Джинсы — одна из самых культовых вещей XX века — в этом году будут отмечать свой 165‑й день рождения. Об истории символа свободы, бунтарства и молодости и его месте в современном гардеробе рассказывает Алина Максимова

История джинсов связана с двумя именами — Ливай Стросс и Дэвис Джейкоб. В далеком 1849 году двадцатилетний сын портного Ливай Стросс направлялся из Баварии в Калифорнию в самый разгар золотой лихорадки. Обосновавшись в Сан-Франциско, он открыл текстильный магазин для золотоискателей и продавал в нем товары собственного производства. В основном это были палатки, мешки из парусины и веревки. Первые свои джинсы Леви Страусс (так его стали называть местные жители) произвел в 1953 году. Одни говорят, что брюки из плотной ткани с медными заклепками на карманах придумал портной из Невады Дэвис Джейкоб. Он обратился за финансовой поддержкой к своему поставщику материала Леви Страуссу, и таким образом было положено начало производству синих джинсов Levi’s. Другая легенда гласит, что к Леви Страуссу пришел золотоискатель с просьбой пошить добротные штаны для работы. Леви Страусс выполнил заказ — изготовил штаны из плотной парусины, которой у него было в избытке. Штаны заказчику понравились: они были износостойкие и крепкие. Вскоре появились и другие желающие приобрести такие брюки. Спустя некоторое время Леви Страусс открыл свое первое ателье по пошиву брюк и комбинезонов. Был только один минус — в его изделиях быстро рвались карманы от тяжести инструментов. Решение придумал Дэвис Джейкоб, он закрепил карманы к штанинам железными заклепками от конской сбруи. Дэвис хотел запатентовать разработку, но денег у него было недостаточно, поэтому он обратился к Леви Страуссу. В 1872 году они запатентовали свою первую пару — рабочий комбинезон без бретелей с карманами для ножа, денег и часов. Какой бы ни была история происхождения джинсов, имена Леви Страусса и Дэвида Джейкоба в ней останутся навсегда.

     Первые джинсы, которые изготавливали в мастерской Леви Страусса, напоминали бесформенные штаны, и шили их из брезента. Доставляли брезент из портового города Генуя, расположенного на северо-западе Италии. Когда в порт Сан-Франциско приходили тюки с парусиной, на них красовался штамп места отправки «Genes», по-английски это звучало как «джинс».
     Брюки без верха, а именно так назывались в те времена джинсы («джинсы» как название брюк появится только в 30‑х годах), помимо всех своих достоинств имели один существенный минус — они были жесткими и грубыми. И Леви Страусс решил сменить брезент на хлопковую ткань саржевого плетения, которая производилась в городе Ним во Франции. Отсюда и название ткани — de Nime, что в переводе означает «из Нима». В 1886 году Леви Страусс наладил производство Levi’s в Нью Гемпшире, на джинсах появился кожаный лейбл с двумя лошадьми.

Калифорнийские шахтеры в джинсах Levi’s, 1890 год

     В это время золотые рудники Сан-Франциско иссякли и джинсы уже не покупали для работы на приисках. Дешевые, удобные и немаркие джинсы стали незаменимой одеждой лесорубов, фермеров, ковбоев, шахтеров и военных. Спрос на джинсы стремительно рос, поэтому пришлось немного изменить фасон — они перестали быть широкими и стали глубокого синего цвета. В 1890 году Леви Страусс официально представляет модель Levi’s 501, которая стала самой популярной вещью планеты. Чуть позже, в 1910 году, Генри Дэвид Ли открывает фабрику по производству рабочей одежды, выпуская новую модель, объединившую джинсы с верхом. Так появился джинсовый комбинезон и джинсы фирмы Lee.
     Джинсы оставались формой для рабочих еще долгое время, только к 30‑м годам отношение к ним постепенно начало меняться. Немалую роль, помимо Великой депрессии, сыграл кинематограф. Погони, перестрелки, бандиты — все это можно было найти в вестерне — самом популярном жанре того времени. Король вестерна Джон Уайт был первым ковбоем, который начал носить джинсы в кино. Джинсы из рабочей формы стали одеждой, которая символизировала мужественность, силу и храбрость, но в жизнь города они начнут вливаться только в 50‑х, и проводником их станет Марлон Брандо в фильме «Дикарь», где он исполняет роль Джонни — мотоциклиста и главаря банды. Образ бунтаря подчеркивала кожаная мотокуртка, потертые, закатанные джинсы и громоздкие ботинки. После выхода этого фильма джинсы, куртки и ботинки повсеместно скупала молодежь, подражая киношному образу Брандо, который ввел новое представление о мужском стиле.

Марлон Брандо в фильме «Дикарь», 1953 год

     Семидесятые — эпоха хиппи, музыки, танцев, сексуальной революции и гламура. В это время джинсы становятся «модным вирусом» и крепко закрепляются в гардеробной. Их украшают вышивками, затирают, рвут, отбеливают. Через джинсы выражают свою индивидуальность. Их носят кинозвезды, рок-музыканты, художники, подростки и активисты, политики. Золотая эра джинсов — именно так называют этот период. К 80‑м джинсы стали обычным явлением и в других странах. В 90‑е их надевают на работу в офис.

Джон Уайт в фильме «Дилижанс», 1939 год

Как носить
     Сама идея джинсов за все время практически не изменилась, они так и остались неформальной одеждой. Перемены затронули их силуэт, они стали очень разнообразными. Сегодня можно найти джинсы на любую фигуру, любого фасона и любого цвета. С одной стороны, это упрощает дело, с другой — появляются негласные правила, которые все усложняют. Джинсы стали разделяться по стилю, по сезону и по назначению. Иными словами, к покупке джинсов нужно подходить со знанием дела.
     Первое, что нужно знать о джинсах: они различаются по высоте талии — заниженные, завышенные и средней посадки. Джинсы с заниженной талией (застегиваются в нижней части живота) в повседневной носке не самые комфортные и не самые распространенные. Джинсов с завышенной талией тоже лучше избегать, если вы не хотите выглядеть как хиппи из 70‑х. Правильным будет остановиться на середине, джинсы с такой посадкой подойдут под любую фигуру.

Реклама Levi’s, 1973

     Второе, с чем можно столкнуться при выборе джинсов, — это категории, на которые они разделяются: boot cut, skinny, slim, straight.
     Boot cut^* — джинсы прямого кроя с небольшим расширением начиная от колен. Они появились во времена ковбоев, но тогда были шире, чем сейчас, чтобы носить их с сапогами и ботинками. Такие джинсы носят с курткой в выходной день.
     Skinny^* -джинсы, полностью обтягивающие ноги. Тем, кто желает носить самые современные джинсы и кому нравятся свои стройные ноги, такая модель не подойдет.
     Slim^* — более просторная версия модели скинни. Они свободнее, но заужены от бедра до лодыжки. Смотрятся аккуратно и подходят для мужчин с худыми и не полными ногами.
     Straight^* — прямые джинсы, у которых одинаковая ширина в верхней и нижней части ноги. Такая модель — для тех, кто любит классический стиль и не желает менять джинсы с очередной новой тенденцией. Они подойдут тем, у кого крупные ноги.

^*Boot cut – буткат; ^*Skinny – скинни; ^*Slim – слим; ^*Straight – стрейт

     При выборе джинсов обратите внимание на материал, из которого они изготовлены. Многие думают, что все джинсы изготавливают из денима, но это уже не так: сегодня можно найти много вариаций джинсовой ткани. Она будет отличаться по качеству хлопка, составу, весу. К примеру, наличие эластана в составе говорит о том, что джинсы хорошо будут держать форму, в отличие 100 % хлопка. Джинсы из плотного и тяжелого материала лучше носить в прохладное время года, а легкие и тонкие — в теплое. В морозную погоду лучше надевать джинсы, в составе которых есть шерсть, все остальные лучше отложить до плюсовой температуры: несмотря на плотность джинсовой ткани, в ее основе хлопок, а он плохо сохраняет тепло.

Фотографии из архива редакции

За три звонка до начала комедии «И снова с наступающим!» Николай Фоменко и Леонид Ярмольник, исполняющие главные роли, рассказали о порядочности и зрителе, которому нужна «объясняшечка»

     Действие спектакля Родиона Овчинникова «И снова с наступающим!» происходит в канун Нового года. Герой Ярмольника — известный телеведущий Кирилл Цандер узнает, что от него ушла жена, и собирается встретить праздник в гордом одиночестве на лестничной клетке. В этот момент из лифта выходит герой Фоменко в костюме Деда Мороза — актер Михаил Громов, давно знакомый Цандеру. Бывшие однокурсники отмечают Новый год вместе, подводя итоги и обсуждая перипетии судьбы.
И для Ярмольника, и для Фоменко этот спектакль стал первым выходом на театральную сцену после продолжительного перерыва. У них, как и у героев «И снова с наступающим!», много общего: не только телевизионное и кавээновское прошлое, но и убеждение, что судьба в руках каждого.

Я верю, что как бы мы ни закрывались, сколько бы ни ставили заборы, мир будет открыт, и новое поколение будет придумывать и создавать фантастические вещи

Николай Фоменко

В Новый год я, как обычно, был няней. Мои сыновья — лыжники, поэтому уже лет тринадцать в новогодние праздники я нахожусь в горах во Франции, где они тренируются. Ну и сам катаюсь, конечно.

В спектакле я ни в коем случае не играю самого себя, даже отчасти. Если вы где-то читали подобное, значит, журналист не так меня понял. Это чертов мистейк, я такого не говорил, потому что актер, который играет сам себя, никогда не будет интересен зрителю. Да и какое здесь может быть «сам себя», когда я вообще не похож на этого человека — как минимум, не родился в Хабаровске.

Мне кажется, итоги года подводят те, кому нечего делать. Сейчас время инстаграма и фейсбука, где люди показывают себя, потому что их не показывают средства массовой информации. Это, по сути, и есть подведение итогов. И это не про меня. Во‑первых, Майкла Джексона никогда не будут узнавать больше, чем узнают сейчас. Деятельность человека вообще не так значительна, как может показаться: Ленин семьдесят лет был главным человеком в огромном государстве, а сегодня почти никто не знает, кто он такой. Во‑вторых, когда ты сам создаешь себе жизнь, наполняешь ее вещами, которые интересны, у тебя просто не остается времени оборачиваться, оценивать и слушать оценку других. Поэтому я просто счастливо живу.

Юмор меняется, потому что изменилась скорость восприятия. Можно пошутить, а в зале стоит гробовая тишина: зрители не поняли шутку — читали мало, реагируют медленно. Они другие, не такие, как активное поколение тех же шестидесятников, семидесятников или восьмидесятников. Раньше можно было обратиться к тысяче человек, и 990 из них тебя бы поняли, почувствовали бы сложность механизма. Сегодня же нужно опуститься, к сожалению, до этих 990 человек, сделать им «объясняшечку». Вот есть Ваня Ургант. Шутит интеллигентно, быстро и тонко, но нужно признать: не воспринимаем большим количеством людей, а в 1988‑м году его передачу все бы смотрели и понимали. И все бы хохотали в один момент.

Я верю в молодежь, в креативное поколение, которое придет нам на смену. Мы живем в особенной стране, которая не создает, а получает достижения человечества. «Мерседес» для немца не представляет ничего особенного, в то время как о нем мечтает каждый среднестатистический житель России. Но я верю, что как бы мы ни закрывались, сколько бы ни ставили заборы, мир будет открыт, и новое поколение будет придумывать и создавать фантастические вещи.

С годами я понял, что если и могу акцентировать внимание на социальных или политических проблемах, то лучше всего делать это через свою профессию

Леонид Ярмольник

Новый год уже много лет я встречаю дома возле елочки. Традиция есть только одна — успеть положить подарки для внуков, чтобы, когда они подбежали и спросили, что принес Дед Мороз, все было готово. А потом успеть убрать елку до Старого Нового года, потому что подарки некуда складывать.

В спектакле я не только играю главную роль, но и являюсь его сопродюсером. В свое время мы с женой Ксюшей придумали эту формулу: встречаются еврей и хохол (Цандер и Громов. — Ред.). Часто бывает, мы что-то планируем, и что-то получается, а что-то нет. В этот раз получилось: я попросил написать пьесу об этой встрече Родиона, через несколько месяцев он перезвонил, привез то, что набросал, мы послушали, и всем понравилось.

Мне кажется, что за те три года, сколько мы показываем этот спектакль, в котором говорим в том числе о проблемах современного общества, проблемы остались прежними. Мы живем в то время, когда всех заставляют участвовать в общественно-политической жизни, «потому что от нас, электората, многое зависит». С годами я понял, что если и могу акцентировать внимание на социальных или политических проблемах, то лучше всего делать это через свою профессию. Уходить в чиновничьи расклады, вне зависимости от авторитета, — пустое дело.

Юмору и телевидению сегодня не хватает морали и порядочности. Все подвержено желанию эпатировать зрителей, говорить с ними на таком ужасном языке, на котором они на самом деле не разговаривают. Я пытаюсь бороться с этим всеми доступными мне средствами: кино, театром, может быть, теми историями, когда сам появляюсь на телеэкране. Еще одна проблема заключается в том, что каждый день мы видим одни и те же лица, слышим одинаковые шутки, которые, конечно, уже не стреляют. Мне кажется это неправильным и даже вредным: если не отключать аппарат искусственного дыхания, не появится возможности дышать без него. Зритель должен отдыхать от артиста, научиться скучать по нему. Тогда юмор станет спасением даже от таких ужасных вещей, как коррупция и судебная система.

Я верю, что в борьбе с догхантерами мы начинаем побеждать. Я принимаю участие в работе над федеральным законом об ответственном обращении с животными. Это большой документ, который регулирует и сельское хозяйство, и притравочные станции, и Красную книгу. Разрабатываю статью о бездомных животных, приютах, чипировании и стерилизации собак. Если в конце концов получу результат хотя бы этой части закона, буду счастлив. Вроде бы все к тому идет.

Софья Сараева 
Фотографии
Александра Любина