Архив автора: Кит Стрекачинский

Без «стакана» разобрались

Вице-премьер правительства Калининградской области, курирующий градостроительную сферу, Гарри Гольдман об итогах, планах и прошлых уроках

— Когда вы приступаете к подведению итогов года, обращаетесь к первоначальным планам?
— Да, на этот год, если говорить о строительстве, в задачах стояло создание бесперебойной системы принятия документов в электронном виде и своевременные ответы на все заявления: разрешения на строительство, ввод в эксплуатацию объектов и так далее. Сегодня, судя по мнению строителей и заинтересованных лиц, мы справились с этой задачей, нет задержек по срокам. Что касается глобальных целей, то надо было «подтянуть область» по генплану.

— Что значить «подтянуть область»?
— Есть ряд муниципалитетов, которые очень долгое время не имели своих генпланов. Например, Гурьевский, Зеленоградский, Озерский округа приступили к разработке документов территориального планирования. На самом деле очень много такой работы, скажем так, с небогатыми муниципалитетами, которые активно застраивались, но имели большие проблемы с документацией.

— А почему так случилось, кстати?
— Все очень просто: нехватка квалифицированного персонала, финансирование по остаточному принципу. Кроме того, по тем цифрам, которые у меня есть, по вводу квадратных метров жилья, мы «в плане», даже чуть выше запланированных показателей. В общем, позитивно закончили год.

— Эти квадратные метры с перспективой продажи? Вы сами как оцениваете?
— Мы не отвечаем за продажу, но, если оценивать реалистично, рынок перегрет. Мы видим падение цен на рынке жилья, демпинг, понимаем, что застройщикам тяжело, и пытаемся им помочь. Очевидно, что настали не лучшие времена именно в части покупательной способности и ценовой политики.

— Может, у правительства есть планы насчет того, кто бы в этих построенных домах жил?
— Да, планы есть. Например, ипотечная программа для медперсонала, который приезжает жить и работать в Калининград из других городов страны.

— А расскажите про медперсонал. Это больная тема.
— Разработана программа субсидирования процентной ставки по ипотеке для работников, которые едут решать проблемы в медицинской сфере. Если ее утвердят, то она заработает в новом году. Более подробно об этом может рассказать Илья Баринов (заместитель председателя правительства Калининградской области.— Авт.): его ведомство разрабатывало программу.

— То есть, тот жилфонд, который введен в эксплуатацию, но по понятным причинам не реализован, пойдет на удовлетворение подобных нужд?
— Мы не знаем, честно говоря, какой пойдет, ведь все зависит от выбора человека, но факт, что эта программа облегчит приобретение жилья. Плюс объекты ФЦП, которые губернатор внес в план на следующий год, и строительство дорог в том числе, поддержат региональных застройщиков.

— Год закончился. Можете сказать о проблемах, с которыми столкнулись, реализовывая планы? Расскажите об этом не как чиновник.
— Нет, о проблемах не хочу. Вы знаете, мы больше не формируем объем застройки и не гонимся за количеством квадратных метров. Мы подходим к проектам не с точки зрения «лишь бы строили», а с точки зрения комфортной городской среды. Это был важный психологический перелом. Не стоит задача настроить в центре города многоэтажных зданий, правительство настаивает на средней высоте зданий — до восьми этажей. А точнее, мы говорим о пяти этажах в центре города. Поэтому принципиальным вопросом будет внедрение новых ПЗЗ, их отработка, чтобы не испортить историческую часть города.

— Гарри Митевич, вы таким образом отозвались на внимание горожан к этому вопросу?
— Действительно, это тот запрос граждан, который остро поставлен. Видно же, насколько уменьшилась проблематика застройки центра Калининграда. Давайте вспомним скандальные стройки в этом году, когда бы имелось разрешение, выданное агентством по архитектуре? Нет ни одной точки напряженности.

— Быть может, эти точки сместились на побережье?
— Да, на побережье есть точки напряженности. Но давайте посмотрим, о чем идет речь? Это старые проекты. Пресловутый «стакан»? Его лично закрыл Антон Алиханов. Больше того, мы уже подали документы на изменение правил землепользования и застройки на побережье: мы убираем саму возможность строить там…

— Все с волнением наблюдали за историей со «стаканом». Однако я понимаю, что за всем этим, когда разрешили строительство апарт-отеля, стоял экономический интерес и туристическая привлекательность. Что компенсирует отказ от таких объектов?
— Послушайте, строился променад. На тот момент не была учтена прокладка сетей, которые дадут возможность строительства на первой линии, поэтому нужно было сместить акценты. Зачем строить несоразмерный с окружением монстр, имея возможность работать с теми же инвесторами на той же первой линии, которая необходима в хозяйственном обороте для потенциала экономического роста на новом строящемся променаде?

— Но «стакан» же был согласован.
— Да. Но это была инициатива другого правительства. До Алиханова.

— Это принципиально важное разделение?
— Да, это было волевое решение губернатора, что мы не будем так строить.

— А как будете строить?
— Обдуманно. Уже принят регламент по высотности, который предусматривает здания не выше 15 метров, а это, по сути, четыре этажа. Три варианта архитектурного видения и так далее. Многое сделано из того, о чем просили общественность и профессионалы.

— Что вы отвечаете бизнесу, когда он вам говорит, мол, мы же налоги платим и хотим строить вот так и вот так?
— То есть, если был бы построен «стакан», то больше денег было бы?! Я же не сказал, что мы ничего не делаем для роста экономического и туристического потенциала. У нас есть новый променад, есть земли в Отрадном, Филинская бухта…

— А какие планы на нее, кстати?
— Это жемчужина побережья… Уже неактуально настроить несоразмерных окружению зданий и продавать их «за дорого». Поэтому бизнесменам объясняем, мол, ребята, давайте сменим ракурс, станем бережно относиться к среде и не мешать горожанам. Тот же самый променад: не лезем на склон, который укрепили, запланированы 35-45 тысяч квадратных метров застройки вдоль. Социальный объект — это лифт, и это именно лифт, а не подъемник, встроенный в жилые помещения. Надоели спекуляции на этот счет.

— Такой подход дороже обходится для застройщика и инвестора?
— Такой подход эффективнее, инвестору понятнее. «Стакан» многому научил.

— Впереди Новый год. Какие планы, помимо чемпионата мира по футболу?
— Это и работа с конструкторским бюро «Стрелка» по планировкам территорий, пешеходным зонам Калининграда. Про генпланы я уже сказал… Работа над концепциями других городов: Гвардейск, Пионерский, Зеленоградск. И начало работы архитектурного градосовета Калининградской области. Планов — громадье, и мы уже с вами говорили про музейный остров.

— Да, о нем уже вовсю спорят.
— И слава Богу. По крайней мере, эта идея никого не оставила безучастной. Впереди международный конкурс на проект развития острова Октябрьский — принципиальное место, новая площадка для развития города. Благоустройство новых территорий, например бывшего совхоза «Светлогорский».

— А деньги на это есть?
— Будем работать с инвесторами и закладывать в бюджет, конечно же. Ну а как иначе?!

— Чего хотите лично вы, как гражданин и чиновник?
— Я хочу, чтобы все красивые проекты реализовались.

— Красиво — это дорого?
— Недешево.

Оксана Акмаева
Фотография Егора Сачко

Стройка по-семейному

Строительная компания «Акфен», опираясь на семейные ценности, не один год занимается комплексным развитием территории микрорайона Сельма. генеральный директор группы компаний Зейрали Байтаров рассказывает О том, почему важно помогать обманутым дольщикам и как социальные проекты развивают бизнес

— «Акфен» взял на себя обязательства помощи, пожалуй, самым известным региональным дольщикам, обманутым компанией «Калининграджилстрой» на Сельме. Как эта история началась для вашей компании и какими мотивами вы руководствовались, принимая решения об участии в проекте?
— История сильно затянулась, и мы рады, что вопрос сдвинулся в реальную плоскость получения квартир. Все началось в 2002 году, когда «Калининграджилстрой» начал строительство дома с участием 236 дольщиков. Компания заморозила стройку на стадии шести процентов готовности. Первой ответственность на себя взяла компания «УКС». Мы включились в проект в августе 2015 года, разработав эксклюзивную схему сотрудничества с администрацией Калининграда. Мы много лет занимались комплексным развитием Сельмы, нам была небезразлична эта территория. У нас уже был опыт решения социальных задач — мы активно работали как генподрядчик и соинвесторы компании ПИК, которая переуступила нам в свое время права на строительство комплекса «Солнечный город» в Ленинградском районе на основании инвест-контракта с администрацией Калининграда. По его условиям мы уступили десять процентов квартир для решения социальных задач. В деле «Калининграджилстроя» мы выкупили на аукционе территорию, предназначенную под застройку того самого дома, при этом обязались предоставить квартиры 236 вкладчикам до 2020 года.

Жилой комплекс «Янтарный»

У нас есть принцип: все учатся сами, но если не знаешь, лучше два раза спроси, чем один раз ошибись

— Как проходит процесс выдачи квартир?
— По соглашению в течение пяти лет мы должны каждый год расселять по 47 обманутых дольщиков. На февраль 2017 года мы передали 86 квартир. Дольщики КЖС получили ключи от квартир в комплексах «Московский дворик» и «Мельничный двор». Я хотел бы отметить участие в этом проекте администрации города Калининграда — для нас важна поддержка, и это прекрасный опыт совместного сотрудничества.

Жилой комплекс «Калининград Сити»

— Вы говорите, что была разработана эксклюзивная схема сотрудничества с администрацией, в чем это выражалось?
— Важно было, чтобы все стороны процесса остались довольны, а самое главное, что люди получили жилье, которое ждали больше 15 лет. Чтобы сократить срок ожидания, мы предоставляем квартиры в других домах или выплачиваем денежную компенсацию. Каждый бывший дольщик «КЖС» после индивидуальных встреч с нами сам решал, какой вариант ему больше подходит. Даже если человек купил в «недострое» однокомнатную, а сейчас ему необходима двухкомнатная, мы предоставляем квартиру с доплатой.

Мы работаем на рынке больше 15 лет и даже в кризис динамично развивались

— А что будет с территорией, где должен был появиться тот самый дом?
— На этой площадке появится новый современный жилой комплекс «Калининград Сити» — это четыре 25‑этажных дома, в которых 960 квартир с интересной планировкой. Решение строить дома такой этажности мы приняли совместно с администрацией Калининграда. Только представьте, какой панорамный вид откроется с высоты этих зданий! Этот комплекс воплотит новые современные решения в девелопменте. Знаете, должно получиться одновременно дерзко и красиво. Мы предусмотрели трудности, которые возникают у современного жителя города, — создадим просторный паркинг, подъездные пути, хорошее благоустройство и комфортные места общего пользования.

Жилой дом «Премьера»

— Что значит для компании подобный опыт? Как он помогает бизнесу?
— Мы уже несколько лет занимаемся комплексной застройкой Сельмы — видим, как меняется эта территория, становится прогрессивным местом для жизни сотен семей. И если посреди этого благополучия стоит недострой, а десятки семей по 15 лет ждут свои квартиры, о каком развитии территории можно говорить? Необходимо формировать положительный опыт! По всей России обманутые дольщики получают квартиры за счет средств АСВ.

Жилой комплекс «Солнечный город»

Дороги дают первый толчок к развитию территорий, превращают районы в оживленные центры

— Проблема обманутых дольщиков активно обсуждается. На законодательном уровне выдвигаются различные инициативы для ее преодоления. Видите ли вы среди предложенных вариантов механизм, который способен реально помочь в решении этой проблемы?
— Законодательные инициативы — это, конечно, хорошо, но в реальности, я думаю, недобросовестные застройщики всегда найдут лазейку. Не так давно президент дал поручение разработать проект по отказу от долевого строительства, и это крайняя мера, которая может привести к росту цен на недвижимость. Я думаю, что цена может вырасти на 20 процентов. И куда в таком случае пойдут застройщики? В банки, где получат ставку не меньше 11 процентов, которая в конечном итоге ляжет на потребителя. Мы работаем на этом рынке больше 15 лет и даже в кризисы достаточно динамично развивались. Созданный механизм работает, если им правильно пользоваться. Конечно, у всех бывают трудности, и часто стройки стоят вовсе не из-за недостатка финансирования. В прошлом году, например, не раз задерживались поставки металла и цемента.

Многократные олимпийские чемпионы Светлана Хоркина,
Александр Попов и Александр Карелин на открытии школы борьбы

— Компания «Акфен» практически своими руками создала микрорайон Сельма. Чувствуете ответственность?
— Я считаю, что микрорайон получил такое активное развитие в первую очередь благодаря развитию дорог. Магистраль от Сельмы до Окружной дороги вдохнула жизнь в эту территорию. Правительство Калининградской области и администрация Калининграда всегда с пониманием относились к этим проектам, активно ими занимались и форсировали. Мост, соединивший Сельму и Советский проспект, — инфраструктурный прорыв. Дороги дают первый толчок к развитию территорий, превращают районы в оживленные центры. Сегодня жители Сельмы прекрасно обеспечены всей необходимой инфраструктурой: детскими садами, школами, торговыми центрами, общепитом и гипермаркетами.

— Все это произошло довольно быстро …
— Когда я приехал в Калининград в 1987 году, не было даже улицы Гайдара, а здесь (мы беседуем в офисе компании «Акфен» на улице Елизаветинской. — Авт.) было садовое общество и первые четырехэтажки для военных. Кстати, говорят, что именно первые дома для военных и назвали Сельма — дома предназначались для военнослужащих, которых выводили из соседней республики.

— Многие застройщики говорят, что спрос падает, продажи остановились. Вам есть что ответить?
— Удивительно, но мы чувствуем себя стабильно и не жалуемся. Я связываю это в том числе и с благополучным развитием микрорайона — горожане хотят здесь жить. А мы, в свою очередь, даем возможность приобрести квартиры в современных жилых комплексах, окруженных инфраструктурой с хорошим благоустройством. Людям нравится жить в динамичном городском ритме, они стремятся быть в центре событий — деловых и культурных, поэтому пользуются популярностью большие дома, где много соседей, а вокруг всегда что-то происходит. Вспомните мертвый город на трассе в сторону Зеленоградска в поселке Малиновка — семьдесят индивидуальных домов стоят пустыми и ветшают: калининградцы не приняли московскую манеру и не уехали за город. В подтверждение своих слов скажу, что мы уже почувствовали интерес к нашему новому жилому комплексу «Калининград Сити».

— Компания «Акфен» активно популяризирует спортивную борьбу и строит залы, в которых дети могут заниматься бесплатно. Откуда у вас любовь к этому виду спорта?
— Мой покойный отец был борцом. Я с братом тоже занимался борьбой, и мы всегда мечтали построить зал для занятий этим спортом. Когда у нас появилась такая возможность, мы ею воспользовались и построили школу в рамках государственно-частного партнерства. Вначале планировали, что это будет школа греко-римской борьбы, но решили, что не будем себя ограничивать одним направлением. Сейчас в школе двести детей бесплатно занимаются греко-римской борьбой и еще двести — вольной. На открытии школы в 2016 году побывали легенды нашего спорта Светлана Хоркина, Александр Попов и Александр Карелин. Там же постоянно проходят мастер-классы именитых спортсменов, например, трехкратного олимпийского чемпиона по вольной борьбе Артура Таймазова и вице-чемпиона мира по греко-римской борьбе Мусы Евлоева. У нас есть задумка создать академию борьбы. Может, после чемпионата мира по футболу сделаем. Сейчас активно ищем участок размером полтора гектара, на котором можно будет реализовать проект.

— Знаю, что группа компаний «Акфен» — семейный бизнес. Чему вы учили своих детей, когда интегрировали их в бизнес?
— У нас есть принцип: все учатся сами, но если не знаешь, лучше два раза спроси, чем один раз ошибись. Я старался учить своих сыновей всегда вести дела честно — это залог благополучия и стабильности. У лживых намерений нет будущего, только уверенное положение на рынке и репутация позволяют достигать хороших результатов. Сегодня мы переживаем один кризис за другим, и иногда мне кажется, что мы как еврейский народ, водимый пророком Моисеем по пустыне. Но думаю, что, несмотря на все трудности, мы обязательно достигнем поставленной цели.

Мавлуд Байтаров, вице-президент федерации спортивной борьбы Калининградской области, заместитель генерального директора «Западное Модульное Строительство»:
     — Мы активно занимаемся популяризацией борьбы и хотим, чтобы этот вид спорта был доступен всем желающим им заниматься. На базе нашей школы постоянно проходят международные соревнования. В этом году прошел международный ежегодный юношеский турнир по греко-римской борьбе памяти Александра и Зои Космодемьянских. За победу сражались более ста спортсменов из России и стран Прибалтики.
     У нас побывал боец смешанных боевых искусств, выступающий под эгидой UFC, Артем Лобов, русский друг Конора Макгрегора. Лобов с удовольствием общался и делился секретами. В нашей школе с ребятами встречались Артур Таймазов и Муса Евлоев, они даже провели мастер-класс по своим коронным броскам. У ребят есть возможность учиться у мастеров, общаться с именитыми спортсменами, которые мотивируют не только на спортивные подвиги.
     Мы делаем это, потому что не хотим, чтобы дома, которые мы строим, были просто конструкциями из бетона и железа. Они должны стать настоящим домом, который дает платформу для развития и помогает двигаться к своим целям. Мы, как одни из крупных застройщиков города, понимаем, что ответственны за то, в каком месте будут жить следующие поколения.

Я старался учить своих сыновей всегда вести дела честно — это залог благополучия и стабильности

Ибрагим Байтаров, руководитель отдела продаж компании «Акфен»:
     — На рынке Калининграда мы работаем уже больше десяти лет и стали известны застройкой северной части города. Продолжаем заниматься комплексным развитием микрорайона Сельма. Помимо работы над «Калининград Сити», совместно с компанией «Управление капитального строительства» на улице Согласия возводятся три десятиэтажки с собственной внутренней инфраструктурой, а ближе к спорткомплексу «Янтарный» появится одноименный жилой комплекс. Этот новый объект — три высокоэтажных дома комфорт-класса — задаст новые стандарты строительства в этой части города.
     Также активно идет строительство дома комфорт-класса в Центральном районе на улице Космонавта Леонова — жилой дом «Премьера». Он представляет собой идеальное сочетание современных и старинных архитектурных стилей. В жилом доме 254 квартиры, просторная парковка с подземной площадкой и вся инфраструктура Центрального района. На первом этаже запланирован фитнес-клуб. Продолжается строительство девятиэтажного дома на улице Ульяны Громовой.
     При строительстве домов мы используем все известные современные технологии: прочность и жесткость каркасов делают наши объекты особенно устойчивыми и безопасными, а применяемые технологии позволяют строить дома со стенами, которые держат тепло и не пропускают влагу и шум. Особое внимание уделяем парковкам и подъездным путям — в современном мире это не удовольствие, а необходимость. Кроме того, тщательно следим за качеством материалов. В структуру компании входит собственный промышленный комплекс с фабрикой по изготовлению дверей и окон, а также бетонный завод с большим парком строительной и грузоподъемной техники.

Екатерина Вострилова
Фотографии Егора Сачко

Церемония награждения лауреатов премии «Профи — Итоги 2017 года»

8 декабря

Учредители проекта: HR-агентство «Персонал-Янтарь» и деловое издание для профессионалов «ПРОФИ». Соорганизатор и генеральный партнер — СПП КО. Официальный партнер — жилой комплекс комфорт-класса «Цветной Бульвар». Партнеры: судоремонтное предприятие «Преголь», «ВАД», «Янтарьэнерго», ФПП КО, ГК «Бизнес-Презент». Генеральный информационный партнер — Медиагруппа «Западная пресса» и РБК-Калининград.

Фотографии Александра Подгорчука

Презентация новой коллекции
ювелирного бренда PasquAle Bruni

1 декабря

Фотографии Андрея Новожилова

Не теряющее в цене выражение чувств

О художниках Парижской школы, ценности графики и влиянии денег на искусство Екатерина Вострилова поговорила с коллекционером Павлом Башмаковым

Павел Башмаков на выставке «Шедевры мастеров Парижской школы» — открыта до 25 февраля в Калининградском областном музее изобразительных искусств

— То, что мы увидим в музее изобразительных искусств — это коллекция вашего дяди Марка Башмакова, которая экспонируется в Эрмитаже?
— Не совсем. Мы с дядей, не сговариваясь, шли каждый своим путем в одном направлении. Он увлекся художниками Парижской школы еще в 60‑е годы прошлого века, когда был приглашен в Сорбонну преподавать математику. Это было очень интересное время в Европе, когда с одной стороны The Beatles, Rolling Stones, а с другой — художники, которых сейчас мы считаем классиками. В Париже воздух был раскален от изменений во всех сферах. На дядю это сильно повлияло и отразилось в страсти к коллекционированию графики. Сегодня он является крупнейшим коллекционером в жанре livre d’artiste, что в буквальном переводе означает «книга мастера». То, что коллекционирует мой дядя, книгами назвать можно условно, скорее, это сюиты, собрания, графика различных художников. Принято считать, что Парижская школа появилась в 1900 году, потому что именно в это время никому еще не известный Пабло Пикассо и художники из разных стран приехали в Париж и проповедовали совершенно разные стили. Они селились коммунами, в основном на Монмартре, потом на Монпарнасе, и вдохновляли друг друга. В то время в Париже жили и выходцы из России: Василий Кандинский, Марк Шагал, Андрей Ланской, Соня Делоне. Интересно, что Марк Башмаков — единственный, кто при жизни имеет несколько залов Эрмитажа для экспозиции своей коллекции.

— А как вы пришли к коллекционированию?
— Мы со своим партнером по PS Gallery начали с винтажа, антиквариата, но постепенно все больше и больше уходили в искусство. Всегда много времени проводили в Париже и совершенно естественно влились в ряды коллекционеров Парижской школы. Поэтому экспозиция в Калининграде — это интеграция коллекций PS Gallery и моего дяди, работ из его собрания здесь больше — 85 экспонатов. Почему я это привез? Мой дядя — профессор физико-математических наук, альпинист, дважды снежный барс — скоро отметит восемьдесят первый день рождения, и ему этим сложно заниматься. Но мы с ним преследуем одну цель — просвещение. Хорошо, если люди имеют самые широкие представления о художниках, а не ограничиваются лишь известными работами.

— Как так получилось, что экспозиция отправилась в путешествие? Знаю, вы недавно вернулись из Ростова и Краснодара…
— Дядина коллекция изначально представлена в Эрмитаже, и сам факт того, что это довольно красиво получилось, заставил задуматься о том, чтобы показать коллекцию в провинциях, дополнив и моими находками. Нас хотели бы видеть в Красноярске, Томске, Геленджике, Астрахани, Калуге…

— Неужели цель у вас исключительно просветительская?
— Коммерческая выгода от этих выставок очень небольшая, все идет на покупку новых произведений искусства и выпуск книг. Мы ни одному городу не отказываем в возможности выставить эти произведения. Если мы говорим о некоем отдаленном будущем, то я вижу его в создании музея не без участия Санкт-Петербурга. По этому поводу у нас идут разговоры с администрацией и меценатами. Кроме того, своими выставками мы хотим донести, что коллекционирование графики, как говорят французы, bon ton*. Понятно, что коллекционировать живопись могут единицы, графика в этом смысле гораздо доступнее, но это не умаляет ее ценности как произведения искусства. Великий каталонский художник Хуан Миро в какой-то момент полностью сосредоточился на графике и объяснял это тем, что уже всего добился, его работы висят в музеях, их покупают миллиардеры. Он финансово независим, в отличие от мастеров Средневековья, и может себе позволить занимается тем, чем хочет. Он ушел в графику, где гораздо больше возможностей для реализации. Выпустил 200 дощечек со своими работами, каждую из которых подписал. Это значит, что еще 200 человек смогли иметь у себя дома настоящего Миро.

— Ну хорошо, для французов это действительно хороший тон, но эта ценность для них формировалась десятилетиями.
— Россия, как всегда, идет своим путем и любит коллекционировать патриотично. Во Франции тоже полно людей, которые собирают исключительно французские вещи, не связанные с мировой историей. В то время огромное количество выходцев из России занимались графикой — тот же Кандинский. Пожалуйста, никто не мешает собирать графиков Парижской школы и оставаться патриотом. С другой стороны, коллекционер графики может быть уверен, что она никогда не подешевеет. К тому же это некая фамильная ценность, которую можно передавать по наследству, и одновременно всегда достаточно быстро можно расстаться с ней, продав на аукционе.

— Есть мнение, что по-настоящему популярными таких художников, как Пикассо и Шагал, сделали басно-словные деньги, которые заплатили за их произведения на аукционах. В 2015 году только ленивая газета не писала, что «Алжирские женщины» проданы за 179,3 миллиона долларов. Я не то чтобы ханжа, но деньги для большинства куда более понятная ценность, чем какие-то абстрактные художественные и культурологические заслуги.
— Отчасти я с этим согласен, хотя бесталанного человека популярным не смогут сделать никакие деньги. Другое дело, что среди множества талантливых есть везунчики, как тот же Пикассо, или прекрасные маркетологи, как Дали. Сальвадор сделал себя сам, но не обошлось без Галы, которая его продвигала. Если бы у него не было тяги к деньгам, мы бы, конечно, знали такого художника, но он не был бы в топе самых продаваемых художников. Для того чтобы художник стал популярен, важно, чтобы рядом с ним были те маршаны и галеристы, которые смогли бы его продвинуть.

— Сегодня маркетинговые стратегии в искусстве используют Young British Artist, и у них это отлично получается. Все о них знают и покупают за большие деньги.
— Как пел Гребенщиков, «мир, который мы знаем, подходит к концу». XX век был отголоском прошлых времен, XXI век совсем другой. Современное искусство живет по другим лекалам и использует технологии, недоступные в XX веке. Художники уже в 20 лет могут стать миллионерами.

— Получается, что сегодня арт-рынок — это территория потребления. Искусство перестает быть элитарным. Чтобы понять тот же Париж начала XX века с вечно пьяным Модильяни, цитирующим Данте в оригинале, нужно было иметь определенный интеллектуальный багаж, фантазию, раскрепощенность и смелость.
— Да, но ведь современники воспринимали их совсем по-другому. Поэтому я уверен, что о современном искусстве стоит судить через 50 лет. Как бы банально это ни звучало, но время рассудит всех, поэтому предлагаю осторожно судить о том, что происходит сейчас. В отечественном искусстве еще тридцать лет назад был популярен Илья Глазунов, который писал на злобу дня и обратился к православной традиции. Кто сейчас о нем сильно помнит? А тогда он был хедлайнером.

— Современное искусство делает зрителя частью произведения, дает ему свободу интерпретации, в отличие от искусства прошлых времен. Чтобы понять Поллока, надо смотреть внутрь себя, а чтобы разобраться в голландском натюрморте, нужна тетя из музея, которая расскажет, что орехи в скорлупе — душа, скованная грехом, а гнилые фрукты — символ старения.
— Безусловно. И в ответ я хотел бы привести слова Сальвадора Дали, которые он произнес в ответ на вопрос о том, как понимать его картину: «Не надо понимать Сальвадора Дали, я сам его не понимаю. Важны только ваши чувства». Искусство затрагивает эмоции, а не разум, пониманием занимается наука, которая копается в детстве того же Дали.

— Вижу, вы любите Дали.
— Дали у нас в коллекции проходит красной нитью. Ведь правду говорят, например, что его череп с ползущими из него муравьями — признак смерти и тленности. Символизм в его работах присутствует, да и у большинства художников есть символ, который они проносят через всю жизнь: у Жоржа Брака — птица, у Рене Магритта — яблоко. В этом случае надо изучать высказывания художника, его биографию, но первичны всегда чувства.

— Мне кажется, что искусство всегда объясняет мир, дает представления о мировоззрении общества в конкретный период времени. У каждого художника мир свой, а каким был мир художников Парижской школы?
— Как ни странно, первое, что приходит в голову, — это присутствие большого числа алкоголя и веселья. Модильяни, Пикассо, Сутин являлись представителями истинной богемы, у них не было ни гроша. Люди жили искусством, понимая, что они никогда на этом не заработают, но не могли себе отказать. Париж сильно повлиял на художников и их творчество, придал им некие характерные черты. Парижская школа подарила нам символы всего того, с чем мы и сегодня ассоциируем столицу Франции: кафе, бульвары, свобода выражения.

— Парижскую школу принято делить на два периода — до Первой мировой войны и после. Какой период вы оцениваете как более яркий?
— До Первой мировой блистали художники-глыбы, после войны появилось гораздо больше разнородных художников из совершенно немыслимых стран: Кубы, Южной Америки, Дании, не говоря об испанцах, русских, немцах.

— После Первой мировой войны в Париж приехали американцы, тогдашний курс доллара позволял им быть королями во Франции, что, кстати, помогло и художникам заработать.
— Тут интересен случай с Хаимом Сутиным. Американский галерист приехал в Париж и купил сто работ Сутина за тысячу долларов. Эти работы он увез в Америку и выставил на обозрение. Многие американские художники считают, что именно эта выставка способствовала формированию американского искусства, которое мы так хорошо знаем. Тот же Поллок признавал, что Сутин — родоначальник американского искусства XX века. И в этом случае деньги американцев очень помогли.

— Парижская школа обросла огромным количеством мифов, и очень часто мы уже не можем отличить правду от выдумки. Это тоже похоже на маркетинговую стратегию. Вот, например, есть история про Пабло Пикассо и Макса Жакоба. Когда они жили на бульваре Вольтера, то были настолько бедны, что имели на двоих одну кровать и шляпу, без которой тогда на публике не появлялись. Макс спал на кровати ночью, в то время как его друг работал, днем же, когда Макс уходил в универмаг, где тогда зарабатывал на жизнь, наступала очередь Пабло. А у вас есть подобная любимая история?
— Моя любимая история про сотрудничество Модильяни и Сутина. Эти два художника были невероятно разными: Модильяни — красавец итальянец, человек, известный в узких кругах, с небесной красоты девушкой шестнадцати лет. И Сутин — неприятный внешне и неопрятный человек. Но Модильяни увидел в нем бурю таланта, и они съехались в одну студию. Итальянец взял над ним шефство и был восхищен его способностью рисовать маслом без предварительных эскизов. Модильяни всегда стремился к совершенству, восхищался примитивным искусством и африканскими масками, отсюда и особенности его стиля. Но Сутин умел создать красоту из безобразия.
Еще мне очень нравится история создания одного произведения Сальвадора Дали. Он находился в некоторой депрессии, а его издатель настаивал, чтобы он сдал работы по мотивам «Дон Кихота». Дали вспылил, сказал, что выполнит работы, не прикоснувшись к ним, и изобрел новый способ, который в дальнейшем назвали булизм («буль» в переводе с французского означает пуля). Он расставлял камни на берегу Сены и нанимал небольшой кораблик. Друг одолжил ему средневековую аркебузу, для которой были отлиты специальные пули. Проходя по реке, Дали расстреливал камни, оставляя на них кляксы, которые затем драпировал и превращал в образы.

Фотографии Егора Сачко

Вице-премьер правительства Калининградской области, курирующий градостроительную сферу, Гарри Гольдман об итогах, планах и прошлых уроках

О художниках Парижской школы, ценности графики и влиянии денег на искусство Екатерина Вострилова поговорила с коллекционером Павлом Башмаковым

Здесь