Архив автора: Кит Стрекачинский

Ромбик, клеточка, мелкий горох

Гардероб

Носки такой же важный аксессуар как галстук или шарф, утверждает стилист Алина Максимова

Существуют старые представления о том, что носки несут только функциональное назначение — защищают стопу от нагрузок и предотвращают натертости. Однако этот предмет гардероба требует такого же внимания, как галстук, платок или шарф. Ничто так сильно не портит впечатление от хорошего костюма и качественной обуви, как неправильно подобранные носки. Забудьте о том, что носки должны быть на тон темнее костюма, а их цвет подбирается не под обувь, а под брюки. Посмотрите на Джастина Трюдо, эта часть его гардероба всегда экстравагантна.

Гардероб

Состав и сезон
     Летние, зимние, демисезонные носки различаются составом. Есть пять распространенных или базовых материалов, которые входят в состав: хлопок, шелк, шерсть, верблюжья шерсть и кашемир. У хлопковых носков много плюсов — они износостойкие, удобные в повседневной носке, хорошо впитывают влагу и практически не греют, поэтому хлопковым носкам предпочтение лучше отдавать с апреля по сентябрь, для калининградской зимы они не пригодны. Носки из шерсти долговечны, не мнутся, долго сохраняют форму и сберегают тепло, это лучшее, что можно выбрать для осеннего и зимнего сезона. Верблюжья шерсть отличается от овечьей тем, что она легче, мягче и тоньше по структуре, более комфортна в носке. Но цена изделий из верблюжьей шерсти в два раза выше аналогов. Самый дорогой материал — кашемир. Этот изысканный материал создан из пуха гималайских коз, что делает его теплым, мягким и нежным. Носки из шелка тоже занимают особое место в этом списке. В жаркую погоду в них не будет жарко, а в прохладную холодно благодаря отличной терморегуляции. Такие носки, как правило, носят весной и летом.

Гардероб

Цвета и узоры
     К базовым цветам можно отнести черный, синий, серый и коричневый. Их подбирают под цвет брюк или обуви. А вот цветные носки и носки с узором или рисунком подбираются по другим правилам.
     Малиновые, зеленые, фиолетовые, красные, розовые, гладкие или с рельефными полосами — такие носки стали классикой стилей business casual* и smart casual**. Как правило, цвет носков должен соответствовать цвету аксессуаров — шарфа, галстука, нагрудного платка. Второй вариант, когда цвет подбирают под одежду, в тон свитера или клетке пиджака. Третий — в цвет яркой обуви, и четвертый, когда носки — единственный яркий акцент в образе.

Носки с орнаментом
     Те, кому одноцветные варианты наскучили, могут смело переходить к узорам. Это орнаменты, полоски или горох. На заметку: двухцветные носки более универсальные, и их проще подобрать под одежду, чем трехцветные. Если решились на горох, выбирайте мелкий. Обратите внимание, что цветные хлопковые носки больше подходят для неформального стиля, они отлично смотрятся с чиносами, джинсами и брогами, а цветные носки из шелка больше подойдут к классическими брюками.

Гардероб

Гольфы
     Всем известно, что по нормам этикета между брючиной и носком не должна быть видна полоска оголенной ноги, даже если вы сидите нога на ногу. Поэтому длинные носки (гольфы) до сих пор актуальны. В целом под костюм или классические брюки комфортной считается высота голени носка 25 сантиметров, а для носков из хлопка (для неформального стиля, под джинсы) — не менее 20 сантиметров.

Носки и обувь
     Носки всегда надеваются под классическую обувь, и это закон. Что касается лоферов и слиперов, тут есть исключение. До +14 С° — 17 С° градусов лоферы носят с носками, а когда температура достигает +19 — 21 С°, то лучше переходить на хлопковые следки (невидимые носки). В них много плюсов. Первое — в них комфортно в жаркую погоду. Второе. Их не видно из под обуви. Третье. Следки допускается надевать под классические брюки. Такого нельзя сказать про слиперы. Их надевают только на босую ногу, так же как и сандалии.

Фотографии предоставлены автором

Вопрос от Гофмана

Екатерина Вострилова посетила два калининградских заведения, которые решились на изменение привычного формата

 

 

Блютгерихт
     На путь преобразований ступил стейк-хаус «Наутилус» на Ленинском проспекте. Поддавшись набирающей обороты моде на все прусское, рестораторы сменили вывеску на «Блютгерихт» и покусились практически на святое — такое название носил самый знаменитый ресторан Кенигсберга в подвале Королевского замка. Кенигсбергский «Блютгерихт» был знаменитым винным рестораном, о его погребах ходили легенды, даже считалось, что оставленные бывшими владельцами бочки с вином выпили русские солдаты. Особенную актуальность такая попытка реконструкции приобретает в свете последних заявлений врио губернатора Антона Алиханова о том, что замок восстановлен не будет, — самое время оживлять призраков. Пока бывший «Наутилус» не сильно похож на ресторан с историческим контекстом — появилась пара фотографий старого Кенигсберга во всю стену да несколько десятков стеклянных бутылок из прошлого. Зато в центральном зале есть модный буфет, где за стеклом покоятся тушки местной рыбы и заготовки салатов. В меню остались популярные стейки и несколько хитов прошлых лет — все это отправилось в раздел европейской кухни. В новом разделе, именованном «Кенигсбергская кухня», много рыбы: окунь, припущенный в вине, треска с овощами, тушеный угорь, есть птица, свинина, клопсы и прусский гуляш. Предлагают и разнообразные закуски под пиво и вино, стандартный набор десертов.
     Выбираю закуску под названием «Молодой сыр» (200 рублей): шарик моцареллы, облаченный в грудинку и панировку, с брусничным джемом. Выглядит это привлекательно, на вкус — оставляет странные впечатления. С сыром все в порядке, бекон суховат, видимо, ошарашенный температурой фритюра, сжался в сухарик. Брусничный джем показался мне сначала слишком кислым и оставил горькое послевкусие. Подают блюдо на подушке из моркови, припущенной в вине. Сыр с морковью — странная гастрономическая пара, видимо, морковь в этом блюде исключительно ради красоты. Суп из фляков (100 рублей) мне понравился: густой, пряный, наваристый и обжигающий, его подают в керамической кастрюльке. В качестве главного блюда выбираю скумбрию (240 рублей), ее приносят с гарниром из трех салатов, который добавляют ко всем блюдам кенигсбергской кухни. Из красной капусты, сливок и чеснока — по мне, далеко на любителя; из картофеля, редиса и соленого огурца — очень удачное вкусное исполнение; и все та же морковь, нарезанная слайсами, припущенная в винном уксусе, — с рыбой она сочетается лучше, чем с сыром. Скумбрия вкусная и свежая. В целом неплохой вариант для непритязательного обеда.
     Потенциал у нового «Блютгерихта» есть, но пока ресторан оставляет смешанные чувства — хочется концептуальной законченности.

Эрнст Теодор Амадей Гофман, сидя в подвале Королевского замка за бокалом вина, написал стихотворение под названием «Блютгерихт». А вот будет ли местная богема сочинять опусы здесь — вопрос

 

 

Хмель
     Ресторан русской сибирской кухни сменил менеджмент. С ноября 2016 года им управляет команда Максима Здрадовского («Британника», «Пармезан», «Пеперончино»). Вероятно, сначала был процесс осмотра новых владений и разработки концепции. Потому что заметные изменения в ресторане начались с этого года. Под нож нового менеджмента не пошли ни название, ни интерьеры, ни концепция. В первую очередь, работать стали над меню. Берешь в руки томик и сразу угадываешь знакомый стиль Britannika Project — иллюстраций и фотографий стало значительно больше. Суровый сибирский характер сохранился — много разносолов, в том числе из рыбы, которая всегда считалась визитной карточкой ресторана. Решаюсь попробовать новинки, выбираю тар-тар из северного оленя (395 рублей). Благодаря диете этого животного — а едят олени в основном ветки карликовых деревьев и кустарников, — в его мясе почти нет жира, именно поэтому его нельзя назвать мягким. Тар-тар выглядит как башенка из ровных кубиков красного мяса на подушке из черного хлебца. Заправляют мясо каперсами, фиолетовым луком, корнишонами, есть там бальзамический уксус и желток перепелиных яиц. Понравился соус, в него добавляют кизил — алые ягодки кисло-сладкого терпкого вкуса. В целом хорошо и отлично от привычного тар-тара из говядины. Спутница выбирает дальневосточный палтус с овощами и соусом «Шампань» (450 рублей). Классика европейской кухни — чуть припущенные овощи с хорошей твердой текстурой и кусочек рыбного филе. На кухне уверили, что запекали рыбу в духовке, и текстура вполне приемлемая, но сомнения остались.
     Еще одна новинка меню — котлеты из кабана с перечным соусом, пюре из сельдерея и жареными опятами (435 рублей). Блюда с охотничьим дымком в «Хмеле» удаются. Котлетки хороши, пюре из сельдерея с опятами — гарнир для охотника за изысканным вкусом. Что радует по-настоящему — это подача блюд. Глаз радуется: никаких тебе рюмок в тарелках, башен из картофеля с огуречными завитушками. Хочется, чтобы «Хмель» сохранил свою индивидуальность, не превратившись в клона корпорации, чего, кстати, желаем еще одному приобретению в коллекции Максима Здрадовского — ресторану «Венеция — Шанхай».

business fm

Авторская программа
Екатерины Востриловой
«Питательная среда»

Фотографии Егора Сачко

Улица Фрунзе: от школы до Королевских ворот

Андрей Кропоткин идет по бывшей Королевской улице и рассказывает о примечательных сохранившихся зданиях довоенной эпохи

Авторская колонка

Дензнаки
Улица Фрунзе — одна из примечательных в Калининграде и по протяженности, и по количеству сохранившихся в послевоенное время зданий. Как и каждая магистраль в городе, она имеет свою, особенную притягательность и чувство ритма. Расположена в Ленинградском районе, идет от пересечения улиц Шевченко и Клинической до Литовского Вала, где переходит в улицу Гагарина.
     Впервые улица упоминается в 1662 году под названием Нойе Зорге, что в переводе с немецкого означает «Новая забота». Этим названием она обязана одному из чиновников того времени: узнав, что появилась новая слобода, он произнес: «Это новая забота!» К 1726 году улица значительно увеличилась, ее стали называть Брайте­штрассе (Широкая улица), а затем она получила название Брандштрассе, то есть Пожарная улица: здесь располагалось депо пожарной охраны.
     В 1811 году произошло еще одно изменение: она стала Кенигштрассе (Королевской улицей). Длина Королевской улицы составляла один километр от Росгартенского рынка (современный перекресток улиц Фрунзе и Клинической) до Королевских ворот. На рубеже ХIХ — ХХ веков была плотно застроена многоэтажными домами с фасадами, украшенными в стиле барокко, большинство составляли доходные дома, их разрушили во время ночных налетов английской авиации в августе 1944 года.
     В 1946 году улицу пере­именовали в Энергетическую: тут располагалась энергетическая служба (сейчас «Янтарь­энерго»). В 1950‑м улица носила имя Ленина, с 1963 года — имя Фрунзе, советского партийного, государственного и военного деятеля.
     Какие же здания сохранились? Давайте пройдемся по улице Фрунзе. Калининградский областной музыкальный колледж имени Сергея Рахманинова: здание было построено в начале XX века для городской реальной школы имени Фридриха Бесселя. На противоположной стороне находятся дома №№ 11 — 13: это старейшие жилые здания, сохранившиеся в нашем городе, в них расположены предприятия «Янтарь­энерго». Дома построены в XVII веке и поначалу в них размещались сберкасса, касса больничного страхования, жилье для состоятельных граждан. Во дворе к ним примыкает дворец, построенный в 1700 году в стиле барокко и принадлежавший семье графа Ойленбурга: сейчас в бывшем дворце, где прежде давали балы и устраивались приемы, расположен офис Городских электрических сетей.
     На месте магазина «Виктория» в 1845 — 1916 годах располагалась Кенигсбергская академия художеств. Позднее, когда Академия переехала в новое здание, расположенное в Ратсхофе (сейчас это общеобразовательная школа № 21 на улице Бассейной), тут «проживала» Школа художеств и кустарных ремесел. Здание школы было разрушено в послевоенное время.

     Место, где располагается многоквартирный жилой дом №№ 37 — 43 на улице Фрунзе, тоже имеет интересную историю: здесь стоял когда-то Королевский дворец. Здание в 1731 году приобрел прусский король Фридрих Вильгельм I и использовал в качестве Кенигсбергского временного дворца — для ночлега. В 1741 году король Фридрих II разместил в нем Военную школу. С 1799 года здесь располагалась университетская библиотека. В 1901 году, после переезда Королевской и университетской библиотеки в новый дом на Миттельтрагхайм, 22, в этом здании поселился Археологический институт Кенигсбергского университета, где хранилось античное собрание гипсовых произведений искусства. Разрушено во время войны.
     А вот самым красивым домом на улице Фрунзе считался дом №№ 55 — 57 — с аркой, ведущей на улицу Угловую. Он построен в 1888 году, на первом этаже находилась Кройц-аптека (Аптека Креста). После войны в помещениях аптеки располагалась известная в Калининграде пельменная. В 1988 году дом был поставлен на капитальный ремонт, жильцы выселены, но строители не смогли сохранить фасад здания. Работы на объекте остановлены, и сейчас эта руина, обнесенная забором, является объектом культурного наследия регионального значения.
     На пересечении с улицей Пионерской расположено здание администрации Ленинградского района: оно построено в 1900 году и принадлежало французской реформатской общине, сдавалось внаем.
     Неподалеку от улицы Грига — 12‑этажный жилой дом с магазином на первом этаже: вы прекрасно его знаете. Так вот, напротив этого самого высокого дома на улице Фрунзе сохранилось здание, где сейчас находится санитарно-эпидемиологический надзор: построено в XIX веке для размещения интендантской службы Кенигсбергского гарнизона.
     Несколько многоквартирных жилых домов, возведенных в начале XX века, сохранилось на углу улиц Фрунзе и Грига. В доме № 105 сейчас находится офис Калининградского регионального отделения Всероссийского общества слепых. Здание было построено в 1907 году для размещения Общества пожарных провинции Восточная Пруссия. На противоположной стороне — длинный девятиэтажный дом с датой рождения — 1973 год. Из-за внушительных размеров его прозвали «китайской стеной».
     В конце улицы Фрунзе — знаменитые Королевские ворота. Начало строительства ворот — 30 августа 1843 года, когда состоялась торжественная закладка. В этом событии принимал участие король Фридрих Вильгельм IV. Сооружались они пять лет, автор проекта — архитектор Фридрих Август Штюлер. Въездную башню украшают статуи богемского короля Оттокара II Пшемысла — основателя Кенигсберга (слева), Фридриха I — первого короля Пруссии (в центре) и Альбрехта — первого герцога (справа). Фигуры изготовил скульптор Вильгельм Штюрмер. Под ними гербы трех государей, а над скульптурами — гербы прусских земель Самбии и Натангии. После реставрации в 2005 году в здании Королевских ворот открылся историко-культурный центр «Великое Посольство» — филиал Музея Мирового океана.

Иллюстрации Маргариты Мироновой

Фтографии из архива Андрея Кропоткина

За древностию лет

Арт-маркет

Виктор Рябинин показывает страницы собственных дневников и вещи, найденные в руинах

Каждый художник, в мастерской которого мы побывали, советовал заглянуть в гости к «кенигсбергскому Энди Уорхолу», «археологу от изобразительного искусства» Виктору Рябинину. Сам маэстро с приглашением не торопился — сначала познакомил нас с персональной ретроспективной выставкой «Если бы ангелы заговорили…».
     Виктор Рябинин, пожалуй, один из самых узнаваемых калининградских художников: коллеги и ученики отзываются о нем с большим уважением, а зрители, знакомясь с рябининскими полотнами и ассамбляжами, кажется, и вовсе теряют ощущение времени. На стенах художественной галереи — романтические и урбанистические пейзажи, графические работы и иронические зарисовки из дневника. Рядом инсталляции, материалом для которых служат предметы быта жителей Кенигсберга

 

 

     Художник сразу говорит, что он и сам живет в Кенигсберге — в паспорте вот только написано по-другому. Ведет нас против часовой стрелки, читает названия работ, изредка добавляет небольшие комментарии — мол, эта картина («В тени аллей». — Ред.) очень понравилась одной немецкой художнице, которая посещала мастерскую. После подводит нас к страницам из дневников. На них наброски, сделанные во время прогулок, соседствуют с журнальными вырезками, этикетками, входными билетами. На полях — заметки и наспех записанные номера телефонов. Где-то среди десятков листов осталась и дата встречи с нами, и с той немецкой художницей.
     — Мой преподаватель в художественной школе Валентин Григорьев заставлял нас в любое время года делать зарисовки. Мы делали наброски с людей, пейзажей, — рассказывает Рябинин. — Так как поэзия и музыка у меня на первом месте, я стал добавлять к рисункам подписи, в том числе стихотворные. Постепенно такие зарисовки приобрели характер дневника. Они никогда не были ни для кого секретом.
     Виктор Рябинин не случайно говорит о поэзии и музыке. На его холстах угадываются сюжеты гетевского Фауста, а в небе над Высоким мостом возникает тень отца Гамлета, от которой холодеет кровь. Картина «Лодка с цветами» написана по мотивам одноименного стихотворения Роберта Фроста: «она плывет над солнечной травой, по самые борта полна цветами».
     Оказавшись в темном помещении мастерской, или «народного музея», как ее, нарочито выделяя букву «е», называет сам Рябинин, приходится проявить недюжинную сноровку, чтобы ничего не разбить: стройные ряды бутылочек, которые можно увидеть на городских барахолках, осколки посуды, статуэтки и часы, флаги и вымпелы, скульптуры, среди которых гипсовая голова Сократа и молодого Рябинина, деревянные объекты и всевозможная утварь. На ступеньках лестницы, ведущей на второй ярус, — коллекция шлемов и других головных уборов, на стенах — эмалированные рекламные таблички, ракетки для игры в бадминтон, старинные немецкие значки, чучело кабана и картины. На полу, прислонившись к столу, стоят ранние ассамбляжи художника. Поднимая голову, встречаешь колокольчики и диковинные стеклянные поплавки, закутанные в рыбацкие сети.
     — Вещи, собранные здесь, — подарки. Въехал я сюда с одним шлемом, пивной бутылкой и табличкой Strasse der SA, так раньше называлась улица Фрунзе. Друзья, ученицы и коллеги, зная мое увлечение, стали приносить посуду, плакаты, какие-то находки из руин. Я их не реставрирую. Вот, например, осталась дыра от пули, зачем ее убирать? — спрашивает Рябинин, кивая на эмалированную вывеску. — Помню, однажды мне подарили обломок дубовой стрелы с кованым наконечником, найденный на дне Преголи. Только представьте, он пролежал там с тринадцатого века.

Арт-маркет

«Пламя пожара не согревает…»
— На этом графическом листе из серии «Прусские мотивы» обрывки старых газет, опаленные пожаром. Здесь же стихи немецкой поэтессы Агнес Мигель, на которую, к сожалению, сейчас пошли нападки — недавно сорвали памятную доску с дома, в котором она жила. А вот эффект состаренной бумаги сделал с помощью чая. (Комментарий художника)

Арт-маркет

«Адам и Ева. ХХ век»
— Я повторил знаменитую гравюру Дюрера, изменив пару деталей: покров сорван, противогазы надеты.
(Комментарий художника)

Арт-маркет

«Спасибо за наше счастливое детство!»
— В работе с ассамбляжами мало собрать вещи, нужно выстроить композицию. Сначала я сделал правую часть триптиха, которая называется «Первые шаги». Эта работа, словно предчувствие, была создана за месяц до нападения террористов на школу в Беслане. После появилась центральная часть, названная советским лозунгом «Спасибо за наше счастливое детство!». И, наконец, «Адам и Ева». (Комментарий художника)

Арт-маркет

«Фантазия памяти Э. Т. А. Гофмана»
— Говорят, мои картины порой настолько разные, что кажется, будто их писали разные люди. В таких случаях я отвечаю, что мое настроение может меняться в течение дня: утром смеюсь, вечером плачу. Эта картина — еще одно размышление над моим Кенигсбергом. Если на острове Кнайпхоф вы встанете спиной к могиле Канта и будете смотреть через Преголю, увидите пустырь. До войны эта территория Альтштадта была плотно застроена. После руины домов разбирали на кирпичи, которые увозили в Ленинград и Ригу. (Комментарий художника)

Арт-маркет

«Прощание»
— Как-то я показывал небольшой рисунок тушью своей ученице. Была такая же история, как с «Лодкой с цветами», — долгое время не видел ее в цвете. Показываю работу и говорю: тропинка в зарослях чертополоха. А она спрашивает, почему такое название, и критикует меня, мол, ерунда какая-то — и так видно, что тропинка и чертополох, незачем это еще и в названии объяснять. Я посидел, подумал и понял, что это прощание, — оставил что-то за спиной, и неизвестно, что там впереди. (Комментарий художника)

     Интерес к старинным вещам у художника появился во время детских забав в руинах жилых домов. Став старше, Рябинин другими глазами посмотрел на выкопанные из земли ржавые предметы быта и разбитые фарфоровые игрушки — каждый осколок содержит частичку истории его родного города. Поэтому даже о самых заурядных предметах коллекции Рябинин отзывается с нежностью.
— А вот антикварные магазины обхожу стороной: я человек увлекающийся, боюсь поддаться соблазну, — смеется художник.
     Ждешь, когда глаза привыкнут к полумраку, обводишь глазами помещение, жадно цепляясь за каждую вещь, потом еще и еще, в надежде запомнить как много больше — Рябинин не торопит.
     — Я работаю здесь с октября 1981 года. В этом же месяце в кинотеатре «Октябрь» открылась моя персональная выставка. Показывал графические работы, живописи у меня тогда не было, — рассказывает Рябинин. — Картины я сейчас здесь не пишу, работаю только с деревом и ассамбляжами.
     Сосчитать количество предметов в мастерской Рябинина не представляется возможным. Тем не менее не каждая вещь может стать частью ассамбляжа — ей, как и законченной работе, нужно пройти испытание временем. Спрашиваю у художника, не пугает ли его, как настоящее время движется все быстрей и быстрей:
     — Думаю, самое главное — не потерять темп, путеводную нить. Еще древние об этом говорили.

Благодарим Калининградскую художественную галерею за помощь в проведении съемки

Софья Сараева, Фотографии Бока Су

Exuberant persons* — прекрасны или опасны?

* Неудержимые люди.

Олег Алферов о том, кто такие люди-exuberance и зачем они нужны обществу

Авторская колонка

Дензнаки
И в современном обществе, и в давние времена люди всегда были склонны проявлять заботу о страждущих, больных, немощных, измотанных, отчаявшихся. Сострадание и забота — естественное проявление человечности. Религия призывает помогать потерянным и заблудшим. Гражданское общество говорит о важности сострадания. Психологи препарируют и каталогизируют нездоровые эмоции — депрессию, гнев, тревогу. Мы даем очень много определений состоянию скорби и печали и гораздо меньше — страсти жить.
     Страсть жить — удивительная штука. Когда она есть у человека внутри, то она в нем горит, бурлит, клокочет и выплескивается наружу. Откуда в некоторых людях берется эта энергия жизни и как она воздействует на самого обладателя и окружающих?
     Год назад на семинаре в Италии я узнал новое английское слово — exuberance. За много лет общения на английском оно мне ни разу не встречалось. В русском языке ему соответствует тридцать значений! Если взять только некоторые из них и перемешать в «магическом горшочке», то получится «волшебный эликсир», где есть по щепотке от каждого значения: обильный, буйный, плодовитый, энергичный, жизнерадостный, полный воодушевления, восторженный, щедрый. Exuberance — некое комплексное состояние, связанное со страстью жить.
     Энергия состояния exuberance влечет нас в места, куда бы мы иначе не пошли, — покорять новые моря и горы, исследовать не известные нам территории, пробовать новое. Те из нас, в ком это состояние выражено меньше, попадают под влияние людей, обильно излучающих заразительный энтузиазм и радость жизни, идут вместе с ними в новые места и за новыми впечатлениями.
     Exuberance — обильная, кипучая, выплескивающаяся эмоция. Радостная и неудержимая. Это не ощущение счастья, хотя есть много общего. Не энтузиазм в чистом виде, хотя его здесь тоже много, — ведь древнегреческое en theos означает «бог, который внутри». Но следует признать, что состояние exuberance существует параллельно с горем и скорбью. Наши радости и печали созревают на одной ветке. Опасность и восторг растут на одном дереве. Границы между интенсивными эмоциями всегда размыты.
     Но радость необходима для нашего существования. Изобилующая эмоциями энергия жизни занимает древнюю область нашего «я», именно ей мы обязаны в немалой степени нашему выживанию и триумфам. Доктор психологии Кэй Редфилд Джеймисон утверждает, что проявление состояния exuberance свойственно не только людям, но и вообще всем млекопитающим. Exuberance-особи составляют примерно 10 — 12% общей популяции. Зачем они нужны природе и почему их немного?
     Благодаря этим 10 — 12% любопытных, ищущих, влекомых и рискующих группа расширяет свои познания, приобретает территории, ресурсы и генетическое разнообразие. А какие выгоды получают сами exuberant-особи, выходя из привычной среды обитания в неизведанные пространства? Они быстро учатся, имеют больше вариантов найти лучшего партнера для продолжения рода, расширяют среду обитания и умирают молодыми, потому что порой лезут куда не надо.
     Для некоторых людей будоражащая радость жизни приходит каждым утром, и блуждающая улыбка не сходит с их лиц всю жизнь. Для большинства других состояние exuberance — это более случайная вещь, нечто переживаемое только в прекрасные минуты любви или постижения нового, или то, что было известно в молодости, но угасло со временем. Такие люди испытывают недостаток в искрящейся живости и ребячестве: им нужен энтузиазм других, чтобы поднять свое эмоциональное состояние.

Наука и жизнь

     Порой им нужно пробудить себя музыкой, танцем или веселой компанией друзей. Они не зажигаются сами по себе — требуется повод и соответствующее окружение.
     Нередко exuberant-люди могут раздражать окружающих. Ну как он может ходить, улыбаться и весело насвистывать, когда мы тут в вечной борьбе с трудностями, депрессии и печали? Однако разнообразие в темпераменте необходимо. Сама жизнь распорядилась таким образом. Неконтролируемое состояние exuberance приводит к анархии. Если бы все люди были взрывными, искрящимися, выплескивающими энергию, то мир стал бы хаотичным, доведенным конкурирующими между собой энтузиазмами до абсурдной непоследовательности и изменчивости. Наш вид нужным образом сочетает разнообразные темпераменты, энергию и настроения. Exuberance — это брожение, подталкивающее социум вперед и к новым высотам, но иногда фиксация достижений имеет решающее значение для выживания. Радостные и не очень люди нужны друг другу, чтобы выжить. Если энтузиазм находит возможности, а энергия движения превращает большинство из них в реальность, это становится мощной силой. Exuberant-люди принимают мир и действуют по отношению к нему иначе, чем те, кто менее подвижен и менее энергетически вовлечен. Они следуют своим идеям со страстью и восторгом и искренне верят в то, к чему идут. Их любовь к жизни и приключениям ощутима для окружающих.
     Состояние exuberance заразительно. Оно неразрывно связано с лидерством. Люди с горящими глазами, увлекаясь сами, увлекают за собой других. Они делают это не за похвалы или почести. Они делают это потому, что влекомы энергией жизни, а сама эта энергия действует словно вирус, заражая энтузиазмом и верой других вокруг. Поскольку она молниеносно распространяется по всей группе, она возбуждает и радует, рассеивает напряжение. Этот лидерский дух не поддается контролю. Основатель CNN миллиардер Тед Тернер утверждает, что лидер — это человек, способный «создавать инфекционный энтузиазм». Это определяющее качество великих учителей, пассионариев и авантюристов. Если использовать заразительный энтузиазм правильно, созидая, развивая и открывая новое, — это замечательная вещь. Если он используется плохо — идеи расового превосходства, религиозные доктрины, — это катастрофа.
     Психологи, изучая положительные эмоции, обнаружили, что радость расширяет взгляд на мир и развивает воображение. Она активирует наши внутренние резервы, стимулируя как физическое, так и психическое здоровье, и обеспечивает на гормональном уровне вознаграждение организму за принятие рисков и решение проблем. Старинная китайская поговорка подтверждает: «Одна радость рассеивает сто печалей», и, безусловно, это может стать противоядием от депрессии и уныния.
     Посмотрите на себя и вокруг себя. Относитесь ли вы к 10% или к остальным 90%? Не важно, в какой вы группе. Важно, чтобы рядом был кто-то с частичкой, имеющей другой заряд, и тогда система будет пребывать в гармонии. Ни те, ни другие не могут полноценно жить друг без друга. Люди с огнем внутри нужны нам, чтобы вырываться из рутины повседневных будней. Для exuberant-человека страсть жить — превыше стереотипов, условностей, рамок и ограничений. Он не способен быть безразличным и равнодушным. Он не может жить в «клетке» жестко структурированного мира. Невозможно требовать, чтобы он был как все, носил серый костюм, потому что так надо, заменил свой потрепанный рюкзак на респектабельный портфель. Не требуйте от него этого. Позвольте ему идти туда, куда влечет его энергия жизни, но присматривайте за ним и, когда это нужно, тактично поинтересуйтесь, все ли риски и препятствия учтены?

иллюстрации: Маргарита Миронова