по изготовлению керамического кирпича
2008 год – выпуск керамических блоков различных форматов
2017 год – участвует в программе промышленного туризма в Калининградской области
На предприятии БалтКерамика работает 150 человек

— В 2016 году дирекции компаний БалтКерамика и ЖБИ-1 объединились. Какие цели вы преследовали?
— На территории, где расположены предприятия БалтКерамика и ЖБИ-1, в прошлом находилось объединение Калининградстрой (включало 28 предприятий, распалось в 1991 году. — Ред.). Во время приватизации площади перешли к разным компаниям, ЖБИ-1 сохранил часть своей производственной площадки. В 2005 году вместе с партнерами мы приобрели часть территории, чтобы начать строительство завода БалтКерамика по соседству с другими компаниями строительной отрасли. А недавно владельцы завода ЖБИ-1 выступили с инициативой создать объединение, чтобы управление предприятиями на всей территории находилось в одном «мозговом» центре, рассчитывая на повышение эффективности производства всех участников. Акционерам БалтКерамики эта идея понравилась, мы организовали объединенную работу управленческой и коммерческой структур.

— С точки зрения владения предприятием принцип объединения тоже действует?
— Собственники пересекаются.

— Я правильно поняла, что, объединив два предприятия, вы получили возможность делать клиентам комплексные предложения?
— Теперь наши клиенты заходят в один кабинет и получают все, что нужно для строительства дома. Когда мы проанализировали работу наших коммерческих структур, то поняли, что можем быть полезны друг другу — общая база клиентов расширилась. Кроме того, сотрудничаем со всеми крупными застройщиками Калининграда, такими как Евгений Верхолаз, Вадим Шимко, Борис Калинин и многими другими. Это авторы прекрасных проектов жилых комплексов, которые использовали материалы наших предприятий. Но самое главное — когда к нам приходят застройщики, мы можем вести с ними разговор о комплексе строительных материалов: фундамент, плиты перекрытия, стеновые материалы — возможности нашего предложения очень широкие.

Управленческий состав компании БалтКерамика работает на предприятии больше десяти лет: исполнительный директор Александр Власов, главный инженер Евгений Кирщин, главный технолог Лариса Макурина, главный бухгалтер Лариса Кислякова

— ЖБИ-1 — одно из старейших предприятий региона. Как вы оцениваете его технологическую оснащенность?
— В 2009 году на заводе ЖБИ-1 построена первая в Калининградской области технологическая линия для производства железобетонных изделий с использованием метода виброформования на длинных стендах (больше известная как линия безопалубочного формования). Предприятие стало новатором, после него подобный принцип стали использовать другие компании региона. Кроме того, ЖБИ-1 — действительно одно из старейших предприятий региона, здесь работают опытные специалисты высокого класса. Среди наших заказчиков много компаний промышленного строительства, которым необходимы уникальные и нестандартные изделия. На заводе по чертежу изделия способны изготовить необходимую форму, выпускать продукцию различной сложности и конфигурации, поэтому в производстве не редкость индивидуальные заказы. Ограничением может служить только сложность транспортировки крупногабаритных изделий. Часто проектировщики принимают решение заливать такие фундаменты на месте.

— ЖБИ-1 принимал участие в строительстве стадиона.
— В этом проекте принимали участие все компании, выпускающие железобетонные изделия. Все справились со своей задачей, не допустили ни одного технологического провала. А проект был сложный: индивидуальные формы, высокие стандарты качества и сжатые сроки. Строительство стадиона было вызовом для всей строительной сферы. Я считаю, мы молодцы — показали, что можем.

— Рынок строительных материалов в Калининграде один из самых высококонкурентных, так?
— Да, между участниками огромная конкуренция, многие балансируют на уровне нулевой рентабельности. Большие промышленные проекты в Калининграде закончились, осталось только жилье. Учитывая последние реформы (в июне президент Путин подтвердил, что с 1 июля 2019 года договоры долевого строительства запрещены. — Ред.), я не верю в процветание отрасли, федеральные власти ее убивают, обременяя застройщика дополнительными расходами, связанными с кредитованием, страховыми отчислениями, работой с надзорными органами. В таких условиях объемы строительства неизбежно снизятся, что, конечно же, отразится на нашем производстве. Мы будем еще сильнее бороться за цену, а застройщики смогут еще жестче жонглировать нашими интересами.

— Есть мнение, что самый высокий уровень строительства жилья в год мы уже прошли в 2016 году, сдав более миллиона квадратных метров.
— Калининград сделали похожим на мегаполис, хотя это ему было несвойственно. Теперь горожане вынуждены жить окно в окно. При этом есть возможность расширять пригородные районы — Чкаловск, Гурьевск, Холмогоровку, Васильково. Туда надо направлять усилия по развитию.

— Чтобы эти районы стали успешными, нужна инфраструктура.
— Это как раз то, о чем должно думать калининградское правительство. И позиция новой команды мне нравится. Они ограничивают этажность, заботятся о развитии придомовой территории.

— Когда вы говорите про сокращение этажности, это похоже на ситуацию, когда «пчелы против меда».
— Ну слушайте, все не так просто (берет лист бумаги, чертит). Вот мы строим дом и хотим посадить там 10 000 квадратных метров жилья — здесь будет один фундамент и определенное количество перекрытий и лестничных маршей. Но если дом поделить пополам, то даже фундамента потребуется в полтора раза больше. А чтобы процесс пошел, необходимо развитие инфраструктуры, тут вы правы.

Команда ЖБИ-1 уважает традиции компании и постоянно внедряет новые технологии: главный инженер Виталий Дудаль, начальник цеха Тамара Вантенкина, начальник ОТК Алексей Соломонов, начальник участка 1‑го пролета Людмила Карташова, начальник участка металлоконструкций Евгений Селиверстов

— В 2004 году вы начали заниматься проектом завода БалтКерамика по изготовлению керамического кирпича, использовали дорогое немецкое оборудование. Ваша бизнес-модель себя оправдала?
— Как вы думаете, 15 лет — это хороший срок окупаемости? Я думаю, для любой сферы это слишком долго. Наверное, если бы мы вложили те же деньги в строительство домов, то уже с успехом вернули бы инвестиции. БалтКерамика — сложное предприятие с точки зрения технического оснащения, интеграции кадров в производство. Но тут нам повезло, у нас работают профессионалы, преданные делу. Знаете, как говорят, «не боги горшки обжигают». Но где-то все-таки и боги.

— Свои мотивы помните?
— Мысль открыть производство керамического кирпича приходила в голову большому количеству людей в Калининграде. Тогда, в 2001 году, стройматериалы вагонами шли из Белоруссии и Польши. И когда губернатор Владимир Егоров поддержал нашу инициативу, мы нашли финансирование и приступили к проекту. В 2007 году запустили производство, в 2009 случился злополучный кризис, который сильно потянул нас вниз. Еле оправились от него, а уже настиг кризис 2014 года.

ЖБИ-1

Ассортимент завода ЖБИ-1 более 5000 наименований: многопустотные плиты перекрытий, элементы фундаментов, перемычки, сваи, колонны, лестничные марши, дорожные плиты и многое другое
Площадь завода ЖБИ-1 – более 115 000 кв. м

Этапы развития предприятия:

1947‑й – год основания предприятия на месте бывшего немецкого завода по изготовлению струнобетонных шпал
Изделия ЖБИ-1 поставлялись для строительства заводов «Кварц», «Факел», «Силикатный завод», ЖБИ-2, швейной фабрики в Советске, Дома Советов и многих других
1990 год – пик развития производства. Изготовлено 175 тыс.м3 сборного железобетона, более 15 тыс.м3 бетонных изделий
2009 год – предприятие одним из первых в регионе начинает выпуск преднапряженных многопустотных плит перекрытий. Для этих целей смонтирована технологическая линия производства железобетонных изделий с использованием метода безопалубочного формования
2016 год – объединение дирекции с предприятием БалтКерамика
На предприятии ЖБИ-1 работает 205 человек

— Зависимость от валюты?
— Оборудование немецкого производителя Keller мы покупали в Европе, рассчитывались, понятно, валютой, поэтому зависимость была значительной. Сейчас несем расходы только на обслуживание. На предприятии используем местное сырье: глину, песок, опилки и воду. На заводе ЖБИ-1 используется цемент белорусского производства, щебень из Швеции, песок местный.

— В этом году предприятие БалтКерамика празднует пятнадцатилетие. К этой дате вы подошли с серьезным производственным портфелем. Интеграция двух предприятий дала синергетический эффект, конкурентное преимущество на рынке?
— Безусловно. Продукция БалтКерамики — это высокое качество, подтвержденное европейским сертификатом качества, уважение к партнерам и дружная команда. На предприятии ЖБИ-1 живут по тем же принципам и обладают колоссальным опытом работы. Мы никогда не делали резких движений, всегда комплексно подходили к решению проблем. За пятнадцать лет наш коллектив проделал серьезную плановую работу. Гордимся своей репутацией — никого не обманули и не кинули. Мы умеем договариваться. Но самое важное — сплоченность коллектива, весь управленческий состав работает на предприятии больше десяти лет, мы друг другу доверяем.

— Двадцать лет назад вы могли представить себя в этом бизнесе?
— По образованию я военный инженер. Думал, что буду всю жизнь военным, но в 1993 году бросил все и ушел со службы с широко открытыми глазами, с мечтой купить себе джинсы и прокормить семью. Много чего пробовал, набирался знаний и опыта. В итоге удалось построить хорошее предприятие, успешно его развивать и, наконец, выйти на окупаемость.

— То есть, вы уложились в срок окупаемости пятнадцать лет?
— Почти, еще в процессе, но спокойно и уверенно смотрим в будущее.

Екатерина Вострилова Фотографии Егора Сачко
Продюсер съемки Екатерина Мирошникова

Совладелец Академии контроллинга из Мюнхена Дитмар Пачер о том, кто такие контроллеры и что они могут дать компании и ее собственнику

Генеральный директор компании БалтКерамика об объединении с предприятием ЖБИ-1, перспективах развития строительной отрасли и умении не делать резких движений

Здесь