Архив автора: Кит Стрекачинский

Прививка против рака

текст: Ирина Несова
фото: Егор Сачко Здоровье

Профессор Александр Пашов о болезнях цивилизации, гормональной контрацепции и отсутствии денег на профилактику женской онкологии

Александр Пашов
профессор, доктор медицинских наук, врач-акушер-гинеколог высшей квалификационной категории, член Российской ассоциации гинекологов‑онкологов, член Европейской ассоциации онкогинекологов (ESGO), зав. кафедрой акушерства и гинекологии медицинского института БФУ им. И. Канта

Какое сейчас одно из самых распространенных дисгормональных гинекологических заболеваний?
— В первую очередь, эндометриоз, — в современной медицине трактуется, как болезнь цивилизации. Она по сей день вызывает много вопросов и затруднений в диагностике и лечении. Чаще страдают успешные женщины (одна из десяти), сделавшие или делающие карьеру. Последствия этой болезни — бесплодие, хроническая тазовая боль, дисменорея, диспареуния, дизурия, дисхезия, может приводить к инвалидности.

— Что является причиной?
— Это мультифакторное заболевание, тут и частые выскабливания полости матки, хронические воспалительные заболевания органов малого таза, неблагоприятные экологические условия, острый или хронический стресс, низкая физическая активность, генетические факторы и урбанизация.

— Репродуктивный возраст женщин изменился?
— Нет, это период от 15 до 49 лет, он закреплен в определении Всемирной Организации здравоохранения. Но на практике мы наблюдаем, как большинство успешных женщин в цивилизованных странах, к которым относится и Россия, откладывают рождение детей на более поздний возраст. Женщина сначала стремится получить хорошее образование, сделать карьеру, купить жилье и только к 40-45 годам задумывается о материнстве.

— Чем это плохо?
— С возрастом в организме матери накапливаются хронические заболевания. Это сказывается на течении беременности, которая зачастую протекает патологически, и на потомстве.

— А что касается распространенного заболевания «эрозия шейки матки»?
— Нет такого диагноза. Есть эктопия шейки матки, но для женщин в возрасте до 25 лет это вариант нормы. Раньше считалось, что эрозия — следствие воспаления, инфекции, и что это чуть ли не предраковое состояние. Но на самом деле это физиологическая картина: не на том месте находится цилиндрический эпителий. Прижигание, которым раньше грешили врачи-гинекологи, как правило, приводило к проблемам при родоразрешении, рубцовая ткань, которая формировалась на шейке матки после такой процедуры, не позволяла ей раскрываться в процессе родов, и приходилось часто прибегать к операции кесарево сечение. На самом деле есть масса других способов лечения эктопии, но, повторюсь, до 25 лет это вариант нормы, если нет инфекций, передаваемых половым путем, и за ней только наблюдают.

— Еще одно предубеждение существует в отношении гормональной контрацепции. Наши женщины относятся к ним настороженно.
— Совершенно напрасно. Не стоит сравнивать контрацептивы, которые были у нас в ХХ веке, и те, что используются сейчас. Доза гормонов в современных препаратах уменьшилась в два-три раза. В современных препаратах содержится всего 15-20 мкг этинилэстрадиола, это так называемые микродозированные контрацептивы, в составе которых гестаген третьего поколения. Назначаются они девушкам в возрасте 20-25 лет. Есть низкодозированные препараты, которые содержат 30-35 мкг этинилэстрадиола для женщин старше 25 лет. Сейчас много препаратов, которые наряду с контрацептивным действием оказывают также и лечебный эффект.

— Главная боязнь женщин в отношении гормонов — лишний вес.
— Современные препараты не приводят к полноте, потому что они микро- и низкодозированные. Но нужен индивидуальный подбор врачом-гинекологом. Очень много нюансов. Есть такие, например, которые содержат дроспиренон и, наоборот могут даже немного снижать вес, потому что они не задерживают жидкость в организме.

— Половая культура стала лучше?
— Ну как вам сказать, число заболеваний, передающихся половым путем, растет. Главная же проблема современного общества в том, что многие женщины считают, будто аборт — это бесплатное средство контрацепции.

— Мы по-прежнему в «передовиках» по числу абортов?
— Да, уровень очень большой. Если сравнивать с Германией, там один аборт в жизни женщины — это уже большая проблема, повод для тщательного медицинского наблюдения, а у нас есть женщины, у которых между первыми и вторыми родами абортов может быть порядка пяти — шести и более.

— Запретить?
— Это не выход, практика показывает, что запреты в России не соблюдаются, а автоматически переходят в криминальную сферу. Сейчас за рубежом и в России активно пропагандируются «бархатные» аборты (медикаментозные), которые проводятся без инструментов. Безопасных абортов в принципе не бывает, но если выбирать из двух зол меньшее, то лучше медикаментозный, он дает меньше осложнений. Есть специальный набор таблеток для медикаментозного аборта, которые продаются строго по рецептам, и принимаются они исключительно в присутствии врача. Но «бархатные» аборты пока не слишком распространены в России, всего 4-6 %. В Голландии более 60-70 %.

— Женский организм восстанавливается быстрее после медикаментозного аборта?
— Можно сказать, что да, но нужно понимать, что прерванная беременность в любом случае это гормональный «взрыв» для организма и, как следствие, гормональный хаос.

— Есть какие-то медицинские открытия в области гинекологии?
— Мы наконец-то поняли, что именно приводит к раку шейки матки. В 1996 году Всемирная Организация Здравоохранения признала вирус папилломы человека этиологическим агентом рака шейки матки. Факторы риска — незащищенный (барьерно) секс, анальный секс, беспорядочная половая жизнь, ее раннее начало, инфекции, передающиеся половым путем, курение, иммунодефицитные состояния (ВИЧ).

— Бытует мнение, что раковые заболевания проявляются в регионах, где есть атомные электростанции
— При правильной эксплуатации атомные станции совершенно безопасны. У нас другая «энергетика» — высокий промискуитет среди молодежи. Иными словами — беспорядочная половая жизнь, которая приводит к инфицированию вирусом папилломы человека.

— В каком возрасте рекомендуется начинать половую жизнь?
— Не раньше 18 лет. По данным врачей, калининградские девушки раньше совершают сексуальный дебют, у многих есть сексуальный опыт уже в 11-13 лет. И с большим количеством половых партнеров.

— Есть ли повод для беспокойства в Калининграде?
— В прошлом году выявлено 106 новых случаев рака шейки матки. В Калининградской области «грубый» уровень заболеваемости составляет 21,6 на 100 тысяч женщин. Для сравнения — показатель больше десяти уже считается высоким.

— Существует защита?
— Есть две рекомбинантные вакцины («Гардасил» и «Церварикс»), они могут применяться в возрасте от 9 до 25 лет. То есть однозначно необходимо применять вакцинацию, эффективнее это будет для тех, кто еще не начал половую жизнь и не успел «встретиться» с вирусом папилломы человека.

— Вы имеете в виду вакцинировать так же, как против гриппа?
— Да. Многие регионы России уже ввели эти вакцины в календарный план прививок. Ханты-Мансийский регион, Москва и Московская область, Кемеровская область и другие.

— Почему в Калининграде не проводят вакцинацию, учитывая такой высокий процент заболеваемости раком шейки матки?
— Вакцинацию ввели те регионы, где выделили деньги на первичную профилактику. У нас же пока нет даже онкологического диспансера. Рак — это не грипп, сегодня заразился, а завтра поднялась температура.Период от момента вирусной инфекции до появления опухоли — от 5 до 10 лет и более. На ранних стадиях визуально рак не определяется. Врач-гинеколог может посмотреть шейку матки, написать в амбулаторной карточке: изменений нет, диагноз — здорова. А на самом деле необходим анализ на раковые клетки (онкоцитологию). В наших женских консультациях зачастую неправильно забирается, фиксируется и транспортируется клеточный материал. Должна быть централизованная лаборатория, где будет проводиться хотя бы окраска мазков по Папаниколау (так делает весь мир) или современная жидкостная цитология. У нас пока очень большой процент неинформативных анализов.

— Ваши рекомендации женщинам.
— Учитывая нашу калининградскую действительность, необходимо один раз в год сдавать анализ на онкоцитологию. Я это в шутку называю «проходить техосмотр». Делайте это не для медицинских книжек, а для себя любимых!

 

Акции и деривативы вместо чая и перца

иллюстрации: Маргарита Миронова, Анастасия Айрапетянц

Кто мы?

Олег Пономарев проанализировал, как за парадным фасадом британской столицы работает экономика парадоксов этой страны

Авторская колонка

London is the capital of Great Britain*. Как много в этой школьной фразе! Одно предложение — и все с Лондоном понятно. Столица Соединенного Королевства Великобритании и столица британских капиталов. Видимо, многозначность capital в английском совсем не случайна. Живут здесь люди разные, и всем комфо­ртно, но особенно хорошо здесь большому капиталу. Он, как известно, любит тишину и Лондон.

Многие районы созданы для богатых. Дома, магазины, услуги, культура, безопасность, прислуга. Большой город, который экспортирует труд и капитал, что хорошо заметно по вывескам магазинов и офисов на многих языках мира. Без притока новой крови крупнейший западноевропейский мегаполис жить, похоже, уже не хочет и не может. Нужно ремонтировать, строить, обслуживать и потреблять. Историческая память наоборот. Прадедушки хозяйничали в британских колониях, а теперь бывшие подданные живут в пригородах и поджимают правнуков. Вот из этой многовековой исторической памяти, видимо, и проистекает удивительная для нас толерантность и политкорректность к «понаехавшим».

А сегодня это еще и просто выгодно. Поменялись ценности. Чай и перец уступили акциям и деривативам. Великая колониальная держава стала антиколониальной страной, которая, впитывая финансовые ресурсы всего бывшего английского мира, продолжает богатеть. Высокий уровень жизни увеличивает притоки и создает условия для конкуренции за место в тумане Альбиона. Что приятно, так это то, что говорят все и везде на хорошем английском. Власть устроена так, что она всем симпатична уже в силу своей театральности. А коренные англичане богатеют в качестве рантье на фамильных old money**.

Так и растет мегаполис с невероятным симбиозом викторианских шедевров и стеклянных огурцов, разделенных парками с образцовыми столетними английскими газонами. Где большие деньги, там все лучшее, поэтому так много лучшего. Но богатые своими расходами создают растущий спрос, и значит, деньги просачиваются вниз по всей социальной лестнице. Так и живут, оказывая услуги друг другу. Новая экономика знаний: нужно знать, где взять чужие деньги и кого за них нанять, чтобы работали за тебя. Одни приезжие всех наций и цветов строят новые бетонные пирамиды, другие мастерят финансовые. Местный истеблишмент по британской традиции оставляет за собой право руководить процессами из этих самых билдингов.

Это фасад, но все-таки: как внутри работает эта экономика парадоксов? По итогам 2014 года ВВП Великобритании на 77 % состоит из сферы услуг, 15 % производства, 7,4 % строительства и 0,6 % сельское хозяйство. Причем производство и строительство падают, а растут бизнес-услуги и наука. При дефиците бюджета в 8 % этот самый бюджет был выше нашего докризисного. Принимая во внимание, что по коэффициенту Джини расслоение общества (13,8 %) выше, чем в России (12,7%), Британия формально остается живым примером не­удач британской «экономики просачивающегося богатства», но при этом Лондон удерживает мировой рекорд стоимости одного квадратного метра в €72000.

Кто мы?

Нам стоит позавидовать успехам британского бизнеса и правительства. Как же делать деньги из тумана? История мирового капитализма началась с английских мануфактур. Поиск ответов на вопросы о том, «что такое хорошо», в капитализме породил Адама Смита и классическую экономическую школу. Английская экономика прошла чуть ли не самый длинный путь исканий. Но и по сей день едва ли не главным доводом в пользу рыночной экономики остаются знаменитые слова Смита: «Не от благожелательности мясника, пивовара или булочника желаем мы получить свой обед, а от соблюдения ими своих собственных интересов».

Пройдя этап промышленного капитализма, пережив Первую мировую, Великую депрессию и Вторую мировую, Великобритания одной из первых встала на постиндустриальной путь развития и нашла свой способ контроля за неопределенностью и спонтанным характером конкурентного глобального рынка. Зачем бороться, если можно подстроиться под глобальные изменения и извлечь прибыль из своих естественных конкурентных преимуществ?

Сегодня английская специализация в международной системе разделения труда предполагает такую комбинацию труда и капитала, в котором все больше умственного труда. Да, пока еще в списке Global Fortun 500 остается 29 компаний из Британии. У Бритиш по-прежнему есть и свой петролеум (BP и Shell), и тобакко (BAT), и банки на любой вкус (HSBC, RBS, Lloyd’s), и много разных Tesco, и много чего еще, но гораздо важнее, что британцы научились извлекать профит не только из фунта стерлингов, статуса офшорной финансовой столицы и из своего колониального бэкграунда, но и из международного статуса английского языка. В ответ на американскую бурю созидательных инноваций в новой экономике знаний британцы ответили развитием своих финансовых азиатских филиалов (Гонконг, Сингапур), укреплением связей с США и уникальными проектами вроде английской футбольной премьер-лиги. При этом Лондон автоматически стал штаб-квартирой множества глобальных международных компаний в силу удобства общения между их менеджерами, как и случилось с формально голландскими Unilever и SPAR Int. А значит, это и есть знаменитая смитовская «рука рынка».

East or west — home is best!*** Что из этого любопытного туманного хозяйства мы можем импортировать в экономической сфере? Не так много, но, вероятно, кое-какие параллели провести можно. Калининград прирастает внутрироссийской миграцией, и в этой связи нам неплохо бы подумать, при каких условиях более обеспеченный сегмент россиян и наших бывших сограждан начнет выбирать Калининград? Ответ очевиден: европейское миграционное импортозамещение. Европейскость в инфраструктуре, медицине, жилье, образовании, культуре, ресторанах, магазинах, нравах и обычаях. А еще в знании английского языка. Именно английского, а не немецкого или других изящных, но не обязательных языков. Везде и всюду хорошее знание английского является своего рода коммуникативным пропуском в современный мир. И это не «ту ти ту ту ту». Это Top English, который нужен и в серьезном бизнесе, и для качественного образования, и для жизни. У нас в Калининграде, увы, до сих пор нет ни одной английской спецшколы. В лучших же школах наши перегруженные бог знает чем дети английский толком не знают. Однако есть у нас и плюсы. Это традиционная мобильность калининградцев, благодаря которой языковая практика для нас всего в паре изиджетовских часов лета из Гданьска.

*Лондон — столица Великобритании
**унаследованное состояние
***Восток или Запад, а дома лучше!

Бизнес напечатанных моделей

текст: Екатерина Вострилова
фото: Егор Сачко

3D-принтинг — технология нашумевшая, однако, что представляет рынок этих услуг, пока не совсем ясно. О том, как развивается отрасль и почему создание объекта по цифровым моделям в промышленных масштабах сложно реализовать в Калининграде, Юнне Горобченко рассказывает Александр Цыганов, основатель компании 3D Solutions

Александр Цыганов

22 года
Генеральный директор компании 3D Solutions, один из трех основателей
Компания зарегистрирована 12 августа 2014 года
Изготовление прототипов, функциональных элементов быта, трехмерная визуализация и трехмерное моделирование
Участники программы «Молодой предприниматель»
Конкурентные преимущества компании: технологии, качество печати и специалисты

История 3D-печати началась в далеких 80‑х годах прошлого века, и говорить сегодня, что это инновация, не совсем правильно. Первый промышленный принтер появился в 1986 году. С тех пор многие пытались построить свой бизнес на этой технологии. Что привлекло ваше внимание?
— В конце четвертого курса я начал анализировать разные сферы бизнеса в поисках незанятой ниши. Мы с друзьями учились и продолжаем учиться на инженеров в совершенно разных областях (двое из нас морские инженеры, а наш третий приятель — программист). Мы были неплохо подкованы в основах 3D-моделирования и решили попробовать. После тщательного изучения технологий, поездок на выставки и профильные предприятия в Москве мы нашли инвесторов и открыли свой бизнес.

— Сегодня сфера применения 3D-принтеров очень широка: от машиностроения до медицины. На кого рассчитан ваш бизнес?
— Пока наш бизнес ориентирован на потребительский рынок. Не исключаем переход на уровень промышленного 3D-моделирования и печати, но немного позже. Здесь важно не ошибиться в выборе направления — в промышленной сфере не все так просто. Чаще пишут и говорят о промышленных установках, которые делают элементы высокого качества. Более мелкие компании используют аппараты более низкого класса, стоимостью до 100-200 тысяч рублей и чаще всего «выращивают» продукт из пластиковой нити. Сейчас мы используем 3D-принтеры, печатающие по FDM-технологии (послойное выращивание объекта из расплавленной пластиковой нити) и постарались занять нишу, которая помогла бы молодым изобретателям развивать свои идеи. Например, изготавливали крепления для компании, занятой разработкой сервиса облачного видеонаблюдения. Для других клиентов делали изобретенный ими электронный дозатор для сахара.

Стартапы

Объекты, созданные 3D-принтером: сувенирная продукция, крепление для телефона, пластиковые крепления

— Вы делаете акцент на потребительский сегмент?
— В основном. Мы давно работаем в направлении B2В — продаем оборудование и прототипы изделий. Например, недавно мебельная фабрика заказала прототип ножки для кровати. Хороший доход приносит продажа оборудования — мы являемся официальными дистрибьюторами компании Zortrax, чьи 3D-принтеры уже используют компании BOSCH, DELL. Кроме того, на них хорошо реагирует российский рынок, с которым мы плотно работаем.

— Как и перед любым бизнесменом, перед вами стоит вопрос: «Что дальше?». Будете ли вы диверсифицировать бизнес или продолжите работать в заданном направлении, пока не упретесь в потолок?
— Мы уже нащупали потолок и понимаем, что необходимо двигаться дальше. Изначально мы делали упор на 3D-печать, но быстро поняли, что она не приносит желаемого уровня доходов. И начали заниматься продажей оборудования. В конечном итоге пришли к трехмерной визуализации — созданию цифровой модели фотографического качества. Ее используют, когда продукт еще не существует, но его уже надо показать. Мы обслуживаем калининградский рынок и нескольких зарубежных партнеров — учитывая курс валюты, мы как никогда конкурентны по цене. Среди местных постоянных клиентов в этой сфере — компания «Залесский фермер».

Стартапы

Юнна Горобченко, Александр Цыганов

— Вы не так давно работаете в этой сфере, но сказали, что уже нащупали потолок…
— Емкость калининградского рынка невелика, а мы занимаемся потребительской техникой. Что касается промышленных установок, то это аппараты стоимостью в несколько миллионов рублей. Принтеров, печатающих металлическим порошком, на всю Россию три экземпляра, они используются, например, в авиастроении и космонавтике. Дорогостоящие устройства окупаются в масштабах страны. Если Калининграду нужна экзотическая печать, мы просто связываемся с коллегами в столице. К тому же промышленные установки используют только зарубежный расходный материал. Пока инженерное сообщество не решит этот вопрос, промышленная ЗD-печать останется возможной в сферах исключительно крупной промышленности.

— Вы считаете, что работаете в сфере услуг или в сфере производства? Тенденции таковы, что скоро наступит момент, когда вам придется конкурировать с массовым пользователем.
— Пока печать на 3D-принтере — это производство. Чтобы избежать ситуации, о которой вы говорите, мы активно тестируем литье полимерных смол в силиконовые и полиуретановые формы. Такая продукция рассчитана на рынок B2В, мы видим ее потенциал. Она активно используется в производстве мыла, сувенирной продукции. Наша задача — успешно конкурировать в этом сегменте с Китаем.

К сожалению, должен заметить, что российские бизнесмены часто боятся новых технологий, многие из них привыкли работать по старинке. Я это замечаю, когда выхожу с предложениями к директорам крупных предприятий и сталкиваюсь с недооценкой технологии 3D-печати. Надеюсь, скоро это отношение изменится, рынок услуг в нашей отрасли будет расти.

По спирали

текст: Ирина Несова
фото: Егор Сачко

Эксперт

Бизнес-тренер Майкл Бэнг о том, как мы выйдем из кризиса и сколько будет стоить доллар
в России

Майкл Бэнг
Дания, Копенгаген
Специалист в области продаж, управления персоналом и мотивации, бизнес-консультант и бизнес-тренер, опыт работы в области управления и принятия решения в кризисных ситуациях. Создатель системы 5 stars-sale*.
География работы: Европа, США, Мексика, Япония, Израиль, Казахстан, Прибалтика, Россия

Разработанная вами система продаж — это своего рода шаблон на все времена или необходимы коррективы?
— Эта система может быть адаптирована абсолютно под любую компанию. Она что-то вроде скелета, который потом обрастает мясом, а затем мышцами. Они могут быть разными, но скелет один. Потому он подходит всем. Принято считать, что есть два основных вида: “B2B”— бизнес для бизнеса и “B2C«— бизнес для конечного потребителя. Но в реальности нет ни того, ни другого. Есть один — «P2P» — люди для людей. Эти механизмы применяются и в личной жизни. Мы все в первую очередь являемся людьми, а потом уже сотрудниками, клиентами, мужьями, женами, родителями.

— В чем ее суть?
— Какое-то время я увлекался боевыми искусствами. В их основе, как известно, существует система поясов. Второй фактор — «звездность» в гостиничном бизнесе. Это и стало отправной точкой — я понял, что с продавцами можно сделать то же самое, родилась идея создания уровней в обучении с постепенным увеличением сложности. То есть это система пятизвездочных продаж, по которой любой продавец-любитель может дойти до профессионала.

— У вас большой опыт работы в кризисных ситуациях. Как вы оцениваете нынешнюю экономическую обстановку?
— В самих кризисах нет ничего страшного. В экономике регулярно происходят спады и взлеты. Но сейчас в мире наблюдаются кардинальные перемены, появляются новые технологии, мы живем в условиях глобализации. Если посмотреть только с позиции России, кризис обеспечили не только падающие цены на нефть, но и конфликт с Западом. В 2008 году был исключительно экономический кризис, сейчас он экономически-политически-социальный. Лично меня это тоже касается, поскольку я являюсь резидентом России, живу здесь долгие годы, моя жена — русская. Практически я уже русифицирован.

—  Как вы видите дальнейшее развитие событий?
— Мы переживем этот кризис. Так же, как и зиму. Я бывал в Якутии, когда там минус 50 — это страшный дубак. Но и там зима заканчивается, наступает лето, и мы забываем, что могут быть лютые морозы, потому что светит солнце. Будем считать, что сейчас мы находимся в условиях суровой зимы. Существуют два типа проблем. Одни решаемые, другие — нет. Если ничего не можешь сделать, зачем тратить на это время? Все, что нам сейчас нужно, — переждать и сфокусироваться на том, что мы способны делать в этих условиях. Я, например, никак не могу повлиять на стоимость нефти и на ситуацию, связанную с Украиной, но я могу заниматься поиском клиентов для нашего бизнеса, улучшать отношения с существующими и заниматься своими делами. Главное — не прекращать быть креативным, использовать ситуацию с умом, как в шахматной партии. Сейчас, как никогда, действуют закон джунглей и принцип «выживет умнейший».

— Если вы уже русифицированы, должны знать еще один принцип, который действует в России: нас бьют, а мы крепчаем…
— Однозначно. Нынешний конфликт с Западом сделает Россию намного сильнее. Стремительно начнет развиваться малый бизнес, усилится производство, здесь больше не будут полагаться на импорт в той степени, как это было раньше. В России столько возможностей и людей! Мы по роду своей деятельности встречаемся с огромным количеством феноменальных российских предпринимателей, с точки зрения изобретательности и креатива им просто нет цены.

«C точки зрения изобретательности и креатива российским бизнесменам просто нет цены»

— Насколько форма правления государства, будь то конституционная монархия, как у вас на родине, или президентская форма в странах, где вы работаете, влияет на специфику ведения бизнеса?
— Я не замечал большой разницы, если честно. Самое лучшее для любой страны — это стабильность, неважно, чем она обеспечена, какой именно формой правления.

— Россия — большая страна, вы были в разных регионах, влияет ли менталитет на ведение дел?
— Я, скорее, разделяю не регионы, а города. В больших городах одно поведение, в малых — другое. В Нью-Йорке, например, люди более агрессивные, динамичные, похожие на москвичей. В Техасе спокойная и размеренная жизнь, и люди такие же. Есть другая проблема — люди с хорошим образованием считают, что они все знают и им ничего больше не нужно.

— Охарактеризуйте Калининград.
— Калининград это Калининград. Во всем мире существует только один Калининград. И он действительно уникален. Это вроде Россия, но почти что Запад. Это оказывает влияние и на людей. Я уверен, что экономически мы ближе к Европе, чем к Азии, там все-таки другой рынок. Все наладится, нефть подорожает и будет стоить 100 долларов за баррель. И однажды соотношение валюты будет таким: десять долларов к одному рублю.

Организатор семинаров, которые провел Майкл Бэнг для руководителей и продавцов в Калининграде: международная консалтинговая группа «Намерение».         

*пятизвездочные продажи

Ясно, что ничего не ясно

иллюстрации: Маргарита Миронова, Анастасия Айрапетянц

Риски

Финансовый тренер Елена Иванова провела собственное исследование ипотечных угроз для покупателей, банка, девелопера и других участников процесса

Авторская колонка

Начну со статистики. В СМИ единодушно указывают на рост просроченной задолженности по ипотеке в 2014-2015 годах, а вот цифры противоречивы. На основании iarex.ru, top.rbc.ru и dengi.utro.ru в первом полугодии 2014 года просрочка составила 62,2 млрд рублей, но в первом квартале 2015 года этот показатель колеблется от 30,1 млрд руб. до 48 млрд руб. Абсурдно получается, хотя ссылки идут на данные ЦБ.

Я ужасная зануда, когда дело касается качества и достоверности данных. Если нет правды в цифрах, что говорить про текстовые выкладки? На основании мнений можно получить очередное мнение, но невозможно понять тренд. Поэтому после критического анализа множества статей мне захотелось провести свое небольшое исследование ипотечного рынка и составить собственное мнение. Я опросила своих знакомых, которые приобретали жилье в ипотеку, побывала у банкиров, застройщиков, в агентстве по недвижимости и даже на производстве стройматериалов. Вот вам пять историй и оговорка: это пересказ неофициальных бесед. Все мои источники пожелали остаться неназванными.

История покупателя. Молодая семья решила приобрести собственное жилье. Просканировали рынок новостроек, и оказалось: ипотеку с хорошими условиями можно получить у тех банков, что не сотрудничают с нужным застройщиком. Мой знакомый, по совместительству преуспевающий руководитель отдела продаж, оказался человеком предприимчивым. Самостоятельно аккредитовал застройщика в «удобном» банке. И вот положительное кредитное решение получено, сделка с квартирой близится к закрытию. Внезапно, в момент подписания бумаг, банк выдвигает дополнительное требование о поручителях. И все. Ипотечный договор не состоялся. Знаете, что сделал мой приятель? Пошел и без отрыва от основной работы устроился риэлтором сразу в три риэлторские конторы. Резюме: через месяц приобрел квартиру в старом фонде за наличный расчет по супервыгодной цене. Никакой ипотеки…

История банка. Органичное продолжение истории покупателя. Знаете, почему банк, который входит в ТОП-5 России, поступил так неэлегантно и в последний момент выдвинул требования о поручителях? Правильно, чтобы переложить риски на плечи заемщика и поручителей. Лучшие условия кредитования банк предоставляет под наиболее надежные сделки. Крупный банк аккредитует надежного застройщика. Надежный застройщик тот, кто получил свой участок земли на справедливых и законных основаниях. Проблема в том, что у нас при большом количестве застройщиков очень немногие имеют аккредитацию крупнейших банков. Банки прекрасно понимают, что в сделках с землей может присутствовать коррупционная составляющая и длинная цепочка. Это бомба замедленного действия. Одно из звеньев подкачает — беды не миновать всем. Может дойти до сноса дома, и тогда дольщик останется без жилья, а банк — с подмоченной репутацией.

Девелоперы просят о реструктуризации валютных кредитов. Сами банки прекрасно помнят кризис ликвидности на стыке 2014-2015 годов, когда ставки по депозитам даже у Сбербанка взлетели до 20+ процентов. Резюме: весь кредитный сектор съежился, 2015 год живем под девизом «сохраняй», ни о каком наращивании портфелей речи не идет. Вот и приходится делать аккредитацию разных застройщиков, а потом минимизировать риски.

Риски

История девелопера. Опережающими темпами достраиваются объекты высокой степени готовности, но притормаживается освоение тех, что далеки от финишной прямой. Активно работает схема, которая хорошо известна всем, кроме среднестатистического покупателя жилья. Например, девелопер «Х» с отличной репутацией открывает ООО «Лютик», и это ООО строит очередной объект. Официально «Лютик» не имеет ничего общего с «Х», и никто не ассоциирует его с узнаваемым брендом. Объект сдан и продан, «Лютик» безвозвратно увядает. «Х» живет дальше припеваючи, сняв свою маржу, и дольщики, в случае чего, претензиями по качеству строительства не докучают — некому предъявить. Уж если кто и знает о делах «Х» больше других, так это банки. Резюме: чем большим количеством банков аккредитован застройщик, тем прочнее его репутация.

И еще. Аналитики предрекают кризис в 2017 году: темпы строительства будут снижаться, а сроки сдачи — переноситься. Девелоперам придется втянуть голову в плечи и приготовиться к удару о дно. Оживление наступит только к 2019 году.

История производителя стройматериалов. Продажа недвижимости в конце 2014 года была активной, а производители стройматериалов снижали цены. Например, кирпичные заводы по всей России предлагали минус 10 % от прайса. Калининградские производственники бодрятся в ожидании чуда 2018 года и рисуют прогнозы бурно растущих продаж. Резюме: «Где наша не пропадала!»

История государства. Государство пытается удержать банковский рынок программой долгосрочного жилищного кредитования. Она касается только тех квартир, которые реализует застройщик. Суть: банк получает свою процентную ставку в полной мере из двух источников — от заемщика и государства. Помните, как с автокредитом? В договоре 11,3 %, реально платишь 4 %, разницу банку компенсирует государство.

Интересы тех, кто получил несколько лет назад валютную ипотеку, а теперь не в состоянии ее выплачивать, тоже пытаются «поддержать». Государство рекомендует банкам реструктурировать валютные кредиты под текущий курс и ставку порядка 13 % или просто увеличение срока выплаты кредитов для снижения ежемесячного платежа. Резюме: ребята, выкручивайтесь сами.

Конечно, все указанные участники процесса взаимозависимы, но… Банки никогда не упустят свою выгоду и вряд ли реструктуризируют валютную ипотеку. Государство предлагает механизм оживления ипотечного рынка. Уже в начале марта некоторые лидеры банковского рынка начали принимать заявки на ипотечные кредиты с господдержкой. В СМИ проскользнула информация, будто покупатели ринулись за дешевыми — в 12 % — кредитами и подали заявок по всей России на 1 млрд руб. Безопасники калининградского филиала одного из ведущих банков прочли информацию в сети и на следующий день явились к кредитчикам, чтобы лично оценить объем предстоящей работы. По всей группе насчитали 15 заявок на несколько миллионов. То есть про миллиард кто-то явно загнул. Крупные застройщики Калининграда со своей стороны подтверждают, что волшебства не происходит. Наибольший интерес сейчас к загородным недорогим квартирам от тех, кому действительно хочется приобрести жилье для себя.

Никто не использует ипотеку как инструмент сохранения денег. Все, кто мог, сделали это в конце прошлого года. Теперь дрожат: в Калининградской области наблюдается уверенный рост безработицы, а ипотека для многих определяет бюджет на долгие годы. От кредитов отказываются не из-за процентных ставок — 12 % даже ниже, чем до кризиса. Нежелание брать взаймы происходит, скорее, от неуверенности, что удастся сохранить рабочее место.

Но знаете, что для меня самое загадочное во всей этой катавасии? Ценник на вторичном рынке жилья не откатился даже до уровня октября 2014 года. Неужели в России действительно невозможен реальный обвал цен на недвижимость?