Архив рубрики: Без рубрики

Каждому кажется, что бабушка готовит лучше

Ресторатор Арам Мнацаканов приехал в Калининград на открытие террасы The View в отеле Crystal House Suite Hotel & SPA. Мы поговорили с ним о трендах и локальных проектах

Гастроли

Шеф-повар ресторана Hoffmann Денис Новиков, Арам Мнацаканов

Арам Мнацаканов 58 лет
Родился в Баку. Возглавлял Федерацию тенниса Санкт-Петербурга, занимался импортом напитков в компании Marine Express. В 2001 открыл первый бар Probka с итальянской кухней. После этого плотно занялся ресторанным бизнесом в Санкт-Петербурге, создал несколько итальянских и семейных ресторанов. В 2007 году стал кавалером ордена «За заслуги перед Итальянской Республикой». Ресторан Мнацаканова Il Grappolo в 2008 году получил премию «Лавровый лист» в номинации «Ресторан-легенда». В 2012 году вышел на рынок Москвы, в 2017-м открыл ресторан MINE в Берлине. Кроме управления собственными проектами оказывает услуги консалтинга.

— Вы владеете девятью ресторанами: в Москве, Петербурге и Берлине. Как удаётся контролировать их, всё успевать?
— Только благодаря тому, что начинал с одного проекта — Probka, — где понемногу складывалась команда. Она решает всё. Если у вас мотивированная и правильно обученная команда, многое можно делегировать.

— Ваш сын возглавляет ресторан MINE в Берлине, жена вместе с вами участвует в управлении проектами в Петербурге и Москве. В чём, по-вашему, главные преимущества семейного бизнеса?
— Уровень доверия и понимания в семье на порядок выше, чем по отношению к наёмным сотрудникам. Главное, чтобы они были профессионалами, как в моём случае.

— А недостатки есть?
— Недостаток в том, что работа никогда не заканчивается. Мы всё время находимся в облаке задач, их обсуждение невозможно остановить. Даже в отпуске — хотя мы отдыхаем, занимаемся спортом, путешествуем, постоянно приходят какие-то рабочие вопросы, нужно решать проблемы.

— Какие концепции сейчас в тренде? Какие рестораны будут открываться в ближайшие десять лет?
— Общая тенденция — простота, короткое меню и семейный формат ресторана. Будет появляться много маленьких заведений, а больших проектов станет меньше. Сам я за трендами не слежу, наше меню 20-летней давности и нынешнее мало отличаются. Хорошие сырники — это хорошие сырники, и от трендов это не зависит.

— Что определяет популярность той или иной концепции? Почему получилось так, что рестораны итальянской и французской кухни остаются популярными много лет, а, к примеру, паназия так и не взлетела?
— Не соглашусь. Выбор национальной кухни как концепции не даёт никаких гарантий. Может быть плохой итальянский ресторан и хороший азиатский, и люди будут ходить во второй. Конечно, есть базовые кухни: итальянская, японская, китайская, грузинская, левантийская, мексиканская. Они всегда будут востребованы, потому что опираются на колоссальную культуру.

— Получается, популярность ресторана не зависит от того, насколько его кухня близка местным?
— Уже прошло время, когда русские ничего не знали. Сейчас они более открыты и готовы воспринимать хорошие образцы любой кухни. Если в ресторане будут качественная еда и хороший сервис, он будет забит — не важно, вьетнамский он или китайский. Тяжелее сделать популярным как раз русский ресторан, потому что каждый понимает русскую кухню по-разному. Каждому кажется, что его мама и бабушка лучше готовят.

— Как оцениваете уровень развития ресторанного рынка в России вне Москвы и Петербурга?
— Я часто езжу по России и поражаюсь, что есть прекрасные концепции, созданные замечательными людьми. Благодаря таким премиям, как WhereToEat16+, мы узнаём, что есть отличные рестораны во Владивостоке, Новосибирске, Краснодаре, Ростове (в 2021 году в топ-1000 вошли калининградские рестораны Hoffmann в отеле Crystal House Suite Hotel & SPA, «Соль», Seasons, «Кавказ», «Штайндамм 99», Gelateria Italia. — Ред.). Потом эти звёзды открывают рестораны в Москве и успешно там работают. В маленьких городах свои недостатки: ниже средний чек и покупательская способность, у рестораторов меньше доступа к хорошим продуктам. Но всё равно люди умудряются делать хорошие проекты.

— Какие преимущества у локальных ресторанов?
— У них нет конкуренции, как в Москве или Петербурге. Если бы я жил в небольшом городе, сделал бы место номер один.

— Планируете?
— Зарекаться не хочу, но считаю, что мне уже пора и о пенсии подумать — в хорошем смысле, конечно. Любой ресторан требует два года жизни до его открытия и три года для того, чтобы он встал на ноги. У меня таких лет нет в запасе.

— Помимо управления вы оказываете услуги консалтинга. Какие проекты точно не взяли бы для консультации?
— Если бы, посмотрев на людей, понял, что с ними никогда ничего делать не буду.

Гастроли

— То есть важен человеческий фактор?
— Важно понимать, способен ты делать что-то с этими людьми или нет. У них может быть чёткий бриф, понимание рынка и задач, но если они не загорятся, это будет бессмысленно потраченное время. А мне не нужны неудачи.

— Вы были ведущим нескольких кулинарных шоу — например, российской версии «Адской кухни»16+. Расскажите об этом опыте.
— Мне предложили, и я посчитал, что справлюсь. Рамзи создал этот формат, а я был первым, кто решился повторить. Это было необычно, ново и очень честно. В реалити-шоу нет артистов, нельзя ничего переснять. Если будет наигранно, зрители не станут смотреть. Мне было интересно участвовать в шоу, которое непрогнозируемо, где не нужно играть и можно делать всё, что хочешь. Благодаря телевидению у меня появился большой круг последователей. Если до этого я что-то говорил, меня слушало десять человек. После — стоило открыть рот, и меня готовы были слушать десять тысяч человек.

— Как эти программы влияют на индустрию?
— В 2010 году, когда мы начинали, профессия повара не считалась престижной. Я был первым в России, чью фамилию знали. И мне удалось объяснить большому количеству людей, что повар может быть крутым. Сейчас шефы — это рок-звёзды.

— В 2017 и 2018 годах вы вошли в список 150 самых влиятельных людей России по мнению GQ16+. Это стало неожиданностью?
— Я с юмором отношусь к таким премиям. Знаю многих людей, которые достойны быть в этом списке, но их туда не включили. Это очень субъективно, но очень важно для наших родителей. Для них это предмет особой гордости.

— Насколько важен личный бренд? Может ли ресторан стать успешным без него?
— Бренд важен, если у него есть ценность. Это вызывает доверие у людей, уверенность в том, что всё будет на уровне. Я потратил значительное время на то, чтобы построить личный бренд. В этом помог труд многих людей, и особенно моей семьи.

— О чём должны помнить начинающие рестораторы?
— Я бы дал следующий совет: занимайтесь тем, что любите, слушайте себя, делайте то, что велит сердце, от чего получаете удовольствие. Никогда не разменивайтесь, не ведитесь на денежные выгоды, если чувствуете, что делаете что-то не так. Будьте профессионалами в своём деле, изучайте любой вопрос досконально. Опирайтесь на лучшие образцы, любите людей искренне. И будет успех.

Благодарим за помощь в проведении интервью отель Crystal House Suite Hotel & SPA

Ольга Орлова
 Фотографии Евгения Моргунова

Роботы среди нас

Конспект

Как цифровые и виртуальные технологии помогают продажам, обсудили на четвёртой конференции «Цифра»16+

Помните сказку Джанни Родари о роботе, выполнявшем домашнюю работу в далёком 2222 году? Окажись фантазёр-итальянец в нынешней реальности, он был бы шокирован тем, насколько провидческим оказался выдуманный им сюжет. И точно бы скорректировал дату наступления фантастического будущего — судя по презентациям спикеров конференции «Цифра», программисты воплотят сценарий итальянца в жизнь гораздо раньше.

Очередной смотр цифровых достижений, организованный командой компании Radex, показывает: цифровизация — и роботы, в частности, — не просто помогают организовать эффективные продажи. Они стали неотъемлемой частью процесса.

На что способна CRM
По словам руководителя Radex Дениса Горланова, многие предприниматели долгое время не понимали, какие задачи можно ставить через CRM*-систему своим коммерческим отделам. Не понимали это и сами продавцы, упорно продолжая вести учёт с помощью старого доброго Exel. В Калининграде негласная «битва» продолжается до сих пор.

Конспект

Первый совет, который дают спикеры, — объяснить самому себе, а затем своим менеджерам, зачем нужна CRM. Возможности CRM безграничны, но вроде функций человеческого мозга, плохо изучены. Тем временем система не только выстраивает прозрачную сквозную аналитику продаж, но и самостоятельно проводит автоматизированные рассылки, отправляет офферы, формирует счета и договоры, принимает оплату в чаты, собирает данные клиентов из подписей в электронных письмах, фотографирует визитки и архивирует данные. Настроить CRM помогают либо разработчики системы, либо специальные конструкторы, которые подскажут, как создать нужный бизнес-алгоритм.

Эмпатия как главное конкурентное преимущество
Все инновации CRM-системы нужны для того, чтобы высвободить продавцу время на эмпатию и закрытие потребностей клиента. «Не работают компании с компаниями — работают люди с людьми» — ключевой тезис всех спикеров конференции. Ещё один: «Клиенты меняются — и очень быстро». Рынком правит не покупатель, а выбиратель, оценивающий не только качество продукта, но и оперативный сервис, включающий приватность, комфорт и скорость отработки заявки.

Сразу у нескольких выступающих прозвучала оценка эффективности инструмента холодных звонков. Аналитик-евангелист TextBack Воланд Антонов говорит, что процент недозвона достигает 40–60%. Люди попросту перестают отвечать на звонки и расценивают их как вторжение в личное пространство, в котором не хотят видеть посторонних с рекламой. Вопрос «Когда вам удобнее перезвонить?» сегодня, по сути, бесполезен. Клиенты не знают, когда им удобно говорить. Они вообще не хотят с вами разговаривать.

Конспект

Убивает ли этот факт инструмент звонков? Нет. Звонки переходят в статус ключевой коммуникации и становятся финальным этапом сделки. В связи с этим кратно возрастают требования к качеству исходящих звонков. А входящие становятся архиценными — это горячий лид, который можно закрыть сделкой. В таком случае важно не утруждать клиента длинным приветственным меню, а придумать «магнит», который удержит собеседника на проводе.

На расстоянии вытянутой руки
Главный канал коммуникаций-2021— мессенджеры. И в мире, и в России, где царит WhatsApp, активно догоняющий Telegram. Оперативная связь с продавцом, возможность отправки коммерческих предложений, приём платежей, автоматизация общения, увеличение скорости обработки информации, синхронизация с любой CRM — главные плюсы. К тому же мессенджер — это канал комфорта, где клиент ответит тогда, когда ему удобно.

Даже процесс «прогрева» клиента лучше проходит в мессенджере. В то время как коэффициент открытий электронных писем и СМС-рассылки резко падает, а вовлечённость в SMM**-контент снижают «умные ленты» и меняющиеся алгоритмы, именно мессенджеры демонстрируют роскошный open rate — процент открытия сообщений составляет 90%. Аналитики связывают это с психологическим моментом: значок неоткрытого сообщения в мессенджере раздражает. Однако если предприниматель не готов тратить время на работу в мессенджере, лучше его не запускать, считают эксперты. Нет ничего печальнее, чем пропущенные заявки в WhatsApp.

Они знают о нас всё
В то время как контекст и таргет перегреваются, охотники за трафиком настраивают новую «ловушку» — Wi-Fi*** сканеры, собирающие MAC-адреса (уникальный физический адрес устройства. — Ред.) всех, кто попал в радиус действия. Даже если модуль WI-FI на «яблоке» или андроиде выключен, клиент уже в вашей базе. По собранным данным настраивается реклама во ВКонтакте, в Яндексе, MyTarget и Одноклассниках. В личном кабинете такого сервиса будут доступны аналитика по посещениям вашей организации за час, месяц или год, статистика рекламы, данные о том, как часто возвращаются покупатели и кто из них пришёл после просмотра рекламы в интернете. Зачем ждать роботов — они уже среди нас. И скоро вы получите от них новое рекламное предложение.

Какие сервисы появились в CRM-системах в 2021 году
– Создание интернет-магазина в готовых конструкторах и подключение ко всем платёжным системам и кассам. Магазин при этом будет адаптивен для мобильных устройств и полностью интегрирован с материнской CRM.
– Возможность проведения оплаты через мессенджеры.
– Организация доставки.
– Онлайн-редактор для совместной работы.

* – Система управления отношениями с клиентами, ** – СММ, *** – Вай-фай

Надежда Абрамова
 Фотографии предоставлены компанией

Для молодых и культурных

Ольга Орлова посетила Avo Kitchen + bar и «Дом культуры»

Место

Avo Kitchen + bar
Новое заведение Игоря Крупицкого в калининградской «Европе» позиционирует себя как «место для модных людей, которые хотят быть в тренде». В разработке концепции участвовала вчерашняя школьница Елизавета Кузнецова, теперь она выступает амбассадором гастробистро. Казалось бы, это должно гарантировать «молодёжность» Avo Kitchen + bar, но вопросы возникают уже к названию — авокадо в тренде как минимум лет пять.

Место

Интерьер балансирует между детским кафе и баром, хотя разноцветные неоновые лампы и светильники необычной формы отлично выглядят на фото. Официанты одеты в цветные футболки и светлые джинсы, из-за чего похожи на подростков. Одна из фишек заведения — возможность сделать заказ через QR-код на столе. Протестировать не удалось: официант оказалась быстрее. Однако для загруженных вечеров и антиковидных интровертов вариант с QR-кодом идеален.

Место

Меню оформлено в наивно-примитивном стиле, продолжающемся в бесконечных «смешных» надписях на тарелках и подставках под стаканы — везде фразы в духе «Лучше поздно, чем никогда» и «Хочу авокадо, а не вот это вот всё». Названия блюд под стать: салат коул-слоу здесь называется «Коля, помедленнее», тако с курицей — «Чикен-чирикен», один из десертов — «Чизкейк обленился». Поддерживая брендинг, меню включает немало позиций с авокадо: аво-тосты, зелёный салат «Крокодил Гена», необычный десерт — гонконгская вафля с мороженым и гуакамоле. Последнее без соли и перца, а потому воспринимается как крем.

Помимо блюд с авокадо, в меню также представлены бургеры, мексиканские закуски, американские корн-доги и немного азиатских супов. Приятно удивляет не многонациональность, а большое количество вегетарианских опций. Есть даже бургер с соевой котлетой. Заплатить за такой придётся почти 500 рублей, а за мясной — 400. В целом цены для гастробистро не удивительны.

«Дом культуры»
Небольшой ресторан от создателей зеленоградского «Телеграфа» на месте бывшего «БургерБара» получился по-домашнему уютным, несмотря на то, что окна выходят на оживлённую улицу Черняховского в Калининграде. Два этажа оформлены в модном сейчас стиле семидесятых: винтажные столы, огромный буфет, старое радио и лампы с красивыми абажурами. Атмосферу дополняет музыка The Doors, The Beatles и The Rolling Stones.

Место

По утрам с 8.00 до 12.00 здесь готовят завтраки: кашу, сэндвичи, яйца и творог. Меню компактное: несколько видов пасты и горячего, немного роллов и поке, один салат и десяток закусок. Ингредиенты для того или иного блюда то и дело заканчиваются, поэтому выбор уменьшается. Многие сомневаются в необходимости блюд японской кухни, но создатели уверены, что они отлично сочетаются с напитками. Хотелось убедиться в этом самостоятельно, но все роллы были в стоп-листе, как и панна-кота. Некоторых позиций в карте бара тоже не было в наличии, но она в разы обширнее меню, поэтому несложно выбрать замену. Большой плюс: много вариантов как для компаний, так и для тех, кто пришёл один.

Место

Блюда подают на простых белых тарелках, смотрится эстетично. Утка с карамелизированной грушей и соусом жю оказалась сочной и вкусной. Порадовала и паста с сёмгой — рыбы не пожалели, хотя немного пересолили. Но не все блюда одинаково хороши: брускетта с ростбифом показалась сухой, малинового соуса было недостаточно. Несмотря на явный фокус на закуски, горячее выглядит достойнее. Выбор десертов невелик, но среди них есть отличное крем-брюле, ромовая баба и ностальгический торт «Карпатка».

Место

В целом «Дом Культуры» показался приятным заведением, где можно одинаково вкусно позавтракать и поужинать. Посетителей пока немного, поэтому удаётся без брони посидеть в приятной обстановке и относительной тишине. Еда понятная, но не банальная. Встречаются и необычные сочетания, например, морской гребешок с гречкой. Минус в том, что качество блюд колеблется — если не угадать с выбором, можно уйти неудовлетворённым. И зайти еще раз.

Упомянутые напитки являются безалкогольными

Фотографии Светланы Андрюхиной и Ольги Орловой

Подростки на краю света

Концерт

В Калининграде прошёл «Край света. Запад»12+, его посетили 6 500 зрителей. Антон Резниченко узнал, как международный кинофестиваль исследует поколение

— Проект по большому счёту является продюсерским центром. Он существует для того, чтобы в месте, где он проводится, люди немного иначе стали смотреть на жизнь и на себя. А некоторые — смогли снимать кино, никуда не уезжая, и для тех, кто живёт рядом с ними, — так формулирует миссию «Края света» генеральный продюсер фестиваля Алексей Агранович.

«Край света» был придуман и появился десять лет назад в Южно-Сахалинске. В Калининград пришёл в 2019 году. По очевидным причинам в прошлом году фестиваль не состоялся — это дало время переосмыслить его цель и суть. Теперь «Край света» сконцентрирован на проблеме подростков: фестиваль про жизнь их глазами и о способах, которыми они осваивают мир. Казалось бы, сузив фокус, организаторы отрезали большую часть аудитории. Но если вдуматься, это не совсем так.

Мастерские
Пока взрослые сидели перед экраном, погружаясь в мир младшего поколения, подростки и дети работали в творческих мастерских. Их пять: анимация для детей, подростковая анимация, мастерские градоустройства, документального кино и кинолаборатория.

— Изначально мы хотели, чтобы среди банальной окружающей действительности ребята нашли истории, микросюжеты. Чтобы смотрели вокруг себя, сменили фокус внимания, — рассказывала куратор мастерской документального кино, режиссёр Ольга Привольнова.
На деле всё оказалось иначе. Подросткам было сложно сосредоточиться на окружающем, им хотелось познакомиться друг с другом.

— Тогда мы подумали: если узнавать друг друга — искреннее желание, то почему бы не шагнуть в эту сторону? Так мы решили узнавать друг друга через камеру, делать из этого 15-минутные фильмы, — объясняет Ольга. — Пока себя не отрефлексируешь, никуда не двинешься. Прежде чем лезть в чужие истории, нужно снять кино о себе. Иначе ты будешь через запятую снимать вроде бы про других, но в фильмах останется твоя травма — ты будешь всюду её распаковывать, не выйдешь на другую тему.

Мастерская Привольновой набрала 15 ребят в возрасте от 13 до 17 лет. Чтобы оказаться в их числе, каждый записал селфи-исповедь. Прошли те, кто описывал свой день контекстным, киношным языком: «Встаю, потому что вытаскивают из кровати, вставать не хочется», а не ограничивался сухим: «Встаю в 9, ложусь в 10».

Во время фестиваля подростки поделились на пары и снимали докфильмы друг о друге. Четыре дня на съёмки, потом монтаж. Вместе с куратором они рефлексировали и пытались разобраться, что есть дом и школа — место, куда хочется приходить, или откуда хочется бежать.

— Вопрос, от которого детям уже тошно: «О чём это?» Я всё время их об этом спрашиваю. Человек может просто молчать, а может молчать после тяжёлого разговора. И тогда он молчит о чём-то. Ловить эти нюансы, когда тебе 13, сложно. Поэтому важно с утра до ночи быть рядом с героем, снимать всё, что происходит. Попробовать, не используя прямые вопросы и формат интервью, накопать историю, — говорит Привольнова.
В кинолаборатории для подростков под руководством сценариста Елены Ваниной и режиссёра Кирилла Кулагина занималось 25 человек.

— Наш опыт подсказывает: по вступительным заданиям почти невозможно понять, что человек на самом деле думает, что ему внушили в школе, а что — родители. Самыми открытыми, свободными и талантливыми были дети, о которых мы никогда бы так не подумали по вступительным экзаменам. Поэтому в этот раз мы не устраивали отбор, а просто объявили даты, — подчёркивает Кирилл Кулагин.

Я встретился с участниками мастерской во время съёмок у Башни Врангеля в десятом часу вечера. Одни катались на скейтах, другие пели под гитару. Кулагин их снимал.

— Мы снимаем манифест культуры подростков, — рассказал участник мастерской Егор Константинов. — Каждый написал, что значит быть подростком, есть несколько тезисов. Например: «Мы подростки, и для нас интернет — безопасное пространство, более безопасное, чем окружающий мир» или: «Мы состоим из противоречий, несостыковок, борьбы». Придумали, как иллюстрировать каждый пункт.

В итоге должен получиться короткометражный игровой фильм, его покажут на следующем фестивале. На закрытии мастерские продемонстрировали только тизеры.

— Таких интенсивов будет несколько в течение года. Задача первого — объединить детей, показать, что кино легче, чем они думают, что любой из них может включиться. Все задания направлены на то, чтобы подростки увидели, что их жизнь интересна, — добавляет Кулагин.
Он занимается съёмками, но все идеи принадлежат подросткам. Кураторы лишь направляли ход мыслей, продумывали структуру. По словам Привольновой, если ребята захотят продолжить обучение, мастерская сможет работать в гибридном формате, используя зум-конференции и офлайн-встречи.

Мастерская градоустройства под руководством антрополога Михаила Алексеевского представила во время фестиваля книгу о жизни микрорайона Сельма. Школьники и студенты из Калининграда исследовали этот район с 2019 года: общались с местными жителями, снимали повседневную жизнь, анализировали районные группы в соцсетях и архивные публикации в СМИ. В книге собраны 43 интервью с калининградцами разных возрастов и профессий.

Концерт

Личные границы
Кураторы мастерских давно работают с детьми и подростками по всей России. На вопрос, чем их мир отличается от мира взрослых, Кирилл Кулагин отвечает:
— Сложно обобщать, но будто бы люди становятся более внимательными друг к другу. Возможно, это связано со временем. Тенденция очень заметна по нынешнему набору мастерских и по прошлому курсу на Сахалине. Ребята слушают друг друга, стараются не перебивать, додумывают идеи. И это ужасно странный, крутой процесс, которого несколько лет назад не было.

Ещё одно наблюдение Кирилла — современные подростки живут в едином культурном поле, с одинаковыми ценностями и увлечениями, поэтому им легче находить общий язык. По мнению режиссёра, во многом это заслуга интернета.

— Несколько лет назад я делал проект в Норильске, где фактически не было интернета. Люди, которые там живут, не были похожи ни на одного знакомого мне человека. Это было изолированное общество, — вспоминает Кулагин. — В Калининграде все совершенно спокойно общаются с жителями любой точки мира. Но люди рождаются и формируются без интернета. Интернет обобщает, открывает мир.

Глядя на своих воспитанников, Ольга Привольнова говорит, что современные подростки более гибкие и лёгкие. Если они рефлексируют, то не тонут в этой рефлексии, как взрослые, легче перелистывают страницу.

— За восемь дней пять человек поплакали. Одна пара междусобойчик устроила. Потом они покатались на каруселях, вернулись и дальше работают вместе. Не зависают в претензиях, опасениях. Быстро выходят из сложных обстоятельств, — делится наблюдениями Привольнова.
Мучает же подростков контроль со стороны родителей, отсутствие доверия, невозможность допустить, что у ребёнка есть свои границы и права.

— Каждый из нас индивидуален. Старшему поколению не хватает именно этого — признания индивидуальности, — говорит участник мастерской Егор Константинов. — Наше поколение намного жёстче и бережнее относится к личным границам. Но на самом деле у нас много общего [со взрослыми]. Например, тезис о том, что мы умеем хранить секреты и нам сложно влюбляться. Но ведь и про взрослых можно сказать то же самое.

Происходят тектонические сдвиги: развитие цифровых технологий, культура отмены, пересмотр этических норм. В этой ситуации все взрослые — подростки, резюмирует Алексей Агранович:

— Мы с вами не очень хорошо понимаем, как в этом мире существовать. Мир перестаёт быть линейным, в нём происходит что-то, с чем никак не коррелируется весь опыт, накопленный человечеством прежде. Люди, которых мы называем подростками, не обременены опытом, как им обременены взрослые, они ориентируются куда лучше, быстрее и точнее. И мы уже у них учимся.

Фотографии Александра Матвеева, Дениса Кичатова

Оставить доску в стране

Эксперт

Министерство промышленности и торговли России на фоне роста цен на пиломатериалы рассматривает возможность ограничения экспорта этой продукции. За год цены на древесину выросли в два раза. Причиной этого стал дефицит как в России, так и в других странах. По прогнозу сопредседателя правления Ассоциации деревянного домостроения Юлии Юрловой, к концу лета деревянные дома могут подорожать на 40%

— Ещё в январе сообщалось, что к 2025 году спрос на деревянные дома в России вырастет в два раза. Насколько корректен этот прогноз и с чем связан рост?
— Уже сегодня спрос больше в два раза. Деревянный дом — одна из самых быстрых технологий строительства, это и обеспечивает спрос. Понятное дело, что после пандемии есть, в том числе, и некоторое оздоровление экономики, и отложенный спрос, который наблюдается с прошлого года. Этот спрос сохранится. Вопрос в том, будет ли возможность его реализовать и сохранится ли он с учётом текущих цен на деревянные конструкции.

— Пиломатериалы на экспорт и для внутреннего рынка могут начать реализовывать исключительно через биржевые торги. Проекты соответствующих документов проходят общественное обсуждение. Это хорошая новость для бизнеса или плохая?
— Пока сложно дать оценку. Всё, что пытается так или иначе контролироваться, сначала вызывает недоумение у предпринимателей. Текущая ситуация с ценой на экспорт и с ценой на внутренний рынок. Когда цена выросла в два раза, мы направляли обращение в Минпромторг России, просили обратить внимание на ситуацию и на уровне государства отрегулировать вопрос. Это будет обеспечено торгами, возможно, будет некое квотирование. Если предприятие условно отправляет на экспорт 100 тысяч кубов доски, то, например, 20 кубов она обязана оставить на внутреннем рынке. Сейчас сложно сказать, какая схема рабочая, к какой склонится Минпромторг.

Эксперт

Юлия Юрлова
С 2001 по 2009 год — специалист по связям с общественностью, маркетолог, директор по маркетингу в международной компании в сфере инжиниринга деревообрабатывающих производств. С 2009 года — соучредитель компании «Изба Де Люкс». В то же время стала членом Совета партнёрства Ассоциации деревянного домостроения России. В 2021 году общим голосованием избрана сопредседателем правления Ассоциации.

Ассоциация деревянного домостроения России работает с 2003 года. Активно взаимодействует с государственными и негосударственными структурами, отвечающими за строительство, организует образовательные программы, встречи, семинары и поездки. В составе Ассоциации российские и зарубежные производители материалов, комплектующих, оборудования, технологий и программного обес­печения для деревянного строительства.

— В Калининградской области деревянные дома не очень популярны. В каких регионах иначе?
— Где много дерева. В среднем по стране показатель ввода деревянных строений составляет 17–20%, в лесных регионах он доходит до 40–60%. В Архангельской, Иркутской областях, Красноярском крае и так далее. Это вопрос близости к сырью и в том числе исторической подоплёки.

— По сравнению с США и Канадой, в России мало строят из пиломатериалов. Даже сами строители говорят, что деревянный дом продать труднее. Но цены тянутся к мировым. Почему?
— Потому что мы сейчас имеем просто дикий спрос со стороны европейских стран, Китая, Японии. Если ты экспортёр, и цена там, куда ты экспортируешь доску, доходит до 30–35 тысяч рублей за куб, очевидно, что ты не станешь продавать её в России по 20 тысяч. Отправлять на экспорт выгоднее, чем продавать по той цене, по которой готов потреблять внутренний рынок. Дикий спрос в мире связан с пандемией, с оздоровлением экономики, отложенным спросом, с тем, что прошлый год был нерабочим, — всё это и вызывает небывалый рост. Я вам больше скажу. Мы общались с коллегами в Америке, у них на два года вперёд уже подписанных заказов. Некоторые российские строители могут похвастаться, что до конца этого года всё забито.

Эксперт

— Сейчас очень высокие цены на жильё по всей стране. И на пиломатериалы, использующиеся при строительстве, тоже. Как долго они смогут сосуществовать? Кто сдастся первым — жильё или пиломатериалы?
— К сожалению, без ввода ограничительных пошлин на экспорт предпосылок к этому я не вижу. Пошлин, которые будут вводиться с 1 июля, — 10–15 евро на куб сырья с влажностью больше 22% — недостаточно, чтобы стабилизировать цену на внутреннем рынке. В любом случае она будет расти. Заказчику, который ещё в январе этого года мог купить 100 кубов клеёного бруса за 3,5 миллиона рублей, те же 100 кубов сейчас продают уже за 5,5 миллиона. Вопрос, готов ли предприниматель платить? Есть у него лишние деньги в размере двух миллионов рублей? Если мы ничего не будем делать, победит доска, и мы увидим торможение роста строительства деревянных домов.

Любой завод будет стремиться отправлять всё по максимальным ценам, зарабатывать деньги. Можно даже сказать, сверхприбыли. А внутренний рынок как-нибудь справится – вот позиция крупнейших лесопильщиков страны

— В апреле застройщики резко сократили объёмы строительства, чтобы избежать покупки древесины, которая с начала года взлетела более чем на 300%. Это мировые значения. Насколько они влияют на цены на аналогичные материалы в России?
— Любой завод, пока у него высокая экспортная цена, будет стремиться отправлять всё по максимальным ценам, зарабатывать деньги. Можно даже сказать, сверхприбыли. А внутренний рынок как-нибудь справится — вот позиция крупнейших лесопильщиков страны.

— Министерство промышленности и торговли на фоне роста цен на пиломатериалы рассматривает возможность ограничения экспорта продукции. Речь идёт в первую очередь о грубо обработанной древесине. К чему это приведёт?
— Мы получали отклик от Минпромторга по нашему предложению ввести пошлину на вывоз древесины с влажностью 22%. Этого недостаточно, потому что в основном вывозит­ся доска с меньшей влажностью. По этой сухой доске у нас ничего в программе Минпромторга не сказано. Поэтому я считаю, что этот фактор не сильно повлияет на цены.

Эксперт

— Почему важно введение таможенных пошлин на пиломатериалы естественной влажности?
— Потому что это обеспечит хотя бы удешевление доски на внутреннем рынке на размер пошлины. Возможно, какая-то часть сухой доски начнёт оставаться на рынке.

— Чтобы малый бизнес в лесной отрасли успел перестроиться на переработку, нужны время и господдержка. С 1 января по поручению президента запущена программа льготных кредитов на модернизацию производств по переработке древесины. Насколько она эффективна?
— Любая модернизация занимает время. На то, чтобы построить в чистом поле завод, например, лесопильню с сушильными камерами и острожкой, потребуется около двух-трёх лет. Это детальная проработка и инжиниринг проекта, привлечение инвестиций, пусть даже льготных, заказ оборудования. В России нет производителей станков для обработки древесины. А срок поставки из Европы и Америки сейчас — год.

— Если говорить о квотах, что мешает их ввести?
— О том, что вводится запрет на вывоз необработанной или грубо обработанной древесины с 1 января 2022 года, было известно три или четыре года назад*. Но это не привело к появлению огромного количества новых деревообрабатывающих предприятий. В объёмах, необходимых стране, этого не произошло. Что делать? Ну вот опять, я считаю, что жёсткие квоты — единственное, что поможет государству оставить в стране доску. Без этого цена на доску не стабилизируется. Уже никто не говорит о том, чтобы она упала. Мы не можем выйти в режим стабилизации цены, потому что каждую неделю стоимость вырастает на 1000 рублей.

Эксперт

Александр Орехов, генеральный директор деревообрабатывающего комплекса «Лесобалт»:
— За последний год мы наблюдаем очень правильные действия федерального центра. На поддержку экономики во время пандемии было направлено несколько сотен миллиардов. В промышленности остановилось много полупрозрачных, неперспективных проектов. Реальный сектор экономики сегодня идёт правильным путём: бизнес получает субсидии, гранты, другие виды экономической поддержки, каждый вложенный рубль помогает развиваться.

Постановление о пошлинах на вывоз пиломатериалов считаю правильным шагом. Подумали не об экспорте, а о сохранении российского бизнеса, перерабатывающего лес. В стране останется больше добавленной стои­мости. Китайцы — основные покупатели древесины — сами найдут выход из ситуации: построят в Сибири сушильные комплексы, как уже построили пилорамы.

Влажность 22%, о которой идёт речь [в постановлении], означает, что доска не будет деформироваться — это готовый строительный материал, а он как раз в дефиците. Ещё одна причина, почему потребовались ограничения, — за последний год лес вырос в цене вдвое. Соответственно, дорожает себестоимость строительных работ. При этом цены выросли не только на лес: металл, цемент, тарифы. Калининградский бизнес, помимо давнишних проблем с логистикой, и вовсе вынужден каждый месяц переплачивать миллионы за электричество, которое подорожало почти на 60%.

сть рынок, который должен развиваться и должен всё расставить по местам, и есть правительство, которое может на это влиять. Данное постановление — максимально возможное в нынешней ситуации решение для того, чтобы поддержать предприятия, специализирующиеся на глубокой переработке леса. Кроме переработчиков, это поддержит строительный комплекс — будет больше леса, который закроет дефицит в материале и в перспективе сдержит рост цен.

* — Запретить с 1 января 2022 года вывоз из России необработанной или грубо обработанной древесины президент Владимир Путин поручил правительству 30 сентября 2020 года.

Софья Сараева, Антон Хоменко
Фотографии из архивов героев и редакции