Архив автора: Кит Стрекачинский

Мир сквозь призму еды

Кэролин Стил прочла лекцию о том, как еда влияет на жизнь человечества, и рассказала о том, почему каждая бабушка — большой эксперт в области правильного питания

Кэролин Стил — автор книги «Голодный город. Как еда определяет нашу жизнь», вышедшей в 2008 году и получившей массу наград, среди них — премии Джервуда за научную литературу. С лекции Кэролин в Калининграде началась весенняя образовательная сессия #откройгород, которая организована в рамках подготовки форума «Среда для жизни: все о жилье»¹⁶⁺ (пройдет 18-19 мая). В нее вошла Неделя «Стрелки» с лекциями и воркшопами, а также «Школа городских экскурсий». Британка Кэролин считает, что еда — один из главных факторов, который не только формирует городскую среду, но и позволяет ей развиваться. Любой город в своем развитии опирался на пути поставки, производства, доставки и потребления продовольствия — это формировало пространство и уклад горожан. Сельское хозяйство и градостроительство идут рука об руку, город не может жить без деревни. Сейчас процесс производства питания индустриализирован, глобализирован, а люди все больше и больше живут в городах: в XIX веке только три процента жителей планеты жили в городах с населением более 20 тысяч человек. Кэролин проследила развитие городов сквозь призму еды начиная с первых поселений в Месопотамии и вывела закономерности, которые оставались верны для городов вплоть до ХХ века и только сейчас стали меняться.
     Согласно типологии Стил, Город 1.0. — поселение, где фермерская деятельность очень важна. Cамое важное событие — сбор урожая, жизнь была организована вокруг сезонности сельского хозяйства. Все события проходили в храме, который отвечал за духовную жизнь, организацию сбора, хранения и распределения урожая.
     Город 2.0. — это Рим, население которого к 300 году достигло миллиона. Как его прокормить? Экспортировать продукты из далеких стран. У Рима был доступ к морю, это был критический фактор, а транспортировка по воде стоила в 50 раз меньше, чем по земле. Рим колонизировал практически все Средиземноморье, но к закату империи его провинции были практически истощены. Рим, в принципе, сожрал сам себя.
     Согласно модели города по фон Тюнену, в радиусе 15 километров от крупных поселений должны расти овощи и фрукты — их сложно транспортировать на большие расстояния, они быстро портятся. В радиусе 20-30 км от города — производство зерна, для которого нужна большая площадь, его также неудобно перевозить. Внешняя окружность должна быть заполнена животными, потому что они могут прийти в город сами и для их выведения требуются большие площади. Если город расположен на реке, то он может расти, поскольку река упрощает транспортировку еды. Лондон — родной город Стил — как раз построен по этой схеме. Но все изменилось, когда появились поезда и способность транспортировать продукты с удаленных территорий. Таким образом, возникло перепроизводство зерна, им начали кормить животных, в результате появилось много дешевого мяса.
     На смену поездам пришли автомобили и появились городские ландшафты, где даже не ступала нога человека. Вы садитесь в машину и едете на воображаемый рынок — супермаркет за пределами города, там вы ходите под кондиционерами и покупаете все, что вам нужно. Еда больше «не проходит через город», распределяясь на разные рынки и места продажи. И это изменило отношения города и еды, которая оказалась заперта в жестяной банке. Кроме того, индустриализация процессов питания привела к снижению стоимости еды и ее качества. ООН говорит о том, что 75 процентов людей на Земле будут жить в городах. Как кормить эти города?

     — Когда я читала вашу книгу, во вступлении меня поразили слова о том, что проблемы, которые вы описываете, стары как сама цивилизация. Мне показалось, что вы нашли ответы на эти вопросы, и они лежат в плоскости осознанного отношения к еде. Правильно ли я рассуждаю?
     — Я по профессии архитектор и чувствовала, что в градостроительном дискурсе чего-то не хватает. Город состоит не только из зданий, которые придумывает архитектор, его суть в людях и в том, как они живут и что едят. Как описать город через питание? Когда я начала это делать, то была шокирована, потому что, описывая города, я описывала развитие цивилизации. Все кончилось глобальными вопросами о том, как кормить современные города, не уничтожая себя?
     Еда — это самая важная вещь в нашей жизни, мы производим продукты питания, чтобы выжить. Каким же образом мы оказались в обществе, культуре, которая говорит, что еда должна быть дешевой? Ведь это очень странно. Вот что такое еда? Это простая вещь, три раза в день появляющаяся на нашей тарелке, но что она из себя представляет? Мало кто из нас задавал себе такой вопрос. А ведь это послание из деревни или из другой страны, откуда ее привезли. Часто на тарелке оказывается чудо, которое требует труда тысячи людей. Еда — это живые существа, которых мы убиваем, чтобы выжить. Когда говорим, что это должно быть дешево — мы обесцениваем жизнь. И в книге я пытаюсь рассказать, как мы пришли к этому, как жизнь в городах и попытка их прокормить привела к этой проблеме. Почти у каждого из нас урбацентрический взгляд на жизнь, и мы, как в монтаже, вырезали другую часть жизни, без которой на самом деле не можем выжить — сельскую местность. Отвечая на ваш вопрос, скажу, что мы должны заново наполнить еду ценностью. И это революционная идея! Потому что если вы по-настоящему наделяете еду ценностью, то для человека все меняется. В моей следующей книге я говорю об этом подробнее. Экономика основывается на истинной стоимости еды. Все может измениться: то, как мы обитаем на Земле, как строим города. И я думаю, что мы обязаны на это пойти.

— Но изменения в таких фундаментальных вещах, как правило, вызывают у людей страх и неприятие. Это своего рода защитная реакция.
— Да, и это интересно. Привычки питания формируются в возрасте трех лет, и, казалось бы, поменять их абсолютно невозможно, но мы видим людей, которые способны сделать это в сознательном возрасте. Помните, несколько лет назад в Европе был скандал по поводу того, что в начинке пирогов оказалось мясо лошадей. Из-за этого очень многие отказались от употребления мяса, но через пару месяцев потребление вернулось на прежний уровень.

— Люди часто бывают сентиментальны. Знаю историю, когда один местный шеф-повар попросил своих поставщиков привезти ему сердце коня — все отказались со словами: «Я буду плакать, если оно окажется у меня в машине». Но он все-таки нашел того, кто это сделал.
— Да, у нас есть такой когнитивный диссонанс: мы любим домашних животных, но при этом брутально едим бекон. Мы хотим есть то, что ели с самого детства, но надежда есть: растет новое поколение, и оно внимательно следит за изменением климата, бережнее относится к природе. В Англии полмиллиона вегетарианцев, это в 10 раз больше, чем 10 лет назад. Привычки меняются в больших масштабах.

У нас была тысяча лет на то, чтобы вырастить лучшую еду из земли и расцвести как цивилизация, мы долго воспитывали традиционную культуру питания, но избавились от этого знания взамен на то, что называем дешевой едой

— Как и в любом сложном социальном процессе, в данном случае проблемы могут возникать на этапе того, кто будет определять, что такое здоровая еда.
— Общество структурировано вокруг того, что людям не нужно много платить, потому что еда стоит дешево. В свое время правительство намеренно отпустило контроль пищевой отрасли, и теперь этим занимается бизнес. Предприниматели не думают о качестве, они думают о прибыли. У нас была тысяча лет на то, чтобы вырастить лучшую еду из земли и расцвести как цивилизация, мы долго воспитывали традиционную культуру питания, но избавились от этого знания взамен на то, что называем дешевой едой. И многие проблемы возникают из-за этого. С одной стороны, дешевая еда — это прекрасно: могут поесть все, независимо от дохода, но нормальная дешевая еда не может существовать — это иллюзия, которая не учитывает все побочные эффекты своего существования.

— Но что такое «здоровая еда»?
— Наука питания очень молода — человечество только в начале XX века открыло витамины, — и она развивается: мы понимаем, как функционируют микробы и ферменты, которые влияют на процесс переваривания еды. Я могу съесть одно, а вам, после того как вы съедите то же самое, станет плохо, поэтому глупыми кажутся истерики по поводу глютена и утверждений, что хлеб — это яд. Хлеб кормил городскую цивилизацию тысячелетиями, а теперь люди думают, что им нельзя есть глютен. Но на самом деле непереносимостью глютена страдает очень маленькое количество людей. Некоторые решили есть только авокадо, киноа и кокосовое масло. Знаете, что в Мексике дефицит авокадо, потому что в Европе его употребляют слишком много? И все с ног на голову, до идиотизма доходит. Но мне кажется, это все немножко утихомирится со временем. У нас просто сейчас такой шторм: звезды и социальные сети продвигают эту культуру, хотя, конечно, нормально, что они хотят быть красивыми, но иногда все слишком зацикливаются на этом. Девушки учатся у бабушек и мам, именно они должны рассказывать, что им есть — у них сформировано традиционное и локальное восприятие процесса питания через огромный опыт поколений.

— Многие, прочитав вашу книгу, сделали вывод о том, что мы должны вернуться к сельскому хозяйству. Это так?
— Нам нужно сделать очень много вещей. Мы должны выбирать локальные продукты, научиться производить продукты по законам природы, уважая ее. Конечно, сегодня мы сильно зависимы от политических вопросов. В Англии на носу выход из Евросоюза и никто не знает, что случится после этого с нашим питанием. Мы исторически импортировали еду из разных стран, как и положено морской империи, очень рано прошли процесс индустриализации, оставили деревню 250 лет назад и только сейчас возвращаемся к ней. Тридцать лет назад вы могли купить только один вид сыра — это был «Чеддер», который был сделан в Канаде, а сейчас видим на прилавке 500 авторских сыров ручной работы, но посещать фермерские рынки способны только обеспеченные люди. Те, кто находится в худшем состоянии, чем другие социальные группы, раньше были бы фермерами и напрямую соприкасались бы с более чистой культурой питания, а теперь некачественная еда сосредоточена в очень бедных социальных слоях. Но проблема и в том, что на культурном уровне мы воспринимаем еду как нечто дешевое. Связь с едой очень важна, и локальная культура питания способна это обеспечить. Например, в Италии у каждой деревни своя собственная паста, а у каждой бабушки — свой лучший рецепт, но это все может исчезнуть, если мы не будем прилагать усилия для того, чтобы это сохранить. Нет, я не предлагаю женщинам снова стать только домохозяйками у плиты, просто об этом нужно задуматься.

— Как работа над книгой повлияла на ваш образ жизни?
— Я мыслю через призму еды, для меня все еда, даже если я не ем. Искренне расстраиваюсь, когда вижу плохую еду и то, как люди вредят сами себе, съедая ее. Стараюсь избегать мяса, если не знаю, откуда оно появилось на прилавке. Я покупаю лучшую еду, какую только могу найти, и плачу за нее много. Полуфабрикаты не ела уже пятнадцать лет. Готовлю каждый день и ухаживаю за небольшим палисадником возле дома. Стараюсь есть больше овощей, пью вино, как же без него?

Екатерина Вострилова
Фотографии Егора Сачко

Серая изнанка зеленых банкнот

Иллюзия ответственности за судьбы мира так неоднозначна, что решения, принимаемые под действием этого заблуждения, могут быть продиктованы личными предпочтениями и обоснованы постфактум, но не перестают быть иллюзиями — новый экотренд объясняет консультант по брендингу Александр Пронин

Авторская колонка

Демонстративное, или статусное потребление —
непременный атрибут успешности представителей старшего поколения. При всем разнообразии выбора для самоопределения некоторых членов общественных сообществ все так же используются классические маркеры: часы, трусы и автомобиль — они должны быть дорогими. В священную троицу финансового благополучия добавился и смартфон. Как сакральный хрусталь «на праздники» в пыльном серванте, большая часть статусных приобретений может так и не дождаться руки обладателя, но их наличие будет греть душу.
     В пику окостеневшим представлениям о материальном успехе в 1980‑е годы зародилось движение ответственного (или этичного, зеленого) потребления. Его манифестом стало издание Ethical Consumer, демонстрирующее альтернативу привычным паттернам покупательской активности. Сейчас по опросам различных исследовательских организаций (например, Nielsen) доля потребителей, руководствующихся принципом «Не навреди», достигла 55 %. Активные молодые мамы с экологически чистыми товарами, представитель ЗОЖ с органической едой, различные зоозащитники и борцы за права — все это люди, решившие сделать мир лучше.
     Способ, по их мнению, существенно улучшающий отдельные экологические и социальные показатели, вполне традиционен. Сделать выбор в пользу несколько более дорогих товаров, базирующихся на зеленых принципах природопользования, направляющих часть прибыли на решение проблем местных сообществ, создающих блага для населения в беднейших странах за счет отчислений из оборота… Просто искусственный мех и кожа вместо натуральных изделий или рис вместо картошки.
     Иллюзия ответственности за судьбы мира так неоднозначна, что решения, принимаемые под действием этого заблуждения, могут быть продиктованы личными предпочтениями и обоснованы постфактум.
     Ежегодный прирост рынка органических товаров в России колеблется за последние три года в пределах 5–10 %. Увеличение производства сельскохозяйственной продукции позволило продемонстрировать успехи и на ниве Organic food. Несмотря на скептические заключения специалистов, 21 % населения страны стремится приобретать продукты данного сегмента, порой существенно переплачивая за наклейку. Обоснованные сомнения в способности обеспечить такие объемы соответствующих товаров отметаются на основании классического довода: «Ну там же написано».

Сейчас 85 процентов решений, связанных с приобретением вещей, принимается женщинами, а это более 20 триллионов долларов в год. Потеря женской аудитории, как случилось, например, с продюсерской компанией небезызвестного Харви Вайнштейна, — гарантированный крах организации

     H&M, Hugo BOSS, Adidas, Unilever, IKEA, McDonald’s, Starbucks, Toyota, Audi и сотни других производителей создают целые кластеры специализированных производств. По оценкам специалистов, движение ответственного потребления за несколько десятилетий существенно повлияло на рынок, перераспределив потоки потребителей в том числе между теми, кто взял на себя ряд экологических и социальных обязательств, а так называемый зеленый маркетинг стал непременным атрибутом современных стратегий. Согласно Forbes, смена триггеров покупательского интереса продолжится, акцентируя внимание на компаниях, возглавивших волну актуального движения по защите окружающей среды и перераспределения доходов в пользу малообеспеченных групп населения.
     Так, H&M утилизирует старые вещи, Adidas делает кроссовки из мусора, поднятого со дна океана. McDonald’s и IKEA строят цепочки поставщиков из местных производителей, минимизируя вред от доставки и дополнительной обработки продукции, Unilever транслирует идею о социальной ответственности бизнеса, демонстрируя рост продаж брендов данной тематики на уровне около 30 %.
     Нужно отметить, что меняется не только потребительская активность и связанные с ней аспекты производства. Исследователи неоднократно отмечали, что eco-friendly образ жизни и ответственное потребление носят ярко выраженный гендерный оттенок, а многочисленные рекламные кампании этой направленности ориентированы преимущественно на женщин. Именно они читают этикетки с описанием вклада производителя в построение империи счастья планетарного масштаба, чаще переживают за судьбу вымирающих мух или голодающих детей Нью-Папуасии. Сочетание экологического, социально ответственного и гендерно ориентированного аспектов рекламных концепций становится толчком к развитию бренда, как это случилось с H&M. Чуть ранее сеть обвинялась в сознательной эксплуатации концепции быстрой моды с ежесезонной заменой гардероба при помощи тонн дешевого ширпотреба, большая часть которого моментально становится отходами. Теперь модный гигант стоит во главе брендов, пропагандирующих ответственное потребление. И все так же наращивает производство.
     Покупательские тактики в рамках реализации сте-реотипов этичного потребления демонстрируют ярко выраженные черты женского поведения, и даже визуальные решения экологичных товаров зачастую выглядят отнюдь не маскулинно, а эксплуатируют все признаки изначально «женских» продуктов. Смещение акцентов в рекламе и продакт плейсменте достигло вполне зримых масштабов. Гендерный вопрос стал неотъемлемой частью ответственного поведения, вобрав в себя не только социальные взаимодействия, но и напрямую влияя на полоролевую модель.
     Проще говоря, теперь в охране и заботе нуждаются не только голодающие и вымирающие, но и просто демонстрирующие «женское» поведение. Чувства этой категории населения могут быть оскорблены разнообразными способами и методами, что, в свою очередь, строго осуждается и карается отлучением от перечня брендов, соответствующих зеленому канону. Сейчас 85 % решений, связанных с приобретением вещей, принимается женщинами, а это более 20 триллионов долларов в год. Потеря женской аудитории, как случилось, например, с продюсерской компанией небезызвестного Харви Вайнштейна, — гарантированный крах организации.
     Но что же стоит на самом деле за всей этой пропагандой? Как пишет один из идеологов этичного потребления, экожурналист Джордж Монбио: «Ответственное потребление отвлекает нас от коллективных действий». Покупка товаров с зеленой атрибутикой лишь увеличивает объем личного потребления из-за классической ошибки мышления: раз товар, по заверениям производителя, не только не наносит ущерба, но и приносит относительную пользу, то увеличение продаж такого продукта ее максимизирует. Более того, альтернатива привычным продуктам зачастую на самом деле приводит к росту ущерба. Так, при производстве риса в атмосферу выделяется вдвое больше метана, чем от пшеницы.
     Отдельный пункт — производство псевдоэкологичных электрокаров. При сравнительной простоте конструкции производство аккумуляторов для таких автомобилей сложно назвать хоть сколько-нибудь зеленым: совокупный объем выбросов при производстве одного авто со стандартным двигателем ниже соответствующего для машины с электромотором минимум на 15 %, а в некоторых случаях разница достигает почти 70 %.
     Исследования организации ЮНЕП «Содействие и поддержка устойчивого образа жизни: принципы и практика» показывают, что истинной причиной урона окружающей среде и деградации экосистем выступает избыточное потребление. Рост продаж товаров, промаркированных любым видом eco-friendly наклеек, ничуть не снижает эффекта. Забота о себе под эгидой ответственного потребления — лишь еще один вид статусного маркера, а «зеленый» — всего лишь «новый черный».

ICO против IPO

На конференции, посвященной перспективам цифровой экономики, криптоевангелисты поспорили с традиционными финансистами

Роман Кауфман

Биткоин и блокчейн — это переход к новой цифровой экономике. Да что говорить, в Москве взятки дают в биткоинах

Мир делится на оптимистов и пессимистов, правых и левых, а с некоторых пор еще и на тех, кто верит в биткоин, и тех, кто считает его мыльным пузырем. Условный москвич Роман Кауфман (условный — потому что постоянно в разъездах) относится к первой группе граждан, которых называют «криптоевангелистами», потому что кроме веры в биткоин их согревает вера в другие криптовалюты, а также в блокчейн, ICO — первичное размещение токенов (грубо говоря, цифровых денег), смарт-контракты, стартапы, в общем — в широкие перспективы цифровой экономики.
     Об этих перспективах шел разговор на конференции «Тренды в блокчейн-индустрии в 2018 году», организованной «РБК-Калининград» и компанией БКС. Роман Кауфман выступал одним из главных спикеров и, конечно, был настроен очень оптимистично и к блокчейну, и к биткоину, но начал все-таки с грустной нотки.
     — В нашей стране все загибается, все идет ко дну, — сказал Кауфман.
     Впрочем, тут же добавил, что мир блокчейна дает выход из этой крайне неприятной ситуации, а такая вещь, как ICO, позволяет собрать деньги, точнее, криптовалюту, «на свой проект и свою мечту».
     — Многие до сих пор считают биткоин финансовой пирамидой, — продолжил криптоэксперт. — Но послушайте: государства не меняли бы свое законодательство под пирамиду, и может, вы знаете, сегодня между Китаем и Северной Кореей идет дикий оборот в биткоинах. Почему? Потому что Корея под санкциями. Биткоин и блокчейн — это переход к новой цифровой экономике. Да что говорить, в Москве взятки дают в биткоинах! Мы видим сейчас, что люди переходят от традиционных инвестиций к ICO, из традиционных активов — в цифровые. В 2017 году на цифровых активах люди заработали больше, чем в 90‑е годы на залоговых аукционах. Сегодня, если нет цифрового бизнеса — это зашквар, и мир движется к полной легализации цифровых активов.
     Кстати, компания Романа Кауфмана, которая занимается информационным бизнесом (он сооснователь децентрализованной маркетинговой платформы. — Ред.), сумела собрать криптоинвестиций на 1,5 млрд рублей только за один месяц. Это мощно при всех раскладах.
     Впрочем, рынок находится сейчас на ранней стадии, среди проектов, собравших средства в рамках ICO, полно пустышек. Вернее даже, таких пустышек подавляющее большинство — около 90 процентов, по оценке Романа Кауфмана.

Виталий Багаманов

Уоррен Баффет считает, что инвестировать нужно только тогда, когда у бизнеса есть какая-то ценность. Есть ли она у биткоинов? У Баффета в инвестиционном портфеле биткоинов нет, и я склонен Баффету доверять

     — Моя личная позиция — вся цифровая экономика должна регулироваться, — отметил эксперт. — В Москве каждый день кого-то ловят, режут из-за биткоинов. Надо от этого уходить.
     В качестве оппонента Кауфмана выступил директор Калининградского филиала компании БКС Виталий Багаманов. Он честно признался, что является представителем «олдскульной финансовой школы» и сразу предположил, что биткоин, точнее, его стремительный рост в прошлом году — не более чем виток ажиотажного спроса.
     — В 2017 году был хайп, была мания, и пик ее пришелся на декабрь, когда цена биткоина доходила до 20 тысяч долларов. Причем этот хайп был по всем направлениям: и со стороны Грефа, и со стороны Лагард (директор МВФ. — Ред.), и даже блогера Варламова. Это все легко проследить с помощью аналитического инструмента Google trends. Мы увидим, что пик запросов на биткоин пришелся как раз на декабрь, то есть на то время, когда биткоин сильнее всего вырос в цене. Биткоин — это результат покупки и продажи, от этого зависит его цена.
     По словам Багаманова, примерно на это же время приходится пик запросов на ICO, а несколькими месяцами ранее Google демонстрировал еще один тренд, никак не относящийся к миру криптоиндустрии, но тоже показательный — это был пик запросов на спиннеры. Иными словами, рост цены биткоина жестко увязывается с ростом популярности этой конкретной темы. Интересный вопрос: что дальше?
     Виталий Багаманов считает, что на криптовалютах уже много не заработаешь, но ни биткоин, ни ICO, ни криптоиндустрия в целом, конечно, никуда не денутся, считает эксперт, тем более что в эту сферу пришли крупные институциональные игроки. Что касается ICO, то эта процедура уже сейчас начинает напоминать классический бизнес с его IPO. Впрочем, сам Багаманов вкладывать средства в криптоэкономику не готов, потому что в этих вещах следует советам авторитетного инвестора, гуру финансового мира Уоррена Баффета.
     — Уоррен Баффет считает, что инвестировать нужно только тогда, когда у бизнеса есть какая-то ценность. Есть ли она у биткоинов? У Баффета в инвестиционном портфеле биткоинов нет, и я склонен Баффету доверять.

P. S. Интересное наблюдение: пока я придумывал и писал этот текст, цена биткоина опустилась с 10 тысяч долларов до 7 800.

Алексей Денисенков
Фотографии Боки Су

Эксперт для комфортной сделки

Генеральный директор «Бюро недвижимости Калининграда» Ольга Швец о стандартах работы, новом поколении покупателей и интеграции с интернет-сервисами

Ольга Швец

Родилась и начинала бизнес в Новокузнецке Кемеровской области, где основала в 2006 году агентство по продаже недвижимости. В 2012 году вместе с семьей переехала в Калининград. В 2013 году продолжила риелторскую деятельность компании под новым брендом «Бюро недвижимости Калининграда»

— Ольга, знаю, что у «Бюро недвижимости Калининграда» сибирские корни. Шесть лет назад вы переехали в Калининград вместе с семьей и стали изучать рынок риелторских услуг. Какие выводы сделали?
— Самые неутешительные. Я разочаровалась, когда поняла, что в Калининграде мало кто знает, что такое по-настоящему качественные риелторские услуги. Чтобы в этом убедиться, попыталась стать клиентом нескольких агентств, затем их сотрудником. К сожалению, в этой сфере преобладает постсоветская модель работы с клиентом, когда агент лишь предоставляет информацию, которую почерпнул из открытых источников и никоим образом ее не проверил. Чаще всего он видит в клиентах лишь разовую прибыль в виде комиссионных от сделки, я же считаю, что риелтор должен относиться к проблемам клиента как к своим собственным. Необходимо изучить мотивацию клиента, его психотип и подробности жизни, напрямую влияющие на выбор жилья: состав семьи, профессию, увлечения, образ жизни и характер. Исходя из этого создается предложение для конкретного человека. Я уже не говорю о таких обязательных вещах, как проверка сделки на юридическую чистоту. И чтобы это стало возможным, отношения между покупателем, продавцом и агентом должны быть оформлены юридически. Это гарантирует легитимность сделки.

— Насколько глубокий анализ объекта вы проводите?
— Если мы занимаемся продажей объекта, то знаем буквально все: как будет развиваться микрорайон, какой инфраструктурой он обладает. Наша оценка должна полностью отвечать интересам будущего покупателя.

Жилой комплекс «Московский дворик» — 7 современных домов в тихой зеленой зоне на улице Дзержинского, стоимость квадратного метра в ЖК не более 37 000 рублей

— Какими инструментами пользуется грамотный риелтор?
— Главное, на что я сделала акцент, создавая свое агентство, — широкий спектр инструментов реализации недвижимого имущества. Необходимо тесное двустороннее сотрудничество с оценщиками, страховыми компаниями и банками, и в этом случае необходимо уметь выстраивать отношения, чтобы обе стороны оказались в положении win-win и не боялись выступать с инициативой. Именно так рождаются новые пилотные проекты, которые запускаются в Калининградской области, к примеру, изменение срока кредитования, уменьшение первоначального взноса или расширение категорий граждан, которые могут воспользоваться кредитованием. Все это позволяет сделать процесс покупки недвижимости максимально эффективным и комфортным для всех сторон, а также минимизирует расходы сделки.

— Знаю, что вы предпочитаете лично следить за ходом сделок и всегда в курсе происходящего в компании. Многие собственники агентств предпочитают делегировать эту функцию. Почему вы думаете иначе?
— Считаю, что я как основатель компании должна нести ответственность перед всеми клиентами, которые пользуются нашими услугами, а если я не успеваю во что-то вникнуть, то грош мне цена. Одно из самых важных преимуществ нашей компании — это ответственность, которую мы несем и обязательно закрепляем договорными отношениями. Я контролирую все, что происходит в агентстве, в курсе всех сделок, которые ведут мои сотрудники. По этой причине численность штата никогда не превышает 15 человек.

Жилой комплекс «Дом на Малом переулке» — восьмиэтажный дом комфорт-класса в центре города

— Как вы отбираете сотрудников? Конкурс, наверное, большой…
— Это интересная история. Когда я переехала в Калининград и попробовала поработать в сфере продажи недвижимости, то быстро поняла, что не могу смириться с тем образом мысли и представлениями о работе риелтора, с которыми столкнулась. Решила изменить ситуацию, открыла авторские курсы обучения профессии и имела успех. По окончании курса пригласила несколько самых способных специалистов работать в свое агентство. Таким образом, набрала штат риелторов, которые полностью отвечают всем необходимым стандартам.

— «Бюро недвижимости Калининграда» работает с застройщиками по договорам эксклюзивной продажи. Какие преимущества у такой модели?
— Прежде всего, это дает возможность изучить потребности покупателей еще на стадии проектирования жилого комплекса. Чтобы понять, какое жилье будет востребовано, недостаточно опираться на собственный отдел продаж, который часто не имеет полноценного опыта работы с покупателями. Но долгое время в этом не было необходимости: строительный рынок летел, как паровоз, а в него на скорости запрыгивали покупатели. Сейчас этот паровоз едет, к сожалению, очень медленно. Для того чтобы покупатели захотели что-то приобрести, нужно остановиться, пригласить людей в вагон, дать возможность им оглядеться и помочь сделать обдуманный выбор. И для этого идеально подходит грамотное риелторское агентство. Такой партнер становится одновременно ипотечным брокером, менеджером, юристом и психологом для покупателей.

«Бюро недвижимости Калининграда» работает на рынке пять лет. Основные партнеры: строительная компания «КПД-Калининград», Сбербанк, ВТБ, Газпромбанк, банк Санкт-Петербург, Российский капитал компании оценки «Независимая оценка» и «Атлант-оценка» и страховая компания «РЕСО-гарантия»

— Кто ваши основные партнеры?
— С 2016 года мы активно работаем с компанией «КПД Калининград», которая дорожит своей репутацией, руководствуется здравым смыслом при строительстве домов и всегда думает о людях, которые будут в них жить. Все дома «КПД Калининград» построены с учетом современных тенденций в сфере девелопмента, отвечают строжайшим требованиям безопасности и возведены с использованием высококачественных материалов. Генеральный директор компании Сергей Торчугин всегда готов идти навстречу людям, даже если это повлечет за собой дополнительные издержки. Он понимает, насколько важно, чтобы покупатель участвовал с момента проектирования. Сегодня одним из трендов стала комфортная внутренняя инфраструктура жилых комплексов и все объекты «КПД Калининград» полностью соответствуют этим требованиям. И в случаях, когда жилой комплекс находится в отдалении от развлекательно-спортивных центров, застройщик создает их сам. В ЖК «Московский дворик на улице Дзержинского» построен фитнес-центр «Атлетика», предлагающий услуги тренажерного зала, сауны и массажа.

— Отношение к жилью сильно поменялось за последние несколько лет.
— Потому что сейчас застройщики имеют дело с другим поколением людей. Конечно, покупатель родом из СССР еще присутствует на рынке, но и он изменил свой взгляд на многие вещи — уже никто не хочет просто иметь крышу над головой. И это правильно: современный человек ищет такое жилье, которое будет экономически выгодно, комфортно для всех членов семьи и не будет требовать изменения привычного образа жизни. Безусловно, покупатель ищет проекты, обеспечивающие в шаговой доступности всю необходимую инфраструктуру — от супермаркета до поликлиники и парковки. Кроме того, один из основополагающих факторов при выборе жилья — загруженность автомобильного трафика микрорайона, в котором расположен объект, — путь от работы до дома должен занимать минимальное количество времени. Все это необходимо учитывать и при проектировании объекта, и при его реализации. Мы предлагаем покупателям именно такие жилые комплексы. Одно из самых актуальных предложений сегодня — жилье в восьмиэтаж-ном кирпичном доме комфорт-класса на Малом переул-ке. Жилой комплекс расположен в тихом и уютном районе поблизости от Рыбной деревни и Ленинского проспекта. Микрорайон прекрасно развит, совмещает развитую инфраструктуру и тишину зеленых зон. Сам жилой комплекс отвечает всем требованиям современного жилья: закрытая придомовая территория с комплексом детских и спортивных площадок. Все стены и перегородки выполнены из кирпича, лоджии с панорамным остеклением отапливаются, квартиры сдаются в хорошей чистовой отделке, а входные двери не требуют замены. В этом случае застройщик полностью взял на себя подготовку жилья к стадии индивидуальной проектировки, которая зависит от конкретного покупателя. Я считаю, в Калининграде не хватает современного поселка комфорт-класса с развитой инфраструктурой, где есть свои центры отдыха и развлечений для жителей всех возрастов. Думаю, в ближайшее время мы с партнерами реализуем такой проект.

— В сфере продажи недвижимости вам одной из первых пришлось отвечать на новые вызовы и интегрироваться с различными интернет-сервисами. Это происходит во всем мире, Великобритания не так давно пережала бум онлайн-агентств, которые занимались сделками с недвижимостью. После подъема рынок сильно просел, и закончилось все недоверием потребителя к подобным предложениям. Как вы оцениваете такой опыт и сильно ли влияние подобных проектов в России?
— В России пока главный интернет-сервис в нашей сфере — Avito, и он далек от идеала. Чаще всего это просто площадка, на которой одну и ту же квартиру продают все, а на самом деле — никто. И так будет продолжаться, пока у Avito не появится достойного конкурента. Не так давно Сбербанк выступил с инициативой развития проекта «ДомКлик» — сервиса по поиску и покупке квартир в ипотеку. Я посещала специализированную конференцию в Сочи, где был представлен проект — в реальности это банальное онлайн-агентство, которое предлагает всю сделку провести, не встречаясь с клиентом. Более того, у меня есть подозрения, что госкорпорация просто может использовать интересы агентств недвижимости в этом проекте, чтобы потом выдавить их с рынка. Но я думаю, у нас есть время оценить ситуацию, пока общество не готово к таким инновациям. Покупка недвижимости онлайн — утопия, люди очень серьезно к этому относятся. Как правило, покупают недвижимость в среднем два раза в жизни и готовы тратить на это время и деньги, что правильно. Я считаю, что достаточно эксперта в лице профессионального риелтора и шариковой ручки, чтобы провести комфортную сделку с недвижимостью. Опыт европейских стран подтверждает этот тезис.

Екатерина Вострилова
Фотографии Егора Сачко

Покорить Дакар

Представитель Konturterm Racing Team Иван Шихотаров, принимавший участие в легендарном ралли-рейде «Дакар-2018» по Южной Америке, получил травму и был вынужден досрочно покинуть гонку

Году в 2006‑м мы с братом все думали о том, как бы самим собрать машину в гараже, чтобы кататься по городу. Этот интерес заметил отец, Сергей Шихотаров, поддержал нас, а потом и сам заболел гонками. Мы начали участвовать в трофи-рейдах. А потом отец решил попробовать себя в ралли-рейдах, и оказалось, что это вполне нам по силам.
Мы ездим на Toyota, — это семейный автомобиль. Сейчас у нас Toyota Hilux, полностью подготовленный и перестроенный под участие в ралли-рейдах, остались только некоторые детали кузова. В салонах такие машины не продаются, нашу мы купили в Москве у спортивной команды «ПЭК: спорт». А вообще эти автомобили частично производят в ЮАР, а потом доделывают в Бельгии. Мы сотрудничаем с бельгийской командой Overdrive. Она является основным партнером заводской команды, раз в год ездим к ним на обслуживание, наши механики работают под надзором их специалистов.

Команда Konturterm Racing Team

В соревнованиях может участвовать любой человек, можно представлять команду, а можно выступать от себя. Существует практика, по которой команды сдаются в аренду. Человек может обратиться в команду с желанием проехать ту или иную гонку, ему назовут стоимость. Это довольно популярная практика. Интересно, что все боятся, мол, гонять не умеют. На самом деле гонять не надо, там, где можно ехать 140, нужно ехать 140, а там, где не получается, нужно ехать 50 или 70 км в час. Это не то классическое ралли, где гонщики боком проезжают повороты на огромной скорости, здесь, наоборот, ты должен ехать максимально стабильно, ровно проезжать повороты, и тогда есть шанс дойти до финиша. Как правило, за первые места борются команды крупных автомобильных корпораций, у нас же главная задача во всех гонках — финишировать. Мы не ставим себе цель что-то выиграть, и уж точно не на Дакаре: там вообще, если ты финишировал, это, считай, уже победа.

Автомобиль Ивана Шихотарова попал в компрессионную яму, в результате удара он получил травму спины

В 2016 году я участвовал в ралли-рейде «Шелковый путь» протяженностью более 10000 километров. Стартовал пятидесятым, а закончил тринадцатым. Это была моя первая большая гонка. Но мы ехали в Пекин, не поверите, за пекинской уткой, а не кого-то обгонять или что-то доказывать. Мы доказывали только себе, что можем это сделать. Очень тяжело не думать о победе, особенно когда вокруг тебя все говорят: «Давай-давай». Но я всем отвечаю: «Надо хотя бы на финиш приехать». В этом году в автомобильном зачете с трассы сошла половина участников, из новичков до финиша дошли только двое. Это очень тяжелое испытание для техники и команды.

У нас нет возможности ездить на все чемпионаты России, которые проходят каждый месяц с апреля по август. Все члены команды являются еще и сотрудниками одного предприятия. Например, наши механики работают в транспортной компании «Контуртерма», а в период гонки получается, они выпадают минимум на неделю. Гонка продолжается три-четыре дня, но при этом еще минимум неделя нужна на то, чтобы добраться до места и вернуться назад.
На «Дакаре-2018» гонка с первого дня не пошла. Первый день был короткий, только 31 километр песков. Но это кажется, что немного, на самом деле в песках огромное коварство и множество подвохов. На маршруте ты едешь по легенде, где обозначена привязка к местности, препятствия и несколько видов точек, которые необходимо пройти. О прохождении точки информирует спецсигнал на приборе. Въехав на одну из дюн по очень крутому подъему, мы уже собирались продолжить путь, когда прибор просигнализировал, что точка не пройдена. А раз мы ее не взяли, значит, нужно вернуться. Мы посмотрели на эту дюну и решили, что лучше получить пенализацию (штраф по времени), чем закончить гонку в первый же день.

     Старт второго дня из-за этого для нас начался позже, однако взятый темп и хороший ход позволили нам наверстать упущенное и подняться до старта очередного дня в третьей десятке.
     Да, во второй день сошел с гонки мой отец Сергей Иванович. Они сорвались с дюны и легли всем весом, удар пришелся на каркас безопасности. Он весь согнулся. Мне тяжело было ехать, до конца не зная, что там произошло с машиной отца. К тому же его машина была хуже подготовлена для езды по пескам. Я начал переживать за отца, хотя должен быть погружен в дорогу.
     На четвертый день наш экипаж почувствовал недомогание, состояние, похожее на простуду, а день предстоял довольно сложный: старт на пляже и 16 километров вдоль Тихого океана. Мы ехали спокойно. Казалось бы, поверхность ровная, но это же пески. В итоге произошел обман зрения, мы не заметили небольшого провала в песке и нырнули в него на скорости 70-80 км/час. Приземлились не на подвеску, а «клюнули носом» — меня в машине выгнуло. Возможно, немного ослабли ремни, может быть, сидел в неправильной позе. Удар! Резкое ощущение боли! Я останавливаюсь, и мне ужасно хочется выпрямиться, лечь. Отстегиваюсь, выпадаю из машины и ползу в тень. Мы нажали зеленую кнопку тревожности, сигнализирующую о происшествии. Штурман предложил: «Может, нажмем красную?» Это означает, что авария серьезная, мы сходим с трассы. Полежав в тени, я почувствовал, что боль как будто уходит, выпил таблетку. Еще 150 км мы ехали на морально-волевых качествах, до окончания очередного гоночного дня. А уже в бивуаке мне сделали два снимка, поставили капельницы. Подозрение на перелом позвоночника, принято решение отправить меня в столицу Перу. Таким образом, гонка для нашего экипажа завершилась.

Первые пару дней были три причины плакать: больно, не смог и не хочу. А потом боль ушла, успокоился, «не хочу» продолжать участвовать в гонках стало превращаться в «хочу». Я надеюсь на то, что смогу и что близкие меня поддержат. Честно скажу, что это все очень волнительно, переживаешь, как твоя семья без тебя, а они переживают, если ты в беду попал. Все говорят, а зачем вам с отцом это нужно, столько денег тратите. Но разве у мечты, которую ты считаешь смыслом жизни, есть ценник?! Дакар закончился, мне организаторы прислали письмо: «Дорогой Иван, примите пожелания скорейшего выздоровления». Очень важна эта поддержка. На Дакаре ты живешь жизнью, полной приключений и испытаний, сложно от этого отказаться.
Мог бы я стать штурманом? Не уверен. Да и опыт пилотирования у меня гораздо больше. Штурман — это слишком большая ответственность и другая специфика. Поэтому экипаж и состоит из двух человек — пилот и штурман. Говорят, выигрывает пилот, проигрывает штурман, а виноваты механики. Но все понимают, что удача — лишь 10 процентов, а все остальное — это совместная работа экипажа и команды. Для меня важна именно психологическая составляющая. С прошлым напарником мы даже не разговаривали, все делали молча, настолько чувствовали друг друга. С Олегом Уперенко, нынешним штурманом, мы тоже хорошо понимаем друг друга. У него большой опыт, он с 25 лет в автоспорте, в 30 начал руководить командой в классическом ралли. Сам и штурманом ездил, и пилотом.

Сейчас моему сыну три года. Как раз недавно с супругой обсуждали, со скольки лет можно отдавать ребенка на картинг. У него это в крови, я на него смотрю — он весь в меня: только бы за руль! Сам умеет включать дворники, закрывать и открывать машину. У него все время — «надо ехать!», у него любая тарелка, подставка — это руль. Поэтому надеюсь, что мы сможем его поддерживать в этом желании, и что ему самому понравится. Если же он сделает другой выбор, я не буду против. Пусть сам решает.

Евгения Иванкова
Фотографии из архива компании Konturterm Racing Team

Кэролин Стил прочла лекцию о том, как еда влияет на жизнь человечества, и рассказала о том, почему каждая бабушка — большой эксперт в области правильного питания

На конференции, посвященной перспективам цифровой экономики, криптоевангелисты поспорили с традиционными финансистами

Генеральный директор «Бюро недвижимости Калининграда» Ольга Швец о стандартах работы, новом поколении покупателей и интеграции с интернет-сервисами

Здесь