Архив автора: Кит Стрекачинский

Мания биткоина

Два евангелиста блокчейн-технологии Константин Ломашук и Дмитрий Стародубцев попытались объяснить на Business FM-Калининград, что это такое. Понятнее не стало, но представление о том, что за будущее на пороге, появилось

— Вы принимали участие в конференции Blockchain & Bitcoin Conference Russia, оба делали доклады, расскажите, о чем.
     Константин: Конференция посвящалась блокчейн-технологии и делилась на две части. Первая обсуждала регуляторы и рынок, вторая часть была для разработчиков. Я делал доклад об инвестициях, так как у нас есть инвестиционная компания, которая с 2014 года инвестирует в блокчейн-проекты, и я рассказывал, как мы это делаем, какие ошибки допускаем и как правильно инвестировать в подобные проекты.
     Дмитрий: Я рассказывал о наших разработках, как мы планируем их структурировать, и, собственно говоря, пытался привлечь девелоперов.
— Объясните популярно, что такое блокчейн-технология и чем вы конкретно занимаетесь.
     Константин: Ориентировочно в 2014 году мы провели исследование всех технологий, которые только были, и увидели, что появился новый тип активов — блокчейн-активы. На самом деле уже произошло три революции: первая революция — это момент создания самой криптовалюты, появление новой технологии блокчейн, которая и позволила существовать криптовалюте. Вторая революция случилась, когда появились цифровые активы, которыми мы смогли владеть в интернете. И третья революция, которая произошла, — децентрализованные автономные организации, которые не регулируются, такие как биткоин. Чем мы сейчас владеем в реальном мире? Квартира, машина, яхта.

Константин Ломашук и Дмитрий Стародубцев

— Вы сейчас о себе говорите или о любом типичном гражданине?
     Константин: Да, о любом типичном гражданине. Где хранится информация о его собственности? В реестрах. Кто держит эти реестры? Государство. Почему? Потому что мы больше всего доверяем государству. Представьте, что в интернете появились новые распределенные реестры, которые называются блокчейны. Эти реестры хранят наши цифровые права и могут быть более доверенными, чем государство, то есть более надежными, что, кстати, и позволило существовать криптовалюте.
     Дмитрий: Базово да, блокчейн — это технология распределенных реестров, которая позволит — уже позволяет и позволит в будущем — сильно снизить издержки, как бизнеса, так и государства, на учет и администрирование. И второе, что важно, — блокчейн-технология позволит создать совершенно новые вещи, которых не было прежде. Такие как автономные экономические агенты — это роботы, которые самостоятельно могут принимать экономические решения, или некие роботизированные программируемые конфигурации, которые существуют в виде компьютерного кода и обслуживаются распределенными сетями компьютерных узлов, — они будут решать те задачи, которые сейчас решаются при помощи бумажных бизнесов.
— А вот вы оба программисты? Или своего рода организаторы процесса?
     Дмитрий: По-разному. Я начинал с бухгалтерии и аудита, потом работал и чиновником, и предпринимателем, и даже код сам писал. В блокчейне я появился, потому что там много интересных технических штук, а у меня достаточно технический бэкграунд, и не только в части программирования, но и в части анализа данных, — меня зацепила эта история. Сейчас занимаюсь всеми техническими вопросами, связанными с развитием наших продуктов, идей.
— А у вас есть какой-то фонд, правильно?
Дмитрий: И не один, например, «Киберфонд» — аналитическая платформа, «Сатошифонд» — непосредственно инвестиционный фонд, который сейчас фактически лидирует в сегменте блокчейн-инвестиций. Костя занимается его развитием.
     Константин: Я на самом деле предприниматель от души. Короткая история про нашу с Димой компанию такова: мы познакомились, когда мне было три года, Диме семь, он учился с моей сестрой в первом классе. Мы начали играть в денди и дружим до сих пор. Когда у Димы появилась мания биткоина, он мне позвонил и говорит: тут появилась такая штука в 2011 году, я на балконе у себя устанавливаю оборудование, которое создает биткоины. Я подумал: что за ерунда. Естественно, не обратил на это внимания. И только в 2013 году, когда биткоин стал стоить $1000, у меня появился вопрос, который мы сейчас здесь обсуждаем: почему данная электронная валюта стоит $1000? Когда я увидел, что лучшие умы мира, криптографы, программисты, работают в этой сфере, мы с Димой объединились и провели наше первое исследование. Появился киберфонд, мы проанализировали все криптовалюты, которые были на рынке, сделали определенные выводы. Мы увидели, что появился новый тип активов, и начали инвестировать собственные деньги. С 1 января 2015 года наши инвестиции выросли в 21 раз. Почему? Потому что появились нового типа корпорации, которые могут расти быстрее, чем текущий рынок.
     Дмитрий: Чтобы быть немножко точнее, мы проинвестировали порядка 25 блокчейн-активов, это на данный момент ведущие системы, в том числе эфириум.
— Вы говорите об инвестициях, которые сделали, эти инвестиции были из реально существующих денег?
     Дмитрий: Конечно, они были из реально существующих биткоинов.
     Константин: Я купил за свои собственные рубли биткоины и эти биткоины проинвестировал.
— То есть обычные деньги изначально присутствовали в процессе?
     Дмитрий: Конечно. Я за настоящие деньги купил видеокарты, купил электричество, произвел, доказал всей сети, что я достоин этого количества биткоинов, а потом начал их инвестировать — 2 или 3 тысячи долларов в 2011 году.
     Константин: А я начал инвестировать в 2014 году, порядка 20 тысяч долларов вложил за этот период.
— Почему банки скептически относятся к технологии блокчейн?
     Дмитрий: Уже давно не скептически. С биткоином и его репутацией действительно сложная история вышла, но есть куча других кейсов, когда для реализации приватных блокчейнов берут за ядро протокол эфириума. Понимают, что в будущем придется взаимодействовать с публичными цепочками хотя бы потому, что сейчас это единственная форма наднационального взаимодействия в интернете. Мы привыкли, что у нас есть национальные экономики, потом появился интернет — глобальная сеть, а глобальных денег как бы не было. Сначала это звучало дико, потом стало понятно, что это возможно, а теперь многим стало очевидно, что объективно нужна какая-то наднациональная валютная система для осуществления транзакций в интернете, независимая от государств.
— На ваш взгляд, предприниматели достаточно обращают внимание на эту технологию?
Константин: На данный момент эту технологию можно сравнить с интернетом в 95‑м году. Сейчас она больше для стартаперов, хотя большой бизнес уже может делать прототипы и тестировать свои гипотезы, искать себя на этом рынке, который только начал развиваться. Если мы смотрим на обычного предпринимателя, работающего в реальном секторе, то ему применить что-либо в блокчейне сложно, хотя уже есть примеры. В сельском хозяйстве создают, например, фьючерс на сыр, который будет готов через несколько лет, и продают этот фьючерс на рынке, — он торгуется с помощью технологий блокчейн.
     Дмитрий: На самом деле это технология широкого назначения. Три года назад я был у вас в студии, и у меня было четкое видение того, где ее нужно использовать, — теперь я понял, что все совершенно не так. Мы уже устали считать количество юз-кейсов, в которых этот подход может сильно оптимизировать бизнес и создавать совершенно новые продукты. Люблю такую шутку. Лет 10 — 15 назад ко мне все время приходили предприниматели и говорили: я хочу, чтобы вы мне сделали сайт. Теперь я просто начинаю видеть историю, когда приходят такие же предприниматели, которые говорят: я хочу, чтобы вы мне сделали блокчейн.

Время, когда биткоин — не деньги, прошло

— Можете представить это будущее? Куда все развивается?
     Константин: Все развивается к сингулярности. Просто технология блокчейн — это одна из составляющих будущего, потому что так или иначе нам нужно где-то регистрировать наши цифровые права, а цифровой собственности, цифрового контента и цифровой личности все больше и больше. Цифровая реальность захватывает мир, люди уже больше живут в цифровом мире, чем в реальном. Мы же видим графики использования мобильных телефонов, компьютеров. И блокчейн — та основа, которая сохраняет собственность на те или иные вещи в цифровом мире.
     Дмитрий: К чему может привести эта технология в горизонте 10 лет? Я могу три приблизительно прогноза дать. Первый — это то, что вся собственность станет цифровой. Дом останется — запись о нем станет другой. Второй — я прикидывал, существует около 1 млрд юридических лиц на планете, и все они перекочуют в цифровой вид, своего рода цифровые сущности. Третий — интернет вещей. Существует порядка 15 млрд подключенных устройств, через 5 лет их будет 50 млрд. Все это приведет к тому, что у нас будет совершенно новая экономика, в которой будут и люди, и роботы на равных правах.
— Давайте попробуем вернуться к теме биткоинов. Аббревиатура ICO — initial coin offering^*. Чем выход на ICO отличается от выхода на IPO?
     Дмитрий: Вообще всем, главная разница в цене и скорости. В случае с IPO вам нужно танцевать очень долго с бубном перед регуляторами, заплатить за дилидженс, за эдрайзинг, за листинг — столько жуликов сразу хотят получить ваши деньги! Мы прикидывали с ребятами, несколько миллионов — такой горизонт подготовки к привлечению денег на публичных рынках. В случае с ICO — это минуты, дни и 10 — 15 долларов, если говорить про технические вещи. Конечно, если вы хотите сделать хороший маркетинг, сделать хорошую юридическую подготовку, то ценник возрастает до 20 — 30 тыс. долларов, зависит от того, сколько вы хотите привлечь.
— Мы сейчас меряем не биткоинами?
     Константин: Мы просто говорим в долларах, чтобы понятнее было. Мы-то думаем давно в биткоинах, просто людям привыкли говорить в долларах.
     Дмитрий: ICO очень активно развивается. В этом году порядка 6 — 10 ICO в мире закрыли за 10 минут, то есть собрали лимитированное количество денег — от 5 до 10 млн долларов, и эти ICO заканчивались за 10 минут. Рекорд — 90 секунд. Фишка в том, что фактически компания становится публичной чуть ли не в момент возникновения идеи и ликвидной, что самое главное.
— А что происходит с легализацией криптовалют в России?
     Константин: 13 апреля я был на встрече регулятора и компании, которая занимается блокчейн-разработкой. Что было сказано регулятором. Первое — на данный момент биткоин легален, он не запрещен, можно делать с ним все что угодно. Приводились плохие истории, поэтому регулятор очень активно работает и планирует создать законодательство. Скорее всего осенью состоится внесение законодательного решения. Регулировать сами блокчейн-проекты достаточно сложно, там Дикий Запад сейчас, никто не понимает происходящего, даже мы, хотя занимаемся этим давно — это зоопарк, и каждый делает что хочет. Кто-то собирает 10 млн за 5 минут по проекту с капитализацией 300 млн, у которого три умных контракта, еще что-то. Зарегулировать это сложно. В других странах создают песочницы для компаний, чтобы они там выращивались, создают какое-то минимальное законодательство, чтобы не остановить развитие.
— Но есть же страны, где запрещены криптовалюты?
     Константин: Были такие порывы, но регуляторы быстро от них отказываются, потому что понимают, что это не очень выгодно. В Нью-Йорке приняли законодательство про биткоины, которое очень жестко зарегулировало эту сферу, после чего огромное количество стартапов уехало в Швейцарию.
     Дмитрий: Да, мы были в Швейцарии, там регулятор реально старается найти точки соприкосновения и решения, лишь бы компании приезжали и развивали перспективное направление. Хотелось бы, чтобы в Калининграде создалось какое-то свое движение вокруг этой технологи.
— Можно ли когда-нибудь или где-нибудь сходить в магазин и заплатить биткоинами?
     Дмитрий: У биткоина изначально была сформирована неправильная репутация. СМИ говорили про наркоторговцев, про террористов, хотя биткоин — прозрачная книга, где можно просмотреть каждую транзакцию, а что может быть хуже для нехороших ребят?
— Но ведь биткоин — анонимная история?
     Константин: Если вы меняете биткоины на бирже, то сразу теряете свою анонимность и можно посмотреть всю вереницу ваших транзакций. А по поводу того, что можно купить: уже сейчас есть криптокарты, ими можно расплачиваться. Есть много компаний, в которых можно оплачивать счета криптовалютой, например, Майкрософт, Делл.
     Дмитрий: Время, когда биткоин — не деньги, прошло. Сейчас на биткоины можно нормально жить, и я это делаю уже почти четыре года.
— Хорошо, какой курс сегодня?
— $1280 за один биткоин.

P. S. Ресторан в Ростове-на-Дону «Ростов‑Папа» производит оплату счета альтернативным способом, сообщило в конце апреля местное издание «Деловое сообщество». «Расплатиться криптовалютой не сложнее, чем банковской картой», — цитирует издание руководителя заведения общепита. В России есть аналогичные примеры в горнодобывающей компании и сети фитнес-клубов.

^* Первичное размещение капитала.

Антон Хоменко, Любовь Антонова
Фотографии Егора Сачко

Уточки, грибочки

Екатерина Вострилова посетила два новых ресторана

Forest
     Чего ожидать от ресторана с названием Forest? Вероятнее всего: палочки-веточки, уточки-грибочки, — так и оказалось. Новый ресторан открылся на улице Пролетарской и встречает гостей колонной из пней разных форм и размеров, а из каждого угла в тебя целятся маленькие веточки, кругом все деревянное с приятными мягкими креслами, — ну прямо домик лесника!
     На столах бокалы, приборы упакованы в крафтовую бумагу с кокетливой еловой веточкой, кое-где ласково горят свечи, играет музыка в стиле ретро. Как оказалось, источник саундтрека — старенький патефон, на котором крутятся пластинки, пока только личная коллекция рестораторов, но за принесенный винил здесь дают чашку кофе.
     В меню Forest и правда много грибов — и тебе суп с боровиками, и драники с лесными белыми грибами, и грузди со сметаной. Много овощей: баклажанов, брокколи, томатов, — из них делают жаркое и подают как гарнир или запекают с моцареллой. В качестве закуски выбираю запеченные овощи с говядиной и грецким орехом (265 рублей). Приносят плотный невысокий цилиндр, где много печеных баклажанов, кусочки телятины, мягкие овощи и орехи. Телятина мягкая, баклажаны отдают свой кисловатый сахар с легкой горчинкой, а орехи все это успешно дополняют. Но в целом блюдо кажется немного пресным.
     Что касается горячих блюд, то здесь все томится, обжаривается и пряностями посыпается, — горячо и густо! Телятина в горшочке, томленая говядина, пара стейков, есть семга в пергаменте, но интереснее филе карпа под винным соусом. Увидев в меню магре из утки под брусничным соусом (560 рублей), не удержалась. Магре — филе утки с кожицей, которое обжаривается с такой хитростью, чтобы оказаться сочным, сладковатым кусочком нежного мяса. Утиное мясо легко испортить и превратить в слишком упругое и сухое. Перед тем как отправить мой заказ на кухню, официант выясняет степень предпочитаемой мной прожарки: «Мне так, чтобы чуть-чуть кровило и сладкие соки лились в тарелку», — прошу я. Пожелание было исполнено, а вот гарнир простоват, брусника дала немного пикантной кислинки. Трапезу сопровождал чай, настоянный на ягодах, травках-муравках и цитрусовых (149 рублей). И да, в ресторане пока отсутствует безналичный расчет — будьте готовы. Что, по моему мнению, все-таки оплошность.

Лангендорф
     Какой сладкой может быть усадебная жизнь, с каплями росы на мягкой траве, шорохом воды в пруду и блаженной послеобеденной тенью деревьев. Я уверена, что барское забвенье в глуши, среди природы, в нас воспитали классики русской литературы, которые и пышным застольем тоже не брезговали. А где нынче жить по заветам светил культуры, как не в замковом имении Лангендорф? Там тебе и обнаженная красота природы, и исторический детектив прусской аристократии, и все блага цивилизации, включая spa и ресторан. Последний расположился в одном из домиков, который когда-то вмещал в себя все прелести усадебной прусской жизни. Хороший, яркий и просторный бар, уютный второй мансардный этаж с бильярдной, караоке и детской комнатой и, конечно, главное — светлая зала, где белые скатерти и блеск фужеров. Встречает гостей строгая сервировка и подчеркнутая выправка официанта — и сразу чувствуешь веянье старой доброй классики, никакого тебе новомодного лофта, панибратства персонала, палетов на полу и крафтовой бумаги. Стойкое ощущение возврата к добрым ценностям усиливается, когда на столе появляется посуда совершенно правильного матового, белого, с оттенком слоновой кости цвета, — тонкая работа.
     Меню в «Лангендорф» тоже стоит на прочных ногах классики, но с авторскими акцентами. Классические закуски вроде тартара и карпаччо, зато салаты с фантазией, например, из фенхеля, бланшированных спагетти и утки, или осьминоги с душистым картофелем. Подают пасту и несколько горячих закусок, шикарные, как шепчутся официанты, русские щи. Хороша карта горячих блюд — несколько позиций из рыбы: дорада, судак, палтус, форель, и предложений из мяса: ягненок, говяжьи стейки и птица, для тех, кто считает калории. Десертов пока немного, как говорят на кухне: «раздел находится в разработке».
     Первым на столе появился салат из печеной свеклы, с овощным миксом, горошком и филе апельсина (270 рублей). Простой на первый взгляд набор оказался настоящим открытием — сочно, нетривиально и вкусно. Все, что было в тарелке, сложилось в яркое, сытное блюдо. В качестве второй закуски карпаччо из утки с террином из фуа-гра (550 рублей). Тонкие кусочки филе под шапкой из пармезана, увенчанные башней из груши и вяленых томатов, — блюдо тонкое и нежное, с хрупким настроением. Однозначно рекомендуется знатокам и любителям сырого мяса и игр с фактурами — нежная грудка и плотная груша, чем не приключение?
     В горячих закусках нашелся модный восточный акцент — спринг-роллы с креветками (550 рублей). Пышная подушка из зелени, упитанный ролл, внутри соевый соус, пахнущий медом, полненький хвостик креветки и бусинки икры летучей рыбы. Неплохо, очень по-восточному, но почему-то без фейерверка. На горячее подавали медальоны из говядины, под соусом из белых грибов (610 рублей). Мясо слегка мариновано и ароматно, с сильной фактурой и нежным соусом из грибов. В качестве балансирующей силы — картофель с поджаристой рыжей корочкой.
     На десерт был чизкейк (300 рублей) — милая классика, лучше всего в нем звучит вишневое варенье, которое, говорят, шеф сам варил. Ну а если хочется остро-сладких ощущений, смотрите в сторону шоколадного фондана (330 рублей) — блюдо сложное и капризное, но если выходит, то бьет наотмашь в центр удовольствий: река горячего шоколада из-под корочки кекса с нежным ванильным прохладным мороженым.

Авторская программа
Екатерины Востриловой
«Питательная среда»

Фотографии Егора Сачко

Улица Багратиона: с Овсяной горы до Бранденбургских ворот

Андрей Кропоткин рассказывает о том, что где была школа у немцев, там школа и осталась, а Мюнхгаузен никогда не видел домик своего имени

Авторская колонка

Сегодняшнее маленькое путешествие мы посвятим улице Багратиона. Она носит имя прославленного российского военачальника Петра Ивановича Багратиона (1765-1812), князя, героя Отечественной войны 1812 года.
     Во время Бородинского сражения 26 августа 1812 года войска Багратиона защищали левый фланг русской позиции, на который в начале боя пришелся главный удар наполеоновской армии. Храбрый князь лично водил свои части в контратаки и был тяжело ранен осколком гранаты в левую ногу. Умер от полученного ранения через месяц после сражения, 24 сентября 1812 года, в селе Симы Владимирской губернии. В 1839 году его прах торжественно перезахоронили на Бородинском поле.
     Современная улица Багратиона в Калининграде начинается от пересечения с улицей Октябрьской (бывшей Брюкенштрассе) и заканчивается на пересечении с улицей Железнодорожной (бывшей Рейхсштрассе). В Кенигсберге на месте нынешней улицы Багратиона находились две улицы: Унтерхаберберг (дословно «Нижняя Овсяная гора») и Альтер Гартен (в переводе «Старый сад»). Их границей и местом соприкосновения служила Форштадтише Ланггассе (современный Ленинский проспект).
     Улица Унтерхаберберг относилась к району Хаберберг и была проложена по пологому склону Овсяной горы. Первое упоминание о Хаберберге относится к 1327 году. Здесь жили крестьяне, которые выращивали овес для лошадей Тевтонского ордена. В 1522 году эта садовая деревня относилась к Кнайпхофу. Кнайпхоф, как известно, — один из трех средневековых городов, которые были объединены в 1724 году в город Кенигсберг. В XIX веке Хаберберг уже был застроен большими кварталами жилых многоквартирных домов.
     На углу улиц Багратиона и Октябрьской сохранилось здание подъемных механизмов старого Высокого моста. Оно появилось в 1900 году по проекту архитектора и городского инспектора по строительству Вормса. Сам Высокий мост построили в Кенигсберге в 1520 году для соединения острова Ломзе (ныне Октябрьский остров) и района Хаберберг. Высокий мост подвергся реконструкции в 1882 году, его деревянные части были заменены металлическими. В этом же году рядом с Высоким мостом со стороны Хаберберга возвели мостовой домик. Это красивое, небольшое здание в стиле неоготики сохранилось. Интересно, что строение — будка мостового смотрителя — местное население почему-то окрестило замком или павильоном Мюнхгаузена. Причиной этому, по всей видимости, послужили сказочные очертания домика, хотя построен он на 100 лет позже того времени, когда жил прототип знаменитого барона. В 1937 году старый Высокий мост разобрали и рядом соорудили новый — из металла с бетонными опорами. От старого Высокого моста сохранились бетонно-кирпичные опоры.

     В 70‑е годы XX века в начале улицы Багратиона построили длинный девятиэтажный жилой дом с подъездами №№ 1 — 13. Напротив находится красивое здание из желтого клинкерного кирпича. Это старый четырехэтажный жилой дом с датой постройки — конец XIX века, с подъездами №№ 24 — 28. К нему примыкает тоже старый четырехэтажный дом по улице Эпроновской с подъездами №№ 2 — 6.
     Дальше вдоль и перпендикулярно улице Багратиона стоят пятиэтажные жилые дома, возведенные в 60‑е и 70‑е годы XX века. Дом № 49 по улице Багратиона построен в 70‑е, как и мастерская «Рембыттехника». По своим размерам и площадям этот девятиэтажный дом можно сравнить с заводом — здесь ремонтировали бытовую технику предприятий и населения. Сейчас это офисное здание с торговыми площадями.
     В жилом доме № 69 раньше находилась начальная школа для мальчиков имени Гофмана. В примыкающем к нему здании отделения Госбанка (дом № 71) раньше располагалась начальная школа для девочек имени Мольтке: оба здания построены в конце XIX века. На пересечении улицы Багратиона и Ореховой стоит многоквартирный дом, построенный архитектором Паулем Мошалом в 1906 году. Раньше угол дома украшала скульптура легендарного Ганса фон Сагана. Ганс фон Саган — подмастерье сапожника из Кенигсберга, который в битве с литовцами при Рудау в 1370 году, несмотря на ранение в ногу, подхватил упавшее из рук маршала Тевтонского ордена Хенига Шиндекопа знамя и понес его вперед, чем обеспечил победу над врагом. Храбрый подмастерье!
     За современным Ленинским проспектом когда-то начиналась улица Альтер Гартен, своим названием обязанная садам. В 1897 году построено здание Хабербергской средней школы на Альтер Гартен, 48 — 50. С 1955 года в нем размещается школа № 16 с почтовым адресом — улица Багратиона, 107 А. Перед школой сохранился старый дом с подъездами №№ 105 — 107: здание было построено в конце XIX века.
     Улица Багратиона заканчивается Бранденбургскими воротами. Они возведены в 1861 году при строительстве вокруг Кенигсберга Вторых вальных укреплений. Бранденбургские ворота названы в честь поселка (ныне Ушаково Гурьевского района), в направлении которого они находятся.
     Сегодня отреставрированные Бранденбургские ворота считаются памятником архитектуры федерального значения и охраняются государством. С внешней стороны постройки хорошо сохранились рельефные изображения двух «прусских орлов» — основы гербов Германии и Пруссии, а со стороны города — портретные медальоны — военного министра-реформатора фельдмаршала Германа фон Бойена и одного из авторов вального укрепления Кенигсберга — Эрнста фон Астера, занимавшего должность шефа инженерного корпуса. Ворота имеют два проезда. Хотя все выстроенные в середине XIX века в Кенигсберге ворота относились к стилю неоготики, в Бранденбургских воротах готические мотивы выражены особенно ярко. Выделяются стреловидные фронтоны, которые придают низкому, в сущности, зданию ощущение высоты и легкости. Это единственные из сохранившихся исторических ворот Кенигсберга, через которые до сих пор проезжает транспорт: здесь проходят трамвайные пути и булыжная автомобильная дорога.

Иллюстрации Маргариты Мироновой Фотографии из архива Андрея Кропоткина

По плечу

В гардеробе делового мужчины все больше места занимают блейзеры, брюки и рубашки, но его основой всегда будет костюм

Мужской костюм начал тернистый путь в эпоху Возрождения и только в начале XX века обрел тот фасон, с которым мы знакомы: пиджак, жилет и брюки из одного типа ткани. Правильно выбранный костюм продемонстрирует статус и положение в обществе его владельца. Первое, с чем стоит разобраться, так это с тем, что в мужской моде костюмы разделяют по крою на три категории: итальянский, английский и американский.

Итальянский костюм
     Отличается приталенным силуэтом и мягким материалом: шерсть, шелк, хлопок, лен.
     Главные черты: выраженная линия плеча и узкий крой. Прилегает по бокам, чаще однобортный — на две пуговицы.
     Лацканы: широкие, чуть вытянутые вверх.
     Карманы: накладные или с клапанами.
     Шлица: с одной или без.
     Рубашка: манжет рубашки должен быть длиннее рукава на 1,5 см.
     Итальянский костюм хорошо сядет на любую фигуру, в отличие от английского или американского, придаст ей стройный и подтянутый вид.

Английский костюм
     Считается классическим, для поклонников сдержанности и постоянства.
     Главные черты: Х-образный силуэт пиджаков, плечи подчеркнутые, но не расширенные.
     Лацканы: острые и широкие.
     Карманы: чуть скошены и прикрыты клапанами.
     Шлица: двойная.
     На рукавах по 3-4 пуговицы.
     Однобортные английские костюмы добавляют в образ строгость и комфортно сидят по фигуре. Двубортный пиджак делает своего обладателя аристократичным. Единственный минус — гармонично английский костюм смотрится только на атлетической фигуре..

Американский костюм
     Отличается комфортом, подойдет для неформальной обстановки.
     Главные черты: однобортный, с двумя или тремя пуговицами.
     Лацканы: узкие.
     Карманы: накладные.
     Шлица: одна.
     Прямые линии и мешковатая форма пиджака, отсутствие подплечников, прямой, не приталенный силуэт.

     В финансовом мире, бизнес-среде и политике предпочтения отдаются итальянскому костюму. Подходящие цвета для деловых встреч: синий, сапфировый, серый или антрацит. Для рабочих будней можно выбрать что-то и повеселее — в цветную клетку или полоску. В жаркой Италии давно научились делать костюмы из шелка, хлопка и льна. В таком костюме не будет жарко даже в летний день. Итальянский костюм отличается укороченными и узкими брюками, поэтому с ним принято надевать лоферы, монки или классические дерби.
     Несколько лет назад английские пиджаки и жилеты были на пике моды в бизнес-среде, но сегодня английская классика чуть сдала позиции. Английский двубортный костюм набирает популярность в роли выходного или неформального. Для званого ужина или презентации нового BMW он будет в самый раз, да и на совете директоров тоже уместен. Цветовая палитра у английских костюмов не такая разнообразная, как у итальянских. Превалируют коричневые, синие, зеленые, бордовые цвета, ну и как же без английской клетки! На двубортных пиджаках она смотрится с особой привлекательностью. Нужно отдать дань уважения материалу. Англичане любят тяжелые материалы — шерсть и кашемир, поэтому для зимнего сезона такие варианты самые приемлемые. Обувь подходит тоже английская: лоферы, челси, оксфорды, броги.
     Не удивляйтесь, если в итальянских марках вы встретите костюм в английском стиле (те же двубортные пиджаки или косые карманы), а в английских — элементы итальянского кроя. Теперь это норма, главное отличие остается в цвете и материалах. Что касается судьбы американского костюма, то в России его поклонников слишком много.
     Костюмы подвластны влиянию моды. Есть такое понятие, как транзитная мода, — это мода, которая живет не больше года, а иногда и меньше. Хороший пример — мужские коллекции Tom Ford 2010 года. Они были настолько модные: здесь и сейчас, что через год такой костюм невозможно было надеть.
     В классических костюмах мода отражается в количестве пуговиц на рукавах. Сегодня в моде четыре пуговицы — последняя не застегивается. Предпочтителен классический зубчатый лацкан. Что касается брюк, то ширина внизу не должна превышать 19 см, а правильную длину легко определить по одной мягкой складке снизу..

Тонкости
     Состав ткани обычно указан на ярлычке во внутреннем кармане пиджака.
     Редко когда пиджак и брюки безупречно садятся во время примерки в магазине. Костюм подгоняется по фигуре. Производители специально делают костюмы чуть свободными, брюки чуть длиннее, рукава пиджака чуть шире. После покупки несите костюм к портному, он подгонит его по вашему размеру.
     В костюмах из льняной ткани расхождение материала по шву — допустимая норма, утвержденная итальянцами. Особенно это заметно по внутреннему шву на спинке пиджака.

Этикет пуговиц

Последняя пуговица на пиджаках не застегивается.
Последняя пуговица на жилете не застегивается (это касается и кардиганов).
Двубортный пиджак застегивается на внутреннюю пуговицу, но не застегивается на последнюю.
Когда садитесь за стол, расстегивайте пиджак.
Если пиджак с тремя пуговицами, первая пуговица допустима в расстегнутом виде.
Пиджак с одной пуговицей застегивается.

Алина Максимова
Фотографии предоставлены автором

Абстрактное письмо с небес

Лев Шерстяной знакомит нас с собственной мастерской и рассказывает о чувствах и правилах, которые он нарушает

Мастерская художника находится в одном из домов на улице Шевченко. За окном — настоящий калининградский пейзаж с характерным смешением эпох: раскопки Королевского замка, Дом Советов, советская панельная застройка и острые башни Кафедрального собора. Посреди светлой комнаты стоит стол, две трети которого занимают открытые краски. На оставшемся пространстве — скромная посуда и ваза с грушами. Художник робко извиняется, ошпарил фрукты кипятком, и кожица потемнела. Возле окна стоит старый станок, на котором Шерстяной напечатал с тысячу экслибрисов. У двери — потрепанный плюшевый лев, на полках — иконы и книги. Среди ровных корешков замечаю альбом с работами калининградского мастера Валерия Морозко, в память о котором Лев напечатал серию «Погибший ландшафт». Рядом сборник с репродукциями французского живописца Фернана Леже.
     — Всегда показываю его работы студентам, — рассказывает Шерстяной. — Это замечательный художник-монументалист с удивительной пластикой.
     На стенах висят репродукции Модильяни, работы Шерстяного из цикла «Ангелы и люди» и цветное исполнение рисунков тушью из последнего цикла «Прусская элегия». Живопись художника словно дышит светом: синий переливается, будто был покрыт глазурью, а бархатистый лимонный создает впечатление, что перед нами витраж. При разглядывании серии вспоминаются мотивы «Искушения» Пикассо — схожая пластика, цирковые сюжеты. При этом центральным образом на картинах Шерстяного остаются женщины: Мадонны с детьми на руках, художницы и фольклорные героини.
     — Я рисую только женщин, ангелов и детей, — говорит мастер. — Потому что мы, мужчины, живем ради этого.

Главные женщины в жизни Шерстяного — мать и бабушка. Обе жили в Паланге, затем мать репрессировали. В лагере в Казахстане она родила Льва и его брата Валерия (поэт, издатель. — Ред.). Бабушка была обычной крестьянкой, работала на табачной фабрике и всю жизнь таскала мешки на сгорбленной спине. История собственной семьи стала важным мотивом в творчестве художника. Серия «Гербарий Тильзита» символично названа в честь города, где родился прадед художника, а каждый третий экслибрис из увесистой стопки является размышлением на тему литовской культуры, будь то изображение местной интеллигенции, или Пакруойиса, или памятника «Три креста», который возвышается на горе в Вильнюсе.
О своей семье художник рассказывает, перелистывая работы, обрамленные черными паспарту. Среди них есть и погребальная урна, роспись которой стилизована под наскальные рисунки, и безрукий художник, и портрет поэта Владимира Смиренского, и плачущая женщина Пикассо. Экслибрисы Шерстяной печатал для итальянских конкурсов, французских и литовских выставок, для коллекционеров из Германии и Японии, в подарок любимой жене и другу Петру.

     — В восьмидесятые годы Петр пересылал мне из Германии открытки Пауля Клее, здесь их невозможно было достать. Можно, конечно, было попросить матросиков, которые ходили в море, но жены так загружали их тряпьем, которого тоже не было, что какие здесь альбомы по искусству, — рассказывает Шерстяной. — Я, кстати, считаю себя сыном своего времени: люблю советскую школу живописи, особенно авангардную, московскую школу академического рисунка. Только вот соцреализм терпеть не могу.
     Следующие экслибрисы, которые показывает художник, отпечатаны на трансформаторной бумаге. На одном из них изображено лезвие.
     — Это был у меня прикол такой, — смеется Шерстяной. — Разглядывал как-то лезвие бритвы и увидел, какой это на самом деле красивый предмет. Стал делать разные вариации, рисовать лезвия на своих работах. Как раз у меня были черти в голове, — немного подумав, добавляет художник.
     Позже рассказывает, что улитка — единственное существо, способное проползти на грани лезвия, не поранившись.
     — Нас учили (на факультете художественной и технической графики Кубанского государственного университета. — Ред.) писать правильно. Помню, выезжали на пленэр к горной речке Лаба и садились рисовать противоположный берег. Мой преподаватель говорил: ну, открывай свой курятник — неубранный этюдник. А потом выбрасывал самые дорогие краски — кобальт, кадмий, оставлял только черную, английскую красную, ультрамарин, охру и белила и показывал, как делать замес, — вспоминает Шерстяной. — Этими тремя-четырьмя красками на самом деле написан весь импрессионизм. Глядя на картины великих, мы учимся добиваться многогранного цвета даже самой скромной палитрой. А итальянские мастера-постмодернисты учат искусству пластики. Без этих знаний и без умения правильно писать невозможно экспериментировать.

Самобытный характер работ Шерстяного в полной мере раскрывается в серии «Гербарий Тильзита», над которой он работал с 2000 по 2008 годы. Бумага с вкраплениями переработанной макулатуры соединяется с покинувшим печатный станок листом. Поверх силуэтов растений художник наносит одному ему известные символы, напоминающие рисунки на скалах.
— Это непрерывное, абстрактное письмо, которое идет откуда-то с небес, объясняет мастер.
Вглядываясь, замечаешь характерные авторские приемы: на одной из работ встречается лезвие, на другой фрагменты газетных и книжных страниц, которые Шерстяной нередко печатал в экслибрисы. — Работы из этой серии посвящены эрозии, разрушению ландшафта. Что-бы изобразить такие вещи, нужен минимум художественных средств. Это же чистая абстракция, обнаженные чувства, — говорит Лев, складывая листы в клетчатую папку.
Тем не менее в работах есть и строгие линии, потому что геометрия, как и знание правил, дисциплинирует, убежден Шерстяной.
Не так давно художника попросили поддержать мастеров из Светлого и выставить свои работы. Он, конечно, не отказался. Открытие запланировано на май, но точная дата неизвестна &mdash все время переносится из-за вереницы дел. Скоро начнется сезон пленэров, который Шерстяной будет вести у студентов, да и нужно бы закончить начатую серию работ. Уже в конце беседы мы говорим о Третьяковской галерее, в собрание которой вошли работы Шерстяного. Абсолютно случайно, считает мастер: искусствоведам Третьяковки понравились его работы на биеннале графики, и он их подарил.
— Спустя некоторое время захотел подарить еще пару картин, на что мне ответили: «Становитесь в очередь».

Софья Сараева Фотографии Егора Сачко