Архив рубрики: Без рубрики

По звонку

Предприниматели изменили свой бизнес, чтобы выжить в «нерабочее» время

Кейсы

Food Dealer

  • Доставляют еду из пяти заведений
  • ООО «Капучино». ОГРН 1113926031383.
    236010, г. Калининград, ул. Вагоностроительная, д. 22

     Food Dealer — один из первых сервисов доставки, появившийся после закрытия в Калининграде заведений общепита. Проект объединяет бренды Königsbäcker, «Круассан-кафе», La Storia, Port-o-coffee и Port-o-Manufaktura — в компании называют это главным преимуществом, поскольку сумма минимального заказа единая.
     — Мы давно обсуждали, что было бы здорово сделать собственную доставку, ближе к лету планировали начать вплотную работать над проектом. Планы изменило закрытие всех заведений — решили запустить доставку прямо сейчас, все ресурсы для этого были, — говорит бренд-маркетолог Мария Жидкова.
     — Организовали доставку за две недели с бюджетом примерно в 15 процентов от исходного. Первый заказ выполнили 4 апреля, — рассказывал директор по развитию Food Dealer Алексей Кирпичёв в эфире проекта «ИзоЛента» на Клопс16+.
     Подготовительный этап включал проработку ассортимента, создание колл-центра и курьерской службы — в них работают сотрудники компаний — и разработку сайта. С последним возникли сложности: планировалось, что полный функционал будет доступен 15 апреля, затем полноценный запуск перенесли на 25 апреля. Жидкова объясняет это принципиальным решением не выпускать сырой продукт.
     Накануне Пасхи нагрузка на сервис значительно увеличилась. По словам Жидковой, работать пришлось в режиме нон-стоп. Заведения, представленные в Food Dealer, по-прежнему доступны в «Яндекс.Еда». В компании не отрицают, что рассмотрят отказ от сотрудничества из-за высокой комиссии агрегатора.
     — Мы находимся в стадии становления. Кроме запуска доработанного сайта, в планах — расширение географии доставки и развитие новой линейки замороженной продукции, — добавляет Жидкова. Кирпичёв отмечает, что это направление пользуется спросом — 25 процентов заказов в Food Dealer приходится на полуфабрикаты.

Кроме запуска доработанного сайта, в планах – расширение географии доставки и развитие новой линейки замороженной продукции


Кейсы

Мастерская «Глазко»

  • Ремонтируют очки с доставкой на дом
  • ИП Пан-Си-Хэ В.А. ОГРНИП 316144700050251. 677014, г. Якутск, пер. В. Сапожникова, 10

     «Глазко» — сеть мастерских, заточенных на все виды ремонта очков, включая сложные, где требуется пайка пластика или титана. В 2016 году компания открылась в Якутске, затем — в Набережных Челнах и Москве. После открытия в столице пришлось переделать каналы привлечения клиентов, выручка выросла на 75 процентов, писал в инстаграм основатель сети Владимир Пан-Си-Хэ. По словам руководителя «Глазко» в Калининграде Анастасии Ушковой, старт третьего филиала был успешным:
     — В первый же день пришло много клиентов, которые ждали несколько месяцев, — мы анонсировали открытие в августе, начали работать в ноябре. Наше преимущество в том, что мы используем современные технологии ремонта. В Калининграде редкие оптики выполняют лазерную пайку оправы или делают замену флексы. Флексы — механизм, встречающийся во многих очках, он позволяет заушнику пружинить. В случае поломки его обычно перепаивают, а не меняют. Мы хорошо начали, стабильно росли, появились постоянные клиенты, но в середине марта всё изменилось.
     Спад, по словам Ушковой, начался с введением карантина в европейских странах, клиенты стали осторожнее в тратах.
     — Для людей с плохим зрением очки — предмет первой необходимости. Если у вас только одна пара, отложить ремонт нельзя. Когда начались разговоры о закрытии в Калининграде торговых центров, мы стали думать, что будем делать, если клиенты не смогут к нам прийти. В московском филиале уже работала доставка очков на дом — в большом городе такая услуга востребована. Мы решили перенять опыт и уже 5 апреля запустили дистанционный сервис (торговые центры в Калининградской области остановили деятельность 28 марта, «Глазко» находится в ТРЦ «Европа». — Ред.), — говорит Анастасия Ушкова.
Работает он следующим образом: клиент отправляет фотографию поломки, специалисты «Глазко» оценивают её сложность и рассчитывают стоимость работы, после чего курьер забирает сломанные очки. Когда мастер приступает к их ремонту, клиент получает ссылку на сайт, где может в реальном времени следить за процессом. Готовые очки также привозит курьер, соблюдая меры безопасности. Компания заранее закупила расходные материалы и комплектующие.
     — Чтобы запустить доставку, мы перестроили абсолютно все механизмы работы, обновили сайт. Также пришлось пересмотреть планы по продвижению: сосредоточились на минимуме ресурсов, рекламирующих новую услугу, чтобы держаться на плаву, — говорит Ушкова. — Выручку за первую неделю работы нельзя сравнить с тем, что было «до», но это всё равно больше, чем ноль.

Наше преимущество в том, что мы используем современные технологии ремонта


Кейсы

Павел Поникаровский

«Люмен Фильм»

  • Шьют маски, пока закрыты кинотеатры
  • ООО «Люмен-Фильм НН». ОГРН 1135247000756.
    236010, г. Калининград, ул. Сержанта Мишина, д. 22В, подъезд 1, помещение II

     В конце марта компания «Люмен Фильм» приостановила работу из-за угрозы распространения коронавирусной инфекции. Были закрыты десять кинотеатров, три из которых находятся в Советске, Гусеве и Черняховске; на неопределённый срок перенесено открытие нового кинозала в Калининграде.
     — Мы оказались вынуждены искать варианты альтернативного заработка. Когда кинотеатр закрыт, деньги на оплату труда брать неоткуда — в отличие от ресторанов или фитнес-клубов, мы не можем работать в дистанционном формате, — рассказывает владелец сети Павел Поникаровский.
     Тогда команда «Люмена» приступила к пошиву многоразовых масок, проект символично назвали «Синемаски». Производство организовали в офисе, сотрудники, находясь на самоизоляции, шьют из дома на предоставленном оборудовании. Маски продают в розницу (минимальный заказ — пять штук) и оптом, доходы от продажи идут на зарплату и оплату расходов, связанных с обслуживанием кинозалов и техники. Кроме Калининграда, в проекте участвуют филиалы компании в Санкт-Петербурге, Арзамасе, Заречном, Сарове, Балашове, Симферополе.
     — Проект помогает компенсировать резкий дефицит многоразовых масок. Мы — не перекупщики, которые в сложной ситуации накручивают три цены, а производители изделий первой необходимости, — говорит Павел. — Текстильные материалы закупаем оптом, после чего делим на партии и развозим по домам сотрудников, занятых пошивом. Таким же образом собираем готовые изделия, упаковываем, маркируем и отвозим клиентам. В аккредитованном центре в Иваново получили заключение, что по правилам Таможенного союза наши маски не подлежат обязательной сертификации.
     В проект поступило более 800 тысяч рублей, продано порядка 5000 масок. Компания планирует увеличивать производственные мощности, приглашает к сотрудничеству портных и курьеров:
     — Выручка от проекта не может полностью компенсировать доходы, которые приносили кинотеатры, тем не менее, она позволяет финансово поддерживать наших сотрудников. В ближайшее время [с вырученных средств] начнём покупать и доставлять пожилым людям продуктовые наборы.
     О «Синемасках» написали федеральные СМИ, что, по словам автора проекта, стало хорошим подспорьем в продвижении. В Калининграде проект поддерживают областное правительство и Центр поддержки предпринимательства «Мой бизнес». Губернатор Антон Алиханов выкладывал в инстаграм пост о «Синемасках», добавляет Павел:
     — Пока прогнозы ненадёжны, сложно сказать, как скоро мы сможем вернуться к основной работе. Вместе с Ассоциацией владельцев кинотеатров обращались за поддержкой в правительство, наша деятельность добавлена в перечень наиболее пострадавших от COVID-19. После окончания пандемии надеемся получить финансовую поддержку на федеральном и региональном уровнях.

Мы – не перекупщики, которые в сложной ситуации накручивают три цены, а производители изделий первой необходимости


Кейсы

Илья Варёха

GS.Coffeshop

  • Организовали бесконтактную продажу кофе
  • ИП Варёха Илья Игоревич. ОГРНИП 312392632700070. 236029, г. Калининград, ул. Колхозная, д. 12, кв. 31

     Под брендом GS работают три кофейни «третьей волны»: на Галицкого, «Прачечная» и № 3. В конце марта их совладелец Дмитрий Скрябин в разговоре с РБК Калининград18+ говорил о снижении спроса на кофе с собой: в двух заведениях бренда продажи навынос упали на 30 и 50 процентов.
     — Каждую неделю спад увеличивался — сначала на 20 процентов, потом ещё на 15, затем ещё на 40. 31 марта закрыли все заведения и сфокусировались на доставке кофе вы зёрнах и капсулах. Мы единственные в городе продаём кофе от Verlé Coffee Roasters (российские обжарщики. — Ред.), давно хотели развивать это направление. За пару дней доделали сайт и стали развозить заказы на машине и велосипеде, — рассказывает соучредитель GS.Coffeshop Илья Варёха. — Это не тот проект, который сразу «выстреливает»: требуется время, чтобы объяснить людям, какой кофе хороший и почему. Падение продолжалось, мы понимали, что нужно [сделать] что-то ещё.
     6 апреля Варёха и Скрябин открыли кофейню № 3 в формате дистанционного обслуживания. Для посетителей кофейня закрыта, желающим взять кофе и еду навынос предлагают сделать заказ в специальном окне — есть меню, терминал для бесконтактной оплаты и номер телефона, по которому ответит бариста. Рядом — зона ожидания, готовый заказ оставляют на специальном столе. Забрать кофе можно после того, как бариста скроется за дверью. Есть указатели, объясняющие последовательность действий и призывающие держать дистанцию.
     — Идея возникла, когда я ехал мимо «Макдональдса», где работают «драйв-ин» и «МакЭкспресс». Подумал: а чем мы хуже, и за утро организовал бесконтактную продажу через окошко у нас. Также смотрел, как делают кофейни и магазины в Нью-Йорке — там всё разлиновано, гости соблюдают дистанцию в 1,5-2 метра. Читал предписания Роспотребнадзора и, конечно, ориентировался на собственное понимание, как нужно работать во время эпидограничений. Мы могли бы перестроиться и сделать магазин, но я считаю такой формат неправильным — лучше полностью исключить контакты с гостями, — говорит Илья Варёха.
     Одновременно с окошком № 3 запустила собственную доставку, сокращённый ассортимент появился в «Яндекс.Еда». Варёха объясняет это тем, что кофе теряет свои качества, пока курьер добирается до клиента. Создание двух сайтов (для заказа кофе в зёрнах и блюд из кофейни) не потребовало больших инвестиций:
     — Первый обошёлся в 6 тысяч рублей, второй сделали сами, платим за обслуживание 700 рублей в месяц. Плюс домены, они недорогие, — перечисляет Илья. — Сейчас оцениваем падение в 70 процентов, если бы не лояльные гости, которые поддерживают нас в это сложное время, упали бы на 80-90 процентов. Работаем как мушкетёры: смены у бариста и поваров не оплачиваются, в конце месяца подсчитаем заработанное и поделим поровну. Если не откроемся в июне, придётся вкладывать свои деньги. Есть тысяч 300-400, их хватит на месяц — налоги, зарплаты, аренда. В «Прачечной» нам дали на аренду скидку в 30 процентов, в «Кофейне на Галицкого» пошли навстречу и отменили, но если у владельцев помещения кончатся деньги, оплату вернут. К тому же все мы понимаем, что рынок будет выходить из кризиса не меньше, чем полгода. Многие пересмотрят бюджет и скажут, что кофе — не самое важное. Маленькие кофейни, владельцы которых сами стоят за баром, могут закрыться.

Идея возникла, когда я ехал мимо «Макдональдса», где работают «драйв-ин» и «МакЭкспресс». Подумал: а чем мы хуже, и за утро организовал бесконтактную продажу через окошко у нас


Софья Сараева
 Фотографии из архива редакции и предоставлены компаниями

«Пока держимся»

Тема номера

Как работает калининградский бизнес в условиях нерабочих дней и самоизоляции

IT
     На первый взгляд может показаться, что рынок IT меньше всего пострадал от пандемии коронавируса и грянувшего следом экономического кризиса. В общем и целом так и есть, поскольку развитие информационных технологий в гораздо меньшей степени, чем, к примеру, отельный бизнес, зависит от карантинных ограничений.
     Компания «1С-Битрикс» в апреле объявила, что подключила к сервису управления бизнесом «Битрикс24» семимиллионного клиента — компанию из Франции. «Из-за быстрого распространения коронавируса весь бизнес ищет возможность перестроиться на дистанционную работу. Мы учли этот фактор в нашем продукте — с помощью „Битрикс24“ можно удобно работать из дома», — заявил агентству CNews16+ заместитель генерального директора «1С-Битрикс» Сергей Кулешов. Столь же оптимистично оценивают текущее положение дел в другой крупной калининградской IT-компании — KODE, занимающейся разработкой мобильных приложений.
     — На нашу работу ни пандемия, ни кризис никак не повлияли — все сотрудники продолжают работать над проектами, — говорит основатель и руководитель компании Алексей Козак. — В апреле у нас появились новые контракты. Персонал не сокращаем, наоборот, увеличиваем зарплату сотрудникам по намеченному плану. Да и вообще, я не слышал, чтобы кто-то из крупных IT-компаний региона испытывал большие проблемы.

По словам Алексея Козака, среди сфер IT, которые кризис затронул сильнее всего, — плотно связанные с наиболее пострадавшими отраслями — авиаперевозками, туризмом, ресторанным бизнесом

     Однако проблемы есть. Было бы странно, если бы рынок IT не почувствовал на себе то же, что и все, — катастрофическое падение спроса. Причём некоторые секторы отрасли информационных технологий ощутили кризис сильнее.
     — Спроса нет, он упал с невероятной силой, — говорит Максим Кучма, директор digital*-агентства «Мультисайт», занимающегося разработкой сайтов, их поддержкой и продвижением. — Серьёзнее всего пострадали интернет-маркетинг и сфера SMM. Произошёл отток клиентов — замечаю, что спад трафика по поисковым запросам упал в разы. Потери в апреле и мае, думаю, будут на уровне 30 процентов.
     По словам Алексея Козака, среди сфер IT, которые кризис затронул сильнее всего, — плотно связанные с наиболее пострадавшими отраслями — авиаперевозками, туризмом, ресторанным бизнесом. «Встали на паузу наши авиационные коммерческие проекты», — говорит Козак.
     — Часть бизнеса прекращает деятельность, потому что не может функционировать в новых условиях, — говорил на круглом столе «Коронованная экономика» основатель и генеральный директор «1С-Битрикс» Сергей Рыжиков. — Но есть много новых компаний, работающих активнее.
     Уверенно себя чувствуют фирмы, занимающиеся производством игр, а также онлайн-кинотеатры.
— Практически все игровые компании выросли во время кризиса, — говорит Роман Малахов, директор по процессам компании Panzerdog, специализирующейся на разработке игр. — Онлайн-кинотеатры прекрасно себя чувствуют. Онлайн-образование, пусть и не такими семимильными шагами, но тоже хорошо поднялось.
     Согласен с такой оценкой и Алексей Козак: изменившихся условиях выросло производство игр и развлекательного контента.
     Кроме того, неплохо себя чувствуют сервисы доставки. Если раньше сервисы доставки еды «Яндекс.Еда» и Delivery club были «развлечением» для хипстеров и буржуа, то с началом эпидемии и введения режима самоизоляции их популярность резко возросла. Сегодня, например, Delivery club обслуживает 19 кафе, ресторанов и магазинов Калининграда, «Яндекс.Еда» — 71 заведение общепита. Как следствие, значительно выросли доходы этих компаний и в разы увеличился штат.
     Максим Кучма добавляет, что многие магазины, работавшие до этого только в офлайне, задумались о выходе в интернет. «Есть заказы от магазинов сделать им сайт за две-три недели, — рассказывает Кучма. — Но для создания нормального интернет-магазина, для того, чтобы настроить на него трафик, нужно гораздо больше времени — два-три месяца».
     Несмотря на то что некоторые секторы IT показывают рост, по итогам года рынок, по всей видимости, ждёт падение. Алексей Козак оценивает годовые потери по России в 5–15 процентов, добавляя, что «для IT-отрасли кризис не будет глубоким, поскольку реальной остановки работы не происходило».
     озможно, каким-то наиболее пострадавшим сферам могло бы помочь государство, однако в IT-компаниях не верят, что это произойдёт.

выиграют от кризиса те, кто успел быстро сориентироваться и приспособиться к новым реалиям. И в конечном итоге сектор IT окажется в стратегическом выигрыше, поскольку, как минимум, в торговле и в целом в сфере услуг значительно вырастет значение цифровых форматов

     — Государство нам ничего не обещает, — говорит Алексей Козак. — Хотя реальной поддержкой могла бы быть отмена налогов на время режима самоизоляции, как минимум, соцвзносы в ПФР, ФСС, а также снижение НДФЛ и соцвзносов до конца 2020 года.
     Опрошенные «Королевскими воротами»16+ эксперты единодушны в том, что после пандемии мир уже не будет прежним. И это не просто риторический оборот: изменятся форматы потребления, трансформируется и бизнес. Максим Кучма уверен, что в долгосрочной перспективе кризис только выгоден IT-отрасли, поскольку позволит выйти на качественно иной уровень.
     — Мир очень сильно изменится, — уверен Кучма. — Даже тогда, когда будут сняты ограничения, вирус никуда не денется, его, на мой взгляд, вообще невозможно победить. Мне очень жаль, но в прежнем виде ресторанный бизнес уже не возродится. Очень сильно изменится сектор торговли непродовольственными товарами — значительно вырастет доля бесконтактных покупок. И от этого сектор IT однозначно выиграет. Можно прогнозировать рост различных интернет-магазинов и агрегаторов, таких как «Озон», WildBerries и так далее.
     По словам Романа Малахова, выиграют от кризиса те, кто успел быстро сориентироваться и приспособиться к новым реалиям. И в конечном итоге сектор IT окажется в стратегическом выигрыше, поскольку, как минимум, в торговле и в целом в сфере услуг значительно вырастет значение цифровых форматов.
     — Результаты этой временной остановки экономики мы увидим по итогам года, многие компании оказались совершенно не готовы и покажут падение, — полагает Малахов. — Но некоторые нашли способ цифровизироваться и начать принимать заказы онлайн, доставлять ужины, продукты питания, промтовары на дом, хотя пару месяцев назад и не задумывались о том, что это новое условие выживания на рынке. Часть компаний обнаружат для себя, что можно спокойно работать из дома, а офис им не нужен. К грядущим изменениям IT-сектор готов лучше других сфер бизнеса.
     — Потребуется перестройка бизнес-процессов, коммуникаций, планирования, но в IT всё это вчерашний день: системы учёта задач, инструменты совместной работы существуют годами и ежедневно использовались и раньше, — добавляет Малахов.

* – Цифровой


Тема номера

Производство
     Несмотря на массовую остановку предприятий из-за угрозы распространения коронавирусной инфекции, некоторые калининградские компании не прекратили работу. Среди них — АО «Экопэт», крупнейшее химическое предприятие в области.
     — «Экопэт» — предприятие непрерывного цикла, завод останавливается только для планового обслуживания. Пандемия и последовавший за ней кризис никак не отразились на бизнесе — в начале месяца мы отправили всем партнёрам гарантийные письма, что обязуемся поставлять ПЭТФ в полном объёме. Клиенты работают в прежнем графике, временно остановила деятельность только одна компания — производитель красок, — говорит генеральный директор «Экопэт» и «Балтийского промышленного парка» Александр Аникеев. — С поставками сырья сложностей тоже нет, все грузы из Китая и других стран приходят вовремя.
     В апреле «Экопэт» увеличил объём производства пищевого гранулированного полиэтилентерефталата. Аникеев связывает это с возросшей во время самоизоляции популярностью сервисов по доставке еды:
     — Наша продукция сегодня ещё более востребована — сидя на карантине, люди заказывают готовые блюда — их привозят в пластиковой таре,— а также потребляют больше бутилированной воды. Появились новые клиенты, ведём переговоры с крупным производителем листового ПЭТФ из Марокко. Из-за пандемии во всём мире пользуются спросом ПЭТФ-листы, их используют как перегородки для защиты клиентов и сотрудников, чтобы не было прямого контакта, например, на заправках. Кроме этого, с нами выразили желание сотрудничать европейские компании.

Наша продукция сегодня ещё более востребована – сидя на карантине, люди заказывают готовые блюда — их привозят в пластиковой таре, — а также потребляют больше бутилированной воды

     Производство также не останавливал холдинг РПБИ Групп, в который входят одноимённая управляющая компания, предприятия «РБПИ Партнёр Запад», «Корнево», «Правдинское Свино Производство» и «Правдинское Свино Производство — 2».
     — Мы обеспечиваем продовольственную безопасность страны и, как другие агропромышленные компании, не можем остановить работу и разойтись по домам: животных нужно кормить, поля — обрабатывать. Весь этот месяц в полном объёме ведём операционную деятельность, следуя рекомендациям Минсельхоза, Россельхознадзора, Роспотребнадзора и других профильных ведомств. Во всём мире ситуация неблагоприятная: цены на нефть критически низкие, а на сырьё — высокие. Чтобы работать в таких тяжёлых обстоятельствах, прикладываем колоссальные усилия. Мы ещё не считали расходы, и, думаю, сейчас не время это делать: главное, преодолеть кризис, — рассказывает генеральный директор ООО «УК РПБИ Групп» Томас Норгард.
     Главная из проблем, с которыми столкнулись аграрии, по словам Норгарда, заключается в серьёзном увеличении цен на зерновые, необходимые для откорма свиней. В РБПИ Групп рассчитывают, что правительство выделит субсидии, компенсирующие затраты на покупку зерна. Объём производства в этом году, по прогнозам компании, составит порядка 50 тысяч тонн мяса — этого должно хватить, чтобы обеспечить свининой Калининградскую область.
     — Мы делаем всё, чтобы цена на наше мясо оставалась ниже, чем на свинину, которую ввозят из других российских регионов, — говорит Норгард. — При самом оптимистичном варианте развития событий начнём возвращаться к обычному режиму после майских праздников, а покупательская способность останется прежней.
     В то, что покупательская способность останется прежней, не верит учредитель и генеральный директор группы компаний «Продуктовый город», совладелец компании «Балтагрос», мясоперерабатывающего предприятия «Ювина», ресторанов «Цотлер» и «У Гашека» Евгений Тиваненков.
     — Не могу сказать, что нам удалось приспособиться к новым условиям работы. Боремся за живучесть, чтобы не умереть совсем, — сказал Тиваненков в эфире программы «Реальный сектор» на «Business FM Калининград»16+.
По его словам, ресторанные проекты удаётся поддерживать за счёт других бизнесов. К доставке предприниматель относится скептически — называет иллюзией и говорит, что она не приносит даже одного процента от привычного оборота. Мясоперерабатывающие заводы продолжают работать, но не на полную мощность:
     — В российских регионах, в частности в Москве и Подмосковье, уже намечается достаточно серьёзное падение покупательского спроса. С каждым днём эта просадка всё сильнее, нет ни одного региона, где растут продажи. Ни одна из продекларированных мер поддержки до нашего бизнеса не дошла.
     Учредитель Grunwald Алексей Драч говорит, что в компании не наблюдают оттока заказов:
     — Строительный сектор продолжает работать, у нас много техники взяли для строительства инфекционной больницы в Подмосковье и других важных объектов в рамках нацпроектов. Возможно, спад будет в секторе контейнерных перевозок, но точный прогноз никто не даст. В регионах заказчики по-разному реагируют на пандемию — где-то решили повременить, в то время как другие, например клиенты с Дальнего Востока, напротив, размещают заказы. Мы тоже не сидим сложа руки, развиваем экспортное направление: взяли заказ для Африки, есть перспектива дальнейшего развития контракта. Ведём переговоры с клиентами из Финляндии, Литвы — они долго ждали контейнеры из Китая, а теперь им не хватает техники, чтобы всё перевезти. В работе заказ для Скандинавии. На май заказами завод обес-печен, дальше будем следить за развитием событий.

Строительный сектор продолжает работать, у нас много техники взяли для строительства инфекционной больницы в Подмосковье и других важных объектов в рамках нацпроектов

     Партнеры Grunwald — производители грузовых автомобилей — пострадали из-за проблем с поставками комплектующих, отмечает Алексей Драч:
     — Из-за нехватки комплектующих из Италии простаивали заводы грузовых автопроизводителей Volvo, MAN, SCANIA. Мы же выступаем партнёрами этих компаний и устанавливаем наши самосвальные кузова на шасси этих марок, поэтому невольно зависим от европейского карантина. Пока из Европы не возобновятся поставки шасси, были вынуждены приостановить наше подразделение в городе Немане, специализирующееся на производстве кузовов для грузовых автомобилей. При этом основное производство в Калининграде вовремя получило все комплектующие. В нашем деле производственный процесс может остановиться из-за нехватки одной пружинки.
     Чтобы исключить риски от закрытия границ, Grunwald вовремя отправил всю готовую продукцию на московский склад. Все административные специалисты переведены на удалённую работу — этот механизм в компании давно опробован и отлажен.
     — В мире есть определённое количество денег, оно переходит в новое русло. Наша задача — понять, в каком месте река пересохла, а где пробилась. Именно так я охарактеризовал бы нашу работу в этом месяце, — говорит Алексей Драч. — Мы не пытаемся обременить государство своими рисками и проблемами. Производители транспорта пока не относятся к пострадавшим отраслям, и я очень надеюсь, что мы в этом перечне не окажемся. Мы ищем возможность работать, а не висеть на шее. Уже есть много пострадавших, кем нужно заниматься. Мы работаем.


Тема номера

Галина Заболотская

Культура и спорт
     — Если бы подобная история произошла 15–20 лет назад, когда музей только начинал пользоваться компьютерными технологиями, ситуация была бы менее оптимистичной. То, как работает музей сегодня, полностью ломает представления о нём как об архаичной институции, занятой лишь рутинными функциями, — говорит Галина Заболотская, директор Калининградского музея изобразительных искусств.
     О работе этого и других калининградских учреждений культуры во время пандемии справедливо сказать: «Ушли в онлайн». Музей искусств запустил цикл видеоэкскурсий «Тайны старой биржи» 6+, Музей янтаря сделал возможным посмотреть на сайте любую экспозицию, Кафедральный собор и филармония развивают ютьюб-каналы, артисты Музыкального театра проводят мастер-классы и выкладывают репетиции, драмтеатра — анонсируют большую онлайн-программу, посвящённую 75-летию Победы.
     — Наши двери закрыты для зрителей, но работа продолжается, — сообщает директор Калининградской областной филармонии имени Евгения Светланова Виктор Бобков. — Репетиции проходят с помощью телефона и других достижений науки и техники, готовим новый материал, продолжаем работу над повествованием «Раскинулось море широко» —надеемся представить его в июне. Но, как бы мы ни бодрились, тесное чувство локтя, которое необходимо на репетициях и концертах, сейчас происходит с множеством оговорок. Потребуется время, чтобы восстановить сплочённость артистов. Уверен, это поправимо.

Мы не намерены отказываться ни от одного из проектов, запланированных на этот год. Проведём «Дни Эрмитажа в Калининграде», «Музейную ночь», биеннале графики, совместный проект со студией «Союзмультфильм» «Гофманиада», выставку Василия Кандинского

     При том, что фестивали и концерты перенесены, публика продолжает покупать билеты в филармонию, — Бобков объясняет это потребностью восполнить то, что было упущено из-за режима самоизоляции. Но этого недостаточно, чтобы покрыть финансовые потери из-за отмены мероприятий:
     — Пока поддержку обещал только президент — надеюсь, это более чем серьёзная гарантия, что к нашей ситуации [власти] отнесутся с пониманием.
     В Калининградском музее изобразительных искусств готовятся принять коллекцию из 3 064 произведений живописи, графики и скульптуры второй половины ХХ века. Среди них — работы Игоря Грабаря, Григория Нисского, Юрия Пименова, Николая Андронова, Петра Кончаловского, Татьяны Назаренко, Михаила Нестерова, Игоря Обросова, Петра Оссовского, Татьяны Яблонской; самое раннее произведение — полотно Бориса Иогансона «Ночь» 1916 года. Заболотская рассказывает, что новые условия позволили сотрудникам с головой погрузиться в научную работу:
     — Мы не намерены отказываться ни от одного из проектов, запланированных на этот год. Проведём «Дни Эрмитажа в Калининграде»6+, «Музейную ночь»6+, биеннале графики, совместный проект со студией «Союзмультфильм» «Гофманиада»6+, выставку Василия Кандинского6+ и другие мероприятия. Сроки открытых до изоляции выставок будут продлены.
     По словам Заболотской, в среднем музей зарабатывает около 700-800 тысяч рублей — это та недополученная выгода, которая могла быть вложена в развитие музея. Реконструкция здания биржи, куда музей переехал в 2018 году, продолжается:
     — Правительство Калининградской области перевело средства на разработку проектно-сметной документации. Идёт серьёзная работа по функциональному зонированию здания, в июле подрядчик планирует выйти на экспертизу. Пока остаёмся в графике, надеемся закончить в установленные проектом сроки.
     Музей Мирового океана во время пандемии поддерживает холдинг «Автотор». Предприятие выделило средства на дезинфекцию помещений и территории, на зарплаты сотрудникам, пишет Клопс16+. Представители музея отмечают, что все обязательства и совместные проекты с «Автотором» будут реализованы.
     В разговоре с «Новым Калининградом» 18+ министр по культуре и туризму Андрей Ермак сообщил, что объём выпадающих доходов региональных и муниципальных учреждений культуры в марте и апреле составляет 96 миллионов 330 тысяч рублей. Сюда входят потери театров, концертных организаций, музеев, Домов культуры, библиотек, парков, муниципальных кинотеатров.
     Исполняющая обязанности генерального директора стадиона «Калининград» Анна Мусевич отмечает, что пандемия серьёзно скорректировала планы по развитию и их площадки:
     — Период с марта по май — время, когда стадионы максимально генерируют прибыль, сдавая поле в аренду футбольным клубам. Общее собрание Футбольной национальной лиги решило не доигрывать первенство ФНЛ этого сезона. Окончательное решение примет исполком Российского футбольного союза 15 мая. Работа над другими проектами, организация мероприятий, взаимодействие с бизнесом на паузе. После отмены карантина намерены восстановить наработки.
     Мусевич называет стадион живым организмом, которому требуется внимание 24 на 7. Дежурные группы продолжают обслуживать трансформаторные подстанции и другие инженерные системы.
     Уже в этом году часть территории стадиона «Калининград» может стать открытой. Команда стадиона продумывает, каким должно быть новое общественное пространство:
     — Многие планы зависят от решений, которые примут арендодатели и потенциальные клиенты. В вопросах аренды мы не можем рассуждать как бизнес, поскольку являемся госучреждением. Арендные ставки формируются независимой оценкой. Пришлось перенести конкурс на аренду кафе.

Уже в этом году часть территории стадиона «Калининград» может стать открытой. Команда стадиона продумывает, каким должно быть новое общественное пространство

     Софинансирование стадиона, по словам Мусевич, пока остаётся на прежнем уровне:
     — Будем получать средства из федерального и областного бюджетов ещё три года, доля финансирования уменьшается каждый год. Из-за отмены спортивных мероприятий часть запланированных доходов уже потеряна. Вместе с коллегами из других регионов ведём диалог с Минспорта, чтобы ввиду сложившейся ситуации для стадионов пересмотрели показатели, которых мы должны достичь к концу года.
     Заместитель генерального директора футбольного клуба «Балтика» Елена Полейко добавляет, что футбол в Калининграде тоже пострадал:
     — У нас у первых прошёл матч без зрителей. Я была на трибуне: по ощущениям, так быть не должно. Клубы ФНЛ проголосовали за досрочное завершение чемпионата. Ждём окончательного решения от Российского футбольного союза (РФС). Конечно, все расстроены — во время зимних сборов команда набрала великолепную форму. У «Балтики» были все шансы выйти в Премьер-лигу.
     Полейко рассказывает, что от коллег приходят плохие новости, — по решению собственника с первенства снялся частный клуб «Армавир», проблемы с финансированием испытывает клуб «Луч» из Владивостока:
     — Нас поддерживает правительство области (финансирует «Балтику» на 65 процентов. — Ред.), спонсоры — Янтарный комбинат, «Медэкс-перт», «Регионснабжение», «Айсберг». Сейчас остались без выручки от продажи билетов. Мы, как и многие клубы, являемся некоммерческой организацией и не попадаем в реестр малого и среднего предпринимательства. Клуб сформулировал необходимые меры поддержки и отправил в РФС.

Тема номера

Российская ассоциация фитнес-индустрии (АОФИ) предлагает участникам подписать Декларацию поддержки, предусматривающую согласие на взаимопомощь в диалоге с арендодателями и готовность отказаться от входа на арендные площади

     Болельщики, по словам Полейко, с пониманием относятся к сложившейся ситуации — есть продажи в интернет-магазине, активность в социальных сетях:
     — За возвратом билетов обратились только 80 человек. Не думаю, что после окончания самоизоляции зрители перестанут покупать билеты на матчи — они доступнее, чем билеты в кино. Больше переживаем, что сохранится страх, люди продолжат держать социальную дистанцию.
     Что касается любительского спорта, эксперты называют фитнес-индустрию одной из наиболее пострадавших отраслей. По данным Forbes16+, с введением первых карантинных мер остановили работу около миллиона фитнес-клубов и спортивных секций по всему миру, бизнес объёмом более 368 миллиардов долларов остался без основного дохода. Российский рынок фитнес-клубов оценивается более чем в 160 миллиардов. В прошлом году, в отличие от общепита, частной медицины и салонов красоты, фитнес-индустрия увеличила темпы роста, говорится в исследованиях РБК18+. Тогда же, по оценке Международной фитнес-ассоциации (IHRSA), Россия вошла в топ-10 рынков с высоким потенциалом для дальнейшего развития.
     Российская ассоциация фитнес-индустрии (АОФИ) предлагает участникам подписать Декларацию поддержки, предусматривающую согласие на взаимопомощь в диалоге с арендодателями и готовность отказаться от входа на арендные площади, освободившиеся в результате вынужденного закрытия клубов. Также индустрия просит мораторий на арендные платежи, возврат средств по авансам, депозитам, нереализованным услугам на время приостановки работы и субсидии на заработную плату. До введения запретительных мер, связанных с коронавирусом, в России работали 13 тысяч фитнес-клубов и студий. По некоторым прогнозам, банкротство из-за коронавируса ждёт до 70 процентов компаний индустрии.


Тема номера

Грузоперевозки
     — Перевозки не останавливаются никогда, и, надеюсь, никогда не остановятся, — говорил в конце марта в программе «Реальный сектор» на радио «Бизнес FM Калининград»16+ Сергей Гоз, гендиректор транспортной компании «Сталена». — После объявления режима эпидемии на всех погранпереходах Евросоюза введён пограничный контроль. И время прохождения грузов увеличилось в два раза. Если в лучшие времена рейс в Западную Европу занимал неделю, то позже стал занимать 12–14 дней.
     Уже в марте наибольшее снижение фиксировалось на европейском направлении, в то время как дорога в «большую» Россию, несмотря на ограничительные меры, принятые Литвой, была открыта почти так же, как и в лучшие времена. А, допустим, железнодорожный транспорт в сфере грузоперевозок вообще работал без сбоев, во всяком случае, на восточном направлении. Хотя общий грузооборот, признаются в Калининградской железной дороге (КЖД), снизился по сравнению с мартом 2019 года на 17 процентов, составив 146,4 млн тарифных тонно-километров.
     Похожая нерадостная картина наблюдалась в начале года и в портовом комплексе. По итогам первого квартала 2020 года грузооборот порта Калининград составил 2,7 млн тонн, что на 10 процентов ниже аналогичного показателя прошлого года. Однако в случае с портами просадку не следовало бы списывать исключительно на «невидимую руку» эпидемии. Дело в том, что показатели порта резко снизились ещё в прошлом году, когда совокупный объём всех стивидоров порта составил 11,1 млн тонн, что стало самым низким значением за 10 лет. Да и вообще портовые тенденции последних лет оптимизма не вселяют: с 2010 по 2019-й годовой показатель перевалки держался на уровне 12–13 млн тонн, в то время как в конце нулевых стабильно превышал 15 миллионов, при этом рост фиксировался ежегодно.
     В апреле к зонам, широко поражённым коронавирусом и экономическим кризисом, присоединилась «большая» Россия, после чего показатели грузоперевозок снизились ещё больше. Впрочем, в полной мере ощутить эффект российских проблем нам ещё только предстоит, в апреле по-прежнему главным фактором нестабильности была запертая на карантин Европа.
     — По марту у нас было незначительное падение, в целом март был хорошим, а в апреле ситуация сложнее, хоть и не критичная: в нашей компании снижение на уровне 10 процентов, в других логистических предприятиях региона — на уровне 10–15 процентов, — рассказывает председатель комитета по транспорту и таможенной политике Торгово-промышленной палаты Калининградской области, вице-президент компании «ДСВ Транспорт» Леонид Степанюк. — В Европе к коронавирусу добавилась ещё Пасха, экономическая активность, и так невысокая, из-за праздников существенно снизилась.
     Подтверждает это и Сергей Гоз. По его словам, в апреле проблем с прохождением внутриевропейских границ уже не было, что касается пунктов пропуска в Калининградской области, то они также работали весьма организованно.
     — В апреле снижение грузоперевозок составило порядка 10–15 процентов, — говорит Гоз. — Эта цифра касается и нашей компании, и рынка в целом, причём снижение было неравномерным. Если Италия «упала» почти полностью — на 95 процентов, то Польша и Германия, — а мы работаем в основном с этими странами — снизились на 10–15 процентов. Но это цифры апреля, май будет другим.

Общие итоги месяца ещё предстоит подвести, но уже известно, что железнодорожники ударными темпами обеспечивали продовольственную безопасность нашего эксклава

     В целом довольны апрелем — насколько вообще можно быть довольным падением — и на Калининградской железной дороге. Общие итоги месяца ещё предстоит подвести, но уже известно, что железнодорожники ударными темпами обеспечивали продовольственную безопасность нашего эксклава.
     — Всего с начала апреля по Калининградской железной дороге перевезено 88 тысяч тонн социально значимых грузов — что на 22 процента больше, чем за аналогичный период прошлого года, — говорит начальник пресс-службы КЖД Александр Першин. — Также вырос объём перевозок строительных материалов, продовольственных товаров и зерна.
     Портовому комплексу при общем снижении экономической активности и в целом стагнирующему тренду последних десяти лет помогает держаться на плаву проект мультимодальных перевозок с условным названием «Новый Шёлковый путь», организованный РЖД совместно с компанией ОТЛК ЕРА и европейскими перевозчиками. Он был протестирован ещё в ноябре 2019-го, а в конце марта нынешнего года фактически вышел на регулярный, еженедельный ритм. Контейнерные грузы идут по железной дороге из китайского города Сиань в Калининград, в торговом порту перегружаются на суда, следующие в немецкий порт Мукран, откуда растекаются по всему континенту: фурами и поездами — в страны Западной Европы, морским транспортом — в Скандинавию. Аналогичным образом построен и обратный маршрут.
     — Общее время доставки груза новым мультимодальным маршрутом составляет не более 14 суток, в то время как перевозка морем занимает порядка 45 дней, — говорят об экономической целесообразности нового маршрута в КЖД. — Планируется, что эти перевозки из Китая в Германию через порт Калининград выйдут на постоянную основу. В апреле объём перевезённых грузов составил 708 TEU, всего с начала его реализации (с ноября прошлого года) из Китая и из Германии в Балтийск по Калининградской железной дороге было доставлено и перегружено 1,6 тысячи TEU.
     Если в апреле рынок грузоперевозок шатало, но несильно, — во всяком случае, крупнейшие грузоперевозчики штат не сокращали и за гос-поддержкой, анонсированной президентом, не обращались, — то в мае, по всей вероятности, дела пойдут хуже. Можно было бы сказать, что последний весенний месяц вообще получится самым сложным, но перевозчики опасаются длинных прогнозов. Заглядывать в июнь, не говоря уже о более дальней перспективе, не хочет никто.
     — На мой взгляд, в мае падение грузоперевозок достигнет 25 процентов, с учетом того, что процесс [развития пандемии в России] идёт по нарастающей, — полагает Сергей Гоз.
     — Если по итогам апреля у меня умеренный оптимизм, то в мае ожидаются другие настроения. У нас май из-за длительных праздников всегда был плохим, наблюдалось снижение около 20 процентов, сейчас объём грузоперевозок, думаю, упадёт на 30 процентов, — говорит Леонид Степанюк. — При этом мы уже сейчас замечаем, что в Европе начинается подъём активности, снимаются карантинные ограничения, запускаются предприятия, а вот на российском направлении ситуация другая. В мае в первую очередь будут проблемы на восточном направлении.
     Нехорошие тенденции на востоке замечает и Сергей Гоз. По его словам, Москва — главный логистический хаб — сейчас фактически закрыта, соответственно, это не может не отразиться на объёме грузоперевозок по маршруту Калининград — «большая» Россия. Причём с вывозом продукции сегодня проблем больше, чем с ввозом.


Тема номера

Торговля
     Какова специфика покупательского спроса в период карантина? Продукты питания, медикаменты и другие средства первой необходимости — очевидные и внеочередные траты. Россияне принялись благоустраивать быт и организовывать рабочее пространство в пределах дома. Многие калининградцы занялись ремонтом квартир, что увеличило спрос на строительные материалы.
     Не менее популярная категория заказов — бытовая техника и электроника. Предприниматели в меру возможности перевели офисы на удалёнку, школьники и студенты стали заниматься дистанционно — потребовались дополнительные гаджеты для благоприятной и эффективной работы, в том числе появилась необходимость в качественном интернет-соединении. Если дополнительный ноутбук стал вынужденной покупкой, то телевизор, от которого многие принципиально отказались, — радостью и развлечением, позволившим залпом пересмотреть сериалы в формате домашнего кинотеатра. По данным «Яндекс.Маркет», спрос на ноутбуки и телевизоры в онлайн-магазинах с начала года растёт стремительными темпами. Аналитики связывают рост продаж с изменением курса доллара и переходом на удалённую работу. Число заказов ноутбуков в российских онлайн-магазинах в первые три месяца 2020 года выросло на 83 процента, телевизоров — на 54 процента.
     Салоны красоты и бьюти-магазины, временно закрытые, но не отчаявшиеся, запустили мастер-классы по самостоятельному уходу за внешностью, снабдив свои уроки подбором средств по акционному ценнику с доставкой курьером.
     Магазинам одежды, обуви и аксессуаров приходится особенно несладко: спрос на предметы гардероба в моменты мирового кризиса всегда минимален.

Процессы в компании сразу же были перестроены, чтобы основные сотрудники могли соблюдать требования самоизоляции, но одновременно с этим оставались на связи, с доступом ко всем рабочим программам

     — Сегодня бизнесменам очень хочется снизить цену, но скидки — зло и первый шаг к обесцениванию бренда, — говорит бизнес-коуч Ия Имшинецкая. — Вы подумаете о клиентах, упадёте в цене, но клиенты не подумают о вас и не дадут после кризиса встать с колен.

     — Мой бизнес расположен в точечных магазинах, не рассчитываю на большой поток покупателей, как в торговых центрах, где и в обычное время высокий трафик. Но и в торговых центрах работают индивидуальные предприниматели, а значит, и они сегодня страдают не меньше, — говорит индивидуальный предприниматель, специализирующийся на стритритейле премиум-сегмента. — Самая примитивная и радикальная мера — закрыть ИП без разъяснений о невозможности его существования.
     Более оптимистична генеральный директор группы компаний «Пульс КЛД», собственник магазинов ECCO, Prenatal, DNMFactory, BSTFactory Наталья Верхолаз:
     — Процессы в компании сразу же были перестроены, чтобы основные сотрудники могли соблюдать требования самоизоляции, но одновременно с этим оставались на связи, с доступом ко всем рабочим программам. Новые реалии — новые требования. Где-то пришлось выйти из зоны комфорта, где-то — активизировать то, что всегда было в более спокойном формате, кто-то открыл в себе новые таланты. В нашей компании такие примеры есть, и я рада, что люди с удовольствием пробуют себя в новом качестве. Оперативная организация доставки, изменение формата общения с клиентами, новый подход к планированию активностей и перемены в финансовом планировании — это наши новые ежедневные заботы, которые, как мне кажется, дадут нам возможность лучше понять себя, свои сильные и слабые стороны. Мы сохранили заработные платы в полном объёме. Все понимают, что торговый процесс остановлен, магазины закрыты, мотивационная часть, например, в зарплатах продавцов-консультантов, отсутствует, потому что у магазинов нет выручки, но мы держим позицию, при которой ни один сотрудник не был сокращён, и все работники моей компании стабильно получают положенные им выплаты. Этот подход, которого мы придерживаемся сейчас, базируется на адекватном, порядочном, честном и по-человечески справедливом отношении к коллективу.

Резкое падение трафика, покупательского спроса и выручки привело
к переформатированию маркетинга

     — Резкое падение трафика, покупательского спроса и выручки привело к переформатированию маркетинга, — говорит владелица магазина Lange Анжела Ковалинская. — Мы сделали упор на раскрутку уже существующей страницы в Инстаграм и онлайн-продажи с элементами лояльности: акция на всю новую коллекцию «Весна-лето — 2020» — минус 30 процентов в период карантина; курьерская доставка; отправка заказов «Поч той России»; видеоконференции на фешн-темы, знакомство с дизайнерами одежды и новыми брендами. Разработан сертификат, стимулирующий интерес покупателей магазина Lange, «минус 20, 25, 30 и 40 процентов на каждую последующую покупку, включая вещи из прошлых коллекций». И после карантина сохранится сегмент постоянных покупателей, которые предпочтут примерку в магазине и личное общение, — в этом я уверена.


Тема номера

Дмитрий Акулов, Павел Борисенко

Рестораны
     Всего месяца хватило, чтобы понять, какие рестораны закроются, а какие продолжат жить. Работники индустрии не тешат себя надеждами, рассчитывая на собственные силы и «подушку безопасности». Рестораторы оценивают падение оборотов в 70–90 процентов. По некоторым оценкам, до самоизоляции калининградцы тратили в ресторанах порядка 500 миллионов рублей в месяц. Крупные сети получали 20 процентов от этой суммы, летом её делили ещё и заведения на побережье. На популярные рестораны в черте города оставалось около 250–300 миллионов. Если вычесть из них 70 процентов, остаётся чуть меньше 90 миллионов — рестораторы не дотягивают до точки безубыточности.
     — Среди рестораторов мало кому удалось сохранить даже 10 процентов прибыли, — говорит Ольга Тесленко, представитель Федерации рестораторов и отельеров в Калининграде. — С ситуацией справляются только те, у кого была развита доставка и кто смог максимально быстро «переобуться». Быстро трансформировались Britannica Project, внедрив доставку в собственное приложение, и рестораны сети «Табаско», предлагающие клиентам не только готовые блюда, но и наборы для их приготовления. Замороженные продукты для самостоятельного приготовления обеспечили новый вид досуга. Остаётся только один вопрос: у кого какой запас оптимизма и денег.

Малому бизнесу говорят, что он может рассчитывать на оплату МРОТ, при этом 90 процентов персонала должны сохранить рабочие места — это не имеет никакого смысла, потому что многие распустили персонал ещё до того, как правительство сделало заявление

     Но не у всех всё складывается удачно. В прямом эфире в Instagram директор Dreadnought Илья Скороходов говорил о среднем чеке на доставку в 15 000 рублей в день, но не исключены случаи, когда выручка за день составляет 3 000–5 000 рублей, их еле хватает, чтобы уйти в ноль. Если учесть, что закрылась часть поставщиков, стоимость многих продуктов постоянно растёт, а рестораторы не могут поднимать цены на конечный продукт, — ситуация катастрофическая.
     — Мы почувствовали спад 22 марта, тогда же собрали персонал и объявили о готовности к закрытию и сокращению числа смен, — рассказывает Дмитрий Акулов, управляющий и совладелец гастробара «Соль». — Раньше в заведении в день работало 15 человек, сейчас осталось пять. С самого начала мы решили, что важно делать хоть что-то, чтобы оставаться на слуху, и когда всё закончится, не искать персонал заново. Каждый день приходим на работу, чтобы поддержать на плаву дело, в которое вложили всю душу. Оборот упал на 70 процентов. Оставшиеся 30 процентов идут на поддержку деятельности — затраты на аренду, поставщиков и возможность платить зарплаты. Доставка выросла минимум в два-три раза, гости все ещё заказывают по 800 порций хрустящих баклажанов в месяц, но общее число заказов, разумеется, снизилось. Думаем, оно останется на таком же уровне, когда мы выйдем из карантина. Заказывать еду на дом войдёт в привычку. Огромный плюс в том, что нам снизили аренду на 50 процентов во всём комплексе. То же самое — в здании на проспекте Мира, где должен был открыться наш новый проект. Но мы переживаем не за то, когда нас откроют, а за то, в каком мире нам придётся жить. Он будет абсолютно другим. Малому бизнесу говорят, что он может рассчитывать на оплату МРОТ, при этом 90 процентов персонала должны сохранить рабочие места — это не имеет никакого смысла, потому что многие распустили персонал ещё до того, как правительство сделало заявление. Мы не надеемся ни на какие компенсации, рассчитываем на свои силы.

Это большой карточный домик: уберёшь одну карту, рассыплется всё

     В чём сходятся мнения рестораторов — нужно называть происходящее своими именами: не нерабочими днями, а чрезвычайной ситуацией или карантином. В таком случае была бы возможность законно не платить аренду. Ресторатор, вкладывая 26 миллионов рублей в открытие нового заведения в одном из торговых центров, не ожидал, что уже через три недели ему придётся закрыться. ТРЦ же без введения ЧС по всей стране не обязаны ослаблять арендную плату. Да и как, если из этих средств оплачивается строительство нового. Это большой карточный домик: уберёшь одну карту, рассыплется всё.
     В последние годы наблюдалось привыкание людей к общепиту и трансформация посещения заведений от торжественного случая к повседневному, сейчас то же самое происходит с доставкой готовых блюд на дом. А пока общепит планирует открываться поэтапно, соблюдая безопасную дистанцию между столиками.


Тема номера

Гостиницы
     Несмотря на падение оборотов на 90 и даже 100 процентов, большая часть отельеров продолжает подготовку к сезону. Представителям международных сетей немного легче, но поддержка бренда не отменяет необходимость сведения издержек к минимуму. Те, у кого есть средства, занялись реставрацией или генеральной уборкой.
     Отель «Кайзерхоф» во время карантина закрыл один из корпусов на реновацию, а второй оставил, чтобы жители могли самоизолироваться. В обычное время отелю пришлось бы терять доход на простое, но во время карантина терять нечего.
     — В апреле отменили 90 процентов брони, в мае и июне — 80 процентов. Мероприятий нет. Персонал работает по сокращённому графику, мы стараемся всем ставить смены, чтобы каждый получил зарплату, — рассказывает Мария Нельтнер, директор отдела продаж оте-ля «Кайзерхоф». — Как и у многих других, основная задача сейчас — поддержать коллектив. Рассчитываем на получение льготного займа под 0.1 процента, подали заявку. Это не совсем поддержка, а всё-таки долг. Пока сложно сказать, с чего и когда его отдавать. Хорошим подспорьем стала бы отмена налогов, страховых взносов. Пока что реальных мер поддержки нет, но мы надеемся, что регион их получит. Изначально урон, нанесённый туристической индустрии, был оценён неправильно. После экономического спада снизится покупательская способность, у людей не будет возможности путешествовать. Ситуация восстановится не раньше весны 2021 года. Но мы рассчитываем на всплеск внутреннего туризма. Так было в 2016 году, когда закрыли Турцию и Египет и запретили выезд корпоративного сегмента за границу.

Представитель международной сети Holiday Inn временно закрылся в Калининграде из-за того, что среднемесячная загрузка составила меньше 1 процента

     — Объёмы продаж и загрузка отеля ещё в конце марта упали на 95 процентов, — говорит Наталья Бурова, генеральный директор отеля «Русь». — Нам запрещено принимать постояльцев (кроме командированных) вплоть до 1 июня, ограничения касаются всех средств размещения в Балтийском, Зеленоградском, Светлогорском, Пионерском и Янтарном городских округах. Некоторые гостиницы предлагают долгосрочное проживание как услугу самоизоляции. Мы не видим большого спроса и не можем давать такие предложения с учётом ограничений. В зависимости от сезона, в «Руси» работает около 50 сотрудников, с учётом сложившейся ситуации нам пришлось отправить всех в отпуск. Ключевые менеджеры отеля, работающие с гостями, перешли на удалёнку. По корпоративному сегменту ожидаем спад в этом году практически до минимума, бизнес будет ужиматься, ожидая очередной волны эпидемии, и переносить бизнес-мероприятия в онлайн. Можно спрогнозировать рост внутреннего туризма, часть операторов выездного туризма уже занимаются его развитием. Если ситуация нормализуется к июню, мы можем надеяться на восстановление туристического потока индивидуальных гостей и с успехом отработать сезон, создать резерв, чтобы пережить межсезонье.
     В сложившейся обстановке оказалось, что бренд — не всегда показатель стабильности. Представитель международной сети Holiday Inn временно закрылся в Калининграде из-за того, что среднемесячная загрузка составила меньше 1 процента.
     — Уже в апреле продажи упали на 99 процентов. Конечно, мы рассчитываем на поддержку государства, на кредитные деньги для выплаты зарплат сотрудникам. 90 процентов штата отеля находится в отпусках или работают удалённо. Из-за режима самоизоляции некому сдавать в аренду самокаты и велосипеды, доставка еды из ресторана отеля не востребована, — констатирует Ольга Рудой, генеральный менеджер Holiday Inn.


Тема номера

Михаил Друтман

Туризм
     Прогнозы представителей сферы туризма по большей части совпадают с представителями HoReCa. Но если у рестораторов есть хоть какой-то поток средств, туроператорам можно забыть о нём на ближайшее время.
     — Бизнес умер, к сожалению. Мы были, как Брестская крепость, — держались, но пали. Идёт текущая работа — большие аннуляции, изменения, сдачи. Огромная работа, которая не приносит ни копейки, одни только расходы. Пытаемся закончить то, что долгие годы не могли, модернизируем сайт. Надеюсь, он нам пригодится, — признался учредитель «Балтма Турс» Михаил Друтман в интервью Клопс16+.
     Многие представители сферы временно предоставили своих сотрудников компаниям, продолжающим работать. Одним из первых предложила сотрудников «в лизинг» турфирма «Цвет».

Из европейских стран уже есть сообщения, что до сентября границы
не откроются, более того, «Аэрофлот» снял полётные программы. Всё это говорит о том, что в ближайшее время заграничные полёты не возродятся

Тема номера

     — Проблемы в отрасли случились раньше, чем у других, продаж не было уже за несколько дней до закрытия границ 15 марта, — говорит Илья Пилецкий, генеральный директор туристического агентства «Цвет». — Соответственно, не было необходимости сидеть в офисах, организовали удалённую работу. В основном разбираем аннуляции. Хотя аннулировавшихся туров немного — большинство клиентов прекрасно понимают, что намного лучше подождать, а потом полететь за те же деньги, оплаченные ещё по хорошему курсу, чем пытаться вернуть их и потом потерять. Одно из направлений, которое ожидает нас, когда все восстановится, — онлайн-консультации. Наши менеджеры давно в этой сфере, много путешествуют, накопили большой багаж знаний, поделятся им на сайте. Из европейских стран уже есть сообщения, что до сентября границы не откроются, более того, «Аэрофлот» снял полётные программы. Всё это говорит о том, что в ближайшее время заграничные полёты не возродятся. Какие тренды будут в туризме? Совместные путешествия внутри нашей страны. Соответственно, мы ожидаем туристов, которые прилетят из России в Калининградскую область, для этого у нас есть специальные предложения. Меры поддержки, которые уже действуют, нам немного помогают. Также рассчитываем получить от государства субсидии — не какие-то кредиты под залог, а деньги на оплату арендных платежей, зарплат сотрудников. Конечно, хотелось бы частичную отмену уплаты и снижение ставки по налогам. Допустим, по упрощёнке с 6 процентов до 1. Но прежде всего нам нужны гарантии от потребительского экстремизма — изменения в федеральном законе о туристической деятельности. Как сейчас поступили в Польше — закрепили указом, что туристы могут в случае аннуляции тура рассчитывать на депозит их средств до полугода, перенос поездки и гарантированный ваучер на следующую. Это, наряду с мораторием на банкротство юридических лиц, позволит не обанкротиться многим. Суды, через которые в противном случае клиенты будут требовать возврата денег, приведут к валу банкротств туристических компаний. И денег никто не увидит.
     Внутренний туризм — главное, на что надеется туристическая отрасль. Этим уже занялись не только местные, но и федеральные тур-операторы, планирующие прийти на калининградский рынок.
     — Приморские города получили средства на благоустройство пляжей; как только закончится период изоляции, запустим промо для привлечения туристов в Калининградскую область. Всем выжить, безусловно, не удастся, но турфирмы могут вернуться к работе через два-три месяца после нормализации ситуации. Туристическая отрасль тем и интересна: она, что называется, быстро схлопывается и так же быстро возрождается, — считает министр по культуре и туризму Калининградской области Андрей Ермак.

Ангелина Анишина, Алексей Денисенков, Алиса Кокая, Софья Сараева
 Фотографии Светланы Андрюхиной и из архива редакции

Приходи и получай

Персона

Губернатор Антон Алиханов в интервью «Королевским воротам»16+ о том, что помощь придёт, что вирус надолго, с ним предстоит жить и работать, и о преимуществе коллективистских ценностей

     — В интервью изданию «Медуза» 16+ вы сказали: «Наша задача — спасти тех, кто платит налоги». Об этом и предлагаю поговорить. Начнём с того, что в пожелании президента, высказанном вчера (28 апреля. — Ред.) снова прозвучали слова о сохранении зарплат в условиях самоизоляции ещё на две недели. Вот как это выполнить бизнесу, когда нет работы?
     — Есть разные виды бизнеса, и пострадали они по-разному. Мы достаточно быстро вернули к работе практически все промышленные предприятия. И для них, наверное, большой проблемы выполнить эту задачу нет, потому что самоизоляция их почти не коснулась. Довольно быстро мы разрешили работать строительному комплексу и много кому ещё. С сегодняшнего дня (29 апреля. — Ред.) работает непродовольственная розница: автозапчасти продаются, сервисы открылись. Для тех, кто не работал, есть несколько вариантов. Например, кредиты от крупнейших банков под 0% годовых. Не сразу все корпоративные документы у банков были готовы, но сейчас они уже активно выдают эти кредиты. Мы выдаём деньги под 0,1% годовых от Центра «Мой бизнес». Эти деньги тоже можно направлять на заработные платы. Отдельно приняли программу для прямого субсидирования микропредприятий. В мае начнутся эти выплаты [для пострадавших отраслей] — за март, условный МРОТ — по 12 с лишним тысяч рублей на каждого сотрудника при условии сохранения 90% персонала. Плюс федеральное правительство по поручению президента разрабатывает уже третий пакет мер поддержки.

     — Льготный заём под 0,1% — есть ли и там условия о сохранении рабочих мест? Ведь понятно, что бизнес оптимизирует всё, что можно сейчас оптимизировать, и в первую очередь — фонд оплаты труда.
     — Требования сохранять 90% персонала нет, условия лояльные для предпринимателей. Даже можно иметь небольшие задолженности перед бюджетом и всё равно получить эти средства. Уже одобрены заявки на 131 миллион рублей — мы достаточно оперативно реагируем.

     — По отсрочке налоговых платежей. Она распространяется на пострадавшие отрасли. Будет ли такая возможность для тех же микропредприятий, для ИП? Или только «пострадавшие» получают отсрочку?
     — У меня возникает встречный вопрос: «А вы документ читали?»

     — Читала, но, честно скажу, не документ, а изложение документов в медиа.
     — Вы-то ладно, а предприниматели? Если не прочитал документ, ну, родной, что ж теперь делать-то мне? Как в анекдоте про еврея, который сидит, читает Тору, вокруг потоп, за ним и вертолёт прилетал, и лодка приплывала, а он утонул и спрашивает: «Господи, ну почему ж ты никого не прислал меня спасти?»
     Современные люди живут в Инстаграме. Я веду там аккаунт ровно для того, чтобы просвещать. Но это очень тяжело — отвечать на один и тот же вопрос по нескольку десятков раз. Да, есть список наиболее пострадавших отраслей, он пересматривается, расширяется, туда уже попала и непродовольственная розница, и торгово-развлекательные центры. Очень многим предпринимателям доступна поддержка. Мне задают вопросы: «Что мне делать? Как мне платить аренду, налоги?» Никак не платить. По аренде вам обязаны предоставить отсрочку до 1 октября, налоги — если вы закрыты, тоже не должны сейчас платить, у вас перенос срока уплаты более чем на полгода. Как не платить ЖКХ? Ну, если не из чего платить, то, во всяком случае, пени и штрафы начислять на просрочку не будут. Будете расплачиваться постепенно, по мере возвращения к работе.

     — Тем не менее продолжу про расширение списка. Есть бизнесы, сопряжённые с самыми пострадавшими — туризмом и ресторанами, — но оставшиеся за бортом поддержки.
     — Наиболее пострадавший, в моем понимании, — общепит, хотя он может зарабатывать хоть что-то на доставке, и многие перестроились. Другой вопрос, что общепит зарабатывает на напитках, а когда заказываешь еду домой, обычно не заказываешь питьё. И в этом смысле, конечно, рентабельность упала, плюс общее сокращение доходов — это ясно. Гостиницы тоже пострадали. Вопрос: «Нужно ли брать кредиты и получать деньги на выплату заработных плат?» Нужно и можно! Такая опция открыта. Мы встречались с ассоциацией рестораторов и отельеров, и у наших министерств — культуры и туризма, социальной политики — было несколько встреч, они проводили эту работу по моему поручению. Рассказывали рестораторам о том, как можно персонал заявить — как находящийся под угрозой увольнения и получать на него выплаты! То есть: предусмотрены специальные средства в региональном бюджете, — федеральные средства, которые к нам пришли, — позволяющие либо переобучать персонал, либо выдавать дополнительные субсидии за то, что предприниматель платит часть зарплаты [своим работникам]. Я пришёл к выводу, что однозначно работу министерства социальной политики нужно не то чтобы оптимизировать, а делать более информационно продвинутой, дабы предприниматели больше знали. Потому что, как выяснилось, подавляющее большинство, почти 100% рестораторов и отельеров, не знали даже о существовании таких программ, о том, что можно обойтись без увольнений и получать не кредитные, а прямые выплаты от министерства социальной политики.
     Понимаю, что достаточно большое количество людей работает в неформальном секторе или не оформляется. Это тоже проблема, и кризис высветил её очень сильно. Мы предусмотрели на первое время 15 миллионов рублей для так называемых самозанятых, тех, кто работал, но не регистрировался. По 50 тысяч рублей выдаём с обязательством зарегистрировать ИП. С 1 июля по региональному закону будет возможность зарегистрироваться самозанятым и платить 6% [подоходного налога], получая те же возможности, что есть сейчас у малого и среднего бизнеса, пользоваться всеми мерами поддержки.
     Очевидно, что этот кризис носит характер шока. Сжатие спроса огромное, и в этом смысле налоговые льготы — конечно, замечательно, но одними налоговыми льготами не обойтись, и они даже не играют первостепенной роли. Первостепенная роль — у обстоятельств, позволяющих как можно скорее вернуться к работе. Прямые субсидии и дотации помогут пережить эту ситуацию и продолжить деятельность, избежать опасности депрофессионализации.
     Вирус с нами надолго. Из месяца в месяц слышу — период восстановления займёт год. То есть, в январе был год до вакцины, в феврале был год, в марте — год, а в апреле — уже год-полтора. Может, секундомер кто-то забыл запустить? Понятно, что все устали. Но здесь всегда будет два лагеря: тех, кто в эпидемию не верит, и тех, кто говорит, что надо продолжать самоизоляцию и даже сделать её жёстче. Наша основная задача в том, чтобы медицинская система была готова, чтобы она справилась с поступающими больными, а задача самоизоляции — сгладить пики. Думаю, мы во многом добились своего.

Очевидно, что этот кризис носит характер шока. Сжатие спроса огромное, и в этом смысле налоговые льготы – конечно, замечательно, но одними налоговыми льготами не обойтись, и они даже не играют первостепенной роли. Первостепенная роль — у обстоятельств, позволяющих как можно скорее вернуться к работе

     — Про торговлю давайте поговорим. Кто-то даже не надеется: «Да и ладно, мы никогда ничего не получали и ничего не получим». Понятно, что надо поддерживать спрос. Но удар по предложению тоже сильнейший — торговля может на что-то рассчитывать?
     — С учётом прогнозируемого падения собственных доходов, нам бы справиться с перечисленными мерами поддержки. Те же самые отсрочки, объявленное президентом снижение в два раза страховых взносов, аренда, которая должна быть отложена по федеральному закону. Есть много примеров нормальных арендодателей, понимающих ситуацию. Многие арендодатели пережили ряд кризисов вместе со своими арендаторами — и 2008–2009 годов, и 2014 года, у них долгая история отношений, все понимают, что, выгнав арендатора, в нынешних условиях не всегда найдёшь нового.

     — Есть ли данные по налоговым поступлениям
в бюджет за первый квартал? И ваш прогноз на второй квартал.

     — Результаты более или менее хорошие. Январь и февраль шли с опережением плановой динамики, март — динамика практически обнулилась по отношению к прошлому году, в апреле мы уже чуть меньше зарабатываем, чем в апреле прошлого года. Апрель прошлого года был лучшим апрелем за всю историю в плане собираемости налогов.

     — А дальше?
     — Прогноз — порядка 7 миллиардов потерь, это существенно. Но честно вам скажу, я не сильно унываю. Понятно, что всё было хорошо в последнее время, но, к сожалению, не накопилось запасов. Налоговую нагрузку мы снизили, и в абсолютных, и в относительных цифрах. Но сейчас придётся занимать. И я уже просил президента удвоить для нас объём казначейских кредитов, надеемся, нас поддержат. Другой вариант — обращаться в банки.

     — Будете ли вы выступать в Госсовете как глава рабочей группы по малому и среднему предпринимательству за продление ЕНВД, за увеличение максимальной суммы выручки, за то, чтобы отложить продажу товаров с маркировкой?
     — Готов по этим трём вещам высказаться. У нас действительно планируется в мае президиум Госсовета по МСП. В Госдуме находится законопроект, практически полностью переводящий все виды деятельности, на которые распространялся ЕНВД, на патентную систему. Регион сможет самостоятельно принимать решения относительно объёма налоговой нагрузки, её повышения или неповышения на тех, кто работал на ЕНВД. ЕНВД однозначно надо отменять, патентная система вполне может заместить ЕНВД. Что касается увеличения объёма доходов по упрощёнке, мы это поддерживаем. Были достаточно радикальные предложения поднять объём доходов до 800 миллионов, но я думаю, здесь не нужно исходить из принципа: проси больше, получишь, что хотел. Мы будем просить об удвоении.

     — Это какая цифра, 300 миллионов?
     — 300 миллионов, да.

     — И по маркировке.
     — По маркировке позиция простая, мы будем просить государство, — и члены рабочей группы это предложение поддержали — в течение этого года решения по маркировке приостановить, а в перспективе — рассмотреть возможность компенсации какого-то процента разовых затрат бизнеса на приобретение оборудования для обслуживания системы маркировки. Условно говоря, если оборудование обошлось в миллион рублей, в течение двух лет можно получить прямую субсидию до 500 тысяч — половину. Почему надо это сделать? Я еще работал в Министерстве промышленности и торговли РФ, когда разрабатывалась система маркировки для меховых изделий. Эта система позволила в десятки раз увеличить легальность производства, соответственно, в десятки раз увеличился объём налогов и сборов. И сейчас этот опыт используется для пропаганды системы на других рынках: лекарственных препаратов, обуви и так далее. Почему мы хотим, чтобы государство возвращало часть затрат? Это повысит качество предложений по включению тех или иных рынков в систему маркировки. О чем я говорю. Если государство качественно проанализировало и пришло к выводу, что да, в этом секторе есть большая теневая часть, много контрафакта, то введение системы маркировки даст серьёзное обеление рынка и серьёзный приток налогов. Часть денег с роста доходов можно отдать бизнесу, который вложился в это обеление. А если нет большого теневого сектора, то и решение о маркировке приниматься не будет. Опять же, легальный сектор тоже выигрывает — перестаёт конкурировать с огромным теневым сектором, что даёт возможность для дополнительного заработка. Думаю, система с обратным «кэшбеком» была бы справедливой.

Персона

Наша задача — максимальное использование ресурсов, выделяемых федеральным центром. Если есть возможность предприятиям участвовать в получении субсидии
на зарплату в размере 12 тысяч рублей на каждого сотрудника, мы должны так сделать, потому что это деньги, которые будут в регионе, будут в руках у людей

     — Большое желание рынка — увеличить авансовые платежи по госконтрактам.
     — Да, некоторые говорят, а давайте авансировать 50%, а давайте авансировать 80%. Мне кажется, что авансирование, допустимое сейчас, вполне приемлемо и надо искать какой-то баланс. Никто не говорит о сокращении капитальных расходов в рамках нацпроектов, финансирование сохраняется — и это тоже дополнительное стимулирование спроса. (Уже после подготовки интервью вышло Постановление Правительства РФ от 30 апреля 2020 года № 630 об увеличении аванса до 50% от цены контракта при выполнении работ и оказании услуг для госнужд. — Ред.).

     — Вернемся к льготному кредитованию и личному поручительству. Не кажется ли вам жёстким это требование, ведь предприниматели сохраняют бизнес прежде всего? Будто бы сразу возникает подозрение, мол, ты, бенефициар, будешь в каких-то собственных интересах использовать меры поддержки.
     — Если не будет личного поручительства, то может произойти так, что деньги, которые мы даём на зарплаты работникам, пойдут на зарплату гендиректора в полном объёме. Согласитесь, это не исключено, и это наша принципиальная позиция. Банки решают проблему через зарплатные проекты, они могут такие вещи сами администрировать. Я — не могу. Это не мои деньги, это ваши деньги — ну, мои тоже, в той части, в какой я плачу налоги со своей зарплаты.

     — Окей. Вы приняли программу по субсидированию ИП, хотя везде говорится, что именно ипэшники остались без господдержки.
     — Механизм заявочный — по принципу шлагбаума: приходи и получай. Есть, правда, одно условие, но оно не страшное, на мой взгляд. В течение двух месяцев индивидуальный предприниматель должен заключить
с любым из банков соглашение по зарплатному проекту.

     — Президент вчера сказал — цитирую по РИА Новости16+ — «проконтролировать получение выплат каждому предприятию, каждой семье, это уже персональная ответственность». Что это значит?
     — Наша задача — максимальное использование ресурсов, выделяемых федеральным центром. Если есть возможность предприятиям участвовать в получении субсидии на зарплату в размере 12 тысяч рублей на каждого сотрудника, мы должны так сделать, потому что это деньги, которые будут в регионе, будут в руках у людей, и они будут их тратить. Придётся заняться разъяснительной работой. У меня в шапке профиля в Инстаграм есть ссылка на сайт, который делал Кирилл Лило (директор Центра «Мой бизнес». — Ред.) вместе с Анжеликой Майстер (министр социальной политики Калининградской области. — Ред.), там все меры поддержки: федеральные, региональные, краткие разъяснения, телефоны горячих линий, всё на свете.

     — В целом, как вы считаете, стратегия защиты предпринимателей, их работников — достаточная, адекватная?
     — Оценивать её адекватность будем постфактум. В этом году — по уровню безработицы.

     — Кстати, бизнес говорит, что во время прежних кризисов вообще ни о какой поддержке и помощи речь не шла.
     — Но и с тотальной заморозкой и обнулением спроса фактически по всем направлениям никто никогда не сталкивался. Когда экономика — обмен денег на товары, денег на деньги через кредиты и так далее — останавливается, то один вырванный из года месяц без денежного оборота может стать катастрофой. Много споров и критики в адрес ЦБ, Германа Оскаровича Грефа вызвали высказывания против вертолётных денег. Но это на самом деле большая разница — вертолётные деньги и деньги целевые, выданные тем, кому они нужны. Не секрет, что в такие периоды встают в очередь и те, кому они особо не нужны, или, например, пострадавшие, но не от кризиса, а от каких-то других вещей.

     — Российский министр экономразвития Решетников сказал, что V-образного отскока экономики не будет. Одновременно есть экономисты, которые говорят, что проявится отложенный спрос, и как только мы выйдем на свободу, всё забурлит и заколосится. Вы какую теорию поддерживаете?
     — Больше согласен с министром. Просто потому, что ограничения в один момент сняты точно не будут, нам с вами придётся соблюдать требования безопасности, дистанцию и всё прочее. Это перелицует рынок очень серьёзно, я тут не большой оптимист. Думаю, восстановление произойдёт постепенно и плавно. Еще раз повторю: очень важно не потерять структуру экономики. Смотрел статистику, у нас налоги от торговой деятельности впервые в 2019 году перекрыли налоги от производственной деятельности и переработки. Поэтому я понимаю, что торговля — очень важный фактор, структура занятости сильно завязана на услуги и на торговлю.

     — Мы часто ссылаемся на своё уникальное географическое положение. Мне кажется, с одной стороны, оно нам помогло в ситуации с эпидемией. Вы закрыли область, как банку, и локализовали здесь все процессы, включая распространение вируса. На ваш взгляд, какие у нас есть преимущества и какие риски в связи с «уникальностью»?
     — Плюсов немного.

     — Почему?
     — Объясню. Упал курс рубля. Регион в плане производства — это импортозависимая сборочная площадка, значит, упали доходы сборщиков и переработчиков, упала их покупательская способность. Экспортоориентированные предприятия, наверное, приобрели, но сейчас, например, наложен запрет на экспорт зерна и сельхозпродукции зерновиков. Это плохо, у нас профицит производства зерна в регионе, придётся искать потребителей на основной территории Российской Федерации. Насколько там будет равновесная цена, пока понять сложно. В этом смысле, конечно, хотелось бы, чтобы для нас были какие-то паллиативные решения, мы всё-таки несколько в другом находимся и статусе, и географии. Что ещё? Транзит не остановился, хотя сократился. Мы завязаны на внешнюю торговлю, страдаем иногда больше, чем остальные. При этом падение курса сыграет нам на руку, если откроются с 1 июня все отели, и, вероятно, это будет лучший сезон для калининградского отельного бизнеса, потому что у российского населения сократились валютные доходы, выгодным станет отдых внутри страны. Мы — регион малого бизнеса, больше всего пострадавшего в плане внешнеторгового оборота, мы монообласть с двумя крупнейшими налогоплательщиками: один — крупнейший импортёр, другой — крупнейший экспортёр. Оба постоянно находятся на острие различных корпоративных атак, что не добавляет спокойствия.

     — Говоря о крупнейших налогоплательщиках, вы имеете в виду Содружество «Соя» и «Автотор»?
     — Да, 80% экспорта — это «Соя», 75% импорта — это «Автотор».

     — У нас, слава Богу, всё-таки нет резкого эпидемиологического скачка. За счёт чего?
          — Молодцы, конечно, врачи, и Министерство здравоохранения, и Роспотребнадзор. За счёт скорости выявления, качественных эпидрасследований и быстрого начала лечения у нас всё более-менее хорошо. В Храброво мы серьёзно ограничили приезд иногородних [через помещение в обсерватор на 14 дней]. Никто не говорит, что вируса вдруг не станет, — такого не случится. Надо привыкать жить с этим.

     — Всегда жить?
     — До вакцины, как минимум, а потом начать вакцинироваться.

     — Для того чтобы снимать ограничения, имеет значение статистика заболеваемости, или смертельные случаи, или тяжёлая клиническая картина?
     — Темп прироста заболевших, очаговость, способность её локализовать. Как только людей будет выписываться больше, чем поступать, появится сигнал к тому, что начался спад. Плюс в ближайшее время нам направят тесты на антитела. Они позволят понять, насколько у нас выработался иммунитет. К примеру, в Москве у 20% врачей присутствуют антитела.

     — У губернатора Калининградской области есть план выхода из кризиса?
     — Этапы открытия отраслей мы для себя определили. Это план, который периодически пересматривается в соответствии с рекомендациями нашего главного санитарного врача. Не хочу его озвучивать заранее, чтобы не давать излишних надежд.

     — Как, вы думаете, изменится сама наша жизнь? То, что мы делаем с вами интервью по скайпу, общение через экраны, социальное дистанцирование, работа в онлайне, опустевшие офисы. Как вы представляете себе будущее?
     — Мне кажется, что если мы в таком домашнем режиме не будем сидеть несколько лет, то на социальном поведении он вряд ли скажется. Наша тяга к человеку, друг к другу всё равно вернет всё на старые рельсы.

Персона

     — Ой, спасибо, что вы так сказали, что мир всё-таки будет прежним. Потому что, когда слышишь фразу: «Мир никогда не будет прежним!», то и сам становишься, не знаю, каким-то пеньком, которому жизнь перестала быть интересной.
     — Мы, конечно, адаптивные, но базисное желание общения не подведёт.

     — Хотела спросить про градостроительную политику. Перестанем ли мы так скученно жить, как на той же Сельме? Сможем ли растащить многоэтажки и целые микрорайоны с огромным количеством людей, собранных в одном месте, не имеющих пространства для прогулок? А прогулки по нынешним временам должны пропроходить на безопасном расстоянии.
     — Для того чтобы решить эту проблему, нужно сделать богатым наше население. Как только оно станет богатым, появится запрос на другое жильё. Но это глобальный ответ. А если говорить про Сельму, то удалось спасти от застройки зелёную зону по Челнокова и дальше — вдоль Окружной. Кусок этот в своё время забрали в аренду, а потом перевели под строительство. Вернули его в зелёную зону, сделаем парк. Мы тут все урбанистами стали за последнее время, но заниматься этими вопросами, думаю, должны городские власти. Деревья свои сажаем — новые аллеи на нормативном расстоянии от кювета, последний пример — пятьдесят клёнов вдоль трассы на Полесск.

     — Вообще, как вы думаете, какие уроки мы извлечём, извлечём ли?
     — Из коронавируса?

     — Да, видно же, что часть народа жёстко изолировалась месяц назад, а выйдешь на улицу, и становится очевидно, что очень много людей забили на всякий вирус.
     — Какие-то выводы делать сложно. У народа было такое количество ограничений личных свобод в советский период, что любое наступление на свободу, которой упивались, начиная с девяностых годов, свободу перемещения в том числе, очень болезненно воспринимается. Может быть, и поэтому ещё наши люди так к этому относятся.
     Мне не кажется, что глобальные уроки кто-то вынесет. Самое главное для бизнеса будет это: «Создавай резервы!» Библейскую притчу про семь тучных лет и семь худых никто не отменял. Надо создавать подушки безопасности, помогать друг другу в сложной ситуации. Потому что коллективистское общество преодолевает такого рода проблемы гораздо проще, чем общество индивидуалистов. Не надо забывать про коллективистские ценности и возвращаться к ним в тот момент, когда они наиболее перспективны.

Любовь Антонова
 Фотографии Виктора Гусейнова

Зировейстер

Новые русские

Учредитель магазина товаров без упаковки Zero Waste Татьяна Анисимова об экобизнесе и жизни без мусора

     В моей жизни было два ключевых момента, которые привели к осознанному потреблению. Первым толчком стал переезд из-за крайне тяжелой экологической обстановки в родной Кемеровской области — шахты, уголь, мало чистого воздуха. В Калининграде я получила более качественную окружающую среду и задумалась о том, что это должно быть нормой. Второе открытие случилось в Южной Корее. Мы поехали туда как дауншифтеры, путешествовали по стране и на месте находили подработку. Чаще всего она была связана с сельским хозяйством — работали на земле и в море, перебираясь с острова на остров. Во время этой поездки у меня исчезло так называемое «слепое пятно» в отношении мусора, я стала везде видеть мусор, произведённый людьми. Например, когда сажала чеснок и вытаскивала из почвы кучу пластиковой упаковки —находясь в деревне, а не в мегаполисе. По возвращении в Калининград проблема [избытка отходов] стала ещё очевиднее, и я стала переводить свой быт на экологичный.

     Первым экошагом стало использование тканевых мешочков вместо полиэтиленовых пакетов, вторым — покупка бамбуковой зубной щётки и так далее. Самое сложное — всё это найти. На поиск информации об экологичных предметах быта, местах, где можно купить еду в свою тару, уходило очень много времени — я не могла убедить собственную семью, что трачу его не зря. Тогда же нащупала точку боли: в Калининграде нет такого места, где были бы собраны экологичные товары и можно получить исчерпывающую консультацию.

     Решившись на осознанное потребление, нужно понимать, что придётся столкнуться с теми или иными ограничениями. В моём случае камнем преткновения стала перловка. Наш кот безумно любит перловую кашу, но до открытия Zero Waste в Калининграде нельзя было купить эту крупу без упаковки. Разве что заказывать огромный 50-килограммовый мешок, который негде хранить в небольшой квартире.

     Впервые магазин с экологичными товарами без одноразовой упаковки я встретила в Англии, спустя некоторое время подобные проекты стали появляться в России. Часть из них открылась одновременно в разных городах — но это не франчайзинговый проект, как многие могли подумать, просто пришло время. Я долго наблюдала со стороны и ждала, когда магазин zero waste появится в Калининграде, но никто не торопился. Тогда я решила попробовать сама.

     Пока мне комфортнее называть свою деятельность самозанятостью, хотя развиваю Zero Waste как полноценный бизнес-проект. В перспективе планирую увеличить количество магазинов и руководить командой.

     Не представляю, как люди идут в бизнес, не имея за плечами опыта в маркетинге. Первое образование у меня филологическое. Там система воспитания строится на том, что всё мирское, связанное с финансами, не есть хорошо — в первую очередь нужно питаться духовной пищей. Я очень долгое время мыслила так, считала, что зарабатывать нужно столько, сколько получается, и не стремиться к большему. Учёба в магистратуре и работа маркетологом изменили это и научили системному мышлению. Создавая Zero Waste, я следовала плану, не допуская стихийных поступков. Например, чётко понимала, что невозможно охватить всё и сразу: неправильно закупать в огромном количестве все-все-все товары, которые нравятся, разумнее постепенно расширять ассортимент по запросу покупателей. Думаю, благодаря системному подходу у меня получается строить бизнес более фундаментально.

     Когда я приняла решение открыть магазин, попыталась наладить контакты с руководителями zero waste-проектов в других городах. Я выросла в семье интеллигенции и рабочих, в моём окружении нет никого из бизнес-среды. Хотелось познакомиться с предпринимателями, найти близких по духу людей, вдохновение. Откликнулась Татьяна Семёнова, владелица Zero Waste в Томске. Её советы и поддержка очень помогли.

     У нас немного издержек. С поставщиками работаю по системе размещения в магазине. Благодаря этому мне не требуется большой бюджет на закупки, а у производителей есть площадка для продажи своих товаров. Мне такое партнёрское взаимодействие кажется эффективным.
     У многих калининградских фермеров нет рынка сбыта, кроме, может быть, инстаграма — мы даём им площадку, помогаем получить сертификацию, побуждаем производить больше.

Новые русские

Zero waste
Концепция «ноль отходов» призывает снизить объём производимого мусора за счёт использования многоразовых предметов. Основные принципы — отказ от лишних товаров, уменьшение потребления и повторное использование, переработка, компостирование. Forbes16+ включил zero waste в подборку потребительских, индустриальных и идеологических трендов, которые меняют мир прямо сейчас. По подсчётам издания, в прошлом году в инстаграме появилось более 4,5 миллиона фотографий с соответствующим хэштегом, 73 процента миллениалов уже готовы платить больше за более устойчивые продукты.

     Место будущего магазина удалось выбрать с третьего раза. В первом случае собственник помещения повысил аренду, потому что сделал ремонт, пока я оформляла ИП, во втором мне пришлось перенести дату подписания договора — в назначенный день помещение уже сдали. Я много раз встречала объявление о сдаче пространства на Ленинском, 18, где сегодня работает Zero Waste, но не рассматривала его — амбиции были выше. Но не зря говорят: нет худа без добра. Это помещение оказалось дешевле, чем первые два, сэкономленные деньги я смогла вложить в товар. Место оказалось неплохим — между «Плазой» и «Европой», здесь постоянный людской поток. То, что покупатели не заглядывают на нашу улочку (проход на улицу Больничную. — Ред.), поправимо дополнительной рекламой.

     Zero waste не означает полный отказ от пластика, главный принцип — максимально использовать уже имеющиеся ресурсы. Многие начинают путь зировейстера с того, что избавляются от всего, что не эко, но гораздо правильнее использовать вещи повторно. Что касается сотрудничества с поставщиками, всё зависит от вида продуктов. Одни продукты мы закупаем в тканевые мешки, которые я шью сама, другие, например, фрипсы — в полиэтиленовые пакеты, которые остаются после других поставок.

     Чтобы быть в плюсе, ежедневная выручка магазина должна быть не меньше 5 000 рублей. Большинство покупателей — уже сформировавшиеся зировейстеры и люди, заинтересованные в том, чтобы сделать свой быт экологичным. До открытия магазина я вошла в местную тусовку тех, кто заботится об экологии, наладила личные контакты — это люди, на чьи желания нужно ориентироваться в первую очередь. Очень радует, что за три месяца работы появились постоянные покупатели, прежде не знакомые с zero waste. Считаю это маленькой победой.

     Лучше всего покупают различные аксессуары — кружки для кофе, тканевые сумки. Мне кажется, людям приятнее сначала показать, что они близки к zero waste, с помощью каких-то атрибутов, а уже потом вести соответствующий образ жизни. Не могу сказать, что это открытие было приятным, считаю, правильнее изменить быт, а уже потом покупать многоразовую бутылку для воды. Также популярностью пользуется косметика на разлив, её мало где продают в городе. Что касается продуктов питания, у большинства людей сильно убеждение, что раз еда не упакована, это негигиенично. У меня у самой были опасения, но они исчезли, когда изучила вопрос. Во-первых, согласно СанПиНу, то, как мы представляем товар в магазине, правомерно, во-вторых, Советский Союз предполагал такую же систему. Наши родители покупали продукты в свою тару, и никто из-за этого чаще не болел. Проблемы со стерильностью нет, идея, что чем больше упаковки, тем безопаснее и удобнее — эффект исключительно маркетинга.

     Когда искала финансирование, выбрала самый худший из вариантов — кредитные средства. Можно было попробовать найти инвестора, но я не решилась. Инвестору требуется понимание, когда проект начнёт приносить прибыль, — у меня есть бизнес-стратегия, я ей следую, мы выходим на окупаемость, но отвечать перед другими я пока не готова. К примеру, невозможно было предвидеть происходящее из-за коронавируса — как в таких условиях доказывать что-то инвестору, не представляю.

Новые русские

Бизнес и ноль отходов
Тренд на устойчивое развитие поддерживают многие зарубежные ритейлеры. «Пионером» считается британская сеть Waitrose, где продаются неупакованные товары. Концепцию «ноль отходов» поддерживает французская сеть Day by Day — покупателям предлагают приходить с собственной тарой, можно купить одно яйцо или одну чайную ложку чая для заварки. В Европе первые zero waste-магазины открылись в середине двухтысячных, в России — в 2017 году, в Петрозаводске. Сейчас похожие проекты работают и в других городах, среди них Москва, Санкт-Петербург, Тюмень, Бийск, Самара, Калининград.
По данным Forbes16+, 90 процентов сырья становятся отходами ещё до того, как вещь покинула фабрику, а 80 процентов съедобных продуктов попадают на свалки в первые же полгода своего существования. По прогнозам издания, скоро мы увидим больше решений замкнутого цикла без потери ресурсов в разных индустриях — не только на уровне упаковки, но и всей цепи производства. К примеру, производители будут закладывать повторное использование ресурса в дизайн продукта — это позволит поддержать уже купленный товар вместо того, чтобы производить новый.

     Команда Zero Waste — я, сестра с мужем и мой молодой человек. Они поддерживали меня с самого начала, вместе со мной делали ремонт в магазине, периодически помогают с закупками и другими делами. К ремонту я подошла ответственно: мне не хотелось, чтобы возникало ощущение склада. Наша задача — показать покупателям, что zero waste — целая культура, причём эстетическая.

     Конкуренция в нашем деле сильно переоценена. Если в Калининграде откроется ещё несколько магазинов zero waste, мы поделим аудиторию, а не будем за неё бороться. Спрос превышает предложение, нашего масштаба не хватает, чтобы его удовлетворить.

     Институты поддержки очень важны, но пока помощь предоставляется избирательно, в основном её получают производители, а не ритейл. Обращалась в Центр занятости: сначала говорили, что пришла рано, мол, денег ещё нет, потом — поздно, денег уже нет. Слежу за новостями «Центра поддержки предпринимательства Калининградской области», надеюсь получить от них поддержку на рекламу.

     У меня по-прежнему есть внутренняя потребность заниматься экологическим просвещением. Периодически читаю лекции по экологии, проводим на территории Zero Waste акцию «Экодвор» 6+ по раздельному сбору отходов — она традиционно привлекает большое внимание. В будущем хотелось бы создать в Калининграде что-то вроде ассоциации экологичных и этичных предпринимателей. Городу зачастую не хватает объединённости в работе над движением в защиту экологии, а предпринимателям — компетенции. Калининград — второй город в России по количеству вегетарианцев, при этом у нас всего два вегетарианских кафе — получается, что при наличии спроса предложение не может развиваться. Сильное комьюнити может это исправить. Мы со своей стороны готовы делиться опытом и помогать другим экокомпаниям.

Софья Сараева
 Фотографии Светланы Андрюхиной

Рисковать и верить

Контекст

«Редакция Елены Шубиной» в издательстве АСТ выпускает книги самых популярных современных авторов. Любовь Антонова поговорила с Еленой Шубиной во время Второго Балтийского культурного форума16+ о том, делает ли писателя редактор и почему надо доверять читателю

     — Когда-то в Калининграде было приличное издательство, выпускавшее всё, — от газет до альбомов по искусству. Сейчас на его месте магазин и рестораны. Как выживает издательство, и какое издательство выживает?
     — В моём случае — издательство под названием «Редакция Елены Шубиной»: это часть (импринт) большого издательского холдинга АСТ. У меня есть собственные издательские планы, но есть и экономика, которую я согласовываю с интересами холдинга. Вопрос выживания — скорее вопрос стратегии: да, я достаточно свободна в выборе книг, которые буду издавать, но появлению книги на полках книжных магазинов предшествует серьёзная работа: определение тиража, работа со СМИ, всё, что называется словом «продвижение». Авторы бестселлеров начинали с небольших тиражей — значит, надо уметь рисковать и верить. Сейчас лидеры продаж Алексей Иванов, Людмила Улицкая, Захар Прилепин, Гузель Яхина, Евгений Водолазкин…

     — Вы издаёте новых русских писателей.
     — Не только. Ещё и мемуары, и биографии. В основном — русские. Иностранные — в виде исключения. Издание зарубежной литературы — отдельное направление. Но переводные книги, тем не менее, у нас есть, с так называемым «русским следом». Воспоминания дочери Татьяны Яковлевой (возлюбленной Владимира Маяковского) Франсин дю Плесси Грей — книга называется «Они» 16+. Роман Курцио Малапарте «Бал в Кремле» 16+ — о посещении итальянским писателем Москвы в конце двадцатых годов.

     — Что случилось с институтом редакторов?
     — А что с ним случилось?

     — Иногда кажется, что он умер.
     — Никто не умер. Если бы у меня не было очень хороших редакторов, мы бы не выпускали 70 новинок в год. Вся «Редакция Елены Шубиной» — это четыре редактора, я и бренд-менеджер. Как правило, претензий к уровню редактуры не бывает.

     — Может быть, вы исключение?
     — Ну почему же. Я могу назвать и других своих коллег. Нет, я не согласна с тем, что институт редакторов умер. Десять лет уже со мной работают мои редакторы, авторы к ним очень привязаны. Есть редакторы старшего поколения, зубры издательского дела, с ними я сотрудничаю на договорных началах. Они ведут наиболее сложные книги. Сейчас издательство построено таким образом, что каждый редактор — это ещё и издатель, менеджер. Он просчитывает риски, продумывает тираж, отвечает за книгу в полном объёме. Редакторы вносят вклад в продвижение — одно из самых важных в издательском деле. То, что к нашим книгам, не побоюсь сказать, достаточно много внимания, в первую очередь — заслуга качественного текста и дарования писателей. Но и мы делаем всё, чтобы книги не оставались невидимками.

     — Всегда ли автор позволяет работать, скажем так, над «улучшением» своих текстов?
     — Насколько допустимо вторгаться в авторский текст — это вопрос доверия между автором и редактором. С рукописью можно ознакомиться бегло и понять — да, интересно было бы издать. Но когда приступаешь к работе — ты должен знать текст так же хорошо, как автор. Практически наизусть. Тогда и предложения об изменениях — скажем, сокращение длиннот, исправление неточностей — принимаются. Конечно, любому автору его детище дорого. Я ни одной минуты не поддерживаю мнение, что какого-то писателя сделал редактор. Родитель всё-таки автор, издатель — только «родовспомогатель». Когда меня спрашивают, кто побеждает, автор или редактор, всегда отвечаю: текст должен победить. Нужен ли редактор всем и каждому? Считаю, что профессиональный взгляд, профессиональное чтение нужно всегда. Другое дело, что кто-то из писателей пишет быстро и говорит что-то типа: «Главное мысль разрешит». А есть такие, кто тщательно работает. Роман в пять лет. Выверяют до последней буквы. Но даже и в этом случае книга готовится вместе. Это процесс, игра в одни ворота. Классический пример, который повторяют все, кому не лень, тем не менее, я его назову, — отношения редактора Максвелла Перкинса и писателя Томаса Вулфа в конце двадцатых годов прошлого века. История легла в основу фильма «Гений»16+. В кабинет редактора приходит Джуд Лоу (Томас Вулф) и спрашивает Колина Фёрта (Максвелл Перкинс): «Рукописи принимаете?» Тот протягивает руку и отвечает: «Давайте». Вулф поворачивается к дверям и говорит: «Заносите». Заносят пять ящиков. Из этих пяти ящиков после долгой совместной работы автора и редактора родился роман «Взгляни на дом свой, ангел» 16+, ставший классикой американской литературы. Возможно, эпизод спародирован, но в моей практике тоже были рукописи в пятьдесят авторских листов, а роман выходил вдвое меньше. Чтобы не потерять ни одного героя, ни одну сюжетную линию, нужна тонкая ювелирная работа, талант в известном смысле. Хороший редактор — это талант. За хороших редакторов все держатся.

Контекст

     — В чём феноменальность Евгения Гришковца, нашего современника и жителя Калининграда?
     — В наблюдательности, рефлексии современного человека, в правильном понимании жанра, в котором работает. К тому же он сам замечательный исполнитель своих текстов. Гришковец крупный писатель. Сожалею, что не сотрудничаю с ним.

     — Как сделать популярного писателя? Вы упоминали, что, издавая "Лавра«18+ Евгения Водолазкина, полагали, что это книга для узкого круга читателей. Я бы тоже так подумала: очень тяжёлый текст.
     — Тяжёлый? Неужели? Мне кажется, он «поймал» своего читателя именно изобретательностью, необычным языком, элегантным построением. По сути, это роман-травелог (роман-путешествие. — Ред.), а это уже на одну треть успех. Герой пребывает в постоянном изменении, передвигаясь из одной сферы в другую. Это держит сюжет. Ну и одно из условий успешного романа — то, что называется «перемена участи». Когда перед героем ставятся какие-то задачи экстремального плана, как в «Лавре». И он их решает.

     — Но вы не верили?
     — Я не то чтобы не верила, я считала, что это высокая литература для достаточно узкого круга гуманитариев. Всегда привожу этот пример, говоря о том, что мы нашего читателя недооцениваем. Если бы «Лавр» был просто историческим романом, вряд ли бы он имел такой успех. То, что он так изобретательно построен, и зацепило. Конечно, это «высокая литература», но и демократичная вместе с тем.
     Или Гузель Яхина, «Зулейха открывает глаза» 16+. Роман, от которого отказалось немереное количество издателей. Толком не прочитали, просто взглянули, увидели странное название, что-то из «литературы народов СССР».
     Мы издали, и вот, пожалуйста, — читатель проголосовал «за», принял сердцем.

     — Представим: кто-то ноунейм приносит вам текст. При помощи ваших технологий он может стать знаменитым писателем?
     — Итак, приносит текст. Первое, на что я смотрю, есть ли там история с интригой, написано ли это языком, адекватным намерениям автора. Если — да, это тот случай, когда рукопись надо издавать, рисковать, работать над ней. А работать над ней означает «привлекать к ней внимание». Пресс-релизы, рассказы о книге в магазинах, на встречах с читателями, в библиотеках, сотрудничество с медиа. Причём я очень не люблю слово «раскрутили», — с каждой книгой нужно р а б о т а т ь. В том направлении и с тем читателем, кому она предназначена. Вот, скажем, совсем молодой писатель Павел Селуков из Перми. Мы выпустили его книгу, называется «Добыть Тарковского. Неинтеллигентные рассказы» 18+. Очень странную. Риск? Да. Оправданный? Да, я вижу за ним будущее. Евгения Некрасова пришла к нам из премии «Лицей». Ее роман «Калечина-Малечина» 18+ сразу попал в шорт-листы премий «Национальный бестселлер» и «Большая книга». Игорь Савельев и Константин Куприянов издали у нас остроактуальные романы, с ними интересно работать. Вообще, в смысле выбора тем молодежь сейчас смелая. Иными словами — вот рукопись, она тебе нравится, ты видишь в ней что-то новое, видишь аудиторию, которую можешь привлечь, а дальше в игру вступают технологии продвижения. То, чем занимаются издатели во всём мире, если хотят, чтобы книга продалась.

     — Что вы думаете по поводу цифровых и бумажных книг? Есть между ними противоречие?
     — Надо быть современным человеком и принять это как факт. Ну конечно, какое-то количество продаж бумажных книг «цифра» на себя оттягивает, а иногда и наоборот. Прочитают книгу в электронном виде — захотят взять в руки бумажную. Ничего страшного. Писатели к этому относятся по-разному. Издательство, как правило, берёт права на издание электронной книги тоже, но некоторые авторы действуют независимо. А есть писатели-классики, например, Милан Кундера, который подписывает договор только на бумажное издание. Таким образом он сражается за КНИГУ.
     Мы как-то эксперимент провели. Выпустили книгу достаточно популярного писателя сначала в электронном виде и только через два месяца — в печатном. Хотя обычно делается наоборот. Продажи были одни и те же. Другое дело, что если бы не было электронной версии, печатный тираж увеличился бы вдвое. Но эксперимент лишь подтвердил, что кто-то читает электронную книгу, кто-то — бумажную.

     — Сегодня на культурном форуме выступал ректор Литературного института имени Горького Алексей Варламов, а раньше, в интервью нашему журналу, литературный критик и издатель Александр Гаврилов высказал похожую мысль. Что писатель в России абсолютно свободен, что он вольноотпущенник, не подвергающийся никакой цензуре властей. Вы согласны?
     — Алексей Варламов, очевидно, имел в виду, что если сравнивать с цензурными условиями при СССР, то, конечно, сейчас цензура — это, в основном, 18+ на книгах. Что касается цензуры другого рода, то в художественной литературе я с этим практически не сталкиваюсь. Наверное, в СМИ, в публицистике другие нюансы. Я издаю писателей совершенно разных взглядов. Большинство коллег и читателей относятся к этому с пониманием.

     — Получается, до литературы государству в принципе нет дела. Это потому, что литература перестала      «владеть умами»?
— Я бы такими понятиями, как «владеть умами», сейчас не оперировала. Но в каком-то смысле, да.

     — Как вы относитесь к толстым журналам? Им надо меняться, как считаете?
     — Толстые журналы в трудной ситуации. Если раньше автор выпускал своё произведение в толстом журнале, а потом ждал полгода-год, даже больше, когда выйдет книга, то сейчас издательства мобильнее. Я могу выпустить книгу за три месяца со всей подготовкой.

     — А книги, «изданные миллионными тиражами», как любили говаривать в Советском Союзе, выпуская в свет «Малую землю» 0+, существуют?
     — Что называть миллионными тиражами? Отдельный роман? Тираж около 200 тысяч — это прекрасный тираж для тех имён, что я назвала вначале. Миллионный тираж около десяти лет назад был у романа Людмилы Улицкой «Даниэль Штайн, переводчик» 16+. Наша обычная практика — следить за динамикой продаж и допечатывать. Очень подстёгивает внимание к книге кино. Скоро выйдет сериал «Зулейха открывает глаза» 16+, в главной роли Чулпан Хаматова, играют также Юлия Пересильд, Сергей Маковецкий. Мы сделаем допечатку с постером фильма на обложке. Хотя иногда кино и не выстреливает. Несколько лет назад вышел фильм по рассказу Ивана Бунина «Солнечный удар» 12+. Мы сделали книгу, но фильм не сработал так, как мы рассчитывали. Замахнуться на Бунина — непростая задача.

     — При каких условиях можно прожить писательским трудом?
     — Во всём мире очень мало кто живёт писательским трудом, разве что мегаизвестные писатели: Стивен Кинг, Дэн Браун, Пауло Коэльо. Очень многие преподают в университетах, ведут свои писательские курсы, чем-то другим занимаются. Прожить можно, если книга стала бестселлером.

Контекст

     — А как написать бестселлер?
     — Вообще, не всегда понятно, что срабатывает. Знаете такой голливудский фильм «Мосты округа Мэдисон» 12+? Мэрил Стрип в главной роли и Клинт Иствуд. Этот пример приводила в своей толковой статье «Как написать хороший текст» 16+ Татьяна Толстая. Книгу написал школьный учитель, который всю жизнь преподавал в школе и мечтал написать роман, причём большой и философский. А написал роман на грани с трэшем, если судить по сюжету. И он очень полюбился читателям, потому что это была в хорошем смысле беллетристика. Ну и плюс Мэрил Стрип с Клинтом Иствудом дело доделали, хотя и позже. Мы часто говорим: читатель полюбил или не полюбил. Последняя книга из моих авторов, которую читатель беззаветно полюбил, «Дни Савелия» 16+ Георгия Служителя, роман, где главный герой — кот.
     Но бывает иначе. Читатели идут за известными именами, а очень хорошие книги очень хороших авторов не покупают, несмотря на все наши усилия. Замечательный историк Эйдельман в книге о Муравьёве-Апостоле говорит, что Пушкин, конечно, гений, поцелованный Богом человек, но если бы не было вокруг него молодых генералов, героев 1812 года, будущих декабристов — то есть ЕГО читателей, то, может быть, литературная судьба сложилась бы иначе. В девяностые годы ХХ века, в перестройку, хлынул поток литературы — так сказать, снятой с полки, подцензурной — с одной стороны, и переводного трэша — с другой. Хорошо помню, как наши современные писатели испытали шок, их практически не издавали, новые издательства ударились в коммерцию. Ведь издать Платонова тогда тоже была коммерция, хотя и с другой мотивацией. Я чувствовала эту растерянность, работая тогда в издательстве «Вагриус». Мы стали выпускать так называемую «Чёрную серию» — серию современной прозы, в ней были писатели как известные, так и начинающие. Невозможно исключить литературу из ситуации конкретного времени, и востребованность писателя диктуется и временем тоже.

     — Вы ещё сказали в своём выступлении на форуме, что русская литература зациклилась на переживании исторических травм.
     — Да, это продолжается. Мы знаем целый пул книг, связанных с революцией, сталинизмом, раскулачиванием. Писатели говорят о том, что не сказали историки и наука. Но читатели сейчас, мне кажется, устали, они уже хотят читать о другом, близком им времени. Поэтому появились переживания молодых людей, детей девяностых. Я уже называла имена ранее. Добавлю еще роман Анастасии Мироновой «М-а-а-ам!» 12+.

     — Литературный критик Галина Юзефович в книге «О чём говорят бестселлеры» 12+ замечает, что американские писатели пишут для аудитории в Америке и не стремятся покорить мир. Наши писатели всегда мечтают о мировой славе. Почему так?
     — Западная литература, особенно американская, достаточно структурирована. Вот эта книга для массового читателя, эта относится к высокой литературе и так далее. То, что у нас мало хорошей беллетристики, семейного романа — факт. А потребность такая есть, и на этом поле замечательно работают Марина Степнова, Анна Матвеева, Яна Вагнер.
     Что касается успеха и неуспеха за рубежом, то русских писателей переводят небольшими тиражами, их читают люди, ориентированные на интерес к русской прозе. Людмила Улицкая очень популярна в Германии, известность её достаточно высока. Литагенты, работающие с зарубежными издателями, говорят, что отношение к русской литературе достаточно косное — от нас ждут или чего-то экстремального, или «толстойдостоевскийчехов» в одно слово. Или конкретный повод — вдруг возникает новый перевод на фоне активной политической ситуации. Например, в начале перестройки такой интерес снова возник к роману Василия Гроссмана «Жизнь и судьба» 16+. "Мастера и Маргариту«16+ перевели заново в Польше, и это очень хорошо сработало. Но в целом русская литература варится в собственном соку. С другой стороны, зарубежные бестселлеры таковыми в России не становятся. Во всяком случае, по сравнению со «страной происхождения». Вышла «Маленькая жизнь» 18+ Янагихары. Многие у нас, что называется, подсели на этот роман, но тиражи в России были всё равно несравнимо меньше.

     — Дайте, пожалуйста, рекомендации для чтения.
     — Любителям Людмилы Улицкой порекомендую её новую книжку, называется «О теле души» 18+. Есть такое понятие — питерский текст, мне нравится Андрей Аствацатуров, очень петербургский писатель. Последний его роман называется длинно — «Не кормите и не трогайте пеликанов» 18+. В работе новый роман Марины Степновой, ждём новые тексты Евгения Водолазкина, Михаила Гиголашвили, Алексея Иванова.

     — Алексей Иванов пишет его на калининградском материале.
     — Кстати, да.

Фотографии из архива Елены Шубиной