Архив рубрики: Без рубрики

«Писать музыку и стихи нужно и после Освенцима, и после Чернобыля»

Контеккст

Вера Таривердиева рассказала в интервью Александре Артамоновой о взаимном притяжении талантливых людей, удивительной иронии судьбы и о том, что думает о так называемой «германизации»

     — Вера Гориславовна, в этом году Международному конкурсу органистов имени Микаэла Таривердиева 6+ исполняется двадцать лет. Конкурс сопровождает фестиваль «Орган+» 6+, его открывает проект «Из жизни планет» 6+ Олега Нестерова и группы «Мегаполис», посвященный неснятым советским фильмам шестидесятых. Мне посчастливилось несколько лет назад побывать на этом концерте в Москве, в Каунасе, в Янтарном. И, кажется, Кафедральный собор может стать тем самым идеальным местом, где объединятся разные культурные коды. Расскажите, как появилась идея открыть этим концертом юбилейный фестиваль?
     — Я всегда старалась делать то, что до меня не делал никто, по крайней мере, здесь. В свое время я соединила живопись с музыкой в рамках проекта «Выставка одной картины» 6+ (совместно с Третьяковской галереей. — Ред.), соединила орган с балалайкой и оркестром народных инструментов, орган — с японскими инструментами, дудук — с органом. Помню, как предложила ныне покойному легендарному органисту Жану Гийю — а ему, заметьте, на тот момент было 85 лет — исполнить «Картинки с выставки» Мусоргского вместе с оркестром народных инструментов. Он это делал впервые, и это было открытие нашего девятого конкурса органистов. Вот это мне интересно. Хотя, конечно, Баха, Бетховена, Таривердиева можно исполнять по-разному: делать монографические концерты и так далее. Но для меня самое главное в искусстве — это сыграть так, как никто до тебя не играл. И я, когда говорю об этом, имею в виду не технику, а произнесение. Для Олега Нестерова это необычный опыт: впервые он исполняет программу «Из жизни планет» с органом.

     — Исполнитель всегда готов к таким экспериментам?
     — А я выбираю только тех, кто в восторг от этого приходит, кому интересно и не страшно. С Олегом Нестеровым вообще необычная история получилась. Мне поступали предложения от калининградских рок-музыкантов сделать какое-то необычное концертное выступление с органом, я их рассматривала и примерно в этот же момент собиралась в Лондон: наши издатели Стивен Коутс и Пол Хартфилд устраивали череду разных музыкальных событий, посвященных Таривердиеву. Кстати, история моего знакомства с издателем тоже интересна: в свое время Стивену в Москве совершенно случайно передали диск Микаэла Леоновича. Стивен был на Московском кинофестивале, сидел в ресторане, услышал музыку и стал всех расспрашивать, что это и откуда. И, повторюсь, какая-то женщина дала ему диск. Потом Стивен нашел меня, написал письмо, с тех пор мы сотрудничаем: семь виниловых пластинок, диски, концерты в Лондоне. Ну вот, я лечу, мне говорят, что Олег Нестеров выступает там, в Пушкинском доме, я должна с ним познакомиться, меня встречает издатель и говорит то же самое. И мы на самом деле встречаемся с Олегом после всех концертов и событий, долго разговариваем, и кроме всего прочего оказывается, что той самой девушкой, которая когда-то передала диск Стивену, была жена Олега. Знаете, такие люди как будто сами плывут в руки, с ними сводит судьба. И это касается не только «Мегаполиса», но и призеров нашего конкурса, а их за все годы сколько было — если считать по первым трем местам, то тридцать за десять лет, не считая дипломантов. Так вот, кто-то из них исчезает из твоей жизни, а кто-то остается в ней навсегда.

     — Например?
     — Есть прекрасная история. Лауреат нашего первого конкурса, нидерландский органист Жан-Пьер Стайверс познакомился с японской органисткой Хироко Иноуэ — она заняла на IV конкурсе молодых органистов имени Микаэла Таривердиева третье место. Музыканты полюбили друг друга. Как вы знаете, Хироко стала органисткой и солисткой Калининградской филармонии, переехала в Калининград. У них с Пьером родился ребенок — замечательный мальчик Таро. И вот он повзрослел, ему пора в школу. Единственная японская школа есть в Москве. И Хироко-сан, Таро-чан и залетающий к ним почетный голландец Жан-Пьер Стайверс поселились рядом с этой школой. В Москве. На улице Строителей. По иронии судьбы. По вечной нашей иронии судьбы.

     — Да, это то самое прекрасное кружево, которое плетет жизнь, и нам остается только восхищаться и удивляться ее узорам. Скажите, пожалуйста, чем для вас важен проект «Из жизни планет»? Вы же не относитесь к нему, как к чему-то ностальгическому? И о каких фильмах, которые могли бы быть сняты, но этого не произошло, вы жалеете?
     — Я уверена: настоящее и подлинное искусство не устаревает. Смотрите, Бах был забыт и безызвестен сто лет, его открыли заново, и сейчас современные дети слушают его впервые, не зная о том, какого времени эта музыка: современная она или нет — им это неважно. У меня есть фотографии с одного концерта, на который Марина Васильева (издатель медиагруппы «Западная пресса». — Ред.) привела своего внука. Он слушал с изумленными к настоящего искусства — это всегда поиск, всегда открытие и всегда диалог между временем и пространством. Как раз такой диалог и ведет Олег Нестеров. То, что он делает, — это не попса, не КиВиН, который так любят в Калининграде. Знаете, в прошлом году в Лондоне, в Барбикане, мы показывали фильм Михаила Калика "До свидания, мальчики«12+: зал был полон, в нем сидели англичане — и совсем юные, и в возрасте. Они плакали, не скрывая слез. Это лишний раз подтверждает, что для искусства не существует временных и прочих границ. Если говорить о том, кому это адресовано… Знаете, это точно адресовано не тем, кто ностальгирует по шестидесятым годам. Это адресовано великому кинематографу, его взлетам и падениям, признанию и забвению. Тем поколением режиссеров и музыкантов — я говорю не только об отечественном кинематографе того времени, но и мировом — было сделано столько, и столько не осуществлено по разным причинам… Но в любом неосуществленном есть предопределенность. Вот Таривердиев написал свой «Реквием», отнес его в Театр Ермоловой, мы улетели в Сочи, и оттуда он уже не вернулся. Я верю в прописанность всего. И одна из важных интонаций Олега Нестерова — это вот такое отношение, понимание этой прописанности. Да, те режиссеры не сняли свои фильмы, но они заложили то, что позволило Олегу Нестерову создать программу «Из жизни планет», напоминающую обо всем этом.

Контеккст

Портрет собора кисти заслуженного художника России Нателлы Тоидзе

     — В этом году вы представляете удивительную программу «Сюита в старинном стиле» 6+. Прозвучат произведения пяти современных композиторов, часть которых была написана специально для органа Кафедрального собора. Из пяти композиций в программе — три мировые премьеры. Одна из них — «Фантазия для органа и голосов погибших органов» лауреата конкурса Франца Данкзангмюллера. Расскажите, пожалуйста, о том, как создавалась эта программа, как проходила ваша коммуникация с музыкантами и композиторами и как появилось произведение Франца?
     — В этом году исполняется 75 лет со дня бомбардировки Кенигсберга и острова Кнайпхоф, в ходе которой, как вы знаете, выстоял только наш собор. Мы решили почтить память жертв, память города и в этот день, 30 августа, открыли фестиваль «Территория мира — территория музыки» 6+. «Город не виноват!» — этой строчкой стихотворения Джеммы Фирсовой, которая вместе со своим отцом, генералом Сергеем Фирсовым прошла дорогами Великой Отечественной войны и вошла в Кенигсберг десятилетней девочкой, мы обозначили все события, которые произошли в этот день на острове Канта и в Кафедральном соборе. Выступления знаменитого трубача Владислава Лаврика и звездного ансамбля «Брасс-солисты Москвы». Портрет собора, созданный заслуженным художником России Нателлой Тоидзе. Концерт британского пианиста Джорджа Харлионо с уникальной программой и даже мировой премьерой «Пламенной сонаты» Михаила Аркадьева. Это все доказывает, что музыка — территория мира.
     Что касается программы, то да, это три мировые премьеры, посвященные нашему органу, написанные по моей просьбе. С Францем Данкзангмюллером мы познакомились в Гамбурге, где я часто бываю: там проходит первый тур нашего конкурса. Это очень известный органист и композитор, профессор Hochschule в Любеке, он собирает голоса разных органов, которые где-то погибают и от которых избавляются. Вот их голоса он и записывает. Нам показалось, что это прекрасная идея, которая может стать посвящением и органу собора, уничтоженному во время бомбардировки в ночь с 29 на 30 августа. В настоящем искусстве всегда есть место трагедии и драме, без трагического просто нет искусства. Надеюсь, что люди приходят на концерты в собор за глубокими катарсическими переживаниями.

     — Это, если обращаться к сегодняшней культурной ситуации в Калининграде, кажется довольно смелым поступком. Многие опасаются так называемых борцов с «германизацией».
     — Да, я знаю об этом. И хочу сказать, что я — человек свободный, поэтому буду делать здесь то, что считаю уместным. И если кто-то попробует обвинить меня в этой «германизации», то я со своим немцем Бахом, со своим армянином Таривердиевым просто уйду. Вы видите во всем «германизацию»? Тогда откажитесь от Канта: что же вы собираетесь праздновать его трехсотлетие? Хотя, есть и те, что его краской обливают.

Контеккст

Открытие фестиваля «Территория мира – территория музыки»

я – человек свободный, поэтому буду делать здесь то, что считаю уместным. И если кто-то попробует обвинить меня в этой «германизации», то я со своим немцем Бахом, со своим армянином Таривердиевым просто уйду

     — Если продолжать говорить о необратимых и травматических эпизодах и мировой, и отечественной истории, то, конечно, все мы знаем случаи, когда композиторы и музыканты реагировали на них и появлялись разные произведения, обращающиеся к «нечеловеческому опыту». Среди них, конечно, и Симфония для органа «Чернобыль» Микаэла Таривердиева. В Калининграде финалистам конкурса кроме свободной концертной программы предстояло исполнить одну из частей этой симфонии. Расскажите, пожалуйста, об этом вашем зрительском и профессиональном опыте.
     — Эта традиция была заложена с самого первого конкурса, когда членом жюри был Гарри Гродберг, первый исполнитель этой симфонии. Именно он создал формат конкурсной программы, в которой исполнение этого произведения, музыки убойной силы, — обязательно. Мы с Микаэлом Леоновичем были в Чернобыле в сентябре 1986 года, многое видели своими глазами, и когда после исполнения в артистическую пришли люди (как это бывает принято: они заходят, разговаривают, делятся впечатлениями), то среди них были ликвидаторы чернобыльской аварии. Они сказали, что, только услышав эту музыку, наконец поняли, где они были и чему стали свидетелями. Эта оценка говорит обо всем и дорогого стоит. Для меня эта симфония — полет над бездной, погружение в бесконечность и соприкосновение с ней.
     Самым потрясающим — я помню этот момент очень четко, словно это было вчера, — стало для меня выступление Жан-Пьера Стайверса. Да, когда играет Гродберг, — все понятно, он мастер, он с чем-то соглашается, а с чем-то нет. Но когда ты слышишь, как человек играет «Чернобыль», не зная о том, что играет, — это поразительно. Тогда я ноты посылала Стайверсу по факсу, не было толком электронной почты, и он не получил титульный лист. Но как он прочувствовал эту музыку, как поразительно ее исполнил! Я никогда это не забуду. Среди наших лауреатов есть удивительные интерпретаторы музыки Таривердиева, но именно Стайверс был первым.

     — Как вам кажется, насколько сейчас для зрителей и для современного культурного пространства важно обращение не только к классике, но и к культурным и историческим пластам прошедших десятилетий? Времени сбывшихся и несбывшихся надежд; времени, которое наступило после Второй мировой войны или Чернобыля? Чему искусство может научиться у того времени? И чему мы можем научиться у музыки (и кино, и, конечно, у тех людей, которые их создавали), повествующей об этом, сейчас?
     — Все знают известную фразу Адорно: «Можно ли писать стихи после Освенцима?» «А после Чернобыля?» — добавлю я. И отвечу, что после Освенцима, после Чернобыля, после любой страшной войны можно и нужно писать стихи, сочинять музыку. Потому что искусство может научить тебя снова быть человеком, а не животным. Как пережить все это горе? Только вырвав его из себя, заплатив своей душой, написав стихи и музыку своей кровью. И это не то, что может быть, а то, что только и должно быть.

Территория свободы

Гастроли

Художественный руководитель театра «Модерн» Юрий Грымов в преддверии гастролей в Калининграде рассказал об универсальном понятии счастья, работе со зрителями и зачем ему зрительский дресс-код

     — На гастролях в Калининграде театр «Модерн» дает спектакли «Ничего, что я Чехов?» 18+ и «Матрешки на округлости Земли» 16+. Почему вы выбрали именно эти постановки из вашего репертуара?
     — Я совсем недавно был в Калининграде — он мне нравится, мне там уютно, и я понимаю его миропорядок. У меня в Калининграде даже есть друг — капитан барка «Крузенштерн» Михаил Новиков. Когда существует симпатия к людям и к городу, ответственность выше. Я решил выбрать что-то элегантное, чувственное, трогательное. Под эти определения подпадают «Ничего, что я Чехов?» и «Матрешки на округлости Земли» — два самых ярких наших спектакля.

     — «Матрешки на округлости Земли» — это лирическая комедия о женщинах…
     — Это скорее трагикомедия с элементами иронии. Все по-разному трактуют слово «комедия» — я ненавижу ту форму, что называется «поржать». Гарантирую, что на этом спектакле вы улыбнетесь, усмехнетесь, расчувствуетесь и немного поплачете, но это будут слезы любви, а не горя. Вы вспомните себя, своих близких и любовь. «Матрешки на округлости Земли» — один из наших хитовых спектаклей, его хорошо принимает широкая аудитория любого возраста. Часто вижу в зале восемнадцатилетних девушек и дам постарше, и все они в восторге.

     — Спектакли о женщинах довольно популярны у публики, требует ли эта тема интерпретации в связи со сменой настроений в обществе относительно роли женщины?
     — Мы такие же, как были, и мы все очень похожи. Даже понятие счастья у нас одинаковое, поверьте. Когда начинаются разговоры о том, что оно у всех разное, — это пижонство. Если мы честны перед собой, то извечные темы — веры, любви, надежды — работают с нами одинаково и объединяют нас. Сегодняшнему дню должен соответствовать формат спектакля, а не его содержание.

     — А вы можете сформулировать универсальное понятие счастья?
     — Чтобы были здоровы близкие, и мы не разочаровывались в любимых. Думаю, что так. И счастье никак не связано с карьерой.

     — Сейчас модно быть успешным, многие называют это счастьем.
     — Большая зарплата или успех — временное явление и секундное понятие. А то счастье, о котором я говорю, — основополагающее.

     — В вашем репертуаре есть спектакль Nirvana16+, который вышел в новой редакции спустя 15 лет. Зачем потребовалась реинкарнация?
     — Изменились я, мое отношение к профессии, зрителям, театру двадцать первого века и технологиям. Я полностью переделал спектакль: смысловое, сценическое, художественное решения — все новое.

     — Про технологии — вы активно используете все, что предлагает 21 век. Судя по вашей биографии, в которой масса разных профессий, кажется, что вы невероятно открыты.
     — Я рад, когда что-то меняется к лучшему. Но digital* — лишь инструмент, позволяющий рассказать трогательную историю. Можно рисовать одной краской — и будет хорошо. Если у вас много красок, вы нарисуете лучше. Поэтому у меня в театре одно из лучших световых решений в мире, что существенно влияет на наши спектакли. Сейчас мы пытаемся понять, как внедрять его на гастролях. Но оформление не может быть первичным. Главное — то, чем я хочу поделиться и о чем хочу промолчать или прокричать. Театр для меня — это высказывание. Я занимался телевидением, модой, кино, поверьте, театр — самая совершенная вещь. Здесь все сложнее, здесь живые люди и эмоции, и ничего не фиксируется на пленку. Труппа заранее строит каркас эмоций зрителя, проводит между ними единую линию. Театр в России — территория абсолютной свободы: там может быть то, что никогда не покажут по телевизору из-за политической цензуры и в кино, где цензура финансовая. В театре вы можете делать все, что угодно. Нужно рассчитывать только на команду, ваш дар и на зрителя, который, если все сложилось, кричит «браво».

Гастроли

Театр в России – территория абсолютной свободы: там может быть то, что никогда не покажут по телевизору из-за политической цензуры и в кино, где цензура финансовая

     — Ваш единственный ориентир — зритель?
     — Нельзя идти у него на поводу. Я никогда не думаю о том, как отреагирует публика, я делаю то, что мне близко, и рад, если это разделяют люди. У Андрея Тарковского есть прекрасная фраза. Его спросили: «Вас не расстраивает, что на ваших фильмах в зале сидит восемь человек?» Он сказал: «Значит, я сделал фильм для восьми человек». Сколько бы человек ни было в зале — это много. Я рад, что у театра «Модерн» есть успех. Мы молодой театр, я руковожу им два сезона, и продажи билетов у нас стремительно растут.

     — В одном из интервью вы сказали, что сегодня универсального зрителя нет, институт критики и профессиональные награды не работают. А как зритель выбирает постановку?
     — Сегодня работает только сарафанное радио. Зритель выбирает постановку, опираясь на мнения тех, кого он уважает. Универсального зрителя нет, мы разные, несмотря на общее понятие счастья. Некоторые люди вообще не ходят в театр — они его не понимают. Но на нашем сайте появляются сообщения от тех, кто в театр ранее не ходил и полюбил его в наших стенах. Мы работаем иначе.

     — В театре «Модерн» вы постоянно используете разного рода инновации. Например, на постановку «Война и мир» 16+ собирали деньги с помощью краудфандинга. Он может стать постоянной системой финансирования постановок?
     — Нет, не может. Нельзя постоянно обращаться к зрителю за помощью — это неправильно. Постановка «Войны и мира» — исключительная: 60 человек на сцене, хор имени Свешникова, 423 костюма. Такого спектакля нет ни у кого, мы готовили его три года. В декабре — премьера.

Гастроли

     — Еще на некоторых ваших спектаклях действует дресс-код для зрителей. Зачем?
     — Хочется, чтобы было красиво, чтобы люди понимали: театр — это дорогая вещь. Приходить в шортах нельзя. Зритель отзывается и приходит в соответствующем виде. Некоторые относятся к этому скептически. Помните, как было с Шариковым. Ему говорят: «Иди, помой руки и переоденься к обеду». А он: «Когда же жить?» Но жить — это и есть переодеться к обеду, надеть новую сорочку, взять под ручку девушку и хорошо провести вечер.

     — Я читала вашу колонку про сериал «Чернобыль», какие сериалы вы еще смотрите?
     — У меня много времени уходит на театр, не всегда получается смотреть сериалы. В свое время мне понравились "Во все тяжкие"18+, "Карточный домик"16+. Но я не сериальный маньяк, есть другие приоритеты. Я только закончил съемки фильма "Три сестры"16+, в этом году выйдет "Анна Каренина«16+ — экспериментальный фильм, где я использовал совершенно особый киноязык.

     — Почему вы так много обращаетесь к Толстому?
     — Так получилось, никакого умысла нет. Толстой, конечно, икона. Сейчас я занят «Войной и миром», и авторитет Толстого давит. Мне хочется сохранить русский дух. Пафосное словосочетание, но русский дух — не кокошники и балалайки, а темперамент.

* – Цифровой

26 ноября «Ничего, что я Чехов?»;
27 ноября «Матрешки на округлости Земли»
Драматический театр

Екатерина Вострилова
 Фотографии из архива Юрия Грымова

Вперед, за железной звездой

Фотопроект

Впервые в Зеленоградске прошли любительские соревнования по триатлону IronStar 12+: плавательный этап в Балтийском море, велогонка по Приморскому кольцу и бег по зеленоградской набережной

Фотопроект

Ironstar — серия международных соревнований по триатлону, включающая индивидуальные и командные гонки, старты для детей и людей с ограниченными возможностями. На двух дистанциях в Зеленоградске выступили более тысячи человек из 15 стран.

Фотопроект

Дистанции: «полужелезная» (1,93 км — плавание, 90 км — велогонка, 21,1 км — бег) и спринт (0,75 км — плавание, 20 км — велогонка, 5 км — бег).

Фотопроект

Фотопроект

В эстафете 1,9 км проплыла министр спорта Калининградской области Наталья Ищенко, в прошлом пятикратная олимпийская чемпионка по синхронному плаванию. Ее команда заняла 1‑е место в своей категории.

Фотопроект

Выступили 55 эстафетных команд, среди которых корпоративные команды Сбербанка, Лукойла, Роснефти, SAP CIS, СИБУР и других. Роснефть привезла в Зеленоградск более 80 сотрудников‑спортсменов.

Фотопроект

Фотопроект

По словам директора IronStar Андрея Кавуна, для проведения соревнований акватория — вопрос номер один, ей нужно быть безопасной для участников, в том числе с точки зрения качества воды. Кроме того, локация должна обладать хорошей инфраструктурой и дорожным полотном.

Екатерина Вострилова
 Фотографии Елены Тишиной

Дали старт

Круглый стол

Вместе с представителями предпринимательства в области спорта мы обсудили, как развивать социальный бизнес и какую роль в этом играет государство

 Участники:

  • Екатерина Вострилова
     шеф-редактор журнала «Королевские ворота» 16+

  • Кирилл Лило
     директор Фонда «Центр поддержки предпринимательства Калининградской области»
  • Александр Гладышев
     генеральный директор сети магазинов
    «Планета спорт»
  • Елена Керевичене
     генеральный директор студии Kangoo Jumps
  • Василий Нестеров
     организатор соревнований Amberman, президент Федерации триатлона Калининградской области
  • Андрей Кавун
     генеральный директор Ironstar
  • Екатерина Коннова
     заместитель генерального директора
    Urban Most, Федерация баскетбола Калининградской области
  • Александр Китаев
     глава администрации Гусевского
    городского округа
  • Елена ковалева
     генеральный директор журнала
    «Королевские ворота»

     Екатерина Вострилова: Думаю, мы все заметили возросший интерес к любительскому спорту. Каждый из вас участвует в этом процессе: кто-то принимает соревнования, организовывает их, продает велосипеды, учит на них ездить, владеет фитнес-студиями. Важным маркером популярности любительского спорта стал приход в Калининград федеральных проектов, например, 16 августа состоятся соревнования по триатлону Ironstar 12+. Хочу спросить у Андрея Кавуна, почему выбрали Зеленоградск?

     Андрей Кавун: Движение любительского триатлона находится в стадии развития, в России не так уж много локаций, где можно проводить большой триатлон, собрать болельщиков и обеспечить всех качественной инфраструктурой.
     В эти выходные большой командой министерства спорта, министерства по культуре и туризму, федерации триатлона Калининградской области и нашей компанией будем проводить мероприятие, в котором примут участие тысячи триатлетов, около трех тысяч болельщиков. Как это получилось?
     Недавно у нас появился участник родом из Калининграда, он предложил помощь с организацией Ironstar здесь. Мы начали этот клубок разматывать, о наших планах узнал губернатор Калининградской области, и мы стали работать. В прошлом году на закрытии сезона триатлона в России в олимпийском Сочи объявили старт в Зеленоградске.
     Здорово, что правительство Калининградской области серьезно отнеслось к организации мероприятия, которое возможно при кооперации всех министерств и ведомств. Триатлон отличается тем, что это не просто однодневный или двухдневный ивент. Участник приезжает на старт не один, а с семьей и друзьями. Например, корпорация «Роснефть» привезет 300 человек, и только 100 из них станут участниками. Приедут представители Сбербанка, «Сибура» и другие наши партнеры. Мы знаем, что нужно делать, чтобы клиент возвращался, и уверены, что сюда будут возвращаться, ведь Калининградская область позволяет сделать старты на море, триатлеты это очень ценят.

Круглый стол

Екатерина Вострилова

     Екатерина Вострилова: Насколько плотно вы взаимодействуете не только с государственными структурами, но и с местным бизнес-сообществом?

     Андрей Кавун: В организацию такого мероприятия вовлекаются порядка 50 коммерческих компаний, они обеспечивают кейтеринг, отвечают за фестивальную часть, строительство площадки и прочее. Мероприятие стимулирует развитие местного бизнеса, поэтому экономический эффект серьезный. Если раньше мы начинали как шесть человек, влюбленных в триатлон, и делали абсолютно все за свои деньги, то теперь работаем в партнерстве с регионом.

     Екатерина Вострилова: Получается ли у вас на этом зарабатывать?

     Андрей Кавун: Получается, но сложно. Это первый год, когда наш бюджет положительный. В 2019 году мы в первый раз провели в Казани чемпионат Европы, куда приехало несколько делегаций европейских спортсменов. Мы показали, что и в России возможно проводить мероприятия такого уровня. У Калининграда есть хорошие предпосылки развиваться в этом направлении: инициатива упрощенного безвизового режима, которая с 1 июля 2019 года была запущена, — большой плюс. Надеемся, что старты будут набирать потенциал, в том числе с точки зрения иностранных участников.

Круглый стол

Андрей Кавун

     Екатерина Вострилова: Василий Нестеров, скажите, а у калининградского проекта по триатлону Amberman 12+ бюджет положительный?

     Василий Нестеров: Тот, кто решил заработать на спорте, — отважный. У нас тоже все начиналось с шестерки альтруистов, болеющих триатлоном. Я хотел участвовать в соревнованиях и организовал Федерацию триатлона и первые старты. Мы развиваемся и вместе со спортивным клубом Amberman работаем еще по двум направлениям. Первое — проведение спортивно-массовых мероприятий, за год проводим чуть менее 30 различных ивентов игровой направленности: заплывы на открытой воде, триатлон, велопоходы, велозаезды. Также работаем в туристическом направлении — организуем сплавы. Кроме этого, востребованными являются тренерские услуги: занятия в школе бега, плавания и триатлона.
     Если говорить о финансах, первые три года были убыточными, только потом вышли в ноль. Мы вкладывали личные средства, а спонсорская помощь не оказывалась, да мы ее и не искали, изначально соревнования были примитивными. Сейчас проводим около 30 мероприятий, самые массовые из них — «Песчаный марафон» 12+ (27 км из Балтийска в Янтарный) и Калининградский полумарафон 12+, который в этом году пройдет в пятый раз. Прибыль появилась благодаря нашим партнерам, например, магазину «Планета Спорт». Скажу сразу: заработать на стартовых взносах невозможно, вначале мы столкнулись с тем, что люди не готовы платить за старт. Но вот что интересно: на бесплатные беговые мероприятия в Калининградской области в лучшем случае собирается 30–40 человек. На наш полумарафон приезжает более 500 участников и 1000 зрителей. Мы считаем, это происходит потому, что мы делаем из спортивного мероприятия праздник.

     Екатерина Вострилова: Кто-нибудь знает, сколько триатлонистов в Калининградской области?

     Василий Нестеров: Да, конечно. Людей, преодолевших дистанцию Ironman, — до 30 человек. Тех, кто регулярно участвует в других мероприятиях, — 100 человек. Знаю, что на этот старт зарегистрировалось около 50–60 калининградцев. Если говорить о тех, кто хотя бы раз участвовал в забегах, то их больше 1000 человек.

     Екатерина Вострилова: Значит, к каждому спорт-смену мы прибавляем еще двух болельщиков?

     Василий Нестеров: Андрей правильно сказал: люди не приезжают одни, это становится своего рода спортивным туризмом. Даже если мы говорим о наших местных стартах, то это внутренний туризм. В прошлые выходные мы провели фестиваль триатлона 12+, нам удалось собрать 150 участников и, как минимум, такое же количество болельщиков.

     Екатерина Вострилова: Знаю, что «Планета Спорт», помимо продажи оборудования, активно организует велопробеги, старается быть там, где спортсмены, — это часть вашей маркетинговой стратегии. Какой эффект вы получаете от такой деятельности?

     Александр Гладышев: Мы занимаемся розничной торговлей спортивным оборудованием и одеждой. В этом году хотели открыть сеть женских спортивных клубов. Проводим массовые мероприятия, в основном велопробеги.
     Обычно организуем два велопробега: весенний, где собирается 4–5 тысяч человек, и в начале сентября, участвует 10 тысяч человек. Бюджет мероприятия — от 1 до 2 миллионов, сборы покрывают максимум треть или четверть. Все основано на энтузиазме, цель которого — популяризация спортивных мероприятий, ведь участниками таких событий становятся наши клиенты. Именно поэтому мы развиваемся в этом направлении.
     В планах — подготовка велосипедной трассы.

Круглый стол

Александр Гладышев

Побережье, реки, открытые площадки, городские решения — все это отличные возможности по развитию разных видов спорта, проведению спортивных мероприятий, организации сопутствующего бизнеса

     Екатерина Вострилова: Кирилл, у такой компании, как «Планета Спорт», есть какие-то перспективы получения господдержки?

     Кирилл Лило: Перспективы, конечно, есть. Более того, отмечу, что в рамках специальной рабочей группы мы с коллегами из Министерства экономического развития и ряда российских регионов обсуждаем возможность разработки специальных мер поддержки отрасли. Мы заинтересованы в совместной работе с предпринимательским сообществом и открыты к диалогу.
     К сожалению, часто свои возможности бизнесмены выстраивают без учета государственной поддержки. Мне кажется, это неправильно, ведь, если применить существующие инструменты, результат был бы лучше. Мы стараемся говорить на одном языке с бизнесом, хотим иметь отношение к истории успеха. Нам бы хотелось, чтобы спортивное предпринимательство Калининградской области развивалось не только внутри региона, но и имело возможности транслировать себя дальше. Будем только рады, если наши предприниматели «заразят» как можно больше жителей «спортивной лихорадкой», более того, обратите внимание: на этой площадке висят два флага «Мой бизнес», мы тоже активно занимаемся спортом.
     Мы здесь хотели бы видеть развитие «спортивного предпринимательства» не только в Калининграде, но и в муниципалитетах, которые интересны своей специализацией. Побережье, реки, открытые площадки, городские решения — все это отличные возможности по развитию разных видов спорта, проведению спортивных мероприятий, организации сопутствующего бизнеса.

     Екатерина Вострилова: Давайте спросим у представителя Гусевского муниципалитета, что они готовы сделать, чтобы спортивная отрасль развивалась на их территории?

     Александр Китаев: Скажу честно, я и не думал, что мероприятие по триатлону в Зеленоградске настолько массовое. Наша администрация проводит уже юбилейный 25‑й забег Гусев‑Голдап 18+ — полумарафон стартует в России, финиширует в Польше — максимальное количество участников, которое нам удавалось собрать, — 200 человек.
     Для начала диалога о том, как можно взаимодействовать с бизнесменами, я готов рассказать об инфраструктуре и поговорить о возможных вариантах ее совместного использования: от примитивной аренды по льготным ставкам до определенных соглашений.

Круглый стол

Василий Нестеров

     Екатерина Вострилова: О какой инфраструктуре идет речь?

     Александр Китаев: У нас есть полноценный ФОК, который в этом году вышел на самоокупаемость. Для того чтобы развиваться, мы приглашаем предпринимателей из Гусева и Калининграда. У нас не до конца загружен бассейн, универсальный зал, лед занимает федерация хоккея. Мы приняли решение о поддержке школы триатлона и фигурного катания. Есть также здание спортивной школы, мы сделали в нем ремонт, его можно использовать в долгосрочной перспективе. Коллаборация с любым бизнесом имела бы положительный эффект.

     Екатерина Вострилова: Елена, скажите, вы, как представитель фитнес—студии, могли бы заинтересоваться таким предложением?

     Елена Керевичене: Моя компания — официальный представитель фитнеса Kangoo Jumps, занимаемся в специальных пружинящих ботинках и Rope jumping — фитнес на батутах. Изначально это было мое хобби, которое переросло в профессиональную деятельность. Kangoo Jumps существует уже шестой год, Rope jumping открылся только в марте 2019 года. Пока мы — темная лошадка по сравнению с крупными фитнес-центрами. Бизнес действительно у нас самостоятельный. Я все делаю сама, мне со своим бизнесом — маленькой специфической студией — пойти в фитнес-клуб, арендовать зал для занятий и пригласить туда клиентов фитнеса сложно.
     Мы начинали с того, что купили три пары пружинящих ботинок и занимались на Верхнем озере. Люди подходили, интересовались, в первый год я вкладывалась в рекламу в журналах, радио и соцсетях. Но всегда рассчитывала только на себя.

Круглый стол

Елена Керевичене

     Кирилл Лило: Недавно ваши коллеги — владельцы сети фитнес-центров — сообщили мне, что в Калининграде они конкурируют с сотней компаний. Мне эта цифра кажется заниженной, но, тем не менее, если спроецировать это на муниципалитет, скажите, Александр, сколько фитнес-центров работает в Гусеве и какова численность населения?

     Александр Китаев: Один фитнес-клуб и 40 тысяч человек.

     Кирилл Лило: Вы серьезно выигрываете по сравнению с Калининградом, поэтому необходимо понять, как нам вовлечь в спортивную жизнь как можно больше людей. Кроме того, Елена, вы сказали, что размещались в СМИ, у государства есть инструмент поддержки, благодаря которому мы оплачиваем рекламные кампании. Приобрести оборудование можно, воспользовавшись кредитом с льготной ставкой кредитования от 1 процента. Сейчас активно поддерживается социальное предпринимательство, на законодательном уровне оно выделено в отдельную форму с мерами поддержки. Кстати, 2 августа Президент РФ подписал указ, согласно которому фитнес-центры на законодательном уровне приобрели статус и могут рассчитывать на отдельные направления поддержки. Конечно, если вы действуете только исходя из своих возможностей, это заслуживает уважения, но не всегда хватает сил, чтобы дойти до результата.

     Андрей Кавун: Видимо, не все предприниматели знают, что есть такие двери, в которые можно зайти и проконсультироваться. У любого бизнеса есть доходы и расходы. Если разложить, как оптимизировать расходы с помощью государства — льготы, сниженная процентная ставка по кредиту или аренде помещения, — то бизнес может взлететь. Не надо бояться браться за новые направления. Когда в 2015 году в Сочи мы в первый раз проводили соревнования, участвовало 150 человек, сейчас уже четыре тысячи спортсменов и десятки тысяч болельщиков. За два мероприятия в год мы создаем почти миллиардный экономический эффект. Нужен диалог, чтобы о вас узнали, чтобы бизнес начал общаться. В ДНК российского предпринимателя, к сожалению, не вшито то, что ему может кто-то помогать.

     Василий Нестеров: Большинство, может, и не знает про фитнес на батутах, но еще 4-5 лет назад большинство путало триатлон и биатлон. Популярность спорта в целом растет, тем не менее, информации недостаточно. Как Федерация триатлона Калининградской области, с сентября мы запускаем серию обучающих семинаров о том, что такое триатлон.
     Не нужно забывать, что интерес зарубежных компаний, в том числе спортивных, к России сегодня повышен. Если мы говорим про триатлон, то самые крупные мировые игроки, такие как Ironman и Challenge, уже рассматривают возможность инвестиций, проводят старты в странах СНГ. Challenge даже проявляет интерес к организации Кубка мира на территории Калининградской области. Я думаю, что нам надо рассказывать о Калининграде, об интересных соревнованиях. Любой наш марафон может стать спортивной визитной карточкой Калининграда. Надо вкладываться в маркетинг, чтобы о нас знали и к нам приезжали. Мероприятие, которое будет проходить в эти выходные, станет частью снежного кома — ведь на каждом старте появляются новые участники, значит, есть экономический и социальный эффект.

Круглый стол

Кирилл Лило, Екатерина Вострилова

Если разложить, как оптимизировать расходы с помощью государства — льготы, сниженная процентная ставка по кредиту или аренде помещения, — то бизнес может взлететь

     Екатерина Вострилова: Мне кажется, отличным примером социального предпринимательства является площадка UrbanMost, построенная на деньги инвесторов. До 2017 года под мостом на острове Канта не было ничего. Екатерина, скажите, насколько вы готовы к интеграции с бизнес-сообществом?

     Екатерина Коннова: Мы открыты для сотрудничества. В этом году одной из визитных карточек Калининградской области стал первый международный кубок MOST International Cup 12+. Мы собрали две тысячи человек. Мероприятие имело успех, о нем знают в России и Европе. Мы стремимся к монетизации площадки, сдаем ее в аренду, проводим различные городские мероприятия. Так, мы станем частью площадки Street food festival 0+ и фестиваля уличных танцев 6+. 2019‑й — первый год, когда мы получаем прибыль, но по-прежнему самым важным вектором развития остается социальный. Мы три раза подавали на президентские гранты и впервые выиграли грант на развитие UrbanMost.

     Екатерина Вострилова: Я хотела бы попросить вас ответить на вопрос, который может резюмировать беседу. Что вам необходимо для того, чтобы развиваться?

     Екатерина Коннова: Нам предстоит расширение в рамках второй очереди проекта. Мы хотим, чтобы площадка была доступна круглый год, а не только в теплое время года. Рассматриваем этот проект как государственно-частное партнерство. И здесь мы стремимся использовать гранты или другие инструменты господдержки для продолжения проекта. У нас много идей: могли бы сделать ледовую площадку, кинотеатр и точку уличной еды.

     Александр Гладышев: В первую очередь хочется получить доступные кредиты. Если нужно что-то общественно значимое сделать, на это свободных денег в бизнесе не хватает.

Круглый стол

Александр Китаев

     Кирилл Лило: Вы имеете в виду финансирование общественных мероприятий?

     Александр Гладышев: Да, для того, чтобы трассу построить или мероприятие провести. Во вторую очередь — продвижение, маркетинг, реклама. И, конечно, есть проблемы с организацией мероприятий: когда приходится перекрывать трассы, нам непросто.

     Василий Нестеров: В рамках нашей деятельности актуальный вопрос — развитие сотрудников. Хорошее обучение стоит хороших денег. Необходимы специализированные курсы о том, как сделать из спортсмена предпринимателя.

     Кирилл Лило: В сентябре у нас планируется обучающее мероприятие в формате форума или круглого стола. Площадка для общения, привлечения экспертов из области спорта — бывших чемпионов, которые добились успеха, в том числе в бизнесе. Думаю, это будет первый шаг к дальнейшей обучающей программе.

     Василий Нестеров: Второй момент — поддержка рекламных кампаний в СМИ. Вот, Ironstar пускают многомиллионный бюджет на рекламу, а про них все равно не везде знают. Мы такие бюджеты не можем себе позволить.

     Александр Китаев: Для меня важно взаимодействие с прессой и поиск партнеров, активное участие министерств. В нашей администрации есть те, кто знает, как перекрывать федеральные трассы и железнодорожные переезды при необходимости. Мы готовы эту работу взять на себя. Кроме того, с удовольствием станем переговорной площадкой для общения гостиничного, ресторанного, транспортного бизнеса и, естественно, готовы финансово участвовать в мероприятиях.

Круглый стол

Екатерина Коннова

     Кирилл Лило: Мне кажется, что Гусевский городской округ — очень хорошая площадка для проведения пилотных проектов, учитывая интересное месторасположение и активность Александра и его команды.

     Александр Китаев: Зимние виды спорта поначалу у нас были убыточной статьей: арена стоит, сжигает электроэнергию и газ. Мы затянули на сборы федерацию шорт-трека Санкт-Петербурга, к нам приезжают около 50 спортсменов, их тренеры, родители. Это помогает работать нашей туристической инфраструктуре: гостиницам, кафе, ресторанам. Мы, когда находим активистов, садимся за стол переговоров и спрашиваем: «Чем помочь?» И это работает.

     Кирилл Лило: Я правильно понял, что, в принципе, Гусев готов в этом году попробовать реализовать проект объединения бизнеса и инфраструктуры?

Круглый стол

     Александр Гладышев: Да.

     Андрей Кавун: Отвечу на вопрос: «Почему кому-то что-то разрешается, а кому-то нет?» Не потому, что кто-то хороший, а кто-то плохой. Мы изначально ставили задачу сделать федеральный проект, очень долго вкладывались, в том числе потратили много миллионов на маркетинг, потому что понимали: по-другому не набрать нужное количество участников. Хорошие долгосрочные инвестиции — наш выбор. Если бы мы закрыли расходы на маркетинг, у нас бы получилась хорошая прибыль, но это радость одного дня, развиваться мы бы не смогли. Конечно, интересно работать с федеральными проектами, которые могут привести участников в инфраструктуру. Мы уже работаем с государством и можем сказать, что Калининград — отличный пример открытости правительства и всех служб. Тут есть и частичное софинансирование (причем мы деньги не берем, они уходят на прямые расходы), и возможности предоставить силы и средства для безопасности мероприятия. Здесь все готовы помогать! Конечно, если проект большой, то желания оказать помощь больше, потому что социальный и экономический эффект выше. Поэтому хочу всем пожелать мечтать и быть амбициозными.

     Елена Керевичене: Для нашего фитнеса не нужно перекрывать дороги, но нам бы хотелось расти, развиваться, выходить на новые площадки и организовывать совместные мероприятия. И насчет амбициозности я с вами полностью согласна.

     Кирилл Лило: В завершение нашей встречи первое, что я хотел бы предложить коллегам, — сформировать свою потребность в мерах поддержки. Осознать, какие государственные услуги в приоритете. Это гибкие инструменты, созданные именно для предпринимателей, а не наоборот.
     Второе — приглашаю всех в гости, приходите в Фонд, на наши мероприятия, еще раз повторю, что в сентябре состоится специальная встреча, посвященная спортивному предпринимательству. А в октябре — большой форум для всех региональных предпринимателей.
     Ну и третье: для того, чтобы всегда быть в курсе новостей о мерах государственной поддержки и не пропустить важные мероприятия, которые наверняка будут полезны для вас и вашего бизнеса, пользуйтесь информацией из наших социальных сетей, подписывайтесь на рассылку и следите за сайтом mbkaliningrad.ru

Персона

www.mbkaliningrad.ru 12+
facebook.com/mbkaliningrad
e-mail: info@mbkaliningrad
Тел. +7 (4012) 99-45-88

Екатерина Вострилова
 Фотографии Александра Матвеева

Цифровая рыбалка

Спикеры конференции Baltic Digital Days 16+ рассказали, как повысить конверсию сайта и выйти на глобальные рынки

Конспект

     Ильяна Левина, директор по маркетингу компании «Скобеев и партнеры»:
     — Семь из двадцати причин провалов стартапов — ошибки в маркетинге. Чтобы привлечь в компанию стабильный поток клиентов, нужно понять, что хочет клиент, что предлагают конкуренты, улучшить продукт, усилить рекламные каналы и сервис. Если не уделять должного внимания этим аспектам, компания погибнет.
     Прежде всего нужно классифицировать клиентов. Посмотрите, как это делают в «Тинькофф Банк»: не просто делят клиентов по четырем классическим признакам, — полу, возрасту, доходу и региону, — а создают для каждого сегмента разные продукты, разрабатывают отдельные стратегии продвижения. Когда вы ищете ответ на вопрос: «Что хочет клиент?», не забывайте, что кроме потребности у него есть критерии выбора, поэтому инвестировать следует как в трафик на сайт, так и в поддержку бренда и повторные продажи. Привести клиента на сайт помогают seo*, таргет и агрегаторы, удержать — контекстный маркетинг. За следующую рекомендацию — использовать всплывающие формы — меня часто ругают коллеги из других digital**-агентств, поскольку они их раздражают. На что я советую вспомнить рыбалку: собираясь, мы берем не то, что любим сами, а корм, который любит рыба. Так и с продвижением: если вашей аудитории нравятся всплывающие формы, не отказывайтесь от этого инструмента.
     Для каждого сегмента есть идеальное предложение. Представим, что заболел ребенок, а врачи в бесплатной поликлинике не знают, как его лечить. Основная потребность родителей — провести комплексное обследование, критерии, по которым они будут выбирать клинику, — цена, скорость и качество. Помните об этом, разрабатывая сайт: выносите выгоду в заголовок, прописывайте преимущества по остальным критериям и добавляйте призыв к действию. Идеальный текст должен выглядеть так: «Обследование ребенка в день обращения. Первое посещение бесплатно. Пять минут от метро. Круглосуточно, без очередей. 57 педиатров. Лучшая клиника для детей по версии того-то». Когда вы отвечаете на все вопросы клиента одним экраном, он с огромной вероятностью выберет вас. Не забывайте, что текст должна усиливать картинка, и не бойтесь экспериментировать с иллюстрациями. Сегодня многие компании создают поддомены на той же Tilda, где тестируют самые безумные гипотезы. Правильная картинка на главной странице нашего сайта помогла «Скобеев и партнеры» увеличить конверсию на 2,7 процента, и это не предел.
     Страшнее ошибок в маркетинге — лень. Многие предприниматели анализируют прямых конкурентов, забывая, что их деньги забирают не только они. Нужно следить и за косвенными конкурентами, и за претендентами на тот же бюджет. Самый простой пример — Восьмое марта, когда рестораны, ювелирные салоны и десятки других компаний борются за один кошелек. Обращайте внимание на то, что ваши конкуренты пишут в объявлениях, какие рекламные каналы используют и какие целевые действия предлагают. Конкурентов не может не быть: если вы так считаете, значит, ваш продукт никому не нужен.

Конспект

     Виталий Памухин, руководитель отдела продаж Google в России и странах СНГ:
     — По данным Росстата, в России 97 миллионов интернет-пользователей, объем рынка онлайн-рекламы составляет 3,6 миллиарда долларов. В международных масштабах доля России занимает не больше четырех процентов — объем глобального рекламного рынка превышает 337 миллиардов долларов, а число пользователей — 3,8 миллиарда. Еще одно исследование говорит то том, что один из трех пользователей готов покупать не у локальных компаний. Это доказывает, что экспорт — удел не только отраслевых гигантов, таких как «Газпром» и «Роснефть». Сегодня многие IT-компании отлично чувствуют себя на зарубежных рынках, например, «Лаборатории Касперского» получают порядка 80 процентов выручки из других стран.
     Выход на новый рынок можно сравнить со сборами в отпуск: нужно заранее продумать, какие вещи вам пригодятся, и не брать дубленку, если летите в жаркие страны. Чек-лист следующий: продукт и ментальность, финансовые и IT-ресурсы, универсальность бренда, квалификация персонала, делегирование и автономия, скорость принятия решений в компании, разные KPI**** для разных стадий. Нужно всегда мыслить глобально, заранее продумывать интеграции с Facebook, Amazon и другими площадками и делать бренд универсальным, чтобы в будущем не столкнуться с отторжением, как было с детским питанием Bledina от Danone. Основной барьер роста на международном рынке — низкая квалификация сотрудников. Подбирайте в команду людей с отличным английским и амбициями, привлекайте местных специалистов в стране, на рынок которой думаете выходить, — никто лучше них не расскажет, какие стратегии продвижения здесь работают.
     Есть два инструмента, чтобы оценить емкость рынка и барьеры: Google Trends, позволяющий сравнивать запросы по ключевым словам по разным странам, и Global Market Finder, куда можно вбить сайт и увидеть, какие рынки подходят вашему бизнесу, — алгоритм переводит сайт на 56 языков, анализирует ключевые слова и запросы. Эти данные также пригодятся на этапе локализации, которая подразумевает не только перевод сайта, но и адаптацию логистики, платежей, страховки и других правовых аспектов, рекламы и клиентской поддержки. Все эти факторы влияют на конкурентоспособность вашего продукта и то, насколько лояльна к вам будет аудитория. Работая над коммуникационной стратегией, учитывайте сезонность. К примеру, в Германии, Англии и США канун Пасхи — лучшее время, чтобы запустить большую рекламную кампанию. Есть выражение «готовь сани летом»: так вот, предпринимателям, решившим выходить на глобальные рынки, нужно понимать, когда начинается лето в других странах.

Конспект

Фреймворк для тех, кто планирует выйти на международный рынок:

  • Глобальный замысел: понимание, с каким продуктом и сервисом выходим
  • Выбор рынка
  • Стратегия: как и с кем выходим, какой прайс
  • Локализация бизнеса и продукта под выбранный рынок
  • Анализ аудитории, реклама и продажи

* – Поисковая оптимизация; ** – цифровой;
*** – информационные технологии;
**** – ключевой показатель эффективности

Софья Сараева 
 Фотографии Алексея Милованова