Архив рубрики: Без рубрики

Плачешь, что закончился

Обратная связь

Наши читатели поделились мнением и эмоциями о прошедших в калининграде матчах чемпионата мира по футболу

Обратная связь

Михаил Друтман, руководитель туристической компании «Балтма Турс»:
     — Чемпионат мира по футболу — событие само по себе запоминающееся, по которому мы уже скучаем. В городе никогда не было мероприятия такого уровня и вряд ли еще будет, особенно как вчера (матч Англия-Бельгия. — Ред.). Только у нас было восемь чартеров из Бельгии, работало 28 больших автобусов, не говоря уже о микроавтобусах и частных машинах. Вчера мы обслуживали Coca-Cola-Бельгия и BMW-Бельгия, и они, как многие другие болельщики, не раз говорили, что Калининград — лучший город с лучшей организацией. Подъезд к стадиону групп — с достаточным количеством парковок — вызывал у наших гостей абсолютное восхищение.

Обратная связь

Вадим Ежергин, исполнительный директор компании «Лазурит»:
     — Я болел за Сербию — мне нравится их игра, я поддерживаю славян. Переживал за сборную Марокко, потому что они играют в футбол «без турнирной таблицы». Я так сильно за них болел, что марокканцы подарили мне национальную одежду — бордовый бархат с вышивкой. Когда хожу на матчи, стараюсь покупать футболки с символикой играющих команд, а на матч Марокко пришел только в бейсболке, но марокканцы это исправили. Я много общался с приезжими: хорваты сказали, что им у нас так понравилось, что они приедут отдыхать. Вообще все удивлялись, что в России так хорошо и люди так отзывчивы.

Обратная связь

Владимир Кацман, учредитель компании «Балтийские рестораны»:
     — Это абсолютный восторг провинциального горожанина. Скажу так: я на матче Англия-Бельгия уснул, потому что это была абсолютно скучная и расчетливая игра. Но я уснул в компании англичан, бельгийцев и белорусских олигархов. В нашем смешном городе, который ничего сравнимого больше не получит! Это нельзя оценивать в категории понравилось/не понравилось, это был величайший момент истины за последние столетия. Второе, — мне очень понравилось, как мы разбирали работу вмененного мне заведения «Пьяно бар» под «Лондоном» — почему закончилось пиво, когда пришла новая партия английских болельщиков, и почему не хватило сосисок. Мои сотрудники сказали: «Шеф, торжественно клянемся, что на следующий чемпионат мира мы все исправим». Сказано очень мудро.

Обратная связь

Оксана Кесова, генеральный директор компании «Дизайн-Комплект»:
     — Я считаю, что праздник футбола получился. На матч Испания-Марокко мы пришли болеть за Испанию, но рядом с нами было так много марокканских болельщиков, которые буквально плакали от переживаний, что мы перешли на их сторону. Ребята дрались на поле, и этому невозможно было не сочувствовать. Болельщики устроили в нашем городе настоящий праздник, и фраза «Спасибо, Руссия!» эхом звучала на улицах.

Обратная связь

Павел Лейбович, владелец ресторанов «Бо бо» и «Баклажан»:
     — Меня приятно удивила навигация на стадионе. Я побывал в зонах болельщиков и испытал самые положительные эмоции. Калининграду достался самый крутой групповой этап. Больше всего я болел за Хорватию и Испанию. За хорватов играет много суперпрофессионалов, я всегда наблюдаю за их игрой в клубах, было интересно, как они покажут себя в сборной. А Барселона — клуб и город — forever*!

Обратная связь

Андрей Левченко, генеральный директор компании «Вагонка production»:
     — Могу сказать только одно: это великое счастье, которое мы пережили, и великая грусть, что это закончилось. Не зря многие философы и писатели говорили: пускай путь достижения цели будет долгим. Как человек шоу-бизнеса, я понимаю, что шоу всегда пролетает настолько быстро, что ты потом стоишь и плачешь, думая, как жаль, что это закончилось. Прекрасно, что чемпионат был в нашем городе, немногие города мира могут получить возможность принимать у себя один из главных спортивных ивентов. И самое грустное, что такого события больше никогда не будет. По элементарным подсчетам, только в Европу чемпионат мира вернется через 12 лет. Вот эти эмоции переполняют: и восхищение, и гордость за город. Когда я был на стадионе, казалось, что нахожусь на другой планете: половина стадиона англичан, половина бельгийцев, мы вместе с ними. Это же просто карнавал!

Обратная связь

Игорь Плешков, генеральный директор группы компаний «Томас-Бетон»:
     — Если отстраниться от политики и падающей экономики и посмотреть на футбол как на праздник, то, безусловно, все прошло замечательно. Все было организовано на высочайшем уровне, о мелких огрехах даже не хочется говорить. Приятно, что калининградцы очень правильно принимали праздник, и болельщики чувствовали себя как дома. Я лично видел, как многие люди безвозмездно помогали иностранцам. Русский народ очень дружелюбный, и в Калининграде это сильно чувствовалось. Считаю, что по 10‑балльной системе мы провели праздник на хорошие 9,5.

Обратная связь

Сергей Званок, генеральный директор управляющей компании «Центральный продовольственный рынок»:
     — Самая высокая оценка организации этого праздника. Cемьей посетили все матчи, я пригласил родственников из Белоруссии. На каждой футбольной встрече отшлифовывали свой английский с болельщиками, перед матчем Англия-Бельгия готовились особенно усердно (смеется). Больше всего чемпионат запомнился детям, мой племянник записался в секцию футбола. Это праздник, который оставит после себя любовь к спорту, здоровому образу жизни. Надеюсь, инфраструктура, подготовленная для мундиаля, получит развитие, может, и наш родной клуб «Балтика» выйдет в Премьер-лигу, к нам приедут «Барселона» и «Реал». Этот импульс нельзя оставлять без дела, надо продолжать развивать футбольную тему.

* – Навсегда

Записали Екатерина Вострилова, Софья Сараев
 Фотографии Александра Подгорчука и из архива героев

Мир, дружба, футбол

Фотопроект

Во время чемпионата мира по футболу Калининград превратился в город песен, объятий и спортивной борьбы

Фотопроект

Селфи фотографа Александра Подгорчука на матче Сербия – Швейцария

Фотопроект

Швейцарский трубадур на стадионе «Калининград»

Фотопроект

Болельщики сборных Нигерии и Хорватии перед игрой вместе танцуют на площади Победы

Фотопроект

Игроки Нигерии и Хорватии в борьбе за мяч

Фотопроект

Коррида испанских болельщиков

Фотопроект
 
Фотопроект

Игроки сборной Швейцарии обнимаются под дождем

Фотопроект

Кокошники стали популярными

Фотопроект
 
Фотопроект

Даниэль Карвахаль в атаке на марокканские ворота

Фотопроект

Бельгийский болельщик и русская девушка

Фотопроект
 
Фотопроект

Вратарь сборной Бельгии Тибо Куртуа ловит мяч

Фотопроект

Марокканские болельщики идут по площади Победы

Фотопроект

Бельгийские болельщики в предвкушении матча

Фотопроект

Калининградцы на матче Англия – Бельгия

Фотопроект

Фотографии Александра Подгорчука

Улица Лесопильная: фабрика роялей и пианино

Здесь стояла лесопилка знаменитых Гебауэров, – они первыми использовали в производстве паровые машины и жертвовали на постройку городского концертного зала, – рассказывает Андрей Кропоткин

Авторская колонка

Дензнаки
Cовременная улица Лесопильная находится в Ленинградском районе Калининграда, начинается от пересечения с улицей Черепичной и заканчивается на пересечении с Литовским валом. Ее протяженность — 260 метров. В Кенигсберге Лесопильная была восточной частью Гебауэрштрассе.
     Как Закхаймер-Хинтерштрассе, или Закхаймская Дальняя улица упоминается с 1648 года. В 1932 году ее переименовали в честь Карла Юлиуса Гебауэра, владельца находившейся здесь лесопилки «Принц фон Пройссен» («Принц Пруссии») и первого фабриканта Кенигсберга, который стал использовать паровые машины. В 1834 году во дворе между улицами Лобек- и Риппенштрассе (ныне Гражданская и Ярославская) Гебауэр открыл первую в Восточной Пруссии фабрику по производству пианино и роялей.
     Семья Карла Юлиуса Гебауэра была известна в Кенигсберге еще и тем, что его сын занимался музыкой. Более того, Гебауэр-младший активно содействовал музыкальному развитию городского общества — участвовал в финансировании Кенигсбергской консерватории и в строительстве в 1912 году Штадтхалле (городского зала), в котором устраивали концерты (сейчас в этом здании находится Калининградский областной историко-художественный музей).

Исторические прогулки

Паровая лесопилка «Принц Пруссии» на берегу реки Прегель. Литография 1854 года

     Немного об истории Штадтхалле. С 1880 года в Кенигсберге проходили регулярные симфонические концерты, в основном в городской опере на Paradeplatz (ныне улица Университетская, 4–10), но вместимость ее главного зала трудно было назвать удовлетворительной, поэтому городу приходилось использовать в виде концертной площадки и главный зал Кенигсбергской биржи. В 1910 году городские власти приняли решение о проектировании отдельного концертного зала вместимостью не менее 1500 человек. Место для постройки выбрали очень удачное: с северо-запада располагалась средневековая центральная часть города рядом с Королевским замком, а севернее — Замковый пруд с его парковым окружением буквально в шаге от самого оживленного района Кенигсберга. Начиная с XVIII века здесь сформировалась зона для отдыха, прогулок и праздничных гуляний большинства горожан.

Исторические прогулки

Пианино фирмы К. Ю. Гебауэра

     Работы по возведению Штадтхалле начались в 1911 году, архитектором стал известный берлинский мастер Рихард Зеел. Здание было построено в двух архитектурных стилях — неоклассицизма и популярного в то время югендстиля. Проектирование велось с учетом требований большого города и функциональности для того времени. Здание вытянуто с севера на юг, с западной боковой пристройкой, облицованной по всему периметру темной декоративной штукатуркой. Главный вход имел три массивные деревянные двери с полукруглыми козырьками на каждой. Между ними шли четыре декоративные колонны, разделяющие лицевой фасад на отдельные секторы. Интерьер здания был богато украшен живописными полотнами, скульптурами и панно.
     Настоящей изюминкой Штадтхалле являлась сцена малого зала: она была устроена в виде ряда из семи восходящих ступеней. Таким образом, зрителям был хорошо виден каждый отдельный исполнитель. Особый шарм залу придавал роскошный полукруглый потолок, богато декорированный и подпираемый огромными колоннами по всей длине. Один из залов был назван в честь Карла Юлиуса Гебауэра, пожертвовавшего значительные средства на постройку этого прекрасного здания. Кстати, пианино Гебауэра еще сохранились во многих городах Европы. Что касается улицы с аналогичным названием, то в 1946 году она стала Лесопильной.

Исторические прогулки

Зал Гебауэра в Штадтхалле

     В начале XX века улица стала застраиваться четырехэтажными сблокированными жилыми домами. После военного лихолетья от лесопилки, домов и складов не осталось и следа, на их месте появился пустырь, а в 1995 году из Баварии сюда привезли разборное здание католического храма Пресвятой Девы Марии с благотворительной столовой для неимущих граждан. Напротив прихода — четырехэтажный дом, в котором сейчас находится общежитие. Это одно из зданий бывшего Лебенихтского госпиталя, построенного в 1903 году и находившегося ранее на месте нынешнего памятника морякам-балтийцам на Московском проспекте.

Исторические прогулки

Портал входа в старый Лёбенихтский госпиталь. Фотография конца XIX века

     История создания госпиталя такова. В 1349 году великий магистр Тевтонского ордена учредил женский бенедиктинский монастырь. Спустя два столетия его преобразовали в госпиталь и назвали Лёбенихтским. После пожара в 1764 году госпиталь с кирхой отстроили заново, а в начале XX века медицинское учреждение перевели на новое место. Весь комплекс зданий госпиталя построили в 1903 году. В свое время он являлся крупнейшим городским лечебным учреждением. Во дворе госпиталя была часовня с элементами неоготики. Это здание сохранилось, хотя и выглядит иначе, — в нем располагается склад, большая часть декоративных элементов утрачена.
     Участок Лесопильной от Черепичной до Грига в 1970‑е годы был застроен пятиэтажными многоквартирными домами. Замечу, что улица Лесопильная 40 лет назад была в несколько раз длиннее: до середины 1980‑х набережной Трибуца не существовало, и нынешняя ее территория считалась участком улицы Лесопильной.

Иллюстрации Маргариты Мироновой
 Фотографии из архива Андрея Кропоткина

За дверцей холодильника

Четыре шеф-повара рассказывают о своих личных предпочтениях и домашних блюдах для близких

Самопрезинтация

Сейран Симонян, шеф-повар ресторана «Баклажан»:
— В моем холодильнике всегда есть яйца — я готовлю дома завтраки, чаще это блинчики и скрамблы. Если удается поужинать дома — это здорово, обычно прихожу поздно, и силы остаются только на что-то простое вроде цуккини и кабачков, поэтому всегда держу домашнюю сметану. В последнее время подсел на икру мойвы — дома едим банками, и сейчас думаю, как ее культивировать в одном из блюд в ресторане.
Если собираю семейный ужин, готовлю на большую толпу — нас много. Обязательно подаю классический хумус с ореховой пастой и много овощей. А на главное оставляю огромный запеченный кусок мяса. Ну и точно, моя мама принесла бы свою долму и икру из баклажанов — я это обожаю.

Самопрезинтация

Петр Николюк, шеф-повар ресторана Molon:
— В моем холодильнике всегда много продуктов: сыр, молоко, мясо, яйца. На подоконнике выращиваю травы и кресс-салат. Чаще всего получается готовить только завтрак, обычно это каша с ягодами или сэндвич. А вообще я сладкоежка — даже не скажу, какой десерт у меня любимый, потому что нравятся все.
В ресторане всегда заказываю ризотто, потому что скрупулезно отношусь к этому блюду. Хорошее ризотто обладает особой консистенцией, приготовлено из круглого риса, отваренного аль денте. Правильный выбор риса — это гарантия успешного приготовления ризотто, а вот чем дополнить рис, решает повар, исходя из своей фантазии.

Самопрезинтация

Андрей Серегин, шеф-повар ресторана Hoffman при отеле Crystal House Suite Hotel&SPA:
— На своей кухне в Калининграде я еще ни разу не готовил — переехал из Санкт-Петербурга всего месяц назад и сразу принялся за работу. Вообще вечером готовлю редко, только в том случае, если пришел с работы «живой». В ресторане к еде относишься как к работе и аппетита на кухне нет — профессиональная особенность, а когда покидаешь рабочее пространство, сразу понимаешь, насколько проголодался. Я много работал в ресторанах при отелях, последние пять лет трудился в питерском Four seasons, но в жизни предпочитаю посещать рестораны, лишенные опеки отеля. Заказ всегда делаю по рекомендации официанта и прошу подать то, что пользуется популярностью у гостей, — это гарантия того, что на кухне уже набили руку и блюдо приготовлено из самых свежих продуктов.

Самопрезинтация

Игорь Макаренков, шеф-повар ресторана «Штайндамм 99»:
— Дома всегда есть сезонные овощи, киви и авокадо, кусочек красной рыбы — жена очень любит эти продукты. Принципа сезонности я придерживаюсь в ресторане и дома, по возможности в холодильник все несу с рынка. В выходные обязательно готовлю, если собирается компания из дам — подаю рыбу, а вот для мужчин жарю стейки из хорошей говядины. Могу приготовить узбекский плов. Считаю, что личные предпочтения влияют на то, что делает повар на кухне заведения, вот и я стараюсь, чтобы в ресторане все было как дома: вкусно, без лишних заморочек и пафоса, из понятных свежих продуктов.

Екатерина Вострилова
 Фотографии Егора Сачко

Молитва

(Заметки на салфетке)

О чем думает Николай Власенко  во время взлета самолета

Авторская колонка

Николай Власенко
Хороший возраст за пятьдесят: уже многие вещи не волнуют, в частности, полеты на самолете. Воздушные ямы, покачивания и уход на второй круг воспринимаешь уже не так остро, как в молодости. Даже интересно, а что сейчас выкинет атмосфера или эта коробка с крыльями и моторами. Тебе есть что вспомнить, не всегда хорошее, но есть что. Жизнь оставляет зарубки, которые саднят, ноют иногда, но позволяют думать, что все-таки события происходили и ты был им свидетелем или участником, и твое место в строю историй впечатано навечно. Пусть это были не великие события, но кто сказал, какие великие, а какие — нет. Просто какие-то становятся эпосом, а какие-то — случаем между длинной чередой других случаев. Значимость этих событий может определить лишь время. А для тебя самого они равновеликие, потому что — твои. 
 
     Так вот, взлетаешь, берешь бокал вина у любезной стюардессы, и память начинает выдавать сюжеты… А чего ей, памяти, еще делать в полете, особенно с вином и соответствующим настроением. Да, и, конечно, музыка памяти подыгрывает, или лучше — песни… Те, которые за душу, в которых каждое слово о тебе… Потом протрезвеешь, послушаешь снова, подумаешь, Боже, какую ерунду слушал, жена скажет: как такую хрень можно крутить и крутить? 
 
     Но потом опять аэропорт, пристегните ремни, две порции вина, пожалуйста, и песня… Та, что про тебя, про твои годы, про непонимание, и слеза, которую никто не видит. Но как же она сладка… 
 
     И вспомнятся юношеские терзания, обиды безумно красивых девочек, страх взросления. Потом институт и ожидание счастья, и где этот город Солнца, где можно забыть о будущем и жить настоящим, — возьмите меня, я готов… а-а-а…

Взгляд

И вспомнятся юношеские терзания, обиды безумно красивых девочек, страх взросления. Потом институт и ожидание счастья, и где этот город Солнца, где можно забыть о будущем и жить настоящим, — возьмите меня, я готов

     Жена, дети, работа, и… и… И… 
 
     Господи, иже еси на небеси… 
 
     Я же романтик, и только притворяюсь серьезным, они меня заставляют, жизнь меня заставляет, все не так на самом деле, как говорят взрослые, как думают дети, все по-другому. У меня по-другому, но у кого-то же по правильному, скажи, Господи, у кого? У кого? Где этот человек? «Я хочу видеть этого человека!» 
 
     Но все молчат. Нет, они, конечно, говорят, но ты не слышишь. Вернее, слышишь, но понимаешь, — это не тебе. Тебе они ничего сказать не могут. А кто же тогда — тебе? 
 
     Бог? 
 
     Но он так сложно доносит до тебя свои советы, что зачастую все только запутывает. 
 
     «Сначала было Слово, и слово было у Бога, и слово был Бог…» 
 
     Хотя Толстой перевел Логос (от греч. λόγος) как — «Разумение»… 
 
     За что и поплатился… 
 
     Вот и осталось у меня только — Разумение. 
 
     Поэтому: аэропорт, пристегните ремни, две порции вина, пожалуйста, и… 
 
     …У каждого своя музыка, а потом у всех похоже …

Иллюстрации Маргариты Мироновой