Архив рубрики: Персона

ГЕННЕтический код

Персона

О болевых точках в архитектуре Калининграда, смене поколений и взглядов на дизайн рассказывает руководитель «Архитектурной мастерской Генне» Татьяна Генне

     — Фамилия Генне — это бренд. Как вы зарабатывали свою репутацию?
     — Я всегда самостоятельно развивала собственное дело — архитектурная мастерская успешно функционирует уже двадцать лет. Об определённом успехе говорит востребованность проектов за пределами родного города и безостановочный рабочий процесс в сложный период пандемии. Есть предложения поработать за пределами России, но, по понятным причинам, процесс пока приостановлен.

     — Ваш старший сын продолжает династию архитекторов. Видите его своим компаньоном?
     — Про династию говорить пока рано. Нас двое: я и мой старший сын Матвей, младший сын Савва выбрал другую профессию. В прошлом году Матвей окончил Московский архитектурный институт и получил возможность стажировки в проектном бюро в Амстердаме. В этом году он стал студентом магистратуры Каталонского политехнического университета в Барселоне. У сына есть все шансы приобрести колоссальный мировой опыт, чему я невероятно рада
и отпускаю его в свободное плавание для самореализации в профессии.
Если ты впускаешь в свою жизнь архитектуру и выбираешь этот профессиональный путь, она полностью поглощает. Ты постоянно включён в творческий процесс. Восприятие мира происходит уже через призму архитектуры. Стираются грани между работой, хобби и отдыхом.

     — В одном из интервью вы рассуждали о стереотипах, что женщина-архитектор — либо компаньон мужчины-архитектора, либо его муза, но в обоих случаях идеи генерирует мужчина. Вы доказали своё право на лидерство в профессии?
     — Это было мнение архитектора Сергея Скуратова. Его высказывание о жене-музе, на мой взгляд, полностью отвечает стереотипному представлению, достаточно устойчивому в России. Направление дизайна интерьера на сегодня, пожалуй, одна из самых успешных историй для женщины-архитектора и дизайнера в нашей стране. Конечно, немного настораживает, что вместе с поголовным допуском к этой деятельности рынок дизайнеров интерьера в Калининграде перенасыщен. Есть ощущение, что на каждую семью приходится по дизайнеру. Но в то же время опыт, профессионализм, умение работать с заказчиком, владение стилистическими направлениями у всех разное, что, естественно, даёт возможность выбора специалиста на любой вкус. В своём ремесле я никому ничего не доказываю, просто занимаюсь любимым делом, от результатов которого получаю невероятное удовольствие.
     Истинное понимание профессии архитектора пришло ко мне уже после выпуска из академии (в 1996 году Татьяна окончила БГПА в Минске по специальности «Архитектура». — Ред.). Ещё до поступления в академию во мне горел юношеский максимализм, была идея восстановить довоенные постройки города, в котором родилась. На тот момент в Калининграде и области ещё сохранилось множество исторически привлекательных локаций, но это всё так и осталось там, в девяностых. Хотя мне до сих пор очень грустно проезжать мимо заброшенных особняков по улице Тельмана или по улице Фрунзе, глядя на то, во что превратили здание бывшей немецкой аптеки, точнее то, что от него осталось.
     В данный момент я с партнёрами разрабатываю проект реконструкции старого немецкого дачного домика на Балтийском побережье. Мне в очередной раз повезло с заказчиками, с которыми у нас совпадают стремления максимально сохранить аутентичность здания, тонко и деликатно совместить современную и довоенную части дома.

     — Современные решения могут помочь?
     — Современные решения должны быть в обязательном порядке, мир не стоит на месте, всё развивается стремительно: и технологии, и архитектурные решения. Но, к сожалению, тех, кто бережно относится к историческому наследию, единицы. Историк моды, легендарный Александр Васильев постоянно занимается реставрацией своего дома в Зеленоградске, так как он точно понимает действительную ценность сопричастности к культурному наследию и генетическому коду местности. Конечно, гораздо проще заменить всё на пластик, сбить остатки декора на фасаде, нежели кропотливо реставрировать деревянные окна, резьбу на дверях и восстанавливать лепнину и барельефы. Правда, приезжая в Европу и гуляя по уютным улочкам старых городов, мы восторгаемся местной архитектурой, до конца не осознавая, что в наших руках когда-то тоже было историческое наследие.

     — Часто вносите коррективы в момент согласования плана с клиентом?
     — Всегда говорю заказчикам: лучше мы потратим больше времени на «бумагу», рассматривая различные варианты, чем будем вносить изменения и «перекраивать» что-то в процессе реализации. Хотя коррективы в процессе работы всё же происходят для достижения более функционального или эстетически совершенного результата. Каждый раз, завершая проект, пытаюсь оглянуться, спрашивая себя: не повторяюсь ли я? Такой самоконтроль помогает избежать тиражирования.

     — Насколько комфортен наш дом, показала самоизоляция. Стали популярны ландшафтный дизайн, адаптация рабочего места под удалёнку. С какими заявками столкнулись?
     — Когда внезапно началась история с пандемией, возрос спрос на проектирование частных домов с прилегающей территорией. Вновь стали актуальны таунхаусы и — вариант для городских жителей — квартиры с большими террасами или эксплуатируемыми кровлями. Бассейн на крыше или терраса с уличными растениями — безусловный бонус многоквартирных домов, не только загородных.
Ещё одна тенденция, практикуемая в Америке и Европе, — дома в одном уровне. Достаточно выгодная инвестиция с точки зрения комфорта, но требующая достаточно большой площади участка для её воплощения.
Наличие личного пространства в пределах собственного дома — базовое условие вне всяких ситуаций. Какими бы близкими и тёплыми ни были отношения между членами семьи, всегда наступает момент, когда каждому из домочадцев требуется уединение. Что в приоритете: занятия спортом, музыкой или творческий процесс? И, напротив, какие вещи объединяют: настольные игры, просмотр фильмов или совместные обеды и ужины? Определённого алгоритма нет, всё очень индивидуально и зависит от увлечений и образа жизни заказчиков.

     — Есть ли спрос на технологии «умного дома»?
     — Полностью укомплектовать дом этой системой не все могут себе позволить, но выборочные опции — частый запрос. Система «умный дом» ассоциируется с такими понятиями, как комфорт, релакс и роскошь. По дороге домой вы можете составить и подготовить для себя СПА-программу или другие бытовые процессы.
На фабрике одного из итальянских производителей очень запомнился выставочный образец винной комнаты, оснащённый современными технологиями температурного, светового и цветового режима, который к тому же предлагал дополнительную функцию поиска определённого объекта. Все экземпляры винной комнаты были внесены в электронную систему, таким образом, при желании нужная бутылка высвечивается на своей полке в своей ячейке. Идея очень эффектная, я держу её в голове. Возможно, кто-то из калининградских рестораторов, отельеров или владельцев частных коллекций напитков захочет разместить у себя подобную опцию.
     Технологии «умного дома» можно использовать в качестве моделирования и трансформации жилого пространства. Такие примеры повсеместно встречаются в европейских домах нового поколения. Одним прикосновением раздвигаются перегородки, и ваши гостиная, кухня и холл превращаются в зал для торжественных вечеров и мероприятий. Пока не все россияне готовы к этому ни финансово, ни ментально, но нужно отметить, что за последнее десятилетие пришло молодое поколение состоятельных предпринимателей, достаточно амбициозных и готовых к любым интересным экспериментам. Одним из первых ярких примеров можно назвать дом в футуристическом стиле, который спроектировала в 2012 году для бизнесмена Владислава Доронина настоящая легенда архитектуры Заха Хадид. А через три года она же сделала по его заказу проект бизнес-центра в неповторимой авторской стилистике.

     — Футуризм в архитектуре будет доминировать?
     — Он уже доминирует в мире и уверенно приходит в Россию. Но этим направлением невозможно заниматься без наличия таланта. Можно с трудом представить, какой резонанс в своё время привнёс Антонио Гауди, если его произведения будоражат умы, восхищают и вдохновляют до сих пор. В наше время столь же потрясающим является творчество Захи Хадид, первой женщины-архитектора, получившей Притцкеровскую премию. Несмотря на долгий период проектирования «в стол», в силу своего характера и упорства она всё-таки получила мировое признание после сорока лет. Её проекты до сих пор реализуются, ведь многие работы не были завершены в связи с уходом из жизни.

     — А у вас бывают проекты «в стол»?
     — У каждого практикующего архитектора есть проекты «в стол», и не один. Я не исключение. Один из нереализованных проектов — реновация продуктового рынка в Калининграде. Заказчик посчитал проект слишком дорогостоящим и не проявил смелости осуществить его, хотя были все условия выполнить работу в короткие сроки.

     — В 2014 году вы прошли программу повышения квалификации HoReCa Design. Какое место уделяют дизайну калининградские рестораторы?
     — В России в ресторанном бизнесе на интерьер часто делают ставки, но изначально ресторатор и дизайнер должны говорить на одном языке, чтобы найти и понять концепт, общее видение заведения. Ведь конечная цель сотрудничества — это создание максимально комфортных условий и для гостей, и для персонала.
     Нужно уловить и выстроить баланс между кухней и атмосферой, выстроить весь процесс таким образом, чтобы гости захотели сюда возвращаться. Найти какие-то особенные, характерные только для этого заведения акценты и предложения. Всё то, что работает на имидж заведения, будь то банальная мелочь, как, например, крем для рук в туалетной комнате.

Люблю экспериментировать, всегда интригующе делать что-то новое, чего никогда ещё не пробовала

     — В 2011 году вы ездили в Нью-Йорк. Расскажите об этой поездке.
     — Мне поступило предложение пройти программу по повышению квалификации в Нью-Йорке. Конечно, я не могла упустить возможность побывать в Америке и увидеть своими глазами те знаковые объекты, которые были на иллюстрациях к лекциям по истории современной архитектуры.
     Наиболее впечатляющим было посещение архитектурных бюро и компаний, занимающихся проектированием небоскрёбов по всему миру. Яркие впечатления остались от общения с коллегами. Тогда, девять лет назад, было ощущение, что люди живут обособленно, находясь в контакте друг с другом. Некая невидимая оболочка, которая экономит энергетический ресурс и позволяет жить в собственном мире, на своей волне. Ритм Нью-Йорка такой же, как в Москве. Калининград — абсолютный курорт, где стрелки часов никуда не спешат.

Персона

     — Как вам формат иностранных библиотек, где есть лаунж-зоны?
     — Европейские и азиатские современные библиотеки поражают своим размахом, функционалом и дизайнерскими решениями, а главное — отношением к чтению литературы как к отдыху. Возможно, реализация подобного проекта была бы интересным опытом. Думаю, необходима коммерческая составляющая, дополнительные направления для привлечения аудитории. Например, библиотека плюс кафе и книжный магазин. Библиотека должна жить полной жизнью, а не выполнять унылую роль архива.

     — Были предложения по театральным инсталляциям или витринам магазинов?
     — О театре можно мечтать. Люблю экспериментировать, всегда интригующе делать что-то новое, чего никогда ещё не пробовала. Что касается магазинов, были такие варианты, один из проектов — магазин шоколада ручной работы. Помещение отличалось компактностью, и в этом случае витрина играла не последнюю роль. Благодаря продуманной двух-уровневой планировке место нашлось и для кухни, и для продажи, и для мастер-класса с дегустацией и шоколадным фонтанчиком. В таком виде сам магазин уже является не только торговой точкой, но и точкой притяжения покупателя.

     — Вы работали над стилизацией ЖК «Площадь искусств» в Калининграде. Использовали граффити в подъездах с написанием пушкинских строк и так далее. Это уже реализованный проект?
     — Строительство жилого комплекса ещё не завершено. Меня пригласили разработать дизайн-историю мест общего пользования с отражением в ней самого названия комплекса «Площадь Искусств». Искусство имеет большое количество жанров, отсюда и родилась идея связать место проживания с яркими представителями литературы, живописи, архитектуры, музыки, балета, театра и так далее. Ассоциативное восприятие места жительства упрощает и помогает ориентироваться на «Площади Искусств».

     — Что вас привлекает в интерьерных выставках?
     — В первую очередь, отслеживание трендов и направлений в мире дизайна и архитектуры, которые постоянно движутся вперёд. Хочется понимать, видеть и ощущать тактильно представляемые новинки каждого нового сезона. Сама атмосфера на выставках наполнена творческой энергией и бурлит яркими, иногда очень неожиданными идеями. Для своих проектов я не раз находила определённые экспонаты — ту самую вещь, без которой не сложится мой проект, или, наоборот, с которой начнётся будущий.

Ангелина Анишина
 Фотографии Светланы Андрюхиной
 Стиль, постановка съёмки: Ангелина Анишина
 Макияж: Анна Никулина
 Укладка: Татьяна Хусанова
 Наряды: Louvery и Vitali Glotov
 Локации: ILLUZIA и отель Schloss
 Благодарим Дениса Алентиева за предоставление арт-пространства для съемки