Архив рубрики: Без рубрики

Эмоции цвета

Виктория Шворень убеждена, что настоящий художник не только получает удовольствие от работы, но и меняет общество

Виктория одна из самых молодых в Союзе художников, куда вступила всего три года назад. В отличие от маститых коллег, за плечами которых сотни международных выставок и сложносочиненная авторская техника, Шворень, на первый взгляд, только начинает собственный путь. Но это ощущение исчезает ровно в тот момент, когда знакомишься с ее абстрактными картинами — эту живопись отличает сложный, плотный цвет, передающий зрелые чувства.

«Лето дня», 70х80, холст, масло, 2018

— Нужно с определенной громкостью говорить? — спрашивает Виктория, кивая на диктофон. Она сидит напротив и успевает не только отвечать на мои вопросы, но и играть с сыном Ярославом (он бегает рядом)

«Навигация», ДВП, масло, 2017

Из-за маленького ребенка в мастерской Виктория бывает нечасто — работает дома после того, как укладывает Ярослава спать. Здесь, в просторном помещении с белыми стенами и занавесками, закрывающими высокие окна, преподает ученикам.
— Родители предвидели, что мне понадобятся языки, — с благодарностью вспоминает художник учебу на факультете лингвистики. — Мне нравится совмещать живопись с преподаванием английского, это помогает отвлечься, вносит необходимое разнообразие: если заниматься одним творчеством, можно сойти с ума.

«Золото», 80х90, холст, акрил, 2018

Шворень продолжает мысль, добавляя, что перемена занятий помогает в работе над сериями:
— Когда заканчиваешь одну, перед тем, как начать следующую, нужно сделать паузу.

Первая персональная выставка Виктории называлась «Мысли цвета». И хотя художник, смеясь, говорит, что цвета в ранних работах было больше, чем мыслей, пожалуй, именно эта серия нагляднее всего характеризует ее творчество. Как и в других работах, абстрактный язык передает эмоции:
— Это экспрессия, ее сложно сравнить с фигуративной или жанровой картиной, где есть сюжет. Бывает, сажусь за мольберт и пишу сразу три картины не отрываясь. Чтобы они получились, нужно целиком отдаться процессу и без остатка выплеснуть чувства на холст. Анализировать и дорабатывать цветовое решение начинаю только на следующий день.

«Север», 80х80, холст, акрил, 2015

Несмотря на то что в работах Шворень много глубокого синего и серого цвета, он не символизирует грусть, а скорее, отражает само естество, подчеркивает художник, вспоминая, как работала за городом:
— Мы около пяти лет жили на даче в поселке Отважное. Это очень красивые места — кругом лес, удивительные краски природы, — говорит Виктория. — В картинах того времени очень много серого цвета, потому что он лучше всего передает колорит пейзажей.

Выбор цвета она называет интуитивным поиском: его, как на ландшафтах, написанных в Отважном, в первую очередь диктуют чувства. Замечаю, что в последних работах Шворень появилось больше пятен и линий. Виктория, улыбаясь, отвечает, что увлеклась экспрессионистами американской школы:
— У меня у одной из немногих в Союзе нет академического образования. Идти в колледж мне казалось несерьезным, а уехать в другой город не было возможности. Когда после длительного перерыва снова села за холст, стала наверстывать упущенное, учиться. Занималась у художников Натальи Янекиной, Анатолия Семенихина. Именно он объяснил мне основы и научил главному принципу: от количества к качеству.

В мастерской Шворень не найти милых безделушек, художественного беспорядка и даже большого количества картин: кроме тех, что были приготовлены для съемки, пару небольших работ в цветных рамках можно встретить лишь на подоконнике.

— Мои работы и правда хорошо смотрятся в интерьерах, — рассказывает Виктория, когда я вспоминаю, что видела ее работы в одном из кафе. — Очень приятно слышать от друзей, у которых дома висит моя картина: «Мы ее так любим».

Показывая работы (среди них и новая серия, которую она выставит будущей осенью), Шворень рассуждает о задачах искусства:
— В моем представлении настоящий художник — исследователь и искатель, человек, который положил жизнь на творчество. Когда называешь себя художником, это не только накладывает на тебя ответственность, но и определенный образ. Мне воспитание не позволяет проводить время, держа в одной руке кисть, а в другой — бокал вина, поэтому я не считаю себя художником. И, наверное, искусством свои картины тоже не назову: искусство — что-то более глобальное, оно должно менять общество. Я же просто работаю с краской и получаю от этого удовольствие.

Софья Сараева
Фотографии Боки Су

Артист с моральными принципами

Пианист, дирижер, бэнд-лидер Сергей Жилин об умении делегировать и держать дистанцию с шоу-бизнесом

Сергей Жилин

Заслуженный артист Российской Федерации
Выпустил более 25 релизов на различных носителях, среди которых концертные записи и студийные работы с сольными импровизациями и фортепианными дуэтами, а также джем-сейшнами с джазовыми, блю-зовыми и рок-музыкантами
Руководитель музыкальных коллек-тивов, объединенных общим названием «Фонограф»: «Фонограф-Джаз-Трио», «Фонограф-Джаз-Квартет», «Фонограф-Джаз-Квинтет», «Фонограф-Джаз-Секстет», «Фонограф-Дикси-Бэнд», «Фонограф-Джаз-Бэнд», «Фонограф-Биг-Бэнд», «Фонограф-Симфо-Джаз»
Первый большой сольный концерт «Фонографа» состоялся в 1995 году в Центральном доме кинематографистов и был показан на Первом канале в цикле «Джаз по четвергам»
В 1994 году Жилин выступил с бывшим президентом США Биллом Клинтоном. Вместе они исполнили Summertime и My Funny Valentine
В 2006 году Сергей стал музыкальным руководителем и главным дирижером телевизионного проекта «Две звезды», а с 2012 года «Фонограф»
обеспечивает музыкальное сопровождение шоу «Голос» и «Голос. Дети»
Имя Сергея Жилина внесено в джазовую энциклопедию «Джаз. XX век»

— В этом году «Фонографу» 35 лет. Это большая цифра?
— Смотря с чем сравнивать. С одной стороны, это мало. С другой — среди джазовых коллективов России мы «долгожители», на втором месте после оркестра Олега Лундстрема, которому в этом году исполняется 84 года.

— «Фонограф» — большой проект, где много направлений, задач, людей. Сами занимаетесь административной работой или делегируете?
— Скорее, нужно держать все под контролем. Конечно, любой руководитель, особенно когда сам все создал, уверен, что только он сделает как лучше. Но время идет, коллектив развивается, растет, рано или поздно наступает момент, когда административной работы становится слишком много, и тогда надо делегировать. «Фонограф» — это не только более 40 музыкантов оркестра, это еще и офис, где работают 15 человек. Если бы я занимался всем сам, на репетиции и собственное творчество точно не хватило бы времени.

— Вас называют лучшим джазовым пианистом по версии Билла Клинтона. Что для вас значит эта оценка?
— Как сказал мой старый приятель Михаил Митропольский, Билл Клинтон просто других не слышал (смеется). По большому счету, эта фраза была не оценкой, а комплиментом. Играть с Клинтоном, безусловно, очень серьезное событие, ведь работая для глав государств, ты представляешь культуру огромной страны.

— После того выступления у вас спросили: «Откуда у парня американская грусть?» Что вы ответили?
— Этот вопрос задал госсекретарь Уоррен Кристофер, и, вероятно, «грусть» была вольным переводом. Скорее всего, он имел в виду, что я достаточно проникновенно исполнял соло. Я же ответил, что просто очень люблю джаз.

— Дебют «Фонографа» состоялся на одном из джазовых фестивалей, и с тех пор вы регулярно принимаете в них участие. Может ли джаз существовать без фестивальных площадок?
— Естественно. Он всегда существовал и будет существовать вне фестивальных площадок. Но нельзя забывать, что фестивали — необходимая составляющая развития любого музыкального жанра. Во‑первых, они дают музыкантам возможность встретиться, а во‑вторых, фестивальная публика, как правило, более подготовленная и искушенная, что, с одной стороны, влияет на подбор репертуара, а с другой — мотивирует музыкантов.

— Ваш оркестр на протяжении нескольких сезонов обеспечивал музыкальное сопровождение шоу «Голос». Легко ли согласились участвовать? Во время отборочных испытаний не возникало желания сесть в кресло наставника?
— Мы с радостью согласились участвовать в «Голосе», сомнений не было. Это очень многогранная, разносторонняя работа, открывающая новые творческие горизонты, и мы настолько погружены в нее, что даже нет желания задуматься о кресле наставника.

— Однажды, когда речь зашла об этом опыте, вы сказали: главное, что оркестр видно в кадре. Это влияет на узнаваемость? Приходит ли зритель услышать «тот самый оркестр с Первого канала»?
— Я говорил, что если оркестр один-два раза покажут в кадре — уже хорошо. Но это не главное, потому что оркестр в телевизионных программах — не основное действующее лицо, мой изредка мелькающий затылок не так явно влияет на узнаваемость, как может кому-то показаться. А вот то, что на Первом несколько раз были эфиры наших сольных юбилейных концертов в Государственном Кремлевском дворце, как раз и подогревает интерес зрителей, ведь в каждый такой концерт мы включаем максимальное количество композиций разных жанров. Такие эфиры могут влиять на узнаваемость, но опять же в той или иной степени, потому что собственные программы «Фонографа» носят совершенно иной характер и пользуются популярностью, хотя никогда не попадали на ТВ.

— Почему при наличии феноменального «Голоса» с живым звуком на том же Первом канале остаются программы, которые пишут под фанеру, например «Голубой огонек»? В интервью Юрию Дудю Леонид Агутин объяснял это спецификой формата, который, по его словам, менять не нужно. Что думаете вы?
— Я думаю, что когда-то на отечественном телевидении 90 процентов программ были фанерные и только 10 процентов — живые. Сейчас тенденция иная, стоит только вспомнить программы Первого за последние лет 10, где «Фонограф» обеспечивал живое оркестровое сопровождение — это довольно внушительная часть всех музыкальных программ. Если так пойдет и дальше, то, возможно, когда-нибудь мы целиком придем к живому звуку.

— Пару лет назад вы говорили: «Я как бы не в шоу-бизнесе. Рядышком». Ваше мнение не изменилось? Как вы определяете границы?
— Я действительно не в шоу-бизнесе и никогда туда не стремился. Более того, и дистанцию не держу — просто это не моя сфера деятельности. То, что «Фонограф» работает с коллегами по эстрадному цеху, может создать иллюзию, что мы часть шоу-бизнеса, но это не так. Что такое шоу-бизнес? Это процесс создания хитов. Берется песня, берется исполнитель, вкладываются деньги — и получается хит. «Фонограф» этим никогда не занимался, у нас свои творческие задачи, которые к шоу-бизнесу не имеют никакого отношения.

— В том же интервью вы обсуждали с интервьюером ваших коллег Александра Градского и Филиппа Киркорова и говорили, что они имеют право быть экстравагантными. Получается, талант оправдывает капризы артиста?
— Вы правильно вспомнили мою цитату — они имеют право быть экстравагантными. Но экстравагантность и капризы — абсолютно разные вещи. О последних и речи не было. Быть необычным, ярким, характерным, может быть, даже эпатажным — да, возможно, но у любого настоящего артиста должны быть моральные принципы. Я считаю, что подлость и хамство — то, чего никто не должен себе позволять, в том числе и артист, каким бы популярным он ни был.

— Вы также работали в шоу «Голос. Дети». Даже его наставники, например Максим Фадеев, соглашаются, что это очень тяжелое испытание для детей.
— Детский «Голос», конечно, гораздо жестче, чем взрослый, там правила несколько иные, быстрее происходит первый отсев. Сами посудите: за один съемочный день дети проживают целую гамму эмоций — из пяти «троек» остается по одному человеку. Они радуются, что прошли в следующий этап, но не тут-то было. Их снова выводят на сцену, чтобы они снова исполнили свои произведения со «слепых прослушиваний», и в итоге из этой пятерки остаются двое, а те трое, кто полчаса назад радовался и вроде бы «прорвался», оказываются проигравшими. Это слишком жестоко для детей, но такова драматургия проекта.

— Ваша бабушка усадила вас за фортепиано в два с половиной года. Я читала, что вы занимались музыкой по четыре, а то и по шесть часов в день. Многие дети, которых родители заставляли заниматься музыкой в детстве, вырастая, предпочитают больше не подходить к инструменту. Что помогло вам не бросить?
— Музыка всегда была очень важной частью моей жизни. Я учился в Центральной музыкальной школе при консерватории имени Чайковского, где нужно было проводить за инструментом до восьми часов в день. Как любой нормальный ребенок, я стремился вырваться из учебных оков, убежать на улицу играть в футбол, к тому же еще был кружок авиамоделирования. Всегда болел авиацией, замирал от восторга, глядя на летящие самолеты. Защищал честь кружка на соревнованиях и даже завоевал титул чемпиона Москвы по кордовым авиамоделям воздушного боя среди младших школьников, но со временем музыка вытеснила это увлечение. Жизнь сама привела к тому, что музыка заняла главное место, не было такого рубежа, когда я вдруг все четко понял. Сейчас не представляю, что могло сложиться иначе.

— Еще одна ваша цитата: «После школы мне хотелось бежать от классики. Теперь, напротив, возвращаюсь к ней, включаю в программу рапсодии Листа, прелюдии Рахманинова, хочется вспомнить Шопена». Почему больше не хочется бежать?
— Во время учебы мне всегда нравилась музыка композиторов‑романтиков — их эмоциональное содержание, фортепианная фактура. Это привлекло меня и в джазе. Как такового бунта против классики у меня не было, просто очень хотелось играть джаз. Вместе с тем любовь к Листу, Рахманинову и Шопену никуда не исчезла, скорее, наоборот, я переосмыслил их произведения. И вместе с этим переосмыслением вернулось желание играть.

Софья Сараева
Фотографии предоставлены организаторами

Минное поле российского рынка

Реализация универсальных интернациональных концепций в условиях российской действительности подвержена деформации и смещению акцентов. Примеры рассматривает консультант по брендингу Александр Пронин

Авторская колонка

Долгое время Россия шла по собственному уникальному пути, отвергая привычные другим маршруты, но попытки культурной и экономической ассимиляции внесли коррективы. В настоящее время сознание и личный опыт российского гражданина сочетают несочетаемое. Остатки победно-трудовой официальной риторики и зачатки критического восприятия реальности. Удивительная терпимость к разнообразным проявлениям индивидуального безумия и ненависть к примерам обычной толерантности. Стремление попробовать все новое и необычное и искренняя любовь к традиционным рецептам. Эти крайние точки проявления национального характера, наверное, и можно назвать широтой русской души.
     Естественно, эта широта накладывает отпечаток и на реализацию мировых трендов в сфере потребления. Проще говоря, любые ультрамодные веяния, преломляясь сквозь призму национального самосознания, обретают новое лицо. С российским колоритом и ясно уловимым ароматом березы и кваса, — с точки зрения некоторых интернациональных специалистов. Рассмотрим конкретные примеры этого преобразования.
     Одним из ключевых трендов становится абсолютизация потребительского опыта. Чувствам и ощущениям обычного покупателя другие потребители доверяют намного больше, чем сотне ведущих ученых с экспертными заключениями. Однако если в условиях жестко регулируемого европейского рынка выбор между отличным и просто хорошим — вопрос личных предпочтений, российский опыт потребления диктует другие принципы отбора. Огромное количество фальсификата, недобросовестная конкуренция и лозунг «Не обманешь — не продашь» делают из тех, кто предлагает качественные и беспристрастные обзоры товаров и услуг, добровольных саперов на минном поле. И порой это Поле Чудес отечественного бизнеса больше похоже на место выгула домашних животных по весне: большинство мин обладает характерным запахом и консистенцией.
     Следующий тренд глобального бизнеса по привлечению своего потребителя — размывание возрастных и половых ограничений. В показах и промороликах используются модели всех возможных цветов и размеров, а также полов и степеней ограничения возможностей. Но традиционное российское общество с большим скептицизмом относится к данной тенденции. Если активно пропагандируемое неприятие объективации женского тела еще находит отражение в сердцах и постах части прогрессивного интернет-сообщества как символ борьбы за половое равенство, то наигранная симпатия к бодрым пенсионерам в качестве примера лояльности общества к возрастным изменениям в роликах ПФ РФ и различной социалке вызывает лишь усмешку. Гендерное разнообразие ограничено фильмами РЕН ТВ о загнивании Запада, а дети со специфическими потребностями стойко ассоциируются с просьбами о сборе денег на операцию.
     А ведь именно представители небольших страт российского общества реализуют тренд популярности местных и «зеленых» товаров. Ставшая повсеместной во многих странах, эта тенденция у нас лишь начинает свое пока еще не победное шествие. Востребованность локальных продуктов у пенсионеров, например, часто обусловлена отнюдь не качеством и пользой для мировой экологии, а лишь относительной дешевизной. Попытка молодых мам выбирать экопродукты опять же диктуется не заботой о будущем планеты, а надеждой на соответствие заявленных характеристик товара здоровью малыша. Хотя развитие сетей по продаже органических продуктов и «фермерских» производств говорит, что перспективы этого сегмента рынка вполне соответствуют общемировым трендам, а учет глобальными корпорациями местных традиций и вкусов приобретает массовый характер.

При массовом производстве и дешевизне револьвер Кольта получил название «Великий уравнитель», так как уравнивал силы «качка» и громилы с лицом, не имеющим большой физической силы

     Так, традиция детоцентризма всегда была присуща российскому обществу. Набирающий в сети популярность хэштег #яжемать — яркое проявление абсолютизации этой тенденции. Несмотря на негативную оценку в онлайне, в реале значимость этой категории потребителей обретает все больший вес. Строительство сугубо детских кафе, оборудование различных досуговых зон во взрослых заведениях, семейные онлайн- и офлайн- развлекательные и обучающие проекты и порталы — все это отражение глубокого сдвига, происходящего в сознании рядового российского потребителя. Теперь никого не удивить присутствием детей в заведениях, до недавнего времени бывших adult only^*, а отсутствие пеленального столика в туалете — повод выразить возмущение отсутствием клиентоориентированности, — в то же время просвещенная Европа уже удивляет отсутствием ставших привычными в России детских меню в ресторанчиках и кафе. Широта русской души в любви к детям проявилась в полной мере — наличие, к примеру, возрастных ограничений у зрелищ любого рода останавливает лишь самых тревожных родителей.
     Вообще, сложно поверить, насколько легко довольно негибкое в отдельных вопросах российское общество адаптировалось к новым реалиям жизни — в онлайне. Покупки и развлечения, обучение и общение — многое из того, что требовало выхода из дома, теперь требует лишь выхода в интернет. И дети, и родители, и даже старшее поколение оказалось способно не только принять мировой тренд ухода в виртуальную реальность, но и встать во главе процесса. Кто-то покупает гаджеты для реализации идей по преобразованию быта и будней, а кто-то учится пикировать рассаду в ютьюбе. Одни сажают виртуальную морковку на нарисованной ферме, другие майнят крипту — и вы никогда не угадаете, сколько лет первым или вторым. Интернет — вот единственный уравнитель, помимо револьвера Кольта^**, оказавшийся способным сделать для развития и консолидации российского потребительского сообщества больше, чем все законодательные инициативы.
     Говоря о консолидации потребителей, нужно отметить огромное влияние на этот процесс экономических факторов. Безусловно, отголоски финансовых кризисов тревожат все страны. Так или иначе, все категории населения чувствуют как изменение бизнес-активности, так и волатильность рынка труда, но уникальность российского опыта состоит в огромной разнице между доходами беднейших и богатейших семей. Отсутствие выраженной прослойки среднего класса заставляет большое количество российских потребителей чутко реагировать на любые изменения финансово‑экономической жизни страны. Если мировой тренд на экономию без снижения уровня потребления и изменения отношения к шопингу как явлению вызван ростом сознательности потребления, то у нас дело обстоит несколько иначе. Экономия на всем, что нельзя назвать жизненно необходимыми товарами, резкое падение объемов рынка при любых признаках движения рубля, изменение структуры потребительской корзины в зависимости от политической повестки и параллельно наращивание потребления в сегменте luxury^***.
     Безусловно, потребление напоказ и статусные продукты перестали быть приметой обеспеченного русского человека. Доступная роскошь, новая роскошь и различные продукты коллабораций люксовых брендов с молодыми хулиганами с улиц стали заменой тяжелому пристрастию к традиционному «дорого-богато». Что, впрочем, нисколько не меняет восприятие русского человека за рубежами нашей необъятной Родины. Не только россияне рабы своих традиций и привычек.

^* Только для взрослых, ^** Лакшери, ^*** При массовом производстве и дешевизне револьвер Кольта получил название «Великий уравнитель», так как уравнивал силы «качка» и громилы с лицом, не имеющим большой физической силы. Распространение револьвера привело к резкому снижению хулиганства и драк в городах. Кольт обеспечивал общественный порядок в салунах и барах на Диком Западе без привлечения полиции. Револьвер Кольта сорок пятого калибра воспет американским искусством, литературой и кино – как залог демократии, став уникальной составляющей истории американского общества

Театр больших денег

Если вы верите в геополитическую напряженность, допускаете противостояние России и Запада, более того, опасаетесь за мирное будущее, то рассуждения Павла Голубева способны заменить вам снотворное на период политических дрязг

Авторская колонка

Вы никогда не задумывались о том, что практически все участники практически всех геополитических конфликтов, будь то Россия и Запад, США и Северная Корея, США и Китай, по итогам той или иной напряженности, когда воздух из щек вышел, а кулаки разжались, остаются с теми или иными «плюшками» на руках. Одни — с выросшей экономикой, другие — с новыми заказами предприятий, третьи — с подросшим рейтингом своего лидера, а кто-то и вовсе с решенной задачей по выполнению социальных обязательств. По сути, когда страны бодаются, вы, сидя у телевизоров или читая ленту новостей, должны быть уверены в одном — кто-то снова крутанул барабан с беспроигрышной лотереей, играя на патриотических чувствах.
Но сначала прелюдия. Как только цифровые технологии захватили финансовые рынки, делать деньги из воздуха на спекуляциях, слухах, новостях и прочем фоне (шуме) стало не просто легко, а крайне просто. Теперь, чтобы отыграть геополитическое событие на валютном или фондовом рынках, достаточно секунд. Секунд, которые приносят авторам новостей миллиарды долларов. Это происходит настолько быстро и незаметно для глаз народа, что об этом не принято знать и даже догадываться.
Давайте разберем самый свежий пример. Я не большой поклонник различных теорий заговора, но когда после драки ее участники сверкают лоском одежды и здоровьем лица -начинаю сомневаться, а была ли драка. А если по итогам драки у любителей помахать кулаками еще и наполняются карманы, то уйти от сомнений и вовсе не получается. Последняя «драка» — это ракетные удары со стороны США по городу Дума, что в Сирии, а также введение и анонсирование новых санкций. «Подкукарекивание» Макрона и «прихрюкивание» Мэй в расчет не беру, — ведь мы о больших деньгах и большой геополитике. Последствия для Сирии — тема неинтересная, так как Асад всего лишь сдает в аренду небольшую песочницу, где «большие ребята» меряются «куличиками» из песка. А вот что случилось у «больших ребят», куда интереснее.

Акции российских компаний – это актив, который наиболее подвержен геополитическим спекуляциям по поводу и без него, поэтому делать деньги на скупке внизу и продаже наверху все тем же зарубежным инвесторам можно бесконечно и с улыбкой на лице

     Дональд Трамп в очередной раз отвлек непостоянных американских избирателей от растущего госдолга США и нарастающей ностальгии по Бараку путем сотрясания белокурой челкой и ракетной мощью. Таким образом, Трамп наконец-то сделал то, на что у него не хватило размера «куличиков» в предолимпийский северокорейский кризис. Несмотря на личные амбиции и рейтинг лидера, позиция США относительно России и Сирии — тоже история про деньги. Трампу нужно сделать еще очень многое, чтобы закрыть обещания, данные своим инвесторам в период предвыборной кампании. Более того, Трампу нужно ломать через свое не первой свежести колено Федрезерв, кто бы его ни возглавлял. Чтобы вы понимали, ФРС — это такая злая тетка из бухгалтерии, которую боятся и президент, и Конгресс. Чтобы уметь продавливать ФРС, и Трампу, и любому другому президенту-рес-публиканцу нужно иметь очень хороший рейтинг и авторитет. У Трампа, по сути, только два источника роста для обоих показателей — бряцанье оружием и твиттер. Трамп на время заручился поддержкой своих друзей (врагов) на родине, поэтому до осени сможет диктовать регулятору свое видение монетарной политики.
     Что касается России, то нам также удалось достичь свои цели по итогам псевдоконфликта. Падение фондового рынка, спровоцированное санкциями со стороны США, поверху кажущееся трагедией, по сути, явилось таковой лишь для неподготовленных трейдеров и инвесторов, особенно западных. Да, иностранный капитал побежал из российских активов, распродавая акции в сильно красной зоне, но ведь когда акции кто-то продает, тем более задешево, их же кто-то покупает. Вот этот второй кто-то запросто может оказаться с российским паспортом или преследовать интересы Москвы. Оно и понятно — кто бы отказался вернуть часть акций по дешевке, чтобы, дождавшись лучших времен, продать их бывшим владельцам втридорога?
     Таким образом, акции российских компаний — это актив, который наиболее подвержен геополитическим спекуляциям по поводу и без него, поэтому делать деньги на скупке внизу и продаже наверху все тем же зарубежным инвесторам можно бесконечно и с улыбкой на лице. Другие задачи правительства РФ — выполнение социальных обязательств, а также снятие с повестки дня вопроса о повышении пенсионного возраста тоже были решены благодаря театральной постановке с Трампом в главных ролях. Рубль упал, несмотря на дорожающую нефть, благодаря чему зарабатывать в долларах и платить пенсии и зарплаты бюджетникам в рублях стало еще приятнее. Кроме того, увеличились заказы у оте-чественных экспортеров. Получается, что мы переживали и думали «как бы не было войны», а наверху просто решали свои задачи путем формирования дополнительной денежной массы на геополитическом хайпе (по-другому это и не назвать).
     Если одного примера мало, то незадолго до зимних Олимпийских игр в Южной Корее вокруг Северной разгорелся нешуточный конфликт, в котором на месте Дамаска был Пхеньян, а на месте Москвы — Пекин. Трамп тогда бряцал тихоокеанским флотом в Японском море, а Пекин подогревал интерес к собственной экономике с помощью вероятной поддержки Северной Кореи. Как итог — рост ВВП Поднебесной по итогам первого квартала превзошел все ожидания. Вот что значит нагнать заказы в промышленный сектор накануне придуманной войны…
     Да, были времена, веке в двадцатом, когда деньги любили войну, но не у стен монетного двора или эмитента, а где-нибудь подальше — в Афганистане, Вьетнаме или Ираке. Однако то было время обычных денег в чемоданах и в рамках типовой транзакции в течение трех банковских дней. Теперь для формирования денежной массы, исчисляющейся миллиардами и триллионами, достаточно предтечи войны, не более. Обычные деньги делают на войне, а большие — на ее ощущении.

Иллюстрации из архива редакции

Всегда быть в центре

Генеральный директор «Модуль-Стройград» Евгений Верхолаз рассказывает о новом жилом доме премиум-класса и о том, благодаря каким принципам ведения бизнеса компании удается успешно работать с проектами любого масштаба

«Мой Центр» – девятиэтажный жилой дом комфорт-класса на улице Уральской

Евгений Верхолаз

В 2003 году основал холдинг «Модуль-Стройград», который состоит из 18 компаний
В 2006 году избран депутатом городского Совета. В 2011 и 2016 годах
избран повторно
Почетный строитель РФ
Активно занимается благотворительной дея-тельностью: строительство храмов, спортивных площадок, оказывает помощь ветеранам Великой Отечественной войны

     — Знаю, что сейчас вы заняты новым проектом — жилым домом в центре Калининграда. Расскажите, пожалуйста, подробнее.
     — Когда я впервые оказался на площадке на улице Уральской, то был поражен — в самом центре города стихийная парковка, вокруг разруха, ни о каком благоустройстве и речи не идет. Сразу понял: здесь необходимо создать нечто знаковое для всего города. Земельный участок мы приобрели в собственность. Буквально пару лет назад среди девелоперов была популярна идея клубных домов — таких предложений на рынке достаточно, но моей команде хочется создать объект, идеально сочетающий динамику делового центра и комфорт семейной жизни. Современному человеку необходимо максимально быстро менять роли форматов «бизнес» и casual*, не тратя время на перемещение из офиса в расслабленную уютную домашнюю обстановку, ведь все мы знаем, что время сегодня — самый дорогой ресурс.
     Новый дом расположится в самом центре города, из его окон откроется прекрасный вид на храм Христа Спасителя. Я думаю, невозможно найти жилой дом такого уровня комфорта, который находится в большей близости ко всем важным инфраструктурным объектам, начиная от бизнес-центров, государственных учреждений, заканчивая культурными и развлекательными комплексами. При этом немаловажно, что он будет построен в тихом районе, который позволит спокойно наслаждаться повседневной жизнью. Дом полностью отвечает требованиям комфорт-класса — расположен в престижном районе с развитой инфраструктурой, а стиль проекта имеет ярко выраженную деловую харизму — это и стиль фасада, и планировки, и оформление придомовой территории.

— На что вы особенно обращали внимание при проектировании объекта?
— Когда мы приступали к проекту, понимали: основная задача, которую необходимо решить, — парковка. Проект включает просторную подземную парковку, к тому же в распоряжении жильцов гостевой паркинг. Мы смогли полностью освободить двор от автомобилей, это позволит привнести больше комфорта в зоны отдыха жильцов — здесь как раз не нужна динамика. То есть нашу задачу можно сформулировать так: вписать дом в существующий поток города и сохранить приватность.

Александра Антипова, руководитель отдела продаж жилого комплекса «Мой Центр»:

— Девятиэтажный дом расположен в престижном и насыщенном деловой жизнью районе, но при этом удален от оживленных магистралей настолько, чтобы обеспечить приватность его жителям, но и не лишать их возможности пользоваться различными выездами и транспортными путями.
Здание выполнено в современной эстетике, имеет вместительную подземную парковку. Для пяти входных групп дома разработан уникальный дизайн.
Мы предлагаем одно-, двух- и трехкомнатные квартиры с современными планировками. Часть лоджий и окон оформлены как панорамные, что идеально подойдет тем, кто любит интерьеры, наполненные светом. Квартиры спроектированы с учетом современных требований к комфортному жилью, включая гостевую ванную комнату и нишу под гардероб. Специалисты нашей компании позаботились о том, чтобы будущим жильцам было легко воплотить любые смелые дизайнерские идеи, не возлагая на себя заботы о дополнительном проектировании инженерных решений.

     — Как разрабатывался проект?
     — Собралась сильная команда архитекторов и проектировщиков, которая добивалась того, чтобы дом целиком отвечал эстетике городского пространства. Новый жилой комплекс станет частью современной и удобной городской среды. При строительстве используются современные материалы, например, красный кирпич, который считается лучшим по многим параметрам — от экологичности до теплопроводности. Разработано эффектное освещение фасада и ландшафтные решения. Сквозь панорамные окна открывается прекрасный вид на город, он по-настоящему вдохновляет.
     Я думаю, что жилой комплекс идеален для тех, кто мечтает жить в центре города, но при этом вдали от суеты. Такое жилье подойдет людям, которые проводят много времени на работе, а на выходные предпочитают уезжать за город. Все-таки современному деловому человеку, который постоянно занят переговорами и встречами, трудно представить комфортную жизнь в пригороде или у моря.

Группа компаний «Модуль-Стройград»

Работает на рынке с 2003 года под управлением Евгения Верхолаза
Имеет большой опыт реализации различных проектов: строительства масштабных жилых комплексов, объектов комфорт-класса и комплексов, ориентированных на покупателей со средним доходом, а также социально значимых объектов
Более 5 800 семей приобрели квартиры в домах, построенных компанией
За 15 лет работы компания реализовала свыше 350 тысяч квадратных метров жилья
В 2016 году группа компаний «Модуль-Стройград» приступила к масштабному строительству южной части Московского района Калининграда. В 2018 году планируется построить и сдать в этом и других районах Калининграда 1057 квартир площадью 48,8 тысячи квадратных метров

— Компания «Модуль-Стройград» известна строительством масштабных жилых комплексов, а «Мой Центр» — это нечто новое с точки зрения концепции и стиля, и этот проект сильно отличается от того опыта, который имеет компания. Это был осознанный шаг — перейти к новой концепции строительства?
— Мы растем и развиваемся не только с точки зрения количества построенных квадратных метров, нашей компании интересно браться за новые задачи, реализовывать разные проекты — мы ведь много строим и помимо жилья, в рамках благотворительных программ. Накоплен колоссальный опыт управления сложными бизнес-процессами, мы хотим использовать их в новых проектах. В строительной сфере всегда важно идти вперед за технологиями, делать жизнь все более комфортной, мы ведь работаем для людей. Внешний вид города отражает философию жизни людей, которые в нем живут, город — это всегда «мы», поэтому и наша компания с большой ответственностью относится ко всем своим проектам.

— Сейчас принято говорить о кризисе продаж в строительной сфере. Вы чувствуете спад потребительской активности?
— Несмотря на тревожные комментарии экспертов о состоянии рынка, мы чувствуем себя уверенно и активно работаем, развиваемся согласно стратегии, которую детально проработали на несколько лет вперед. Главное, о чем мы сейчас заботимся, — качество построенных объектов и исполнение обязательств перед будущими жителями наших домов и партнерами. У нас все получается, и люди нам доверяют — каждый год сдаем около 50 тысяч квадратных метров и в этом году не снижаем планку.

Жилой комплекс «Атлант» — один из самых масштабных проектов группы компаний «Модуль-Стройград», площадь которого составляет 8,3 гектара. Проект имеет социально значимый характер — 9 процентов от общей площади комплекса получает город.
«Атлант» расположен в экологически чистом районе на улице Николая Карамзина. Первая очередь объекта завершена в третьем квартале 2017 года. Новый жилой комплекс отражает новые тренды в строительстве: при проектировании внимание уделено не только квартирам, но и внутренней инфраструктуре комплекса, которая включает комфортные и безопасные детские и спортивные площадки, парковку. На первых этажах расположены коммерческие помещения, в них разместятся объекты торговли и услуг, необходимые для жизни современной семьи.

— Что все-таки позволяет вам успешно реализовывать проекты?
— Чтобы уверенно вести бизнес, нужно вовремя расплачиваться с партнерами, выполнять обязательства перед подрядчиками, заводами и дольщиками. У нас очень хорошие отношения со всеми поставщиками строительных материалов. С директорами этих предприятий мы встречаемся раз в год — в январе, когда подписываем соглашение на год. В остальное время этого не требуется — настолько хорошо налажено взаимодействие. И главное, конечно, рассчитывать силы, не поддаваться азарту, а брать на себя только те обязательства, которые можешь выполнить. Это касается отношений не только с партнерами, но и с клиентами, властями, подрядными организациями.

Архиепископ Калининградский и Балтийский Серафим:

— Евгений Верхолаз уже давно оказывает помощь Калининградской епархии. В 2014 году на его средства в поселке Большое Исаково воздвигнут прекрасный храм в честь святых праведных Иоакима и Анны — родителей Пресвятой Богородицы, помимо храма там же возведено здание приходского дома, в котором разместилась воскресная школа. Стоит особо отметить его отношение к этому строительству, внимание и заботы, благодаря которым построены здания самого высокого качества. Но на этом труды на благо Церкви не остановились — сегодня благодаря усилиям Евгения Владимировича в Московском районе Калининграда выделен участок для возведения храма в честь Святителя Спиридона Тримифунтского, в строительстве которого Евгений Верхолаз будет принимать непосредственное участие. В скором времени планируется освящение закладного камня. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить Евгения Верхолаза за его усердие и труды на благо Церкви.

— Вы известны благотворительными проектами и убеждены, что бизнес обязан отдавать должное обществу, будь то строительство храмов или детских садов.
— И я никогда не стану думать по-другому. Конечно, истоки моей благотворительной деятельности в семье: меня учили быть внимательным к окружающим, заботиться не только о себе. Многие проблемы стали для меня очевидны и в связи с депутатской деятельностью — до этого я их просто не видел. Компания тратит достаточно средств на благотворительность, многие проекты мы не только финансируем, но и обеспечиваем строительными материалами — в общем, помогаем, как можем.

— А есть ли среди них проекты, которые вам особенно дороги?
— Наверное, приходской дом храма Иоакима и Анны в Большом Исаково, который построили всего за год. Его посещал патриарх Кирилл, сейчас храм принимает прихожан, работает приходская школа. Мы помогаем со строительством храма Спиридона Тримифунтского, который будет построен из дерева на улице Ульяны Громовой, — это особая история. Думаю, до конца лета справимся и с этой задачей.

Екатерина Вострилова
Фотографии Егора Сачко, из архива компании «Модуль-Cтройград»