Архив автора: Кит Стрекачинский

Река и сплавы против пляжа и моря

«Посткарантинное» лето показало, что альтернатива традиционному отдыху в Калининградской области существует. То, что всё больше туристов предпочитают лежакам байдарки и sup^*-сёрфинг, подтверждают первые итоги сезона, подведённые Минкультом^**. О том, как заработать на водных видах спорта в Знаменске, рассказывают Ольга и Дмитрий Тюнины

     Пять лет назад Дмитрий Тюнин попрощался со стабильной работой в большой успешной компании, чтобы вместе с супругой Ольгой заниматься туристическим бизнесом в Знаменске. «Ферма Тюниных» находится на пересечении рек Лава и Преголя. Под брендом работают летнее кафе, ресторан и центр активного отдыха с байдарками, sup-сёрфингом и велопрокатом.
     — Почему вы выбрали Знаменск?
     Дмитрий: У Ольги недалеко живут родители, мы нередко проезжали мимо. Однажды остановились, спустились к реке и поняли, что хотим сделать это место другим, — тогда здесь было не пройти из-за бурьяна (позже Тюнины вывезли отсюда три КАМАЗа мусора). Знаменск — центр, или, как мы говорим, сердце Калининградской области. От нас одинаковое расстояние до Куршской косы и Роминтенской пущи. У города огромный туристический потенциал благодаря природе и историческому наследию — прусскому, тевтонскому, немецкому. Здесь много памятных мест, связанных с подвигами русских солдат.
     — Чем занимались до этого?
     Дмитрий: Мы оба из бизнеса. Моё последнее место работы — директор завода в Черняховске. Ольга занимает руководящую должность в компании из строительной отрасли, совмещает её с работой на «Ферме».
     — Вы говорите, что захотели сделать место другим. Каким задумывали проект?
     Дмитрий: Здесь ещё с послевоенных лет работает баня, место «намоленное». Мы сами любим париться, поэтому первой мыслью было взять её в аренду. В процессе всё поменялось — купили соседнее здание, начали потихоньку развиваться. Спустя два года, в 2017 году, открыли летнее кафе.
     Ольга: Вскоре появились водные виды спорта — их присутствие диктовало местоположение. Есть река, значит, должна быть активность. Начали с байдарок, с недавнего времени к ним добавились sup-сёрфинг и речной трамвайчик.
     Дмитрий: Первое время сам работал в баре: одной рукой наливал напитки, другой — изучал на компьютере, как устроен ресторанный бизнес. Ольга жарила картошку фри, сын готовил салатики.
— Как быстро приняли решение уйти с руководящей должности?
     Ольга: Вопрос выбора даже не стоял. У нас давно зрело желание создать что-то своё. Хотелось спокойной жизни, чтобы Дмитрий ловил рыбу, а я читала книги и пила кофе. Но пока убавить темп не получается: в два часа ночи упали, в шесть утра встали.
     Дмитрий: За пять лет мы ни разу не пожалели о принятом решении. Раньше я всё время ходил в костюме с галстуком и ботинках, сегодня их сменили шорты и кроксы — это классно. Управленческий опыт, безусловно, помогает. Как и то, что мы начинали и продолжаем работать семьёй. Старший сын Семён занимается байдарками, сейчас повёз группу на сплав в Талпаки. Младший, Матвей, в этом году окончил КГТУ, где изучал технологии пищевой промышленности, отвечает за наш ресторан. Супруга Семёна работает администратором.
     — Каково работать с семьёй?
     Дмитрий: Очень непросто. Бывает, ругаемся…
     Ольга: Кричим друг на друга, как итальянская семья.
     Дмитрий: Я в своё время тоже спорил с отцом — конфликт поколений.
     Ольга: Главное, что мы доверяем и помогаем друг другу. Если дети видят, что я устала, предлагают помощь.
     — Мы начали говорить о новых направлениях. Как они появляются?
     Дмитрий: Что-то нравится нам самим, какие-то идеи предлагают наши друзья, некоторые впоследствии становятся партнёрами. Например, инициатива заняться байдарками принадлежит Максиму Бровкову, он в этом вопросе опытнее нас. Владимир Кодинцев, побывав у нас, спросил, почему есть байдарки, но нет sup-досок? Появились sup-доски. Дом на воде, который мы называем речным трамвайчиком, принадлежит другу семьи из Германии. У меня первое высшее образование физкультурное, через 20 лет этот же университет окончил старший сын Семён. Он тренер по вольной борьбе: каждое первое июня на территории «Фермы» проводим турнир, с байдарками ему помогают местные ребята-спортсмены.

     — Как, кстати, к вам относятся местные жители?
     Дмитрий: Двояко. Мы много чего не разрешаем: приходить со своим алкоголем, хулиганить, допоздна слушать музыку — это нормальные принципы, но они не всем нравятся. Когда начинали, столкнулись с местной традицией посетителей бани — после парилки они бежали голыми купаться в речке. Пришлось объяснять, что у нас здесь женщины, дети, просить накинуть полотенчико, надеть труселя.
     Ольга: Но сегодня всё хорошо.
     — Почему вы называете себя «Фермой»?
     Дмитрий: Самый частый вопрос, который нам задают. Перечисляли всевозможные названия — от «У Ашота» до Family club^***, — их набралось четыре страницы. В шорт-лист вошли «Семейный клуб» и «Ферма». Остановились на «Ферме» из-за ассоциации с семьёй.
     — Получается, хозяйства нет?
     Ольга: Мы развели кур, занялись пасекой, но вскоре стали буксовать. Сельское хозяйство — тяжёлый труд, у нас пока нет возможности уделять ему должное внимание. Мы по-прежнему готовим блюда из натуральных продуктов, только закупаем их у других фермеров.
     Дмитрий: Участок находится буквально в десяти километрах отсюда, но обрабатывать его не хватало сил. Привлекать наёмных сотрудников не хотели — нанимаешь людей, они получают первую зарплату и пропадают.
— Но козы всё-таки остались?
     Дмитрий: Это отдельная история. Два года назад друзья приехали ко мне на день рождения. Смотрю, они ведут козу и двух козлят и говорят, мол, какая ферма без животных. Пришлось быстро сколотить загон. Коза Наденька прижилась, а вот козлов отдали: хулиганы были страшные, прыгали по машинам.
     — На «Ферме Тюниных» можно переночевать?
     Дмитрий: Да. У нас есть деревянный домик, дом на воде и кемпинг.
     Ольга: И все забронированы до 12 сентября.
     Дмитрий: В этом году спрос на внутреннем рынке по туризму ажиотажный, гостей очень много. Но мы прекрасно понимаем, что за всплеском активности будет провал, в экономике всегда так происходит. Уверен: в скором времени появится много конкурентов — сегодня даже те, кто был далёк от туризма, покупают байдарки и организовывают сплавы. Конкуренция — двигатель прогресса.
     — Как вы отстраиваетесь от конкурентов?
     Дмитрий: Есть конкуренты, работающие на рынке очень давно. Два года назад мы все вместе собрались за большим столом и поговорили о том, что делаем большое дело для имиджа Калининградской области. Тогда же создали неформальную ассоциацию. Придумали «листок туриста», где отмечены мы, братья Елизаровы, организующие сплавы по Анграпе в Озёрске, Геннадий Кострица, занимающийся сплавами по каналам в Полесском районе, и Сергей Мартынов с парком-отелем «Ангел». Мы понимаем, что ездить в одно и то же место надоедает, поэтому советуем гостям другие площадки. Туристы, посетив все четыре точки, могут принять участие в розыгрыше велосипеда. В этом году «листок туриста» можно было получить в информационных центрах в Калининграде и Черняховске.
     Что касается «диких» конкурентов, увы, слышим негативные отзывы, но считаем, что время всё расставит по своим местам. Нужно расширять инфраструктуру — это будет нашим главным конкурентным преимуществом.
     — Первым шагом станет гостиница?
     Дмитрий: Да. И банный комплекс.

— Когда планируете приступить к строительству?
     Дмитрий: Как можно быстрее. В этом году мы приняли участие в конкурсе стартапов "Бизнес Баттл«16+ с проектом «Устье Лавы: от моста до моста». Это большой инфраструктурный проект, где есть как коммерческие объекты — гостиница, банный комплекс из отдельно стоящих бань, кемпинг, домики на воде, — так и социальные: набережная, парк-сквер со спортивными площадками. Также сюда входит строительство дорог. Предварительная стоимость — почти 200 миллионов рублей.
     Мы разделили проект на этапы: комплекс состоит из трёх коттеджей, построим один, банный комплекс — из четырёх, введём [в эксплуатацию] первую и будем смотреть за нагрузкой. Что касается гостиницы, здание здесь есть, но требует реконструкции. Мы хотели заниматься гостиницей сами, но нас опередил инвестор. Он приступает к работе, по завершении заберём на себя управление.
     Ольга: Мы понимаем, что развиваться в нынешнем темпе недостаточно, нужно ускоряться. Поэтому идём на то, что нужно брать кредит, искать инвесторов. Стучимся во все двери.
     Дмитрий: План-минимум к началу следующего сезона: гостиница, баня, обновлённая летняя площадка.
     — Гостиница будет генерировать больше всего прибыли?
     Дмитрий: Нет, мы рассчитываем, что главным источником [прибыли] останутся байдарочные сплавы. Большинство туристических комплексов ставят во главу угла инфраструктуру, у нас же главное — активный отдых на воде. Мы этим живём, сами с удовольствием ходим в походы на байдарках. Предлагаем несколько маршрутов по Преголе и Лаве протяжённостью от 5 до 35 километров.
     — Sup-сёрфинг пользуется популярностью?
     Дмитрий: Этому направлению два года, оно показывает хорошие результаты. В этом году запустили бесплатное обучение, чтобы правильно поставить человека на доску. Затем он сам должен решить, нужно ли продолжать. Пока большинство из тех, кто сходит с доски, говорят, что будут заниматься ещё.
     — Какой процент возвращается к вам?
     Дмитрий: Не меньше 80 процентов. Бесплатное обучение — маркетинговый ход. Бывает, что за день нам платит один человек, а пятьдесят учим бесплатно. Но в следующем году эти пятьдесят вернутся и привезут с собой ещё по три человека.

     — Я довольно часто встречаю посты о вас в фейсбуке. Это действительно рекордный год для туризма?
     Ольга: Рекордный. Мы мечтали о туристах. Их количество превзошло все ожидания. Даже приходится отказывать.
     Дмитрий: Ещё год назад было трудно представить, что мы будем просить гостей приезжать в будние дни, а не в выходные. В 2019 году нагрузка была следующей: 90 процентов трафика приходились на субботу и воскресенье, 10 процентов — на остальное время. В этом году 90 процентов приезжают в течение рабочей недели и 110 процентов — в выходные. Что касается маркетинга, социальные сети — основной канал продвижения. Для сравнения, в конце апреля у нас было три тысячи подписчиков в инстаграме. Сейчас их уже больше семи тысяч.
     — Гости в основном из Калининграда?
     Дмитрий: Как правило, приезжают калининградцы с родственниками и друзьями из других городов. В прошлом году было так: 90 процентов гостей — местные, 8 процентов — из «большой России» и 2 процента — из Польши, Литвы и Германии. В этом году 70 процентов из Калининграда и области и 30 процентов — из других регионов.
     — Когда мы подъезжали, специально зашла в приложение "Яндекс Go«6+, где было написано, что данная территория не обслуживается.
     Дмитрий: Из Калининграда можно приехать на «Яндексе», уехать обратно — на местном такси за 1200 рублей. Плюс общественный транспорт.

     — Как вы оцениваете уровень внутреннего туризма?
     Дмитрий: Однозначно, всплеск послужит серьёзным толчком для развития.
     Ольга: Главный вывод — пока мы не готовы принять столько гостей.
     Дмитрий: Этот сезон показал, что нужно ещё многому учиться — по ходу перестраивали процессы, исправляли ошибки. Раньше мы аккумулировали на себе все административные функции, а с наплывом гостей стали зашиваться. Перестраивали работу администраторов, начиная с таких элементарных вещей, как встреча клиентов, корректировали работу кухни. Кадровый голод остро чувствуется в Калининграде — что уж говорить об области.
     Ольга: В сезон у нас работает 28 сотрудников, в межсезонье — 8–10 человек. Преимущественно это местные ребята, но, думаю, будем больше привлекать специалистов из Калининграда. Сняли для этого квартиру.
     — Вы вышли на самоокупаемость?
     Дмитрий: До вчерашнего дня мы двигались интуитивно, не считая бизнес-планы и не строя финансовые модели. Летом зарабатываем, зимой докладываем — это нормально для сезонного бизнеса. Всю прибыль реинвестируем. Сейчас вкладываем в расширение инфраструктуры, гостиница и баня помогут продлить сезон. Существуют осенние, зимние, весенние сплавы на байдарках, и мы уверены: они будут не менее востребованы, когда после сплава человек сможет хорошо попариться, вкусно поесть и комфортно поспать.
     — Про вкусно поесть — расскажите о полуфабрикатах под брендом «Ферма Тюниных».
     Ольга: Мы задумали лепить пельмени, чтобы не растерять команду поваров в тихий сезон. Затем стали делать колбасы, получили сертификацию, начали поставлять продукцию в мини-маркеты «Матрёшка». Мощностей уже не хватает, чтобы обеспечить полную заявку от магазинов. Сейчас в них уходит 600 тонн пельменей в месяц, столько же продаём в кафе.
     Дмитрий: Задачи нарастить продажи нет. Важно было представить нашу продукцию, чтобы люди знали, что есть такая «Ферма».

* – С веслом;** эфир «Нашествие туристов-2020: как калининградцы пережили туристическое лето
и сколько область зарабатывает на туристах» на Радио «Комсомольская правда в Калининграде»¹⁶⁺
*** – «Семейный клуб»

Софья Сараева
Фотографии Светланы Андрюхиной

Каша с козлятиной: секреты локальной кухни

Президент национальной ассоциации кулинаров России, бывший повар Кремля Виктор Беляев участвовал в «Форуме продвижения региональных особенностей гастрокультуры народов России 2020»¹⁶⁺. Любовь Антонова поговорила с ним о возможностях современного общепита

     — Думаю, что любое интервью с вами, Виктор Борисович, начинается с темы «бывший повар Кремля». Как вы к этому относитесь, не надоело ли?
     — Совершенно спокойно отношусь, потому что это всем интересно. Всегда говорю, что я повар, хотя поваром был с 1975 года, а в 2000 году уже генеральным директором комбината питания «Кремлёвский». Но я действительно повар, люблю эту профессию и до сих пор готовлю, сейчас для своих внучек.
     — Что такое «Национальная ассоциация кулинаров России»?
     — Ассоциация была создана ещё при Советском Союзе, в 1991 году, для того, чтобы объединить шеф-поваров, и молодых, и со стажем, объединить учебные заведения, выпускающие технологов, поваров, кондитеров, пекарей. Чтобы совершенствовать профессию, потому что мы всё-таки предвидели, что с распадом страны всё и распадётся. В 1992 году у нас были 54 региональные ассоциации, а к 1997 году осталось 12. И когда я пришёл после Кремля на эту должность в 2008 году, нам удалось восстановить ассоциацию до 48 членов в крупных городах страны.
     — В чём заключается основная деятельность ассоциации?
     — Во-первых, это обучение молодых поваров, повышение квалификации. Кулинария — это не математика, где дважды два — четыре, она совершенствуется. Во-вторых, мы проводим около 55 чемпионатов в год, 200 с лишним мастер-классов, ведём профориентацию среди детей-сирот, опекаем почти два десятка интернатов по всей России.
     — Вот кажется, ну что нужно повару? Нужен талант, хорошие продукты и любовь к готовке. Видимо, всё-таки учиться тоже нужно?
     — Учиться обязательно нужно! С распадом Союза поднялся железный занавес, и к нам прилетела иностранная кухня. Мы так обрадовались! Но кто к нам приехал? Суррогат иностранных шефов. В Москве, в Питере назовите хоть один ресторан, оставшийся с девяностых годов? Ни одного нет. Поэтому что кинулись на обёрточку золотую, на иностранную кухню, и забыли русскую национальную кухню. Вот сейчас мы делаем повтор, все мероприятия проводим под эгидой русской национальной кухни и национального продукта.
     — Что подразумевается сегодня под национальной кухней?
     — Конечно, русская кухня. В 2014 году, когда объявили контрсанкции, честно говоря, я обрадовался. Подумал: наконец-то будем сажать свой чеснок, а не китайский покупать. Но ещё с 2009 года мы внесли в обучение, мастер-классы и чемпионаты номинацию русской национальной кухни и кухни народов России, не обижая всю нашу многонациональную страну. И знаете, что получилось? Шесть лет проводим чемпионаты «Шеф а-ля рус». К нам приезжают ведущие шеф-повара мира. Оказалось, мы такой кладезь нашли!
     — Хорошо, русская кухня — это борщ, блины, пельмени, пироги. И всё?
     — Национальный колорит остаётся неизменным — и супы, и блины, и выпечка. Но ребята не просто пекут пироги и варят борщи, щи, рассольники, они это делают из своих, местных продуктов. Мы недавно были на Алтае, где я узнал две новые крупы, из них варили каши, добавляя сома, козлятину, травы, собранные где-то в горах. Это было просто удивительно. А уж как изумились иностранные шефы! То есть, национальная кухня представляет собой ту историю, которая складывалась годами, и её не надо забывать, плюс современная подача, технологии, сегодня существующие в мировой кулинарии.
     — Существует ли особенность калининградской кулинарии?
     — Велосипед мы не изобретаем. Есть общая русская кухня, но в каждом регионе своя «начинка». В Калининграде есть колорит балтийский, связанный с рыбой, и одновременно европейский, потому что здесь работают шефы из Эстонии, Литвы, Латвии.
     — Вы заговорили о рыбе. Калининград считается морским городом, но с рыбой, как говорят рестораторы, проблемы. Это везде так в рыбацких краях? Или у нас тут своя специфика?
     — К сожалению, везде так. Омываемся семью морями, океанами, а рыбы нет. Мы об этом ведём большой разговор. В Госдуме недавно поднимали этот вопрос, в Минпромторге. Потому что рыба в стране до сих пор является дефицитом. Вот я недавно прилетел из Иркутска, где водится северная рыба, — и осетровые, и омули, и другие виды в большом количестве. Раньше на Енисее, Ангаре, Лене, Оби работали артели, добывающие эту рыбу. Тогда ещё никаких рефрижераторов не было, но они её свежую привозили в Москву и Питер, в другие города. И куда-то всё подевалось, с рыбой везде плохо. Это задача государственная — вернуть рыбу. В Астрахани уже восстановлены около ста артелей по разведению осетрины в дельте Волги, к счастью, это удалось сделать. Я сам был в этих артелях и всё видел.
     — Что даёт ресторану локальный продукт?
     — Здесь русская матушка лень нас одолевает. Когда в Москву приезжают немцы и говорят: «Нам родители рассказывали, какие вкусные здесь русские блюда, а мы приезжаем, и нам рульку какую-то дают с не очень хорошим пивом», — это безобразие. Если хозяин или шеф ресторана годами сидит на одном меню, дальше дело не пойдёт. Надо эту стену пробивать.
     — Но вот смотрите, сейчас внезапно образовался большой туристический поток к нам, в Калининградскую область. И рестораторы видят, что туристу пойдёт и салат «Цезарь», и строганина из пеламиды. Зачем что-то ещё изобретать?
     — Нужно сообща работать. Потому что туроператор тоже должен работать с питанием, предлагать гастрономические туры или включать их элементы в существующие. Иначе получится, что турист, еда и общепит словно лебедь, рак и щука, — каждый потянет в свою сторону, и все проиграют.
     — А что сейчас в тренде? Помню, в начале нулевых взлетела японская кухня. Сейчас очень популярна кавказская. Что диктует интерес к национальным кухням?
     — Диктует, естественно, бизнес. У нас в Москве стала очень популярной узбекская кухня, азербайджанская, я в эти заведения не так часто заглядываю, но когда гости приезжают, обязательно веду. Считаю, это правильно, я за то, чтобы вся кухня присутствовала. Но вы посмотрите, во что превратились наши города? Везде суши, муши, пиццы. Какой француз или итальянец позволит себе такую вывеску? Никогда. А мы не гордимся своей кухней, и совершенно напрасно.
     — Как вы лично оцениваете блюдо? С вашим опытом, наверное, недостаточно сказать просто «вкусно» или «невкусно»?
     — На международных мероприятиях и чемпионатах существуют правила, и, естественно, там есть критерии. После каждого выступления команд мы делаем фитбэк, не только ругаем, но и хвалим. Конечно, 47 лет трудового стажа дают о себе знать, позволяют понять, что вкусно, а что нет. Подробнейшим образом расспрашиваю, когда солили, когда перчили. Это же наука!
     — Всё-таки спрошу вас, повара Кремля: тамошних обитателей надо как-то по-особому кормить?
     — Всегда говорил, что повар, где бы ни работал, — в столовой или в Кремле — должен готовить одинаково. Даже если продукт немного хуже, на то он и повар, чтобы сделать из него конфетку. Поэтому разницы нет. Мне просто по судьбе так повезло, что я кормил первых лиц нашего государства и лидеров иностранных государств. Это интересно, но и ответственность большая. Мы из них делаем богов, а они нормальные люди.
     — Виктор Борисович, вы участвуете в гастрономическом форуме в Калининграде. В чем ценность таких собраний? Что после них остаётся?
     — Очень хороший вопрос, я всегда его задаю поварам, участвующим в чемпионатах: «Вот вы приехали, получили медальку, поскакали по сцене, и на этом всё закончилось? Вернувшись домой, вы уже не можете работать плохо, вы должны совершенствоваться и идти дальше». Такие форумы просто необходимы, как минимум, для общения и передачи опыта.

Фотографии из архива героя

Улица гастроэнтузиастов

Как использование местных продуктов влияет на привлекательность города и может ли Калининград превратиться в гастрономическую витрину России, обсудили на «Форуме продвижения региональных особенностей гастрокультуры народов России 2020»¹⁶⁺

Как часто вы задумываетесь, что именно привлекает гостей города, помимо общеизвестных достопримечательностей и красивых пейзажей? О чём они будут дольше всего вспоминать, когда вернутся домой? Что подтолкнёт их приехать ещё раз? По данным Всемирной туристской организации при ООН, это — локальная гастрономия.
Уже не первый год Калининград становится центром притяжения для профессионалов и гастроэнтузиастов со всех точек России. Организаторам и 2020-й ковидный год удалось не сделать исключением. 27 августа на открытом воздухе в Зелёном театре Центрального парка культуры и отдыха прошёл всероссийский «Форум продвижения региональных особенностей гастрокультуры народов России 2020». Эксперты из десятка регионов страны поделились личным опытом того, как региональные особенности гастрокультуры могут выступать мощнейшим якорем привлечения постоянного потока гостей города в целом и конкретного заведения или окошка с уличной едой в частности.

«Дагестанская лавка»

Как часто вы задумываетесь, что именно привлекает гостей города, помимо
Собрание «анонимного клуба гастроэнтузиастов», как его сами прозвали участники, началось с приветственной речи Александра Исаева, основателя объединения Kaliningrad Street Food, которому принадлежит инициатива форума.

Александр Исаев, Kaliningrad Street Food; Леонид Гелибтерман, Международный эногастрономический центр

— Уличная еда в нашей стране — явление абсолютно привычное. Первое упоминание о ней уходит ещё к Ивану Грозному. Да, в Калининграде нет возможности вернуться к истокам, большинство из нас переселенцы на этой земле, чего не скажешь о других регионах России. Каждый год гости фестивалей задают один и тот же вопрос: «Что же необычного тут можно попробовать?» На первый план всегда выходят проекты, уделяющие особое внимание локальному продукту: начиная от булок и заканчивая вареньем из огурцов. Неудивительно, что первыми распродают продукцию именно вендеры, предлагающие гостям продукт, отражающий особенности региона, где его произвели. Яркий пример — дагестанские тонкие пироги чуду. Основатели проекта отдают за время фестиваля по 2500 штук. Тут соблюдены все условия: локальность (традиционное дагестанское блюдо), технология, упаковка. Перед нами стоит сложная задача транслировать региональные продукты в массы, соблюдая все требования нового, постковидного мира.

Галина Цесарская, Pacific Russia Food

Калининград – один из регионов, который в обозримом будущем может превратиться в гастрономическую витрину России

Продолжил тему изменившейся геополитической ситуации президент Международного эногастрономического центра Леонид Гелибтерман. По его мнению, мы живём в то время, когда создаётся всё больше новых центров мирового притяжения, меняющих отношение
к еде:
— Россию не воспринимают как центр притяжения кулинарных энтузиастов со всех концов света, мы — последнее белое гастрономическое пятно на мировой карте. Но определив чёткую стратегию для каждого региона, есть возможность создать магниты для туристов
в виде разнообразия еды. Стоит начать хотя бы с фокуса на внутреннем туризме. Наличие в регионе собственных кулинарных изысков может лишний раз повлиять на туриста в пользу выбора направления для путешествия. При этом важно уделять значительное внимание экологичности, аутентичности и, главное, безопасности продукции. Отличный пример — Испания, разработавшая и принявшая на государственном уровне документ, регламентирующий безопасность туриндустрии.

Расул Паркуев, «Дагестанская лавка»

Из-за географического положения Калининград — один из регионов, который в обозримом будущем может превратиться в гастрономическую витрину России, собирать энтузиастов со всех концов страны и способствовать глобализации локальных продуктов. Мир меняют только ненормальные и сумасшедшие. Поскольку у нас в стране процент подобных людей довольно высок, есть все шансы выстроить совершенно новое позиционирование и восприятие [локальных продуктов].
Озвученные тезисы относятся как к монопродуктам и небольшим брендам, так и к целому фестивалю. Создавая концепции, необходимо чётко подчеркнуть, какие ценности будет транслировать «продукт». На форуме выступили сразу несколько экспертов, которым удаётся создавать масштабируемые проекты.

Шоко-кебаб

Наличие в регионе собственных кулинарных изысков может лишний раз повлиять на туриста в пользу выбора направления для путешествия

Галина Цесарская — представитель Pacific Russia Food — рассказала о том, как их команда сменила привычный образ мидий как «сорнякового» продукта на модный локальный кулинарный изыск и построила вокруг этого целый фестиваль во Владивостоке. В 2016 году Pacific Russia Food подключили к проекту 12 рестораторов, разработавших меню с блюдами из мидий, благодаря чему удалось продлить «праздник мидий» на три недели. После появления фестиваля, построенного на одном локальном продукте, популярный во Владивостоке ресторан ZUMA выступил организатором собственного мероприятия — фестиваля дальневосточного гребешка "На гребне!«¹²⁺, объединяющего 52 ресторана и 15 регионов. По словам Галины, к 2019 году количество рестораторов-участников выросло вдвое, а килограммы съеденных мидий — практически втрое.
Проект «Дагестанская лавка» за пять лет вырос до сети из 12 заведений в Москве, Санкт-Петербурге и Сочи. Один из трёх сооснователей, Расул Паркуев, рассказал, как команда «Лавки» знакомит гостей со вкусом настоящего Дагестана. Их путь начался с фестивалей и приготовления одного продукта — чуду. Прямиком из Дагестана привозят кукурузную муку, мясо и травы. Ребята взяли на 49 лет в аренду не торговое помещение, а целую гору в Дагестане. Там расположена традиционная лавка, куда приглашают туристов, чтобы проникнуться историей горцев, попробовать и посмотреть на процесс приготовления курзе, хинкалов, сытных пирогов и других местных лакомств.

Судак от проекта «Сезон»

Примерами успешных кейсов также поделились: Иван Антропов, создатель трактира народной кухни «Тёплая речка» из Йошкар-Олы, позже представившего свои блюда гостям городского пикника в Калининграде; Денис Назаров, основатель сыроварни, где делают лучший сыр России*, — «ИзвестнАя» из города Миасс Челябинской области; Сергей Филатов — сооснователь авторской ремесленной пивоварни «Якорь» в Крыму. Шеф-повар и основатель проекта, специализирующегося на исследованиях исторической смоленской кухни, Наталья Космачёва поделилась опытом создания локального фестиваля и кейтерингового агентства, пропагандирующего «смоленщину».

Калитки

— Пришло время, когда локальный продукт стал действительно востребованным, но для того, чтобы он стал действительно глобальным, необходимо продвигать его на больших фестивалях, постоянно обмениваться опытом. Современный стрит-фуд и фестивали уличной еды — культурное явление, оно позволяет расширить границы представлений о разнообразии мировой кухни, познать локальный продукт и, разумеется, получить новые эмоции. Узнаваемость и лояльность к продукту на подобных ивентах увеличивается в геометрической прогрессии. Судите сами: за три дня Городского пикника в Калининграде продали 200 килограммов сыра, привезённого из Челябинска, и 2500 корейских пян-се, — подвёл итоги Kaliningrad Street Food⁶⁺ Александр Исаев.
В завершение форума члены жюри в четвёртый раз в Калининграде определили лучший стрит-фуд проект России из 32 конкурсантов. Победителя European Street Food Awards Russia выбирали Леонид Гелибтерман, основатель школы гастрономического бизнеса «Местная еда» Анастасия Колесникова и заместитель главного редактора в IZ.RU¹⁶⁺, в прошлом заместитель главреда Lenta.Ru¹⁶⁺ Александр Сидоров. По традиции, победитель представляет нашу страну на международном фестивале уличной еды в Мальмё (Швеция), но в этом году из-за закрытых границ этого не случилось.

По традиции, победитель представляет нашу страну на международном фестивале уличной еды в Мальмё (Швеция), но в этом году из-за закрытых границ этого не случилось

Третье место разделили проект ресторанной сети из Улан-Удэ, представивший качественный, простой и честный монопродукт — буузы «Орда», «Залесье» с традиционной немецкой уличной едой — капуста, томящаяся на протяжении шести часов, ароматный пряный соус на основе горчицы, качественная нюрнбергская колбаска и «Сезон» — локальный вариант классического прочтения «фиш энд чипс»: судак в пивном кляре, картофельные дольки, свежий огурец, дольки лимона и соус тар-тар.
Второе место у «Кукси Moon» с «адскими крылышками» и «Дагестанской лавки» с чуду.

Александр Исаев, Леонид Гелибтерман и победитель European Street Food Awards Russia Александр Быков

Первое место, спустя четыре года, вернулось к первому победителю European Street Food Awards Russia, которому в 2017 году удалось получить золото в Берлине за лучший снек, — «Быков Бар». В этом году Александр Быков предложил гостям карельские открытые пирожки калитки из ржаного пресного теста с разными начинками.

* По версии главной отраслевой премии «Сыр России», Упомянутые напитки являются безалкогольными

Алиса Кокая
Фотографии Владимира Черняховского

Золото пока блестит

Интерес к этому инструменту фондового рынка на фоне пандемии и грядущих президентских выборов в США объясняет международный эксперт в области личного финансового планирования Илья Зинин

— После начала пандемии золото стало наиболее привлекательным инструментом для инвесторов. Почему? От чего в принципе зависит цена на золото, были какие-то нюансы в связи с коронавирусом?
— Золото уже давно считается защитным активом во время кризисов и потрясений на фондовом рынке. И российский Центробанк закупал золото в свои резервы. Про то, что будет кризис, кстати, говорили ещё с 2018 года, и вот он наступил. Повлияло и то, что Федеральная резервная система США стала снижать ключевые ставки: когда ВОЗ объявила о начале пандемии, ФРС опустила их почти до нуля. Это автоматически поднимает доходы, поскольку летом в принципе невыгодно держать деньги в облигациях и на каких-то сберегательных счетах — доходность практически нулевая. Естественно, драгоценные металлы из-за этого растут. Плюс, опять же, ослабление доллара — ставки снижаются, индекс американской валюты недавно пробил свои многолетние минимумы. Есть тенденция постепенной девальвации доллара, а золото в принципе идёт ему в противовес. Поэтому инвесторы уходят от риска. Если сейчас доллар продолжит своё падение, рост золота очевиден.

— То есть вы считаете, что это ещё не предел? Золото недавно превышало свои исторические максимумы. Сейчас выгодно вкладывать в этот инструмент? Или можно сравнить с ситуацией, когда цена доллара подскакивает до ста рублей, и все сразу бегут в обменные пункты?
— Сказать однозначно сложно. С точки зрения каких-то спекуляций и быстрого заработка, конечно, сразу бежать не надо. Потому что, опять же, некая трендовость идёт, и кто-то, скажем, упустил момент для входа. Нужно было делать это заранее. С другой стороны, для долгосрочных инвесторов золото всегда нужно иметь в портфеле. Вопрос только в его доле. С точки зрения каких-то спекуляций и быстрого заработка уже не стоит покупать золото, есть вероятность того, что будет какая-то коррекция. Но с точки зрения долгосрочной перспективы я считаю, что не только золото, но и другие драгоценные металлы нужно добавлять в свои портфели, потому что есть вероятность, что следующий цикл будет за товарами.

— Раз уж мы заговорили о пиковых значениях. Предыдущие были зафиксированы летом 2011 года. Правда, тогда чуть поменьше стоила тройская унция. Напомните, с чем связан такой рост?
— По сути, причина была та же самая. Федеральная резервная система стала снижать ставки, и у всех наступило интонационное ожидание. Стали покупать инфляционный сегмент: фондовые рынки вообще-то всегда заранее реагируют и смотрят в будущее. Почему в 2012 году золото стало снижаться? Потому что инвесторы боялись инфляции, потому что печаталось много денег, но по факту инфляции не произошло, и цена на золото стала падать. Многие учёные и финансовые профессора сейчас указывают на то, что по отношению к инфляции золото перекуплено. Это было в 2011 году, 1970-х, соответственно, можно ожидать падения. Но в те времена не было напечатано столько денег. Ситуация двузначная — с одной стороны, золото как бы перекуплено, потому что инфляция не растёт; с другой стороны, таких беспрецедентных мер не было абсолютно. Никогда Федеральная резервная система столько денег не печатала. И как это отразится в будущем, никто не знает. Инфляция может сильно вырасти, золото тоже будет расти.

— Какие цели должен преследовать инвестор, чтобы вкладывать в золото?
— Я уже говорил, что золото — это инструмент для большей стабилизации портфеля, само по себе оно прирост к капиталу не даёт. Здесь есть только баланс спроса и предложения. Во время кризисных ситуаций золото растёт в цене, и цена на защитные активы тоже растёт. С точки зрения долгосрочной перспективы, безусловно, надо держать его в своем портфеле. А краткосрочные спекуляции я бы не советовал. Если, повторю, ориентироваться на долгосрочную перспективу, золото должно быть в портфеле как инструмент некой стабилизации, чтобы портфель во время кризисов не сильно проседал.

— Золото потеряло в цене сразу после того, как стало известно о создании в России вакцины от коронавируса. Вы можете это как-то объяснить?
— Инвесторы увидели, что вакцина есть, что скоро все ограничения снимут, экономика начнёт работать. Они смотрят в будущее и распродают такие защитные активы, как золото, тем более, если оно выросло в цене. Фиксируют прибыль и обращают внимание на рынок акций. Возможно, это и поспособствовало снижению котировок золота после появления информации о российской вакцине.

Илья Зинин

Независимый финансовый советник, сертифицированный международный эксперт в области личного финансового планирования
Член Ассоциации Независимых Финансовых Консультантов
Квалифицированный инвестор

— Какие ещё события могут повлиять на котировки золота? Например, вторая волна коронавируса или президентские выборы в США?
— Нужно следить за динамикой и балансом Федеральной резервной системы. В середине августа вышел протокол заседания, где председатель ФРС Джером Пауэлл намекнул, что в плане денежно-кредитной политики не планируется печатать деньги в таких объёмах. Доллар начал укрепляться, а золото скорректировалось вниз. И все остальные драгоценные металлы тоже. Потом вышла статистика по безработице. Ожидали 925 тысяч заявок, а по факту было около 1,1 миллиона. Инвесторы стали ждать дополнительных стимулирующих мер, а цена на золото снова начала расти. Если печатать много денег, доллар в принципе будет слабеть, а драгоценные металлы на его фоне — расти. Кроме того, нужно следить за валютными парами. Сейчас мы видели тенденцию, что евро к доллару укреплялся, да и корзина из основных валют укреплялась [к доллару]. Если тенденция продолжится, золото будет расти. Ну и, конечно, политическая ситуация. Инвесторы предпочтут уйти в защитные активы, если сохранится напряжённость между США и Китаем.

— Что выгодно инвесторам, которые имеют в своём портфеле большую долю золота — победа на президентских выборах в США* Дональда Трампа или Джо Байдена?
— Мне сложно ответить. Если Трамп выиграет, продолжится смягчение денежно-кредитной политики и плавная девальвация. Трамп сам говорил, что требует смягчения доллара. Байден, скорее, сторонник сильного доллара. А если доллар будет расти, драгоценные металлы начнут корректироваться, будет расти доходность государственных облигаций, и инвесторы выберут этот инструмент вместо золота.

— Если абстрагироваться от золота, какие ещё металлы выгодны?
— Есть процентная доля драгоценных металлов — это палладий и платина, у них очень хорошие перспективы. По поводу серебра сложно сказать — на него влияет очень много факторов. Если золото будет расти, то и платина, и палладий, и, скорее всего, серебро тоже прибавят в цене.

* Президентские выборы в США запланированы на 3 ноября этого года. Главными кандидатами на пост главы государства являются действующий президент Дональд Трамп от Республиканской партии
и бывший вице-президент кабинета Барака Обамы Джо Байден –
от демократов

Антон Хоменко
Фотография из архива героя

ГЕННЕтический код

О болевых точках в архитектуре Калининграда, смене поколений и взглядов на дизайн рассказывает руководитель «Архитектурной мастерской Генне» Татьяна Генне

— Фамилия Генне — это бренд. Как вы зарабатывали свою репутацию?
— Я всегда самостоятельно развивала собственное дело — архитектурная мастерская успешно функционирует уже двадцать лет. Об определённом успехе говорит востребованность проектов за пределами родного города и безостановочный рабочий процесс в сложный период пандемии. Есть предложения поработать за пределами России, но, по понятным причинам, процесс пока приостановлен.

— Ваш старший сын продолжает династию архитекторов. Видите его своим компаньоном?
— Про династию говорить пока рано. Нас двое: я и мой старший сын Матвей, младший сын Савва выбрал другую профессию. В прошлом году Матвей окончил Московский архитектурный институт и получил возможность стажировки в проектном бюро в Амстердаме. В этом году он стал студентом магистратуры Каталонского политехнического университета в Барселоне. У сына есть все шансы приобрести колоссальный мировой опыт, чему я невероятно рада
и отпускаю его в свободное плавание для самореализации в профессии.
Если ты впускаешь в свою жизнь архитектуру и выбираешь этот профессиональный путь, она полностью поглощает. Ты постоянно включён в творческий процесс. Восприятие мира происходит уже через призму архитектуры. Стираются грани между работой, хобби и отдыхом.

     — В одном из интервью вы рассуждали о стереотипах, что женщина-архитектор — либо компаньон мужчины-архитектора, либо его муза, но в обоих случаях идеи генерирует мужчина. Вы доказали своё право на лидерство в профессии?
     — Это было мнение архитектора Сергея Скуратова. Его высказывание о жене-музе, на мой взгляд, полностью отвечает стереотипному представлению, достаточно устойчивому в России. Направление дизайна интерьера на сегодня, пожалуй, одна из самых успешных историй для женщины-архитектора и дизайнера в нашей стране. Конечно, немного настораживает, что вместе с поголовным допуском к этой деятельности рынок дизайнеров интерьера в Калининграде перенасыщен. Есть ощущение, что на каждую семью приходится по дизайнеру. Но в то же время опыт, профессионализм, умение работать с заказчиком, владение стилистическими направлениями у всех разное, что, естественно, даёт возможность выбора специалиста на любой вкус. В своём ремесле я никому ничего не доказываю, просто занимаюсь любимым делом, от результатов которого получаю невероятное удовольствие.
     Истинное понимание профессии архитектора пришло ко мне уже после выпуска из академии (в 1996 году Татьяна окончила БГПА в Минске по специальности «Архитектура». — Ред.). Ещё до поступления в академию во мне горел юношеский максимализм, была идея восстановить довоенные постройки города, в котором родилась. На тот момент в Калининграде и области ещё сохранилось множество исторически привлекательных локаций, но это всё так и осталось там, в девяностых. Хотя мне до сих пор очень грустно проезжать мимо заброшенных особняков по улице Тельмана или по улице Фрунзе, глядя на то, во что превратили здание бывшей немецкой аптеки, точнее то, что от него осталось.
     В данный момент я с партнёрами разрабатываю проект реконструкции старого немецкого дачного домика на Балтийском побережье. Мне в очередной раз повезло с заказчиками, с которыми у нас совпадают стремления максимально сохранить аутентичность здания, тонко и деликатно совместить современную и довоенную части дома.

— Современные решения могут помочь?
— Современные решения должны быть в обязательном порядке, мир не стоит на месте, всё развивается стремительно: и технологии, и архитектурные решения. Но, к сожалению, тех, кто бережно относится к историческому наследию, единицы. Историк моды, легендарный Александр Васильев постоянно занимается реставрацией своего дома в Зеленоградске, так как он точно понимает действительную ценность сопричастности к культурному наследию и генетическому коду местности. Конечно, гораздо проще заменить всё на пластик, сбить остатки декора на фасаде, нежели кропотливо реставрировать деревянные окна, резьбу на дверях и восстанавливать лепнину и барельефы. Правда, приезжая в Европу и гуляя по уютным улочкам старых городов, мы восторгаемся местной архитектурой, до конца не осознавая, что в наших руках когда-то тоже было историческое наследие.

— Часто вносите коррективы в момент согласования плана с клиентом?
— Всегда говорю заказчикам: лучше мы потратим больше времени на «бумагу», рассматривая различные варианты, чем будем вносить изменения и «перекраивать» что-то в процессе реализации. Хотя коррективы в процессе работы всё же происходят для достижения более функционального или эстетически совершенного результата. Каждый раз, завершая проект, пытаюсь оглянуться, спрашивая себя: не повторяюсь ли я? Такой самоконтроль помогает избежать тиражирования.

— Насколько комфортен наш дом, показала самоизоляция. Стали популярны ландшафтный дизайн, адаптация рабочего места под удалёнку. С какими заявками столкнулись?
— Когда внезапно началась история с пандемией, возрос спрос на проектирование частных домов с прилегающей территорией. Вновь стали актуальны таунхаусы и — вариант для городских жителей — квартиры с большими террасами или эксплуатируемыми кровлями. Бассейн на крыше или терраса с уличными растениями — безусловный бонус многоквартирных домов, не только загородных.
Ещё одна тенденция, практикуемая в Америке и Европе, — дома в одном уровне. Достаточно выгодная инвестиция с точки зрения комфорта, но требующая достаточно большой площади участка для её воплощения.
Наличие личного пространства в пределах собственного дома — базовое условие вне всяких ситуаций. Какими бы близкими и тёплыми ни были отношения между членами семьи, всегда наступает момент, когда каждому из домочадцев требуется уединение. Что в приоритете: занятия спортом, музыкой или творческий процесс? И, напротив, какие вещи объединяют: настольные игры, просмотр фильмов или совместные обеды и ужины? Определённого алгоритма нет, всё очень индивидуально и зависит от увлечений и образа жизни заказчиков.

     — Есть ли спрос на технологии «умного дома»?
     — Полностью укомплектовать дом этой системой не все могут себе позволить, но выборочные опции — частый запрос. Система «умный дом» ассоциируется с такими понятиями, как комфорт, релакс и роскошь. По дороге домой вы можете составить и подготовить для себя СПА-программу или другие бытовые процессы.
На фабрике одного из итальянских производителей очень запомнился выставочный образец винной комнаты, оснащённый современными технологиями температурного, светового и цветового режима, который к тому же предлагал дополнительную функцию поиска определённого объекта. Все экземпляры винной комнаты были внесены в электронную систему, таким образом, при желании нужная бутылка высвечивается на своей полке в своей ячейке. Идея очень эффектная, я держу её в голове. Возможно, кто-то из калининградских рестораторов, отельеров или владельцев частных коллекций напитков захочет разместить у себя подобную опцию.
     Технологии «умного дома» можно использовать в качестве моделирования и трансформации жилого пространства. Такие примеры повсеместно встречаются в европейских домах нового поколения. Одним прикосновением раздвигаются перегородки, и ваши гостиная, кухня и холл превращаются в зал для торжественных вечеров и мероприятий. Пока не все россияне готовы к этому ни финансово, ни ментально, но нужно отметить, что за последнее десятилетие пришло молодое поколение состоятельных предпринимателей, достаточно амбициозных и готовых к любым интересным экспериментам. Одним из первых ярких примеров можно назвать дом в футуристическом стиле, который спроектировала в 2012 году для бизнесмена Владислава Доронина настоящая легенда архитектуры Заха Хадид. А через три года она же сделала по его заказу проект бизнес-центра в неповторимой авторской стилистике.

— Футуризм в архитектуре будет доминировать?
— Он уже доминирует в мире и уверенно приходит в Россию. Но этим направлением невозможно заниматься без наличия таланта. Можно с трудом представить, какой резонанс в своё время привнёс Антонио Гауди, если его произведения будоражат умы, восхищают и вдохновляют до сих пор. В наше время столь же потрясающим является творчество Захи Хадид, первой женщины-архитектора, получившей Притцкеровскую премию. Несмотря на долгий период проектирования «в стол», в силу своего характера и упорства она всё-таки получила мировое признание после сорока лет. Её проекты до сих пор реализуются, ведь многие работы не были завершены в связи с уходом из жизни.

— А у вас бывают проекты «в стол»?
— У каждого практикующего архитектора есть проекты «в стол», и не один. Я не исключение. Один из нереализованных проектов — реновация продуктового рынка в Калининграде. Заказчик посчитал проект слишком дорогостоящим и не проявил смелости осуществить его, хотя были все условия выполнить работу в короткие сроки.

     — В 2014 году вы прошли программу повышения квалификации HoReCa Design. Какое место уделяют дизайну калининградские рестораторы?
     — В России в ресторанном бизнесе на интерьер часто делают ставки, но изначально ресторатор и дизайнер должны говорить на одном языке, чтобы найти и понять концепт, общее видение заведения. Ведь конечная цель сотрудничества — это создание максимально комфортных условий и для гостей, и для персонала.
     Нужно уловить и выстроить баланс между кухней и атмосферой, выстроить весь процесс таким образом, чтобы гости захотели сюда возвращаться. Найти какие-то особенные, характерные только для этого заведения акценты и предложения. Всё то, что работает на имидж заведения, будь то банальная мелочь, как, например, крем для рук в туалетной комнате.

Люблю экспериментировать, всегда интригующе делать что-то новое, чего никогда ещё не пробовала

     — В 2011 году вы ездили в Нью-Йорк. Расскажите об этой поездке.
     — Мне поступило предложение пройти программу по повышению квалификации в Нью-Йорке. Конечно, я не могла упустить возможность побывать в Америке и увидеть своими глазами те знаковые объекты, которые были на иллюстрациях к лекциям по истории современной архитектуры.
     Наиболее впечатляющим было посещение архитектурных бюро и компаний, занимающихся проектированием небоскрёбов по всему миру. Яркие впечатления остались от общения с коллегами. Тогда, девять лет назад, было ощущение, что люди живут обособленно, находясь в контакте друг с другом. Некая невидимая оболочка, которая экономит энергетический ресурс и позволяет жить в собственном мире, на своей волне. Ритм Нью-Йорка такой же, как в Москве. Калининград — абсолютный курорт, где стрелки часов никуда не спешат.

— Как вам формат иностранных библиотек, где есть лаунж-зоны?
— Европейские и азиатские современные библиотеки поражают своим размахом, функционалом и дизайнерскими решениями, а главное — отношением к чтению литературы как к отдыху. Возможно, реализация подобного проекта была бы интересным опытом. Думаю, необходима коммерческая составляющая, дополнительные направления для привлечения аудитории. Например, библиотека плюс кафе и книжный магазин. Библиотека должна жить полной жизнью, а не выполнять унылую роль архива.

— Были предложения по театральным инсталляциям или витринам магазинов?
— О театре можно мечтать. Люблю экспериментировать, всегда интригующе делать что-то новое, чего никогда ещё не пробовала. Что касается магазинов, были такие варианты, один из проектов — магазин шоколада ручной работы. Помещение отличалось компактностью, и в этом случае витрина играла не последнюю роль. Благодаря продуманной двух-уровневой планировке место нашлось и для кухни, и для продажи, и для мастер-класса с дегустацией и шоколадным фонтанчиком. В таком виде сам магазин уже является не только торговой точкой, но и точкой притяжения покупателя.

— Вы работали над стилизацией ЖК «Площадь искусств» в Калининграде. Использовали граффити в подъездах с написанием пушкинских строк и так далее. Это уже реализованный проект?
— Строительство жилого комплекса ещё не завершено. Меня пригласили разработать дизайн-историю мест общего пользования с отражением в ней самого названия комплекса «Площадь Искусств». Искусство имеет большое количество жанров, отсюда и родилась идея связать место проживания с яркими представителями литературы, живописи, архитектуры, музыки, балета, театра и так далее. Ассоциативное восприятие места жительства упрощает и помогает ориентироваться на «Площади Искусств».

— Что вас привлекает в интерьерных выставках?
— В первую очередь, отслеживание трендов и направлений в мире дизайна и архитектуры, которые постоянно движутся вперёд. Хочется понимать, видеть и ощущать тактильно представляемые новинки каждого нового сезона. Сама атмосфера на выставках наполнена творческой энергией и бурлит яркими, иногда очень неожиданными идеями. Для своих проектов я не раз находила определённые экспонаты — ту самую вещь, без которой не сложится мой проект, или, наоборот, с которой начнётся будущий.

Ангелина Анишина
Фотографии Светланы Андрюхиной
Стиль, постановка съёмки: Ангелина Анишина
Макияж: Анна Никулина
Укладка: Татьяна Хусанова
Наряды: Louvery и Vitali Glotov
Локации: ILLUZIA и отель Schloss
Благодарим Дениса Алентиева за предоставление арт-пространства для съемки