Картины калининградских художников Коли и Лины Шаповаловых напоминают одновременно о японских гравюрах и Хемингуэе
[rev_slider jun18_art-1]
Коля
Коля Шаповалов родился в Черняховске, учился на живописца в минском училище имени Глебова, работал в художественно-производственных мастерских в Калининграде, куда, окончив учебу, вернулся с женой Линой. В небольшой мастерской в доме художника, где Шаповаловы работают вместе, он показывает свои ранние работы: одинокие здания, сохранившиеся со времен Кенигсберга, окружают тяжелые облака, бросающие тень на покосившиеся стены. Эти, как говорит Лина, «собранные» пейзажи в серых тонах вскоре сменит яркая палитра, по ней художников узнают в России и за рубежом.
Насыщенные цвета можно назвать визитной карточкой Шаповаловых — особенно наглядно это было показано на ретроспективной выставке «Лабиринты Минотавра», которую в прошлом году художники представили в историко-художественном музее. Кроме картин в экспозицию вошли супрематические архитектурные модели, впервые созданные Казимиром Малевичем. Разноцветные архитектоны высотой под два метра — их Коля мастерил из пенопласта — логично продолжают его индустриальные пейзажи. Ими художник увлекся в конце семидесятых, когда преподавал эргономику дизайна на кафедре средового дизайна в Московском государственном университете технологий и управления имени Разумовского.
Чтобы мы смогли сфотографировать архитектурную модель, Коля приносит ее из коридора — в мастерской не помещается. Художники делят небольшое светлое пространство: вдоль стен стеллажи с работами, у окна — стол, напротив — мольберт с незаконченной картиной и покрытый запекшимся маслом этюдник.
— А эта картина называется «Встреча с Гофманом». Он жил над трактиром, был там частым гостем, поэтому я нарисовал рюмочки, без которых, мне кажется, встреча бы не состоялась, — рассказывает Коля, перебирая каталоги и альбомы с фотографиями, хранящиеся в небольшой тумбочке напротив окна. Среди них альбом с репродукциями Кузьмы Петрова-Водкина, обложку которого украшает каноническая «Фантазия» с всадником на огненно-красном коне.
Яркими красками и Коля, и Лина пишут Калининград — город для них не меньший источник вдохновения, чем любимая Балтийская коса, куда художники каждое лето выбираются на пленэры. Им удается тонко чувствовать изменения, поэтому и в живописной серии «Дороги Пруссии», и в графических пейзажах нередко проскальзывает легкая грусть об уходящей эпохе. Как и тонкие линии штриховки, она делает работы похожими на японские гравюры. Об укие-э — искусстве изменчивого мира напоминает и подпись художника, которую Коля Шаповалов часто ставит не в углу листа, а в центре работы, например, на трубопроводе или пролетном строении.
Листая стопку графических листов, задерживаю взгляд на одном: песчаный берег, ржавые, местами покрытые мхом гильзы и нежная ветка голубых цветов, выросшая из одной из них.
— Мне кажется, эта работа могла бы стать иллюстрацией к роману Хемингуэя, — говорю художнику.
— «Прощай, оружие», — опережает меня Шаповалов и заговорщически улыбается.
[rev_slider jun18_art-2]
Лина
Осматриваясь, замечаю несколько причудливых стеклянных ваз и бутылочек на подоконнике — позже Лина покажет картину с ними. Предметами для натюрмортов служат и будто бы забытая на тумбе банка из-под кофе, и пустые флакончики духов, и черная коробочка, покрытая тонким слоем пыли, блестящей на солнце. В залитой светом мастерской особенно здорово разглядывать натюрморты с цветами Шаповаловой: пока она достает работу, Коля, смеясь, рассказывает, что каждый подаренный букет оказывается запечатленным на холсте.
— Очень люблю цветы и чего только с ними не творю, — улыбаясь, продолжает Лина. Она преподает в детской художественной школе, поэтому цветов в мастерской всегда много. При этом каждый натюрморт получается непохожим на предыдущий: один Шаповалова пишет в стиле импрессионизма, с другим экспериментирует, добавляя хаотичные белые линии, напоминающие ненароком оставленные капли туши.
— Всегда хочется попробовать новое, найти что-то интересное, по-другому посмотреть на мир, — говорит Лина. — Для этого и нужно хотя бы раз в год выбираться на пленэры: почувствовать и впитать энергию природы, переосмыслить то, что нас окружает.
Этюды Шаповаловы пишут на «подмалевках» — так Лина называет заготовки, которые делает Коля. Цветной грунт, в отличие от белого, помогает настроиться и нередко диктует, каким будет сюжет картины. Поэтому они специально не закрашивают первоначальный фон, будоражащий их фантазию. Как на работах из выставки «Лабиринты Минотавра».
— Перед тем как начать подготовку к этой выставке, я отдыхала на Крите и там придумала название, которое впоследствии очень подошло к нашим работам, — говорит Лина. — Лабиринт — это всегда путь, а мы как раз хотели показать наш.
Творческий путь семьи Шаповаловых продолжается уже больше двадцати лет. За эти годы художники участвовали в многочисленных выставках и пленэрах, получили множество престижных наград — среди прочих Коля и Лина удостоены грамот Академии художеств России за вклад в национальную культуру. Лина рассказывает, что они запросто могли бы жить и работать в столице или Петербурге, но всегда отказывались от таких предложений. Вместо этого — продолжают писать удивительно красочные пейзажи ставшего родным города, порой стирающие грань между реальностью и сказками, где, как известно, цветы встречаются гораздо чаще оружия.
Софья Сараева
Фотографии Боки Су
